Весенний сад

      — ты хочешь с кем-то пообщаться? — спросила Ока после знакомства. — Э... Могу с тобой? — Вера взглянула на старосту. — конечно! Ребят, мы выйдем, спите — девочки ушли в лаборантскую. Староста заварила чай, усаживая Веру за стол. — а.. Ока... — рыжая окликнула новую знакомую. — Да-да? — Ока уже ставила кружки с чаем — надеюсь, ты пьёшь зелёный чай... — да... Я только его и пью... — теребя рукав, сказала зеленоглазая. Взяв кружку, та отглотнула немного, продолжив — а.. Расскажи о себе, пожалуйста... — хорошо! Мою мать зовут Обь, а отца Енисей. У нас особенность семьи такая, имена рек— с улыбкой сказала Ока, почесав затылок— я тут с самого детства. И в ясли ходила, и в сад, и в школу. Всё тут. Хм... Как ты знаешь, староста этого класса, так же правая рука лидера в Совете Старшеклассников.       Огненная дама залпом выпила чай, вымыв кружку, продолжила. — так... Есть младшая сестра, Волга. Ах, и собачка! Правда, она без породы... Но я его люблю, Янитай. — староста достала телефон, находя фото пса, вскоре протянула руку с телефоном. На экране виднелся пёсик, чем-то напоминающий овчарку. Рыжий, с коричневыми пятнами пёс с умными глазами смотрел в камеру. — ого... Классный! А мне мама не разрешает заводить питомцев... — Вера потёрла шею, допивая чай. Это заявление очень удивило Мирельде. — почему? У неё аллергия, что-ли? — глаза Оки стали куда больше. — нет... Она просто не любит... Наверное. Она никогда не говорила, почему... — Вера поправила чёлку. — пхах, ещё скажи, что тебя лупят за оценки и не разрешают общаться с мальчиками! — Ока рассмеялась, разводя руками. Но увидев мрачное лицо и недоумение на нём, та остановилась. — серьёзно?... — угу... — девочка кусала губы. Ей было стыдно говорить такое, да и мать бы убила, если бы узнала такую новость. — слушай... А как ты хоть так живёшь? Больно? Извини, я никогда не видела таких людей... Тебе хоть кто-то понравился из ребят? Может, когда она увидит, какой у нас класс — терпимее будет? — Ока подошла к товарке, приобнимая её за плечи, на что последняя немного дёрнулась. — не очень, на самом деле... Но я не знаю, что сказать... На самом деле, Юлий такой... Открытый... Будто всё хорошо... — девушка потупила взгляд, вспомнив глаза рыжего. — на самом деле, так и есть. У него очень добрые родители, он из многодетной семьи, у них, вроде, человек тридцать. — Ока потрепала Тихоненко за плечи, выводя.       Как раз прозвинел звонок на урок. Все, взяв Веру под руку, пошли в кабинет физики...

***

      Вера шла радостная домой. Ей очень понравилась новая школа и новые одноклассники. Они куда добрее старых! Вера вспомнила свой прошлый класс... — Слышь, Тихоненко, списать дай! — на парте сидел, раздвинув ноги, одноклассник Паша. — Паш, давай сам... ЭЙ! — Павел выхватил тетрадь, разрывая её, после чего заливаясь гоготом. — ты чего творишь?! — так тебе и надо, шлюха обосранная. — парень плюнул на парту, уходя. Да, этот класс был ужасным. Но воспоминая об этом дне всплыли в голове сами по себе, заставляя забыть плохое... — хей, Вера! — около неё остановился Юлик. — привет ещё раз, прости, если напугал.. — парень виновато улыбнулся, потирая затылок. — А... Нет, не испугал... Ты что-то хотел? — да, объяснить материал. Я видел твой расеяный взгляд. — Юлий указал на свою тетрадь. — А... Давай, если не сложно... — Вера села за парту, куда вскоре присел и парень. Как только тот открыл тетрадь, ей представился заковыристый и красивый почерк. Ровными завитами ложились буквы, А те, в свою очередь, выкладывали задачи, что диктовал Маркиз Цеерович. Всю перемену Юлий терпеливо объяснял Тихоненко, где какие формулы и вскоре это дало свои плоды: рыжая поняла материал и не боялась, что не сдаст зачёт.       Вот и дом... Вера сразу помрачнела. После таких милых людей ей не хотелось снова заходить в дом, где её могут отлупить ни за что... Открылась дверь, девушка прошла во внутрь. — как первый день. Показала дневник, живо. — из проёма высунулась голова грозной брюнетки. Под взглядом Вера невольно сжалась, но дневник протянула. — пять.. Пять.. Пять.. Пять.. Ладно, сегодня жрать будешь. — женщина швырнула в дочь дневник.       Девочка, подобрав дневник, ушла на чердачок, свою "комнату", чтобы учить уроки. Тут же Вера затряслась. Она поняла, что не все так живут, и это не есть хорошо. Но что она может сделать с родной матерью? Ничего...