Подопытная

- Ей лучше не стало? – спросил Лео, входя в лабораторию. - Ну, как видишь, нет, - печально ответил Донни, глядя на лежащую на кушетке девочку. Неделя миновала, а Шизукане все не становилось лучше. Ее состояние только ухудшалось. Она не могла вставать с постели, перестала есть, в последнее время ей было трудно даже поднять голову. Создавалось впечатление, что из девочки понемногу уходят необходимые жизненные силы. Донни пытался ей помочь, но вкалывать Шизукане ретромутаген было слишком опасно: никто не знал, как на него отреагирует ее организм. Да, сейчас ей было плохо, но ее организм хотябы пытался бороться, и если допустить сейчас ошибку, она может нести за собой непоправимые последствия. Сейчас Шизукана спала. В последнее время она стала чаще предавать себя царству Морфея, но сон был очень чутким, тревожным. - Блин, ну это невозможно! – всплеснул руками Леонардо, когда они с Донни вышли из лаборатории и тихонько прикрыли за собой дверь, - что-то делать надо! - Я знаю, что надо что-то делать, - спокойно ответил мастер бо и задумчиво хмыкнул, - но лучшее, что мы можем сейчас предпринять – это просто ждать, пока что-либо не проясниться. - Может, надо Эйприл позвать? - Она же была у нас утром. - Ну, ей бы по-хорошему тут надо сидеть постоянно. Только Эйприл может исполнять роль «переводчика» Ши… Онил Каждый день приходила к черепашкам и мониторила состояние «сестренки». С помощью телепатических каналов рыжик «переводила» то, что чувствовала Шизукана. Именно благодаря Эйприл черепашки знали, что Шизукане трудно в последнее время открыть глаза, что ей хочется пить или что ей больно. И по тем же телепатическим каналам Эйприл успокаивала девушку, где-то глубоко в ее сознании говорила, что они рядом, что скоро все закончится и все будет хорошо. Никто не был в этом уверен, но все старались, чтобы уверена была Шизукана. … - Мутации усиливаются. Причем стремительно, - говорила Эйприл. Она, черепашки и Сплинтер сидели на диване в гостиной, оставив Шизукану отдыхать в лаборатории, - я не знаю, как это остановить. - Скорее всего, это именно из-за опытов Шреддера, - сказал Донни, - он ведь хотел сильные мутации над человеческим организмом? По сути, он их и получил. Только немного позже, чем хотелось бы. - О нет, - на глаза Микки навернулись слезы. Все это время мастер нунчак сидел на диване, обхватив руками колени, - что теперь будет? - Ничего хорошего, - холодно ответил Раф, - грубо говоря, план Шреддера сработал. Донни, - обратился краснобанданный к гению, - как думаешь, у клана Фут есть нечто похожее на че-локатор? - Понятия не имею, - признался тот, - а что? - Да просто есть вероятность, что они отследят Шизукану точно так же, как отследили ее мы, когда шли исключительно за мутагеном и нашли логово Шреддера. - Черт, - выругался Лео. - Надо быть готовыми к тому, что они нападут в любую минуту, - серьезно сказал Сплинтер, - мы не можем быть в безопасности и вряд ли сможем обеспечить эту безопасность бедной девочке. - Надо постараться это сделать. Раз уж мы в это ввязались, то должны и… Слова Леонардо прервал оглушительный взрыв со стороны турникетов. - Есть кто дома? – раздался ехидный знакомый голос, - вы уж простите, что без приглашения, - во вставшей столбом пыли от недавнего взрыва показались очертания Тигриного Когтя и Острозуба. Черепашки, откашлявшись, тут же схватились за свое оружие. Лео повернулся к Эйприл и еле слышно сказал: - Мы их отвлечем, а ты незаметно подберись в лабораторию и следи, чтобы с Шизуканой ничего не случилось. Эйприл сдвинула аккуратные брови и кивнула. Тигриный коготь оскалился и набросился на Донни. Микки хотел помочь брату, но на него уже наступал Острозуб, обнажая клыки и зверски ухмыляясь. Эйприл прошмыгнула в лабораторию и закрыла за собой дверь. Раздавались удары, лязганье, звон цепей, легендарное «БУЯКАШААА» и злостные выкрики в сторону «Зеленых тварей» и «Поганой крысы». Эйприл взглянула на подопытную. Та так же лежала с закрытыми глазами, ее грудь медленно поднималась и опускалась, чуть