Я, Он, Мы

Плотнее запахнувшись в пальто, и натянув большой яркий шарф почти на нос, Тэхён шёл по утренней морозной улице. Будь его воля, он бы вообще не выползал из дома, по крайней мере, до весны – свернулся бы клубком где-нибудь под пледом, впал в спячку, быть может тогда, то, что ранило его, затянулось и переболело бы. Но, февраль подошел к концу, начинаются занятия в новом семестре, а раз он едва перешел на второй курс, то речи о том, чтобы забросить учебу и быть не может. Начало марта выдалось, отчего-то, на удивление холодным, но Тэхён не жалуется, ему, наоборот, кажется, что так быстрее замерзнут его растрепанные чувства. Замучившись на первой же лекции, Тэхён, на автомате переставляя ноги, плетется в кафетерий за неугомонным другом. - Определенно, пибимпаб в этом семестре стали делать лучше! – улыбнувшись, заметил Хосок, уплетая обед за обе щеки. - Угу... – Тэхён пробормотал что-то в ответ, дабы друг не приставал дальше с расспросами. - Тэ, у тебя в тарелке таракан! - Ректор И признался мне в любви! - На нас летит метеорит! - Йя, Ким Тэхён! Ты хотя бы сделаешь вид, что слышишь меня? - А? Что, прости? – Тэхён, наконец-то очнулся и посмотрел на друга, безуспешно пытающегося до него докричаться. - Знаешь, мне это надоело. Как долго ты планируешь находиться в состоянии живого трупа? То, что этот урод так по-свински поступил, еще не повод прекращать жить! – довольно агрессивно продолжил свой монолог Хосок. - Не называй его так. И, я живу, все в порядке. – Бесцветным голосом и натянутой улыбкой Тэхён пытался доказать другу ошибочность его выводов. - Нет уж, ты меня прости, но я не могу смотреть, как ты с каждым днем будто сохнешь изнутри. Тэхён-а, ну, скажи мне, что надо сделать, чтобы ты снова стал сам собой? – Хосок едва ли не умоляюще сложил ладони, и заглянул в пустые глаза друга. - Не знаю. Просто, пройдет время, и все, наверно станет нормально, – пожал плечами Тэхён. - А знаешь, клин ведь клином вышибают, так говорят? Тебе стоит снова влюбиться, это тебя вылечит! – заверил друг. - Просто так взять и влюбиться? По-твоему это раз, два, и готово? И ты даже знаешь в кого надо влюбиться? – хмыкнул омега. - Ну, может и не раз и два. Но, в кого, мы найдем! Да далеко ходить не надо, у меня, например, брат приезжает в конце недели. – Хосок совсем оживился, когда не увидел яростного сопротивления на свои предложения. Хотя, признаться честно, оживился он еще тогда, когда повстречав неловкого первокурсника Тэхёна, решил, как старший, взять над ним шефство. - Мне кажется, что это плохая идея. Понимаешь, думаю, мне сейчас совершенно не нужны отношения, даже если твой брат и замечательный. Я, правда, не хочу встречаться. - Хорошо, я не предлагаю тебе сразу же встречаться, но ведь ты можешь с ним просто познакомиться? Я приглашаю тебя в гости, и хочу представить своему родственнику. Но, к слову сказать, с тобой я тоже не против породниться, – альфа подмигнул, закатившему глаза, Тэхёну. - В общем-то... - Вот и правильно. Считай, что ты просто расширяешь круг общения. Может, если допустишь новые знакомства, тебя это отвлечет.

***

Сначала, Тэхён действительно хотел отказаться, ведь зачем ему ненужные знакомства? К тому же, сам брат Хосока тоже может быть против. Тэхёну всегда казалось, что люди, занимающиеся наукой, не особо волнуются насчет отношений, они наверняка слишком сухи и не так уж эмоциональны в этом плане в силу своих интересов. А если учесть, что брат Хосока изучал то ли химию, то ли биологию, наверняка какой-нибудь заморский жук, или неожиданная реакция препаратов, для него гораздо интересней друга брата. Но, с другой стороны, Тэхён ведь тоже ни на что не надеется, он не замуж планирует выходить. Просто формальное знакомство, и Хосок не станет больше приставать к нему с просьбами присмотреться к брату. - Ой, совсем забыл, я ведь должен был позвонить одногруппнику насчет семинара! – театрально взмахнув ладонями, «неожиданно» опомнился Хосок. – Вы тут не скучайте ребята, я быстро. Уже через минуту его и след простыл. Тэхён остался сидеть на диване один, теперь уж совершенно точно испытывая неловкость в полной ее мере. Чонгук - брат Хосока, кажется, был настроен гораздо более спокойно, продолжая невозмутимо копаться в телефоне, изредка бросая взгляд на экран непонятно для кого работающего телевизора. - Можешь расслабиться, я не собираюсь как-то использовать это якобы случайное отсутствие Хосока, – обратился альфа к Тэхёну. - Прости? – омега нахмурил брови, размышляя, серьезно тот сейчас с ним говорил, или это такая шутка. - Давай просто притворимся, что я глупый младший брат, который не понимает, что его, в свою очередь, старший пытается совершенно незаметно свести со своим другом. – Чонгук тепло улыбнулся, отложив свой телефон. Тэхён поймал себя на мысли, что может назвать его сейчас даже милым. - Это облегчает дело, наверно так стоит мне сейчас сказать, - немного расслабившись, заметил он. - Просто каждый раз, когда я расстаюсь, Хосок пытается устроить мне новую «любовь», – улыбнулся Чонгук, пожимая плечами. – То есть, не то, чтобы это происходило очень часто. Ну, ты понимаешь. – Оказывается, этот альфа способен смущаться и начинает суетиться и тараторить, когда волнуется, невольно отметил для себя еще одну его особенность, Тэхён. - Я тоже в аналогичном положении, – омега, кажется, впервые за вечер неловко и искренне улыбнулся, почему-то чувствуя спокойствие в присутствии этого парня. - Неудачные отношения? И, дай угадаю, тот альфа, наверно, ужасный мерзавец? – предположил Чонгук с видом знатока. - Омега, – тихо произнес Тэхён, разглядывая парня из-под челки, словно желая предугадать его реакцию. - Оу! – многозначительно заметил Чонгук, округлив глаза, не скрывая легкого удивления, Тэхёну вновь показалось, что это выглядело очень по-детски, мило. - Тебя это смущает? - Ну, не то чтобы. Скорее, да, если честно. Просто я не ожидал такого поворота, но я тебя не осуждаю, конечно, не в этом смысле. - Все в порядке, я сталкивался и с более негативной реакцией. - Могу представить, – даже сочувственно пробормотал Чонгук. - Ты встречался с альфами? – неожиданно, и с долей иронии в голосе, спросил Тэхён. Вышло, правда, немного жестче, чем он хотел. - Нет, как-то не приходилось. - Тогда не можешь представить. - Прости, – парень неловко пожал плечами, боясь, что мог нечаянно обидеть. - Ничего, тебе не за что извиняться, – махнул, в итоге, рукой Тэхён. Атмосфера неловкости, которая вроде успела исчезнуть, снова поселилась в комнате, и на некоторое время, они просто замолчали, уставившись в телевизор. Однако вскоре перейдя от перебрасываний короткими фразами к разговорам ни о чем, им удалось убить время до возвращения Хосока. Впрочем, дождавшись друга, Тэхён сразу же поспешил отправиться домой, оставив братьев наедине. На вопрос брата: «ну, и как тебе Тэхён?», Чонгук лишь неоднозначно пожал плечами, он действительно пока не знал «как».

