три свидания

— луна сегодня необычайно красивая. — придурок, ещё закат. — опять ты всю малину, блять, испортил.       вилбур кряхтит недовольно и тянется к пепельнице, чтобы затушить сигарету, но квакити вовремя перехватывает чужую кисть и крадёт последние затяжки. — вместо косвенного поцелуя через сигарету мог бы просто напрямую меня поцеловать. — ещё чего, — алекс усмехается, даже не смотря в сторону незваного гостя. — от тебя пахнет как от табачного завода. хоть бы леденцы ментоловые поел, прежде чем даже грезить о поцелуе со мной.       эта атмосфера невыносима, но за то сут и любит вечера в лас-невадас. из кабинета кью открывается шикарный вид на весь город, залитый багровыми лучами заходящего солнца. парень не признавал, что в его расписании выделен перерыв на любование пейзажем, но позволял одному и тому же унылому лицу с примитивными мотивами пару раз в неделю наведываться сюда и маячить перед панорамными окнами. исключительно ради переговоров, конечно же. кому какое дело, что переговоры эти заканчивались тремя бокалами вина? — ломаешься так, будто я за тобой бегать буду. слюнями обменяться я и с кем-то другим могу, а вот такой же вид из окон хрен найдёшь, — к слову, невозмутимости у гостя не занимать, хоть тут и очевидно, что шаткие отношения между этими двумя выстроены явно не из-за красивых огоньков за стеклом. — и про луну я сказал, потому что сегодня полнолуние, и ночное светило уже показалось на горизонте. — не строй из себя безнадёжного романтика, нуждающегося лишь в лунном свете и правильном настрое. я тебя не первый десяток лет знаю. — ужас, ну и старый ты. или я? чёрт, да мы оба уже одной ногой в могиле, — вилбур беззаботно шутит, лишь чтобы спровоцировать алекса, и тот ожидаемо закатывает глаза. — ладно, вообще-то я сегодня с подарком. — такое ощущение, что где-то по пути тебя подменили, — кью выбрасывает окурок и трёт переносицу, чувствуя какой-то подвох. — ну давай, удиви. — только подлянки от меня и ждёшь, — но сут не удивлён таким отношением, он просто запускает руку себе под пальто и каким-то чёртом выуживает из ниоткуда виниловую пластинку. — раритет тут ради него ищешь, а он к тебе, как к последнему подонку. — которым ты и являешься.       вилбур лишь строит из себя недовольного и оскорблённого, ведь и сам прекрасно знает, что до идеала ему далеко. но, раз квакити всё ещё не выкинул его за шкирку из окна, значит чем-то он, да интересен. не первый десяток лет, к слову, и это можно считать достижением. улыбаясь своим мыслям, сут поворачивается к проигрывателю, смахивает с него пылинки, упущенные при уборке, и ставит пластинку. техника неохотно отзывается на призыв к работе и характерно потрескивает, едва начав проигрывать саму мелодию. алекс театрально вздыхает, выражая этим весь спектр своих эмоций. — если бы завтра настал конец света, ты бы встретил его со мной? — сут не чувствует сопротивления, когда одной рукой приобнимает партнёра, а в другой не крепко, но ощутимо сжимает чужую ладонь, приглашая на танец. — в зависимости от ситуации, — квакити старательно отводит взгляд, напрочь отказываясь видеть сейчас выразительные кофейные глаза. — если его устроишь ты, то ни за что. — ну уж нет, с меня хватило катастроф и кратеров. отныне, если и борьба, то только на языках. — ты такой противный.       они теряют счёт времени, медленно кружа по просторному кабинету, и не обращают внимания ни на затихший проигрыватель, ни на постепенно нарастающий гул ночной жизни. такие моменты всегда были на вес золота и ускользали сквозь пальцы, словно песок. они оба куда-то спешат друг от друга, усердно делая вид, что всё ещё находятся в состоянии холодной войны, а на деле давно уже подняли высоко над головой белые флаги. да, вилбур гадкий человек и наверняка ужасный партнёр, а алекс попросту позабыл о том, что тепло можно получать не только от огня в камине или колючего шарфа. поэтому они аккуратно, шаг за шагом прощупывают почву под ногами, чтобы не напороться на грабли, идут к новой жизни бок о бок. и чёрт, сколько же таких свиданий на закате и ночёвок под открытым небом пройдёт, прежде чем они признают, что загрызть оппонента давно уже не хочется. — я встречу с тобой завтрашний день, — алекс крепко сжимает обе ладони своего неудавшегося любовника, чтобы убедиться, что он никуда на этот раз не сбежит. — даже если завтра наступит конец света. — я рад это слышать.       бежать им обоим больше некуда.