слышалось тяжелое дыхание девочки. Под глазами ее виднелись круги, лицо обрело мертвенно-бледный, или скорее даже серый оттенок. Жаль было смотреть на мучения девочки, но и помочь ничем нельзя было. Просто никто не знал, как именно помочь. Эйприл погладила подругу по спутанным волосам и закрыла глаза. Пытаясь не обращать внимания на возгласы снаружи, рыжеволосая старалась поймать телепатический канал Шизуканы, что удалось ей почти сразу. «Больно. Дышать тяжело. Больно. Очень больно» - доносились обрывки мыслей. «Ши, это я, Эйприл» «Эйприл… Что со мной? Почему так больно?» «Солнышко, скоро все пройдет, только потерпи. Скоро все закончиться, я знаю, я…» «Они идут…» «Кто?» «Эйприл, уходи, прошу тебя. Они за мной пришли. Они могут тебе навредить, уходи» В то же мгновение девушка почувствовала толчок, ее силой вывели из транса. Кто-то схватил ее и швырнул об стену. Эйприл ударилась головой, мир на время потерял очертания. Как сквозь вату доносились обрывки фраз. Эйприл слышала голоса, но не могла понять, что они говорят. Девушка не выдержала и потеряла сознание. … Первым, что увидела Шизукана, открыв глаза, были знакомые до боли стены клетки. Знакомый до боли холодный пол, запах лаборатории. Пробирки, бумаги… Невыносимо. Шизукана чувствовала себя так, словно ей приснился прекрасный сон, что все хорошо. Что все наконец наладилось. И вот она проснулась и видит все те же ненавистные стены. После того, как она поверила, что спаслась и что весь кошмар остался позади, возвращение больнее стиснуло и без того измученное сердце. Было больно. Шизукана закрыла глаза, дабы не видеть то, что доставляло боль. Да и глаза-то держать открытыми было слишком трудно. Невыносимо трудно… Дверь открылась. Но девочка не взглянула на нее. Сил не было. - И чего ты разлеглась? – недовольно произнес знакомый голос. Стокман. Подопытная не ответила. Даже не шевельнулась, дабы подать признак жизни. Может, и в правду то чудесное спасение ей попросту приснилось? Раздался раздраженный вздох. Шаги к клетке. Скрипнула дверца. Ее открыли. Холодные пальцы ученого берут худое запястье и измеряют пульс. Стокман выругался и отошел к столу. - Ну неужели сложно просто сделать то, что от тебя требуется, а? Просто взять и мутировать. Что, трудно слишком? Тогда от меня бы отстали… Или еще лучше, я бы не был лишь тараканом в глазах Хозяина, - рассуждал ученый, судя по мимолетным журчанием воды, переливая что-то в бирку. Шизукана устало повернула голову к стене. Еще чуть-чуть, и она снова отключиться. Черт, как же больно. Хочется кричать…. Кричать, пока голос не сорвешь… Бакстер продолжал еще что-то говорить. То ли он рассуждал, как ему трудно живется тут, то ли он боготворил Хозяина, то ли ругал саму подопытную, Шизукана попросту его не слышала. Ей было слишком все равно, что теперь с ней будет. Пропал даже страх, который постоянно сидел в сердце девочки до того момента, как ей приснился тот прекрасный сон. Или не приснился… Внезапно боль стала усиливаться. До невозможности стремительно и резко. Шизукана не могла понять, что именно болит, но она ощущала пульсирующую боль. Везде. Голова, тело, мысли. Боль была то ноющая, то острая. И болело все… Подопытная от неожиданности распахнула глаза и выгнулась назад. Ей хотелось как-то унять эту боль, но она не могла. Девочка схватилась за волосы, забыв про усталость и полное изнеможение, она металась от одной стены клетки к другой, точно раненый зверек. Хотелось кричать, рвать на себе волосы, лезть на стену, только не испытывать эту пытку. Стокман прекратил свои дела и испуганно смотрел на терзания девочки. Он предполагал, что эффект мутации будет ощутимым, но чтоб настолько… Боль росла. С каждой секундой она усиливалась и Шизукана была готова на все, лишь бы это прекратилось. Распахнув глаза еще шире подопытная вдруг завопила. Голос был точно не ее. Крик вырвался так легко, как будто все то время, что Ши не могла говорить, сидел и ждал подходящего момента и вот наконец дождался. Вопль не прекращался. Шизукана не думала ни