***

Тэхён, кажется, сам не замечает, как присутствие Чонгука в его жизни становится чем-то привычным и даже обыденным. Они теперь с легкостью могут общаться, несмотря на наличие или отсутствие в комнате Хосока, да что там, они порой вообще не обращают на это внимание. Чонгук оказывается не только приятным собеседником, или «глупым младшим братом друга», как он сам себя назвал при их знакомстве, но и отличным кандидатом на роль нового друга. Тэхён с удивлением обнаруживает, что оказывается вовсе не против расширить свой круг знакомств, который, за время его, так называемой депрессии, сузился до микроскопических размеров. Однако теперь омеге приходится стараться не замечать и хитрых взглядов Хосока, который рад и таким небольшим изменениям в его состоянии, и перешептываний родителей, считающих, что он «перебесился» и «вернулся к нормальной жизни». Тэхён не обращает на них внимания, не потому что и правда, «перебесился», а потому, что знает – ни черта они не понимают. Зато Чонгук точно поймет, он, в принципе, всегда все правильно понимает, он, ведь не новая глупая любовь, он просто хороший друг. - А этот как? – подсовывая под нос омеги очередной блоттер, сбрызнутый туалетной водой, интересуется Чонгук. - Мне кажется, что он такой же, как и два предыдущих, – вздыхает Тэхён, потянувшись за баночкой с кофейными зернами. - Разве ты не чувствуешь, что этот аромат более терпкий? – Чонгук морщит нос, и вскидывает брови в искреннем удивлении. - Хорошо, он действительно более терпкий, – кивает Тэхён, предпочитая согласиться. - Ты из вежливости со мной соглашаешься, или, правда, почувствовал? – Альфа удивительно настырен сегодня. - Мой нос уже ничего не понимает, – почти хнычет Тэхён. - Ладно, последний, и пойдем! – Чонгук улыбается милой, на его взгляд, гримасе омеги и бодро хватает очередной бутылёк. - Больше не пойду с тобой в магазин, – бормочет Тэхён себе под нос, заставляя улыбаться их «парочке» еще и находящихся неподалеку консультантов. - Ну? – нетерпеливо тормошит, замершего вдруг парня, Чон. - Он любил такой, – грустно улыбаясь, тихо отвечает Тэхён, после недолго молчания. - Отлично, значит, его точно не будем брать! – Чонгук выбирает другой парфюм и тянет Тэхёна к кассе. - Прости, если испортил настроение. Я понимаю, что все еще продолжаю цепляться за то, что уже прошло, – беря парня за руку и подстраиваясь под его шаг, говорит омега, когда они выходят из магазина. - Не страшно, ты просто еще не принял этот факт, поэтому продолжаешь вспоминать и сравнивать порой, – мягко утешает его Чонгук. - Да, в конце концов, сколько можно!? И не жалей меня больше! – Тэхён даже начинает раздраженно топать ногами, приостанавливаясь прямо посреди улицы. Альфа, улыбаясь, гладит его по голове. Он, конечно же, понимает, что злится тот на самого себя. - Все будет хорошо! – убедительно обещает Чонгук, и Тэхён ему почему-то верит.

***

Тэхён, подобрав под себя ноги, удобно устроившись на кровати Чонгука, перебирает фотографии, которые достает из большой цветастой коробки. Он, то улыбается, разглядывая семейные снимки, то фыркает и посмеивается, смотря на фото Чонгука в компании друзей. Вообще-то, он шел к Хосоку, но раз старшего дома не оказалось, грех не навестить его брата, он ведь и для Тэхёна теперь как родственник. Вертя головой, периодически пропуская мысли вроде «вот же, придурки», Тэхён откладывает очередной снимок. А потом натыкается на изображение Чонгука в обнимку с довольно смеющимся омегой. «Классическая красота» - невольно проносится в голове, при взгляде на незнакомца: светлая кожа, гладкие темные волосы, правильные черты лица. Тэхён на автомате начинает сравнивать себя с парнем на фото, и почему-то от того, что тот, по его мнению, по нескольким пунктам у него выигрывает, становится немного обидно. Совсем маленькая, словно носик комара, иголка, отчего-то неприятно жалит в районе левой груди, укол то ли зависти, то ли ревности. Весьма неожиданное чувство для Тэхёна. - Твой парень? – чуть замирая в ожидании ответа, облизав губы, как можно более обыденным тоном, спрашивает Тэхён. - Угу, бывший, – безразлично бросает Чонгук в ответ, скользнув взглядом по карточке, едва отрываясь от бумаг, которые он перебирает, сидя на полу рядом с кроватью, на которой расположился омега. - А почему всего одно фото? – Тэхён мысленно стучит себе по голове, но все равно спрашивает. - Мы больше не вместе, смысл хранить барахло? Эту видно забыл выкинуть, так бы и ее не было. – Чонгук пожимает плечами, и, протянув руку, выхватывает снимок из пальцев Тэхёна. Поднявшись и подойдя к столу, он рвет фото на несколько кусочков и отправляет их в ведро для мусора. - Эй! Ты чего делаешь? – Тэхён практически подпрыгивает на кровати, и, вытянув руку в направлении парня, возмущенно его окликает. - Это просто бумажка. Видишь? – он улыбается уголками губ, и возвращается на свое место, как будто воспоминания, связанные с бывшим партнером, его действительно не трогают больше. Тэхён замолкает, закусив губу, и укладывается на живот, подперев рукой подбородок. И, правда, чего это он так? Еще несколько минут назад даже это фото он воспринял как сигнал опасности, радовался бы теперь, что «конкурент уничтожен». Но, в то же время, он испытывает что-то похожее на солидарность, у этого омеги ведь тоже наверно были чувства, а «варвар» Чонгук парой движений пальцев прикончил их, разорвав кусочек памяти. Встряхнув головой, Тэхён решает, что слишком много думает, даже за других. Может у них с Чоном просто разные представления, о том, как нужно зализывать раны? Он предпочитает купаться в своей боли, пока не выпьет ее до дна, не разложит все по полочкам, а альфе, наверно, проще сбежать от подобных мыслей, или вовсе притвориться, что все было давно и неправда. - Может ты и прав, надо просто отпускать, – говорит Тэхён вслух, но обращаясь больше к себе. - Какой он? – откликается Чонгук, продолжая, однако, смотреть в свои бумаги. - Кто? – встрепенувшись, спрашивает Тэхён. - Тот омега, что был с тобой. - Он. Он плохой... - Плохой? - Да, классический