***

      карл до последнего старается игнорировать посторонние шумы, но всё же с неохотой отрывает взгляд от книги, когда слышит чьи-то тяжёлые шаги у входа в библиотеку. — кто тут?       ответа не последовало. парень тихо вздыхает и пристально вглядывается в единственный проход, ведущий в этот уголок, и ждёт, кто же оттуда появится. не то чтобы было много вариантов, но конкретика никогда не помешает. даже если позднее ты и не вспомнишь этот момент.       через минуту томительного ожидания в поле зрения наконец появляется сапнап, промокший до нитки, почему-то босой и ужасно довольный. плащом он по какой-то причине накрыл не голову, а корзинку, которую плотно прижал к торсу дрожащими от холода руками. — где ты был? и где твоя обувь? — джейкобс не удивлён такой выходкой своего бойфренда, но и объяснить её никак не может, поэтому терпеливо ждёт ответа, пока нарушитель покоя копошится со своим грузом. — обувь у входа. не хотел сильно натоптать, чтобы ты не ругался потом, — мямлит парень себе под нос, медленно приближаясь к камину. — выбрался в поле, нашёл там пару кустов сирени, а потом внезапно начался ливень. никогда не задумывался, насколько же большая у киноко территория, пока не пришлось бежать через всё королевство. это тебе, кстати.       карл на мгновение прикрывает лицо книгой и тихо смеётся. по сапнапу и не скажешь что он весь из себя важный охранник тюрьмы, жизнью обязанный охранять единственного и самого опасного заключенного. ник скорее безобидный ребёнок, у которого на лбу написано «отведите меня к маме и налейте мне какао». несовместимые, казалось бы, черты, но как-то они всё-таки уживаются в одном человеке. и этот человек сейчас стоит, протянув корзинку, доверху заполненную цветами, и преданно ждёт, когда её заберут. — ты же наверняка видел, что тучи сгущаются, почему ещё тогда не начал собираться домой? — не знаю, — парень беззаботно пожимает плечами и усаживается на ковёр, прямо напротив камина, наивно полагая, что сможет хотя бы чуть-чуть просохнуть. — хотел побольше веток собрать, чтобы тебя порадовать. ты в последнее время почти не выходишь из библиотеки, а сезон сирени скоро закончится.       на улице раздаётся очередной раскат грома, оповещая о том, что дождь, очевидно, не прекратится до самого утра. карлу некуда торопиться, он честно даже не собирался возвращаться домой, чтобы не тревожить покой джорджа, а вот сапнапу не помешало бы как минимум сходить и переодеться. беда заключалась в том, что зонтиков тут не припасено, и по пути обратно парень так же промокнет. а обратно он вернётся обязательно — не оставлять же своего единственного и неповторимого в скуке и одиночестве за кипой книг? — отправлять тебя домой переодеваться бессмысленно, верно? — какой же ты умный и догадливый.       значит, остаётся только один выход.       отложив книгу в сторону, джейкобс стягивает с себя толстовку. в одной футболке холодно, следовательно стоит и себя утеплить, чтобы не вызывать лишнее волнение, но это всё сейчас так маловажно и второстепенно. сапнап несколько раз моргает на протянутую кофту, притворяясь, что не понимает намёка, после чего тяжело вздыхает и принимается переодеваться. в отношениях нельзя без ссор и компромиссов, иначе не будет доверия, а там и до расставания недалеко. просто сап любит преувеличивать всё и раздувать из мухи слона, сам себя накручивая мыслями о неминуемом разрыве из-за глупого конфликта вроде неподелённой кружки. карл знает эту сторону парня как никто другой и пользуется ей лишь в подобных ситуациях, чтобы минимализировать ущерб. по итогу никто не в обиде, и все счастливы и здоровы.       