Их суммарное пять

      …Данте любит поспать, за что иногда получает от Куро, которого он, в свою очередь, имеет полное право отчитать за ночные посиделки с документами в обнимку. Да, такой вот парадокс…       «Сколько вы вместе?»       Если спросить их об этом, они навряд ли ответят, потому что все случилось быстро и неожиданно. Просто на утро после какого-то праздника кардинал проснулся в теплых объятиях философа, а когда попытался вылезти оттуда, его притянули крепче и пробормотали в пылающее малиновым ухо:       — Спи, рано еще… — треф опешил, но остался. Ему даже понравилось лежать вот так, — вдвоем, прижавшись теплыми телами друг к другу, в обнимку, — о чем молодой человек скромно промолчал. Но в грудь третьего второй уткнулся с тихим стоном тогда, когда он прошептал с явной улыбкой в голосе. — Люблю тебя…       — И я тебя, — услышав произнесенные приглушённым шёпотом слова, Дан усмехнулся и уткнулся лицом в пепельно-серые волосы, вдыхая аромат орехового кофе и чернил. А когда они позже вышли на кухню, вдвоём дружно и умилились, и обалдели, потому что в гостиной диван заняли Вару и Габриэль, причем последний лежал на первом и зелёный обнимал коричневого за талию, довольно улыбаясь во сне…       За что эти двое любят друг друга, клоны тоже не всегда понимают. Просто любят, без всяких мыльных сцен, без слюней и слащавости, от которых обоих воротит. Для них принести чашку чая или кофе другому — наиболее честное проявление чувств, чем постоянная пустая болтовня о любви и сюсюкание. Парни даже договорились, что если последнее начнется, они разойдутся.       Данте любит наблюдать, как Куромаку готовит. В фартуке, весь растрёпанный, с мокрыми от кухонного жара волосами и лбом умник ходит туда-сюда, не обращая внимания на усмехающегося красноволосого, сидящего на подоконнике. Правда, трефовый иногда бесится только от того, что на него кто-то смотрит, и ворчит, но третий клон знает — он просто хочет, чтобы ему помогли, что король бубен и делает. Он соскакивает со своего места и становится у стола, начиная что-то нарезать. Еще философ любит, когда после долгого сидения в душном кабинете Маку приходит к нему, настраивает какой-то фильм и укладывается головой на грудь наполовину сидящего красного, постанывая от расслабления спины. Как правило, фильм они не досматривают, ведь после второй трети кто-то из них начинает лезть к другому, а там уже не до фильма становится.       У правителя Сукхавати имеется одна, по мнению Куроградца, нехорошая, но чертовски сексуальная привычка, которая одновременно и бесит, и заводит серого. Если, по мнению алоглазого, Курилка слишком долго работает, он приходит в его кабинет, становится за стулом и, обнимая, начинает лезть своими юркими пальцами под рубашку. Со стороны все выглядит довольно невинно и все бы ничего, но грудь — самое слабое место на теле серьезного очкарика, и поклонник чая прекрасно об этом осведомлен. Последний специально, без зазрения совести и с легкой плутовской улыбкой, доводит возлюбленного до ручки, после чего нарочно медленно убирает со стола бумагу и другую канцелярию. Чтоб не мешала. Данте любит волосы Куро, его ямочки за ушами и ребра, кардиналу в свою очередь нравятся скулы, руки и бедра партнера…       Они знают друг о друге намного больше, чем кто-либо другой из клонов. Только Данте знает, как успокоить Куро, если он взбеситься от очередного прикола Вару, и только трефовый король в курсе того, каким бубновый может быть на самом деле, без обычного спокойствия, почти равнодушия. В первом случае можно обвить одной рукой плечи кардинала и сказать вслух любую мудрость, подходящую к ситуации, а после наклониться к уху и прошептать какой-нибудь комплимент, незаметно поглаживая кавалера, пока тот тяжело дышит после крика и медленно краснеет. Когда же коммунист разбирал натуру алоглазого на мельчайшие детали, он с превеликим удивлением обнаружил, что в проявлении каких-либо чувств, эмоций или черт характера Дан даст фору каждому в этом доме. Если сам красный захочет, конечно. Так молодой человек может рвать и метать еще покруче Пика или настолько виртуозно крутить словами, что Ромео бы позавидовал.       Куромаку ценит в Данте те черты характера, которые не позволяют ему задавать лишние вопросы и которые скажут просто принести кружку лучшего чая и плед. Бубновый не станет ругаться, если увидит, что Куро греет чайник, чтобы сделать себе уже десятую чашку кофе за день. Вместо этого он подойдет, обнимет кардинала со спины и посоветует пойти отлежаться. Серый поворчит о том, что у него работы выше крыши, но спустя несколько узоров, нарисованных пальцем на груди, и пару хмыков в ухо сдастся и послушается…       Для них любить — значит уметь как и поддержать в нужной ситуации, так и вовремя осадить, «дать подзатыльник», приводя в чувство. А ещё это может быть бессонная ночь за просмотром фильмов со встречей рассвета или забота во время болезни зимой. Треф и бубен не всегда понимают, что им для душевного тепла нужен всего лишь тихий голос в начале дня, шепчущий «Доброе утро…» и мимолётная улыбка, подаренная украдкой. Подсознательно Куромаку и Данте считают своим счастливым числом цифру 5, ведь именно пятерка была суммой их номеров…