плохой парень, – поясняет Тэхён. Он впервые, кажется, может засмеяться, вспомнив того, кто «разбил сердце». - Так он тебя соблазнил? – с усмешкой интересуется Чонгук, поворачиваясь лицом к другу. - Я всегда был послушным: вовремя приходил домой, делал домашнее задание, слушал родителей, и все такое. Мы встретились в выпускном классе, его перевели к нам. Настоящий бунтарь, начиная от наплевательского отношения к школьной форме и дисциплине, и заканчивая чуть ли не анархическими взглядами. Он был настолько неправильным, насколько прилежным был я, поэтому, даже не знаю, что его могло во мне заинтересовать. Со мной все было ясно, он меня просто заворожил одной только возможностью забыть обо всех правилах и делать то, что хочется. Родители стояли на ушах, когда моя успеваемость покатилась вниз, а я плевать хотел на все вокруг, мне нужно было только чувствовать его рядом. Меня даже дома запирали, грозили, чем только могли, но я тогда словно с ума сошел - убегал, не слушала ничего, и ничего не боялся. Мне тогда казалось, что я влюблен настолько, что это, то самое «навсегда», понимаешь? - А сейчас? - Сейчас не знаю. Но, если это все были глупости и ребячество, как я довел себя до такого состояния, что родители серьезно думали над тем, чтобы отвести меня к врачу? Я даже теперь иногда об этом думаю. Когда он бросил меня, как я это тогда называл, мне казалось, что больше ничего подобного у меня не будет. - Вы так плохо расстались? - Он просто уехал и все. Я знаю только то, что он забрал документы из школы и переехал с родителями куда-то. Он не попрощался, не объяснил мне ничего. Да что там, даже не позвонил. Выходит, я оказался настолько ничтожным, что не заслужил не то что объяснения, но и чертового звонка. – Приоткрыв немного свой шрам, Тэхён невольно отметил, что стало легче не только думать, да и говорить об этой ситуации не испытывая той боли, что была в самом начале. Или все дело в благотворном влиянии Чона? - Не стоит винить только себя, в отношениях всегда участвуют двое. - Как жаль, что тебя не было рядом тогда, чтобы сказать мне об этом, – улыбнувшись, хмыкнул Тэхён. - У тебя еще не все потеряно! – подмигнул альфа. - А ты, расскажешь мне свою грустную историю? – через минуту молчания интересуется омега, вырывая Чонгука из раздумий, в которые он уже успел невольно окунуться. - Почему бы и нет. Теперь это уже, правда, не так грустно. Просто обычное дело - встречались, расстались, вот и все. - Давай, ты можешь мне поплакаться. Обещаю не смеяться громко, – заверяет Тэхён друга, усаживаясь на кровати, опираясь спиной о стену и похлопывая ладонью по свободному месту рядом. - Ты сам напросился, – притворно ухмыляется Чон, удобно устраиваясь рядом с парнем и укладывая голову на его колени. - Итак. - Итак, у меня был омега. А потом мы расстались. Конец истории. - Нет уж, так не честно! Ты не отделаешься заезженными фразами. Расскажи мне о нем. Хочется узнать, что же это был за парень, который посмел бросить такого отличного альфу? – улыбнулся Тэхён, чуть растрепав волосы Чона. - Может я не такой уж хороший? – усмехнулся молодой человек. – А может, мы оба были не теми друг для друга. Знаешь, всегда действительно легче анализировать то, что уже переболел. Он был из тех, кто не любит ждать. А я вот не могу делать все лишь в угоду кому-то, просто мне кажется, это нечестно. Мы довольно долго встречались, в старших классах нас считали красивой парой, из тех, которые потом женятся и живут долго и счастливо. Только я немного зациклен на своих интересах, признаю. Мне действительно на тот момент казалось, что мы все еще успеем. Я хотел дальше учиться, тем более, после выпуска мне предложили вариант по обмену заграницей, и это был мой шанс. А ему хотелось все и сразу: и чтобы я был всегда рядом, и чтобы свадьба поскорее, – усмехнулся Чонгук, прерывая свое повествование. - И он не согласился с твоим решением? – тихо спросил Тэхён, невольно продолжая поглаживать голову альфы, лежащую на его коленях. - Не согласился. Он, и правда, не любил ждать, у него не хватало на это терпения. Хотя проблема кажется смешной, если так подумать. Кто знает, может все и к лучшему, что так сложилось? Я уехал, он остался. - И ты не хотел, с ним потом встретиться? Не искал его, когда вернулся? - Зачем? Вряд ли что-то бы изменилось. - До сих пор любишь его? - Нет, наверно, уже нет. Чувства со временем могут притупляться, а наших, видимо, было совсем недостаточно, чтобы сохранить отношения. Надеюсь только, что он хорошо устроился и добился, чего хотел. В конце концов, он ведь не виноват, что я такой ненадежный оказался, – пожав плечами, улыбнулся Чонгук. - Да ты роковой мужчина оказывается! – засмеялся Тэхён, чуть толкая друга в плечо. Зажмурившийся было парень, разомлевший от тихой речи и нежных пальцев омеги, запутывающихся у него в волосах, распахнул глаза и пристально посмотрел прямо на Тэхёна. Тот, еще продолжая посмеиваться над альфой, вдруг притих, отвечая на чужой внимательный взгляд. Некоторое время они еще продолжали смотреть глаза в глаза, а потом непроизвольно потянулись друг к другу, медленно сокращая дистанцию между их лицами. Мягкие волосы омеги чуть щекотали щеки Чона и он, улыбнувшись, отвел непослушную прядь в сторону. Осторожно взяв в ладони лицо, прикрывшего глаза Тэхёна, альфа придвинулся ближе касаясь его губ своими. За легким, почти целомудренным поцелуем, неожиданно для них обоих последовал еще один, и еще. - Ой, простите. Я ничего не видел, продолжайте! – Хосок, вошедший было в комнату, резко развернулся на пороге, прикрывая ладонью глаза и поспешил удалиться, бормоча извинения. - Да. Кажется, иногда я хочу, чтобы у меня не было старшего брата, – неловко улыбнувшись, вздохнул Чонгук. - Прости! Мне точно пора. Я лучше пойду, – Тэхён вскочил с места, поправляя на ходу одежду и едва ли не бросаясь к двери, будто в этом была вся цель его жизни. Сердце отчего-то стучало не ровно, а мысли совершенно спутались в голове. И то ли это весна решила начаться в этом году пораньше, то ли просто Тэхён начал оттаивать.