от количества раздумий медленно начинает закипать мозг. джейкобсу редко приходится держать несколько мыслей в голове и строить логические цепочки, чтобы держать ситуацию под контролем, в конце концов он всё это в любой момент может забыть, и с каждым днём проблемы с памятью становятся всё хуже и хуже. но он правда старается помнить себя и своих друзей, а не только бесконечные истории с пожелтевших страниц книг. — карл? ты опять выпал из реальности, — сапнап осторожно касается руки парня, чтобы не спугнуть того, резко вырвав из раздумий, и протягивает плед. — укройся, иначе оба заболеем из-за сквозняка. — да, точно, прости, — отвечает и смеётся виновато, укутываясь в мягкую ткань. — тебе почитать? — конечно! — ник в предвкушении потирает ладони и усаживается ближе к креслу-качалке. — а завтра мы пойдём и посадим пару кустов сирени. — обязательно, — отмахивается карл, прекрасно понимая, что его в любом случае вытащат на улицу, даже если они не будут сажать несчастные кусты. — итак, эта история об одном маскараде.

***

      после полудня метель стала стихать, таки оставив в покое пушистые сугробы. день выдался на удивление морозным, из-за чего все утренние дела автоматически перенеслись на обед, или и вовсе отменились. не то чтобы в снежной тундре было много чем заняться, но всё же.       тоби к сложившейся ситуации отнёсся скептически. операция по спасению майкла из лап тётушки эрета прошла успешно, и по мнению родителей, за время, проведённое на территории замка, их чадо совсем позабыло что такое мороз. логичнее всего было бы сразу же вернуться в сноучестер и заняться своими обыденными семейными делами, вроде прогулок вокруг поместья, лепки снеговиков и ужина за одним столом, но по какой-то причине все трое оказались во владениях двух старых, уставших анархистов.       в компании двух мужчин было не то чтобы некомфортно, просто физически не особо приятно. что уж говорить про то, что рядом был беззащитный ребёнок, не имеющий психологических и физических травм, которые весьма легко получить. но ранбу был непоколебим — каким-то образом у него таки вышло убедить свою семью в безопасности пребывания на этой территории. да и буран сильный начался, в такую погоду опасно в целом выходить из дома. пришлось устраивать примирительный ужин. всех проблем и обид это не решило, но, по крайней мере, в воздухе перестало так явно ощущаться нарастающее напряжение.       покидая дом на следующее утро, ранбу надеялся, что и у синдиката, и у его семьи получится переступить через себя и начать нормально общаться.       от заслуженного отдыха мелкие шорохи на улице никак не отвлекали. в конце концов издавать их могло что угодно: стая волков в вольере, медведь на привязи, лошади в загоне или даже бродящие в округе лисы. за исключением того, что все вышеперечисленные не могут кидать снежки в окна. даже это не было глобальной проблемой, до тех пор пока прямо под окнами не раздался подозрительно знакомый голос. — майкл, не убегай далеко, ты потонешь в сугробах.       техно сдаётся и с ярко выраженным недовольством накидывает на плечи мантию. прямо у его дома суета происходила редко, и то, только в присутствии томми, поэтому выйти и узнать причину шума всё-таки нужно было. просто чтобы убедиться, что все живы и не натащили новых незваных гостей.       на мостике между домами стоит сонный сосед, очевидно, при таких же условиях покинувший свои покои. филл молча кивает в сторону парня в тёмно-зелёном пуховике, предлагая присоединиться к стороннему наблюдению. они провели пару минут, пристально оглядывая территорию, огороженную забором, пока не заметили, как неподалёку шевелится сугроб. — что за чертовщина?       