Огонь и воздух

Если ты хотела исключения, Никкаль, поздравляю. Ты его добилась. Слова, сорванные в порыве гнева, прочно засели в сердце Никкаль. Её раздражала вся эта ситуация, в которой она была не виновата. Расхаживая по комнате, она нервно чесала свою ладонь. Очень хотелось что-то кинуть, разбить или поджечь в порыве злости. — Чтоб вас всех съел Уттуку! — крикнула Никкаль и села на кровать. Надо же было Су разбудить её сегодня и потащить помогать деревне раньше. Может и не было бы этой дуэли с Лихы, проклятой татуировки и всей этой ненавистной ей ситуации. Возможно только одно её радовало — подожженный любимый наряд Лихы. Массируя гудящие виски, Никкаль старалась успокоиться. Возможно, ей не стоило убегать подальше от гневного и разочарованного в ней Ниалла и дождаться, когда он договорит с Иштар. Су пыталась её поддержать, но Никки не воспринимала её слова в серьёз. Огненная не понимала, почему он не захотел её выслушивать. Нет, отчасти она и понимала, что очень часто нарушала правила, но на то всегда были причины, пусть и не рассказывала половину правды. Сердце заныло. Никкаль не хотелось верить в свое исключение, ведь это Ниалл! Её любимый Ниалл. Резко распахнув глаза, она уставилась на зеркало, смотря на себя ошарашенно. Почему я сказала так? Казалось, будто что-то пробудилось в ней сейчас. Новое чувство по отношению к нему. Или оно было раньше, только Никки не замечала этого? И именно в тот момент, когда казалось, что их дружба разрушится вот вот. Никкаль простонала и откинулась на подушки. Только влюбленности ей сейчас не хватало. Так ещё в кого? В ректора. В Ниалла. Никкаль поднялась и подошла к столу, всматриваясь в фотографию. — Этан, как мне тебя не хватает. Она почувствовала, что готова была расплакаться, но она старалась не плакать раньше времени. Он всегда ей говорил, если плохо — плачь, но эти слова она никогда всерьёз не воспринимала, даже сейчас. Никки не знала что хуже: пропажа брата или то, что дорогой её сердцу человек исключает её из академии, из единственного дома. Что она будет делать дальше? Единственный верный путь, который видит огненная, это поездка в столицу. Возможно, друг сможет ей помочь найти временное убежище. Сейчас точно ничего не мешало отправиться на поиски. Самостоятельно. Не раздумывая, девушка начала собирать вещи. Их было не так много, и лишний груз ей был сейчас ни к чему. Что-то она оставит Су и Шимуну на память, обнимет их крепко, выслушает то, что она спешит и нужно дождаться Ниалла, поговорить. Если повезёт, не встретит Ияра, который напомнит ей обо всем, а главное — о тайне Тиамат. Никки не может сказать ему правду, боясь увидеть ещё больше разочарования в них обоих. Но она не прекращала себе твердить, что Этан просто попал в плохую компанию, все это ложь и выдумки. Но легче от этого не становилось. Стук в дверь заставил её вздрогнуть и тихо ругнуться. Каково было её удивление, что на дворе уже вечер. Никкаль быстро привела себя в порядок и медленно открыла дверь. Нервно выдохнув, она опустила взгляд в пол. Перед ней стоял Ниалл и в своей манере сжимал правое запястье. — Ну здравствуй, нарушительница Никкаль. — Мгм. Хотелось съязвить, но понимала, что в данной ситуации это нелогично. Она отошла в сторону, пропуская в её скромную каморку, не поднимая взгляда. Но Ниалл не сдвинулся с места. Он внимательно и задумчиво всматривался в свою Никки и, казалось, хотел что-то сказать, но он молчал. А Никкаль точно ни слова не скажет. Обида отравляла её сердце и если что-то скажет, она не сдержится и скажет все, что думает о нём и всей ситуации. Заглянув в комнату, он увидел, что девушка уже начала собирать свои вещи, отчего он ещё крепче сжал свое запястье и нахмурился. Кашлянув, проговорил: — Пойдем. Вот и всё — подумала Никкаль, но