***

Потерев глаза и отложив книгу, которую он читал уже несколько часов, Тэхён только сейчас обратил внимание на время. Оказывается, пока он витал в другой реальности, начал незаметно подкрадываться вечер, укутывая город темно-синим покрывалом сумерек. Услышав легкий стук в окно, омега вздрогнул, воспоминания кольнули острой иголкой, но прислушавшись, он понял, что это всего лишь первые капли дождя застучали с той стороны стеклянной поверхности. Но этот звук, когда будто камушек кинули в окно... Тэхён встал с кровати и быстро подойдя к двери, запер ее на щеколду. Прошествовав в обратном направлении, в сторону окна, он присел на корточки перед письменным столом, выдвинул нижний ящик тумбочки, немного пошарив внутри, и, наконец, нащупал полупустую пачку сигарет и зажигалку. Открыв окно, позволяя свежему прохладному воздуху ворваться в теплоту его комнаты, Тэхён облокотился на подоконник, и, чиркнув зажигалкой, прикурил сигарету, извлеченную из наполовину заполненной пачки. Выпустив изо рта тонкую струйку дыма, Тэхён улыбнулся быстро растаявшему легкому сизому облачку, это как подарок из прошлого, как Он... Тэхён листает учебник, готовясь к тесту, который будет уже завтра, и как он мог забыть про него? Хотя, это, впрочем, не удивительно, учитывая то, сколько теперь времени у него уходило на мысли о школьных занятиях. Еще в прошлом году он так трясся над каждой отметкой, так усердно выполнял все задания, памятуя о том, что ему предстоит скоро поступать, ведь время летит так быстро и выпуск из старшей школы уже не за горами. Но, сейчас Тэхёну стало как-то все равно, он впервые не чувствует ни напряжения, ни давления из-за страхов о будущем, он купается в той неожиданной свободе, в той эйфории, которые дарит ему тот, что ураганом ворвался в его тихую и правильную жизнь. Стук камушка о стекло, как условный сигнал, и Тэхён ярко улыбается, откинув все учебники в сторону, и спрыгивая с кровати, спешит к окну. Отворив стеклянную преграду, он сразу же встречается с хитрым прищуром темных глаз, сверкающих из-под темной же, длинной челки. - Ты... – радостно выдыхает Тэхён, сгребая в объятия уже забравшегося в комнату парня. - Я. – Гость довольно ухмыляется и, перенимая инициативу на себя, резко прижимается пухлыми влажными губами к чужим, приоткрытым в ожидании губам. - И я рад тебя видеть, – улыбаясь, шепчет Тэхён, когда поцелуй завершается так же быстро, как и начался. – Ты принципиально не любишь заходить в дом через дверь? - Думал, твои родители могут быть не на работе, знаешь же, как они меня не переваривают. – Кривит красивые губы второй омега. - Поэтому, решил, что лучше увидеть только тебя. Ты, кстати, один дома? – интересуется «друг», говоря не слишком громко, мало ли. - Да, у отца ночное дежурство в больнице, а папа уехал к родственникам на выходные, – бодро отчитывается хозяин дома. - Отлично. Ты ведь не против, если мы никуда не пойдем сегодня? А то дождь начинается, будем с тобой, как два мокрых кота, – тряхнув головой, словно в подтверждение своих слов, избавляясь от нескольких маленьких капелек, успевших коснуться его волос, улыбается парень. - Нет, можем побыть и дома, – кивает Тэхён. Эрик - так его зовут, скидывает обувь, и, стянув с плеч куртку, которую оставляет на стоящем рядом с письменным столом, стуле, проходит в комнату и устраивается на уже облюбованной им большой кровати. Тэхён спешит к нему и укладывается рядом. Пока они болтают ни о чем, обнимаются и целуют друг друга, Тэхён во все глаза глядит на это, свалившееся на него как снег на голову, чудо, словно желая запомнить каждую черточку, каждую улыбку. Так спокойно и так волнующе одновременно, Тэхён еще никогда не испытывал ничего подобного, ровно до того момента, как в его жизни появился этот «плохой парень». Эрик Ким был наполовину корейцем, наполовину американцем, или англичанином, Тэхён не вдавался, если честно, в подробности. Новенький, который перевелся в их класс уже после начала учебного года, сразу же привлек к себе всеобщее внимание. В первую очередь, конечно, своим чересчур свободным поведением. Его родители, кажется, были дипломатами, и, исколесив полмира вместе с ними Эрик, очевидно чего только не повидал, естественно, что его нравы слишком отличались от представлений местных жителей, которые порой смотрели на него как аборигены на белого завоевателя. Кто-то из новоиспеченных одноклассников откровенно выражал свое презрение и не выказывал никакого желания проявлять дружелюбие, кто-то сразу же проникся к новенькому, демонстрируя положительной настрой и направленность на общение, а кто-то, как Тэхён, вдохнув свежий воздух заокеанской свободы, пал восторженной жертвой новоприбывшего. Тэхён столкнулся с ним, пока бежал по коридору, спеша на следующий урок, а новенький как раз искал кабинет своего класса, когда на него из-за угла практически налетел серьезный, но миловидный парень. Тэхён тут же извинился и ненадолго замер, рассматривая стоящего напротив человека, пытаясь невзначай еще и принюхаться, дабы определить его вторичный пол, так как внешний вид парня был неоднозначен. Из школьной формы незнакомца, кажется, привлек лишь пиджак, потому что остальной его наряд состоял из темных джинсов, футболки с изображением какой-то группы, и высоких шнурованных ботинок. У парня была модная короткая стрижка, но с уступкой в виде густой длинной челки, скошенной набок. Бледная кожа, темные миндалевидные глаза, и яркие губы, было в нем что-то похожее и одновременно что-то далекое от местных. - Хм, может, поможешь найти кабинет, раз уж мы столкнулись? – выслушав извинения налетевшего на него школьника, кашлянув, спросил молодой человек. Голос чуть с хрипотцой, но довольно