Ленкина судьба

Когда дверь туалета распахнулась, Павел вздрогнул и попытался убрать руку от своего члена, но было поздно: брат всё увидел. Борьке уже стукнуло 24, но росточком он не вышел, и скоро Павел должен был догнать старшего брата; зато старший брал шустростью и силой характера. Он прищурился. - Что, опять дрочишь на свою ненаглядную? Он давно знал, что его младший «запал» на свою одноклассницу, Ленину подругу Таню. - Пошёл бы лучше пригласил её на свидание. Павел криво улыбнулся. - С цветочками, ага. У нас уже половина класса трахается, как кролики, а я – на свидание? Борька только фыркнул. - Так после свидания и трахнешь. - Ага, а она дастся? - А ты не спрашивай! Паша задумался. - Ну да, все уже знают, что её подруги, Лена и Оля, спят с парнями... Таня наверняка тоже уже кому-то дала. - Так чего ты ждёшь? Приведи её завтра после школы сюда, и... - А если не дастся? - Я тебе помогу, - усмехнулся старший и более опытный брат. – Эх, учи вас, салабонов... На следующий день после уроков Павел подошёл к Тане. - Слушай, я нашёл в классе учебник, он твой, оказывается. Девочка просияла: - Ой, как хорошо, а я думала, посеяла его... Давай! - Слушай, он у меня дома. Зайдём ко мне. Таня, ничего не подозревая, пошла за Пашей, а он по дороге рассказывал, что вчера нашёл в коридоре учебник, положил в рюкзак, и только вчера поздно вечером открыл и увидел, что он её. (То, что он сам спёр у одноклассницы учебник для этой цели, он, естественно, не сказал.) Но когда она вошла в коридор, Паша почему-то не стал торопиться приносить учебник, а прижал Таню к стенке и полез целоваться. Девушка попыталась его оттолкнуть. - Пусти, дурак! Не лезь! - Признавайся, - прохрипел Павел, - уже под кого-то легла? - Нет, конечно, ты что, с дуба? Она оттолкнула незадачливого ухажёра и собиралась выйти из квартиры – но тут её схватили сзади, и голос Бориса негромко прозвучал в ухо: - Нет, говоришь? Вот мы сейчас и проверим! И он потащил девочку в спальню. Когда он бросил Таню на кровать, синяя школьная юбка задралась, обнажая бёдра до самых белых трусиков. Таня только сейчас поняла, что её ждёт, но дико молотящееся сердце заставляло её хватать ртом воздух, как рыба. Она только собралась закричать, как Борис навалился на неё сбоку, прижимая руки к постели, и впился в её рот – она успела лишь ахнуть. Школьница успела один раз лягнуть ногами, но из-за Бориса не видела, куда направлять удар, и Павел легко перехватил её ноги и развёл их. Таня оказалась практически обездвижена. Старший Корнеев засасывал её, облизывая языком губы и дёсны, младший, прижимаясь к промежности, гладил бёдра. - Чёрт, так трусы не снять... - Так справишься, - уверил его брат, на секунду оторвавшись от Таниных губ и снова целуя одноклассницу брата взасос. До самого конца девственница старалась вывернуться, заставляя Павла долго чиркать по её половым губкам своим членом прежде, чем он всё-таки добрался до входа. Дёргаясь под двумя телами, Таня почувствовала, как в неё начал вдавливаться чужой орган, она замычала... Её пронзила боль, и тут же Павел, пускавший слюни на неё уже второй год, принялся активно работать в ней своим членом. От двери были видны только две спины братьев, придавливающие девочку к постели, и над ними при каждом толчке трепыхались её ноги в белых гольфах. Потом с резким криком Павел вышел из неё, схватил рукой свой багровый член и стал заливать пол кончей. - Ты чё, так быстро? – удивился Борька. - А-а, - только и смог прохрипеть Паша, находящийся в таком пике возбуждения, которого ещё не испытывал. Он выплеснул всё и устало опустился прямо на ковёр. Старший усмехнулся. - Слабачок ещё. Но ты не волнуйся, Танюха, кайф будет полный. Он видел, что школьница уже не может сопротивляться, и неторопливо стянул свои брюки, мощно вошёл одним толчком, заставив её слабо вскрикнуть, и начал расстёгивать на ней блузку. На этот раз красивые ножки в белых гольфах уже не трепетали в воздухе, а вяло свисали с кровати, слабо дёргаясь при каждом толчке. Борька имел девочку в среднем темпе, с наслаждением массируя её груди и сжимая сосочки. Спустя минут пятнадцать Таня прикусила руку и, громко застонав, кончила. - Вот так надо, - поучительно сказал старший брат, отходя от кровати, на которой лежала полубессознательная изнасилованная ими девочка: грудь выставлена наружу, раскинутые голые ноги, на белых трусиках и на бедре размазанные две красные струйки. – Попробуешь ещё раз? И Павел попробовал, а Борька ушёл пить пиво, оставив своего младшего выяснять отношения с Таней, когда она придёт в себя.