о чем, она просто дергалась из стороны в сторону и орала изо всех сил. Ей было плевать, что с ней будет, она просто хотела забыться в крике, спрятаться от этой невыносимой боли. Внезапно все стихло. Боль пропала так же резко, как и началась. Девочка перестала кричать и просто лежала на спине, изогнувшись и тяжело дыша. Она не знала, кто рядом. Она пыталась прислушаться к своему телу. Но нет. Боли не было. Вообще. Ни боли, не слабости. Может, тоже приснилось? «Я так с ума скоро сойду…» - пронеслось в мыслях. Девочка поднялась на ноги. Никого. Лаборатория пуста. Ши недоумевала, почему так легко сумела встать. Появилась какая-то сила, при чем не совсем физическая или моральная. Девочка ощущала, что в ней бурлит энергия. И больше всего хотелось куда-то деть эту энергию. Она будто переполняла подопытную. Шизукана прислушалась. Тишина. Полная. Внезапно раздались хлопки. Как будто кто-то хлопнул в ладоши. И еще. И еще. В лабораторию вошел Шреддер. - Браво, крыса, - ухмыльнулся он, - я даже и не думал, что мой эксперимент возымеет такой эффект. Прекрасно. Браво. Ши ни разу до этого его не видела, но почему-то была уверена, что это именно он. Она знала это. Чувствовала. - Должен признать, это лучший результат, который я мог себе представлять, - продолжал Шреддер, - теперь у меня на тебя целый список особых планов, крыса – на последних словах он зло ухмыльнулся. Хотя это и было не видно за металлической маской, но Шизукана это почувствовала. Вдруг раздался знакомый звон стекла. Шреддер повернул голову в ту сторону, где должен был находиться главный зал: - А вот и наши гости, - выплюнул он и вышел из лаборатории, хлопнув дверью. Девочке он ничего не сказал, да она ничего больше и не ждала. Силы вдруг стали медленно утекать и она снова в изнеможении опустилась на холодный пол и закрыла глаза. Темнота. Девочка не в силах открыть глаза. Ей кажется, что кто-то ждет, когда она придет в себя. Кто-то желает, чтобы она встала и пошла в главный зал. Приглушенно доносились звуки битвы. Звон стали, скрежет цепей, выкрики, глухие удары. Девочка открыла глаза. Почему она в лаборатории одна? С трудом поднявшись, Шизукана подошла к двери и подергала ручку. Заперто. Ну конечно, на что она надеялась. Вдруг подопытная поймала себя на мысли, что очень хочет отпереть эту дверь. Очень хочет и не может устоять перед этим желанием, как маленький ребенок не может устоять в магазине перед красивенькой новенькой игрушкой. Так и она. Схватившись за ручку, Шизукана сжала кисть и закрыла глаза. Ей показалось, что нужно захотеть и еще что-то сделать. Что именно надо сделать она знала и умела, но объяснить не могла. Сосредоточившись девочка почувствовала, как ее рука нагревается. В ту же секунду раздался приглушенный щелчок и дверь распахнулась. Шизукана осторожно выглянула в коридор и уставилась туда, откуда доносились звуки сражения. Не о чем не думая она отправилась в главный зал, стараясь идти так бесшумно, как только могла. Лео ведь учил ее и контролировать дыхание, и ступать кошачьей поступью… Но, походу тем, кто был в зале, не до прислушивания к чужим шагам. Там царила настоящая битва не на жизнь а на смерть. Шизукана стояла в дверях и пыталась рассмотреть, где свои а где чужие. Но и черепахи, и Шреддер со своей свитой слились в одно целое, каждый старался как можно сильнее покалечить другого. Особо приглядываться не надо было, чтобы понять, что преимущество на стороне Клана Фут. Микки лежал в стороне, судя по всему, без сознания, Донни тяжело дышал, держась за пластрон одной рукой а второй пытаясь отбиться от саблезуба. Эйприл кружилась в убийственном танце с Карай, а Лео и Раф разбирались с Тигриным Когтем, Острозубом и Шреддером. Шизукану никто не заметил. Оставаясь в тени, она осторожно подбиралась к середине. Девочка не понимала, чем именно она может помочь черепахам, но знала, что надо помочь. И желательно как можно скорее. Внезапно Острозуб изловчился и ударил Рафа в живот. Тот отлетел к противоположной стене и стих. Туда же полетела бесчувственная