мягкий. - О, так мы можем пойти вместе, это мой класс! – воскликнул Тэхён, взглянув на протянутую ему бумажку с номером кабинета. – Кстати, я Ким Тэхён, очевидно мы теперь одноклассники, – улыбнулся он. - Эрик Ким. Очевидно, что так, – хмыкнул в ответ парень, все же пожав протянутую ему руку и прожигая нового знакомого дерзким взглядом. Казалось, это знакомство не предвещает ничего неожиданного, просто новый одноклассник, да и учиться осталось всего год, вряд ли они потом даже вспомнят друг друга. Но, вскоре в жизни Тэхёна все завертелось в каком-то совершенно неожиданном для него направлении. Он всегда был доброжелателен и открыт, поэтому проявить внимание к новичку в коллективе для него не составляло труда. Да, Эрик был совсем не похож не большинство его знакомых, по-восточному красив и загадочен, и по-западному раскован и самодостаточен, это многим в нем и нравилось, и многих, наоборот, раздражало. Но не Тэхёна. Он тянулся к этому новому и неизвестному со страшной силой, словно бабочка, которая летит на огонь. Свет, который излучал этот омега, манил Тэхёна так же. Эрик много где был, и казалось, знал все на свете, общаясь, сближаясь с ним, Тэхён превращался в губку, впитывая все, о чем просвещал его новый знакомый. Они все больше времени проводили вместе и Тэхён начинал понимать, как же была скучна и однообразна его жизнь, по сравнению с той, какую вел этот нетипичный омега. Ему хотелось так же, хоть раз попробовать сделать то, что от него никто не ждет, перестать быть таким правильным, отпустить себя, испытать то волшебное чувство собственной свободы и независимости от обстоятельств, дышать тем же воздухом, что и Эрик. И Тэхён позволил себе это, сначала, правда, воспринимая все как шалость, пока не заметил, как развлечение переросло для него в нечто более важное и значимое. В тот день, когда Тэхён решил быть готовым ко всему, что может произойти, последним был урок физкультуры. Задержавшись в зале, помогая собирать инвентарь, он оказался в раздевалке одним из последних, а когда вышел из душа, понял, что и вовсе остался один. Эрик занятия физкультурой почему-то презирал, видимо не любил, когда ему говорят что-то делать по указу, сопровождающемуся звуком тренерского свистка, однако он частенько дожидался Тэхёна, если не уходил куда-то, бродить сам по себе. Тэхён был не совсем уж наивным мальчиком, чтобы не замечать, что их дружба немного видоизменяется со временем, и вместо совместных нарушений правил, между ними стало больше прикосновений, нежности, объятий. Предчувствие уже скреблось когтистыми лапами в дверь и Тэхён думал, что надо что-то делать - либо честно поговорить с Эриком и дать понять, что он способен лишь на искреннюю дружбу, но не более, либо принять новые правила игры и зайти еще дальше в своем стремлении попробовать на вкус свободу. - Занятие закончилось? – Эрик неожиданно возникает за спиной, словно по мановению волшебной палочки, пока Тэхён, копается в шкафчике, собираясь одеваться. - М...да, – неуверенно произносит Тэхён, чувствуя, как начинает гореть кожа на плече, обожженном, чужим горячим дыханием. - Хочешь зайти сегодня ко мне? - А, конечно. Хорошо. Руки Эрика обвивают его талию, он все еще стоит в одном полотенце, но тело так отзывается на каждое прикосновение, словно на нем вообще ничего нет. Тэхён взволнованно выдыхает, когда чужие теплые губы целуют его плечо, он сильнее вжимается спиной в парня, стоящего позади и откидывает голову ему на плечо, открывая для поцелуев и шею. Эрик проводит языком по влажной после душа коже, собирая еще не высохшие маленькие капельки, а Тэхён вцепляется рукой в дверцу железного шкафчика, потому что коленки подкашиваются и он чувствует, что без опоры просто осядет на пол. Резко прекращая ласкать шею и плечи, Эрик разворачивает его к себе лицом, и, прижав спиной к холодной поверхности шкафчика, с жадностью впивается в губы. Тэхён, запустив руки под чужую футболку, проводит кончиками пальцев по теплой коже второго омеги, чувствуя, как тот вздрагивает от удовольствия. Чужой язык скользит у него во рту, лаская, провоцируя, а Тэхён выдыхает через раз, плавясь от накрывающих его ощущений. - Продолжим позже, – хрипло шепчет Эрик, отстраняясь. – Одевайся, я подожду тебя в коридоре, а то рискую не сдержаться. – Парень хитро улыбается, и, подхватив свою сумку, исчезает за дверью, оставляя Тэхёна с горящими щеками и бешено колотящимся сердцем. - Чего ты так улыбаешься? – спрашивает Эрик, вставая с кровати и подходя к своей куртке, выуживая из нее пачку сигарет. - Просто... Вспомнил, когда мы только познакомились, – улыбается Тэхён. - Ты мне сразу понравился, – кивает Эрик, улыбаясь в ответ. – Ничего, если я закурю? – спрашивает он, уже чиркая зажигалкой и прикуривая. - Ничего, проветрим, - Тэхён, исполняя свое же обещание, быстро оказывается у окна, открывая одну створку и вдыхая свежий воздух. Он недолго смотрит, как капли мелкого дождика ударяются о подоконник, но наплевав на это, дергает штору и оборачивается. – Только пепельницу возьми – кивает Тэхён на пустую банку из под колы, оставшуюся на письменном столе. - Йес, сэр! – шутя, отдает честь Эрик, чеканя каждое слово. Парень сидит на полу, рядом с кроватью, и довольно жмурится после каждой затяжки. Тэхён с легким восторгом наблюдает за ним, окутанным невесомой вуалью дыма. Его, кажется, переполняют самые разнообразные чувства - хочется одновременно петь и плясать, и рыдать в голос, от разрывающих изнутри эмоций, а счастье такое неопределенное... - Дай мне тоже попробовать, – просит Тэхён, налюбовавшись, наконец. - Только аккуратней, – протягивая сигарету, просит Эрик. - Это не так уж и трудно. Обхватив губами фильтр, Тэхён сильно втягивает в