Martyrs

Маленькая квартира давно потеряла своё тепло, изменив ему с открытым окном. От этой температуры даже злосчастная вода в кране застыла, что противоречит её каждодневным устоям. Эту идиллию необходимо нарушить и преступниками выступят два парня, кои бесцеремонно ворвались в давно нетронутые владения. Вещи они поспешно скинули, о чём позже наверняка пожалеют. Сейчас же им, раскрасневшимся, со сбивчивым дыханием, необходимо позаботиться друг о друге. - Ложись - дыхание тяжёлое, голос огрубевший. - отвали, я тебе не дитё - резко отрезал юноша Фраза парня не закончена, но его тут же грубо толкают в грудь, заставляя поморщиться от боли, но всё же подчиниться. Сил на сопротивление нет. - - хороший мальчик - шатен отправился в ванную, оставляя своего друга наедине с пошлой картинкой. Надо бы закрыть окно - думалось парнишке, но боль во всём теле не давала покоя. Тем временем из другой комнаты возвращается приятель, держа в руках аптечку. Присев напротив рыжего, он быстро и не очень умело достаёт перекись с ватой, и, проводя нехитрые манипуляции, занялся обработкой ран. Эти безобразные отметины были по всему телу. Синяки, ссадины - было больно смотреть на них. Особенно юному Дадзаю. Вам было когда-нибудь плохо от того, что кому-то больно? Представляли ли вы себя избитым? Попадали ли в автокатастрофы у себя в сознании? Если кого-то резали ножом, чувствовали ли вы как эти самые порезы проявляются на вашем теле? Таков был Осаму. И с этим ничего нельзя было поделать. Молчание затягивается слишком надолго, но, отчего-то, ни один из парней не хочет брать на себя смелость нарушить тишину. - прости - слышится тихое, еле различимое слово. Но на фоне бурного разговора тишины и молчания всё отдалось звонким эхом. Обладатель голоса не смеет поднять глаз, бережно проходя уже в седьмой раз по одной и той же кровавой ране. - мне ли не привыкать - немного помолчав, произнёс юноша. Шатен медленно прильнул глазами к лицу напротив. В них читалось сожаление, но в один миг ядрёный рот выдал: - да что ты о себе да о себе, нарцисс ебаный? Я вообще то думал, ты за меня переживаешь. - последняя фраза звучала слегка обиженно. - Пф...ахаха - рыжеволосый резво захохотал во весь рот, о чём пожалел, резко схватившись за ребра. Кажется, они были сломаны. - хорошо, хорошо. Я совсем немного переживал за вас, о, мой юный господин. - вот так то Осаму, будучи не опытного в сфере торговли, крупно подставили перед дилером. Его компания была нелегальной, естественно, и потому методы наказания были весьма незаконные. Вот и с Дадзаем они решили разобраться , наслав несколько отрядов на его поиски и одного палача - всё же эта компания имела свои древние уставы, нарушение которых также жестоко каралось. Хотя многим они казались бесполезными - никто не смел высунуть свой язык. Уважение старших и всё, что они оставили после себя - ценилось золотом. В тот день Дадзаю пришло письмо в лиловом конверте с печатью лилии. "Такое поведение для новичка непростительно, априори доказательств против вас достаточно. У вас имеется возможность проститься с близкими" Отныне Осаму ненавидел лиловый и лилии. Боже, какая тавтология, думалось юноше. Конечно же, ни с кем прощаться он не собирался. Помру как крыса - тихо, мирно. Расправе над юным Дадзаем Осаму помешал маленький чихуахуа, отвлекший отряд. Чуя успел вырубить нескольких, но всё равно его взяли числом. Избили жутко непростительно, пока не пришла подмога из ребят. Их же, Чую и Дадзая, отвезли на квартиру. ну и проблем будет....