Эйприл. Шреддер продолжал сыпать ударами на Леонардо, но тот уклонялся, стараясь бить в ответ. Внезапно Шизукана увидела, как Шреддер замахнулся на Лео, пока тот отвлекался на Острозуба. У лидера черепашек были считанные секунды, чтобы повернуться и отразить удар, но он был занят другим противником. Шизукана забыла обо всем. Единственное, чего она хотела, это помочь своим друзьям. Просто помочь им. Они в свое время помогли ей, и она должна помочь теперь им. Должна. Вновь девочка почувствовала энергию, бурлящую и жаждущую выплеснуться наружу. К ней теперь прибавился и гнев. Хотелось отомстить. Хотелось рвать и метать. Убивать. Уничтожать… Разорвать в клочья. Распотрошить. Раздумывая об этом, Шизукана не заметила, как неведомая сила оторвала ее от земли и подняла в воздух. При этом девочка была как будто в какой-то сфере белого цвета. Гнев рос. Шизукана сосредоточила всю свою силу и выплеснула ее на Шреддера. В лицо ударил горячий ветер, в ушах стоял гул. Спустя какое-то мгновение Ши поняла, что гул – это ее собственный крик. Ветер превратился в вихрь, трепавший ее волосы. Энергия, которую подопытная сконцентрировала и направляла на врага, казалось, не иссякнет. - Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! – Внезапно раздался вопль, и Шизукана не узнала свой собственный голос, - Я УБЬЮ ТЕБЯ!!! Я НЕ ОСТАВЛЮ ОТ ТЕБЯ НИЧЕГО!!! Я УНИЧТОЖУ ТЕБЯ!!! Я УНИЧТОЖУ ВСЕХ ВАС!!! ВСЕХ ВАС!!! ВСЕЕЕЕЕЕХ!!! … - Это было слишком эпично, - пробормотал Раф, перебинтовывая пластрон Донни, - я даже не понял сначала, кому она это орала. Шреддеру или Лео. - С чего это она бы это Лео орала? – хихикнул Микки. - Не знаю, кому она это орала. В любом случае в штаны там все наложили. - Это точно, - хмыкнул Лео и улыбнулся, - девочка с сюрпризом. Никогда бы не подумал, что этот забитый мышонок, который боялся на кого-то лишний раз посмотреть, будет так откровенно орать на Шреддера. - Она не то, что орала. Она его пригвоздила к полу. Да ей медаль надо вручить! – восхищенно сказал Донни. - Вручим обязательно, дай только ей в себя прийти. А то она как в тот момент после этого шоу в обморок грохнулась, так в себя и не приходила. - Эйприл говорит, все хорошо, - улыбнулся Лео, - просто это был слишком мощный всплеск энергии. Просто много сил потрачено. Так что нашей победительнице просто нужно сейчас отдыхать. - А вспомни, как Шреддера потом кантузило, - расхохотался Микки, - даже ослеп на время. Ползал по полу и пытался придушить Саблезуба! - Побочки, - улыбнулся Донни, - и эти побочки сыграли нам хорошую службу. Пока все занимались Шреддером, мы успели эпично уйти в закат, прихватив с собой Рафа, Микки и Эйприл с Ши. - Да, это мы еще долго будем вспоминать, - блаженно растянулся в улыбке Рафаэль. - Ребят, - в гостиную вбежала Эйприл, - Ши очнулась! … - Я не знаю, что на меня нашло, - вздохнула Шизукана, - честное слово. Это как будто не я была. - Ты, или не ты, но это было классно, - улыбнулась Эйприл, - а как ты это сделала? - Почувствовала энергию и поняла, что ее нужно сконцентрировать. И как-то мне это удалось. - Смотри, - сказала Эйприл и выставила руку вперед в сторону стола Донни. Книга, лежавшая на столе, слегка дернулась и плавно поднялась в воздух. - Ого, - выдохнула Ши, - как? - Я просто научилась концентрировать свою энергию. И ты тоже сможешь. Просто тебе надо заниматься. Но постепенно. В ближайшую неделю тебе желательно вообще ничего не вытворять. Твой лимит Шреддер весь израсходовал, - хихикнула Эйприл, - а потом, как восстановишься, я тебя научу. Хочешь? - Это что получается… Я у вас могу остаться? - А ты как думала? – спросил Лео, - победили Футов и все, по домам? - Ну… Не знаю, - замялась Ши. - Ты больше не думай о таком, - посоветовал Микки, - мы же семья! - Семья, - повторила Шизукана, но как-то неуверенно, словно пробуя слово на вкус, - Семья, - еще раз сказала девочка уже уверенней и с улыбкой. - Ладно, семья, кто будет пиццу? А то ползущего по своему же логову Шреддера отметить ведь надо! - Несомненно, Микки, несомненно.