себя воздух. Однако, не рассчитав с непривычки, тут же начинает давиться кашлем. Эрик смеется, отбирая у него сигарету, легонько хлопает по спине, приговаривая: «Ну, с первой затяжкой, тебя!». - Иди-ка, сюда, – манит пальцем парень, затянувшись снова. - А я не буду больше кашлять? – как-то наивно интересуется Тэхён, придвигаясь ближе. И Эрик качает головой, мол «нет, не будешь». Тэхён податливо приоткрывает губы, чувствуя, как омега выдыхает ему прямо в рот, и, не давая опомниться, берет в плен его язык, влажно целуя. Сигаретный дым смешивается с их общим дыханием и они, ненадолго оторвавшись, ловят воздух покрасневшими губами, Тэхёну это кажется таким пошлым, но одновременно с тем, жутко возбуждающим. Эрик тушит сигарету в банке с фирменной надписью «Coca Cola», и, облизавшись, встает с пола, утягивая Тэхёна за собой на кровать. Сквозь приоткрытое окно в комнату пробирается прохладный воздух, от которого по коже бегут мурашки, но лучше так, иначе было бы слишком жарко. Все происходит молча, но им и не нужно договариваться, если желания совпадают. Тэхён опускается на спину, чуть разводя ноги, между которых устраивается второй омега. Его поцелуи становятся более жадными и глубокими, и пару раз парень даже хищно прикусывает губу Тэхёна. Запустив руки под его домашнюю футболку, Эрик нетерпеливо скользит по обнаженной груди, с ухмылкой отмечая чужие чувствительность и отдачу. Отстранившись ненадолго, он устраивается сверху на бедрах «друга» и вскоре Тэхён уже тянет руки, чтобы и ему помочь избавиться от лишней одежды. Ловко перевернув парня на спину, Тэхён садится на колени рядом с ним и стягивает узкие джинсы с его длинных стройных ног. Вся одежда безжалостно отправляется на пол, и они, наконец, прижимаются друг к другу обнаженными телами. Руки Эрика проходятся по талии второго омеги, опускаясь на бедра и чуть сжимая, заставляя развести ноги. Горячие губы накрывают сначала один сосок, а потом и другой, лаская языком и прикусывая, и Тэхён выгибается, чуть ли не дугой, еле сдерживая стон. Тело натягивается струной, когда тонкие длинные пальцы скользят между его разведенных ног, он никогда еще не чувствовал себя настолько беззащитным и в то же время уверенным в себе. Чужие пальцы ласкают уверенно, но нежно, даря сладкую муку, заставляя, то и дело прикусывать опухшие от поцелуев губы. А потом у Тэхёна все плывет перед глазами и с губ срываются протяжные стоны, тело становится абсолютно легким, невесомым, а внутри него словно разливается что-то теплое, сладкое, как мёд. Он тяжело дышит и утыкается носом в шею, устроившегося рядом Эрика. Переведя дыхание и отдохнув какое-то время, Тэхён проводит пальцами по обнаженной коже своего, видимо, теперь уже парня и хитро улыбается. - Ты не обязан, я не заставляю... – голос Эрика томный с легкой хрипотцой. - Я хочу. Только научи меня, – Тэхён тихо шепчет свой ответ. И все начинается по новой, только теперь рука второго омеги направляет Тэхёна, который с почти детским любопытством изучает реакции другого парня на свои еще неопытные действия. Чуть позже, он блаженно улыбается, лежа на животе, слушая, как в окно барабанит дождь. Пытаясь бороться с дремой, он смотрит на обнаженного парня, сидящего на стуле и держащего сигарету в тонких пальцах, а потом силуэт Эрика просто растворяется в легкой дымке... Тэхён тушит уже второй окурок в стоящем на подоконнике цветочном горшке и заворачивает его, как и предыдущий, в каком-то клочке бумаги, чтобы затем выбросить в мусорное ведро, ликвидируя улики. Пачку он также прячет в нижнем ящике стола, так сказать, до лучших времен. Он специально обрывает внезапно нахлынувшие воспоминания на этом моменте, о том, что было дальше, ему думать не хочется. А тут, навеяло. Еле слышный стук в окно прерывает поток мыслей. Сначала он думает, что ему показалось, или, что дождь начинается по новой, но стук повторяется. Второй удар камушка о стекло чуть сильнее предыдущего и Тэхёну приходится вернуться к окну. Открыв его, парень видит стоящего в метре-двух от окна Чонгука. - Привет! – альфа улыбается и машет рукой. – Решил выкрасть тебя на вечернюю прогулку. Ты как? - Привет. Я сейчас, подожди минуту, – Тэхён машет рукой в ответ и кивает на его предложение. «Осторожный. В окна не лазает» – с усмешкой думает Тэхён. Следом в голове проскакивает другая мысль – «а почему бы и нет?», в конце концов, он больше не находит причин для возражения. Собираясь на встречу с Тэхёном, Чонгук даже не замечает, что невольно улыбается своему отражению в зеркале, стоит ему только подумать об омеге. Давно с ним такого не происходило, чтобы он чувствовал себя как школьник, отправляющийся на первое свидание. В последнее время он все чаще задумывается о том, что Хосок был, не так уж и неправ, решив познакомить его со своим другом. Ему легко с Тэхёном, они не давят друг на друга, уважают личное пространство, не форсируют события, может, конечно, сказывается и опыт предыдущих неудачных отношений. И возможно, Чонгук пока не готов утверждать точно, но, кажется, он видит дальнейшие перспективы. Что было, то прошло, пора уже двигаться вперед, позволив себе довериться новым чувствам. Подойдя к дому Тэхёна и останавливаясь у окна его комнаты, он замирает ненадолго и просто ждет, за легкими занавесками ловя взглядом силуэт омеги. Почему-то так не хочется сдерживать небольшой хулиганский порыв, и, подняв с земли маленький камушек, он легко кидает его в окно. Тэхён появляется через минуту, чуть удивленно взглянув на него, а Чонгук тут же неловко улыбается. Они не спеша прогуливаются по улочкам вечернего города и Чон, во внезапном порыве смелости, даже берет Тэхёна за руку, хоть официально они пока не пара. Омега совсем не