филза пожимает плечами и прикладывает указательный палец ко рту, предлагая не нарушать тишину. кажется, он провёл тут больше, чем пять минут и уже разобрался в ситуации, просто не хочет этого говорить. и ожидание наконец окупилось, когда из кучи снега каким-то образом выскакивает гибрид эндермена с пиглином на плечах. — это напоминает мне игровой автомат, в котором нужно бить сурков, вылезающих из разных дыр, — незаинтересованно фыркает блейд и подпирает щеку рукой. — они так уже минут пятнадцать возятся, редко перекидываясь снежками. судя по всему это первый снегопад майкла за долгое время, — в данный момент филл звучал как старик, с ностальгией наблюдавший за детворой на детской площадке, и это вызвало злорадный смешок со стороны старшего пиглина. — не хотите присоединиться? — туббо, стоявший всё это время под мостом, наконец поворачивается к старшим с явным желанием потопить в снегу ещё кого-нибудь. — предпочтём не нарушать семейную идиллию.       парень пару секунд с прищуром смотрит сначала на удивительно разговорчивого техно, потом на фила, и наконец теряет к ним интерес, с головой погружаясь в один из сугробов. — напомни, почему мы решили приютить целую семейку? — во-первых, не мы, а ты, — уточняет фил, хлебнув давно уже остывший кофе, — это же твоя территория. а во-вторых, наверное ты просто ляпнул, не подумав, что они действительно захотят провести каникулы в старом доме ранбу.       старик, впрочем, как всегда был прав. не на то рассчитывал техно, когда невзначай предложил остаться на какое-то время, пока снега не стихнут. в общем-то, сам и виноват, что не просчитал все возможные исходы.       и хоть тоби и не отличался проворностью или скрытностью, что в своё время сказалось на его неудавшейся карьере шпиона, целеустремлённости у него всегда хоть отбавляй. этого и боялся ранбу, прекрасно зная, что его муж стену лбом расшибёт, но добьётся того, чего хочет. поэтому прятки в снегу закончились весьма предсказуемо. — попались, — не без злорадства произносит парень, уткнувшись рогами в поясницу ранбу. — можно было и поаккуратнее.       гибрид наигранно корчится от боли, вызывая этим смех майкла, случайно выдавшего своё местоположение. всё же, никто из них не умел прятаться как следует, и это стало одной из семейных черт. тоби вытаскивает чадо из снега, заботливо прижимая поплотнее к себе, и ещё раз бодает мужа, для профилактики. они оба до ужаса соскучились по беззаботным дням в компании друг друга, без всей этой суеты и лишней нагрузки на работе. — давай уволимся? — а? — ранбу медленно моргает, пытаясь обработать услышанное. ему же не показалось? — ты сам всё слышал, — закатив глаза, бурчит туббо. — давай уволимся. — но с чего вдруг? — не знаю как ты, но я самую малость устал и хочу уделить чуть больше времени себе и своей семье, а не тратить свою молодость на участие в гонке за прибылью.       у них уже было несколько конфликтов на почве постоянной занятости. домой они возвращались в разное время и виделись в лучшем случае пару раз в неделю, мельком пересекаясь на кухне, либо по пути в спальню. по этой же причине пришлось на время дать эрету понянчиться с майклом. рабочие будни преобладали над редкими выходными и вытягивали все силы и надежды на нормальное общение. и, похоже, настало время с этим разобраться. — я поговорю с вилбуром насчёт этого. не думаю, что он будет против. — он будет только за, — тоби лишь фыркает, вспоминая редкие, но меткие переглядки кью и сута.       в любом случае их давнее желание сбежать подальше от чужого притворства и игр в войнушку пересилило бы все сомнения. они обязательно столкнут псевдоврагов лбами и заставят их поговорить, а сами на фоне шумихи убегут подальше от городов и конфликтов. всего на пару недель. а пока всё это лишь в планах, ранбу валится в сугроб, утягивая за собой своего непутёвого мужа.       кажется, лишь от силы любви зависят многие судьбы.