спешит высвободить свои пальцы из плена чужой руки и продолжает что-то рассказывать, идущему рядом парню. Чонгук пытается слушать внимательно, иногда улыбаясь, иногда поддакивая или серьезно кивая, но его мысль постоянно уносит куда-то назад, в другой вечер, к другому... Ынчжи уже битый час таскает его по всевозможным магазинам, и это после того, как он прождал еще час, пока тот накрасится и еще час, пока выберет одежду. Да Чонгуку просто памятник надо ставить, хоть он далеко не тщеславен, но сейчас совсем не стал бы спорить с подобной идеей. - Ты меня слушаешь? - омега чуть приостанавливается, сканируя его взглядом аккуратно подкрашенных глаз. - Конечно, я тебя слушаю, – устало вздыхает Чонгук. - Вот эти шторы отлично бы смотрелись на нашей будущей кухне, так? – словно робот, повторяет он последнюю фразу. - Так, – парень улыбается, удовлетворенно кивнув, и тянет Чонгука за руку к следующему заинтересовавшему его предмету, продолжая говорить. Чонгук безвольно плетется за омегой, который с завидным рвением присматривает обстановку для будущего дома. Да, они пока не женаты, собственно, Чонгук и предложения ему как такового еще не делал, да, если честно и не собирался в ближайшее время. Они едва закончили школу, только разобрались с поступлением, впереди еще столько всего предстоит, но Ынчжи, кажется, не волнуют такие мелочи, когда он уже все решил. - Я устал, – наконец, вертевшаяся на языке и не дающая покоя фраза, легко слетает с губ. - Хм, можем посидеть в кафе. На втором этаже в этом центре неплохая кофейня, – тут же отзывается омега, явно не понимая, как можно устать от такого увлекательного занятия. - Не в этом смысле, я не хочу нигде сидеть. Я просто устал, от всего. Мне нужно уйти, прости. - Ты просто слишком много думаешь, тебе необходимо расслабиться, – ласково, но, в то же время, покровительственно улыбнувшись, Ынчжи проводит рукой по его волосам. Чонгука сейчас отчего-то раздражает даже такой, невинный, на первый взгляд, жест. - Ты прав, наверное. И сейчас мне хочется подумать в одиночестве. Извини, я действительно лучше пойду, – он уворачивается от ласкающей его руки, и хочет только поскорее уйти. - Что ж, отдохни, – пожимает плечами омега, списывая все на плохое настроение. – И передай папе, пожалуйста, что я присмотрел замечательную квартирку недалеко от Хондэ. Скажи, я пришлю ему фотографии, – уже вслед удаляющемуся парню, кричит Ынчжи. Чонгук даже не поворачивается, только приподнимает руку, помахав на прощание. Оставив омегу предаваться фантазиям по поводу обустройства их будущего совместного гнездышка, Чонгук покидает торговый центр и устремляется вперед с потоком других пешеходов. Желания ехать на общественном транспорте нет, и, отключив телефон, он бесцельно болтается по городу до вечера. И когда все в их отношениях успело так измениться? С каждым днем Чонгук все больше чувствует одно сплошное напряжение, а нервы натягиваются все сильней. Грустно признавать, но рядом с Ынчжи он теперь ощущает себя лишь жалкой пародией на прежнего Чонгука. Он уже думает о совместном будущем, а альфе кажется, что он этого самого будущего стремительно лишается. Ынчжи как хозяин послушного пса, гладит его по голове за успешно выполненную команду и иногда кидает косточку, чтобы поиграл, а Чонгуку остается быть благодарным и за это. Когда они познакомились, начинали встречаться, Чонгук думал, что к нему просто ангел с небес спустился - умный, красивый, вежливый, добрый и порядочный омега. Он считал, что весь мир обязан ему завидовать, ведь не каждому повезет найти подобное сокровище. Сначала все действительно было просто замечательно, они словно купались в море своей нежности. И тогда Чонгук, кажется, и правда, мечтал о свадьбе, долгой счастливой жизни, и смерти в один день, когда-нибудь потом, конечно. Он думал, что если Ынчжи его всегда будет поддерживать, то он готов и горы свернуть. И счастье было так возможно... Они, несомненно, могли бы быть той самой «идеальной парой», если бы Чонгука устроила уготованная для него роль, в пьесе о «правильной семейной жизни», которую уже сочинил его омега. Чем ближе они становились, тем больше Ынчжи позволял себе показывать свой не терпящий возражений взгляд на будущее. Хотя Чонгук-то считал, что в идеале, по мере движения навстречу друг другу должны установиться самые что ни на есть партнерские отношения. На деле же оказалось, что их мечты, как параллельные прямые, пересечься которым в одной точке не суждено. Входная дверь аккуратно открывается под его напором, и прихожая встречает Чонгука привычной темнотой. Не включая света, он снимает верхнюю одежду и обувь, и не спеша бредет на кухню. Чонгук вздрагивает от неожиданности, увидев сидящего за столом отца, который что-то жует и переключает каналы, изредка щелкая пультом. Молодой человек улыбается, видеть всегда делового отца в такой домашней обстановке, со сползшими на кончик носа очками, и рассуждениями о политике в диалоге с диктором из говорящего ящика, крайне забавно. - Отец, а ты чего здесь? – тихонько зовет Чонгук. - Уфф, напугал ведь! – мужчина поворачивается, на голос сына. – Да вот, папа у соседей, у них там встреча какая-то, а я сижу в одиночестве. - Ну не бурчи. Хочешь, я с тобой побуду? – молодой человек снова улыбается, расслабляясь в компании родителя, и присаживается рядом, так же, начиная цеплять с тарелки оставленные закуски. - А ты чего поздно? Опять с омегой своим своей пропадаешь? – подмигивает отец. - Ага... – без особого энтузиазма соглашается Чонгук. - И что же так грустно? Ты ж молодой еще, а уже какой-то утомленный весь, – хмыкает мужчина, погладив сына по голове, взъерошивая прическу. - Не знаю, пап. - Что-то случилось, Чонгук? Давай, не стесняйся, поговорим, как мужчины, – настраиваясь на серьезный лад, говорит старший альфа. - Пап! Ну, что ты, в самом деле, – вздыхает Чонгук, чувствуя себя снова маленьким мальчиком. - Что? Сам знаешь, нам не часто удается вот так посидеть и поболтать. Вспомни, в детстве ты всегда приходил ко мне, и рассказывал обо всем, что тебя беспокоит, задавал вопросы. И я вижу, что ты чем-то озабочен, у тебя даже выражение лица при этом, такое же, как в детстве. - На самом деле, есть кое-что. Мне предложили грант по обмену в Штатах. Мой руководитель поговорил со своим знакомым, который работает в одном из местных университетов, и у них есть подходящая программа, представляешь?! - О, так это же замечательно, сынок! – с гордостью воскликнул отец. - Я тоже так думаю. Но, есть ведь еще Ынчжи. - И в чем проблема? Он мог бы приехать к тебе, если бы ты решил там задержаться, можно проводить вместе каникулы, да много еще вариантов! Вы ведь еще совсем молоды, разве это проблема? - Ему это совсем не интересно, – пожал плечами Чонгук. – Он практически пропустил мои слова мимо ушей, когда я ему об этом рассказывал. - Он просто беззаботный омега, ему простительно. В этом возрасте можно позволить себе немного легкомыслия, – улыбнулся отец. - Не в этом дело. Я бы понял, если бы он, хотя бы с уважением отнесся к моим решениям, но его вообще не волнует, чего хочу я. Понимаешь, он уже расписал план нашей будущей жизни, и, как оказалось, мои желания туда не входят, – грустно усмехнулся молодой человек. - И что же ты решил на счет Ынчжи? - Сначала я думал, что у нас все просто идеально, а теперь... теперь, кажется, что я поторопился с выводами. Я просто не могу быть с человеком, который не то что не поддерживает моих интересов, а даже не считает, что они имеют право на существование. И я не могу вместе с ним радоваться планам на будущее, потому что, мое будущее в них присутствует постольку поскольку. - Ты уже взрослый мальчик, Чонгук. Мы с папой никогда не давили на тебя в этом вопросе, поэтому, решать с кем ты хочешь быть и чем хочешь заниматься нужно только тебе. Ты сам отвечаешь за принятые тобой решения, никто не знает, что лучше будет для тебя. Ведь так? - Так... – соглашается альфа, когда, обычно немногословный отец, после достаточно долгой паузы выдает такую внушительную речь. - Я надеюсь, ты разумно взвесишь все «за» и «против». - Конечно, пап. И, спасибо. И через некоторое время Чонгук все же садится в самолет, отправляющийся в Новый свет. Он оставляет позади все, что мучило его на протяжении последнего года, и к своему удивлению, не чувствует ни огорчения, ни сожаления. Еще спускаясь по трапу самолета, он делает глубокий вдох, и думает: «это и есть, тот самый запах свободы?». Американский период жизни Чонгука длится, может быть, не так уж и долго, но он словно вихрем сбивает его с ног и затягивает в воронку торнадо. Чонгуку нравится – он учится, работает над студенческими проектами, знакомится с новыми людьми, гуляет по городу - новые эмоции, впечатления, и занятие любимым делом. Ынчжи так ни разу и не позвонил, впрочем, он уже и не ждал. Гордость омеги, который посчитал, что его бросили, чуть ли не у алтаря, предпочтя ему «какую-то непонятную биологию», была слишком уязвлена. Первое время Чонгука еще мучила совесть, но пропитываясь местным менталитетом, и натренировав поистине «американскую улыбку», он решил, что к жизни надо относиться проще, оставляя все печали позади. К тому же, более свободные, во всех отношениях, местные совсем не давали ему скучать и вспоминать, какие там шторы надо было бы купить на кухню, в ту «замечательную квартирку недалеко от Хондэ». - Эй, Чон Чонгук! Земля на связи. Ты еще здесь? – Тэхён поворачивается к нему лицом и чуть привстает на носочки, заглядывая в глаза. - Да, конечно, я здесь, – молодой человек улыбается, чуть тряхнув головой. - Если тебе так не интересно, зачем звал меня? Такое ощущение, что я уже битый час сам с собой разговариваю, – поджав губы, сокрушается Тэхён. - Знаешь, о чем я подумал? – спрашивает Чонгук, смотря на омегу внезапно загоревшимся взглядом. - Ну? – недоверчиво выгибает бровь Ким. - Я бы хотел полететь с тобой в Америку, погулять где-нибудь по Нью-Йорку, желательно зимой, чтобы как в кино – рождественские распродажи, улицы с сотнями горящих лампочек, праздничная суета, радость, и мы бы с тобой в центре всего этого. Ты бы полетел со мной? - Да ты оказывается большой романтик, Чон, – смеется омега, скорчив одну из своих гримас. – Только мне кажется, что мы бы ходили с тобой не по всем этим красочным улицам, а по дендрариям, аквариумам, серпентариям, и прочим местам, где есть хоть что-нибудь биологическое. Наверняка этого добра там тоже достаточно. - И, ты против? – настороженно спрашивает Чонгук, опять вспомнив то, о чем размышлял минут пять назад. - Отчего же? Судя по тому, сколько ты мне рассказывал о своей научной работе, скоро я буду знать не меньше, – улыбнувшись, отвечает Тэхён. – А вот про Нью-Йорк ты говорил не так много, так что будет даже лучше, если ты мне его покажешь. Тэхён явно не американец, да и не был на том континенте ни разу, но Чонгук ловит себя на мысли, что рядом с ним он чувствует тот же воздух свободы. Не обращая внимания на мир вокруг, он стискивает омегу в объятиях прямо посреди улицы, а тот смеется и отбивается, застигнутый врасплох внезапно нахлынувшими на Чона эмоциями. Альфе все равно, у него такое настроение, и в его личной вселенной сейчас идет снег, на праздничных улицах горят огни, поются веселые песни, а Тэхён радуется вместе с ним, и губы у него сладкие от конфет, купленных в одном из магазинчиков торгового центра, где вовсю идут рождественские распродажи...