продолжала хранить молчание. Ниаллу было непривычно видеть её такой затихшей. Хоть он и понимал почему, но не торопился начать разговор. Мужчина хотел поговорить с ней без лишних ушей и в тайном месте, о котором даже Никкаль не знала. Весь путь они шли молча. У Никки начали ныть ноги от долгой и быстрой ходьбы, но она терпела, стиснув зубы чуть ли не до скрежета. А Ниаллу всё нипочём, будто он уже ходил так много раз и дискомфорта не вызывало вовсе. Ректор не смотрел на неё, продолжая идти вперёд, а Никкаль пожирала его спину взглядом. Почему когда она смотрит на него, сердце начинает делать кульбит? И прекрасно понимала, что не из-за исключения. Это было что-то другое. Одновременно и светлое, и что-то пугающее. Хотелось, чтобы он что-то сказал, услышать его голос, но Никки ни за что не попросит о такой услуге. Хотелось прикоснуться к его светлым, немного кудрявым волосам, провести по ним пальцами, сжать в кулак. Никкаль встряхнула головой, отгоняя такие мысли и не заметила, как Ниалл остановился. Не успев затормозить, она врезалась в его спину носом. Тихо ойкнув, огненная встала чуть левее от него и замерла. — Что… — Моё маленькое потайное место, если я хочу побыть один, — прервав её, проговорил Ниалл. — ну, теперь и ты о нём знаешь. Никки скосила на него свой взгляд. Ей почему-то казалось, что это шутка, либо прекрасный сон. Она всегда считала, что его единственное любимое место — оранжерея, но чтобы был дом так далеко от академии. Он открыл дверь, приглашая Никкаль пройти внутрь. Огненная лишь ошарашенно смотрела на него, не зная что и думать. — Ты так смотришь, будто я заталкиваю тебя в клетку к аннунаки. — Все возможно. Тот недобро посмотрел на неё, но Никки уже прошла внутрь, не заметив его недовольства. Внутри было очень просторно и несмотря на позднее время, было очень светло. Было несколько растений и даже парочка цветов, она не сомневалась, что все это было из его оранжереи. Даже здесь ректор не мог без них. Дом пах этими же цветами и старыми книгами. Так всегда пах Ниалл. Осознавая это, она почему-то очень смутилась и даже казалось покраснела. Ниалл прошел мимо неё к столу, где стояли чайник, две чашки и ее любимые печенья, которыми он всегда угощал Никки в оранжерее. Он будто специально готовился к её приходу, будто и не было того исключения, дуэли, татуировки. Вспомнив последнее она невольно покосилась на свою руку и тут же спрятала её за спину. Хотя, если Ниалл о ней уже знает, то нету смысла прятать. Никки прошлась по комнате осматривая её, изучая. Ректор мельком взглянул на неё и смутился. Было непривычно видеть кого-то в его потайном месте. Место, в котором он мог успокоиться и быть уверенным, что его не побеспокоят. Любил сюда приходить и из-за Никкаль, которая очень любила играть на его нервах и каждый раз размышлял, что с ней делать. Ему всегда казалось, что Никки была для него не то сестрой, не то дочерью, которая когда-то спасла ему жизнь, сама того не осознавая. Она росла и он видел, как его смелая девочка превращается в прекрасную девушку. Как её огонь подогревал его разбитое сердце, исцеляя и залечивая старые раны. Видя рыжую копну волос, он невольно улыбался, ведь знал, кто там стоит. И вспоминая их разговор в оранжерее, где Никкаль чуть ли не напала на него со слезами на глазах в надежде, что тот возьмёт её с собой в столицу, он понял, что она для него нечто большее. Обнимая, он хотел, чтобы она больше никогда не плакала, не испытывала чувства потери, защитить её от любой опасности. Как горько было слышать от неё, что он заботится о ней как о сестре. Слова ненароком заставили сердце больно забиться, но мужчина взял себя в руки. Он не хочет быть ещё одной проблемой для неё и он будет молчать столько, сколько потребуется. — Вы хотели поговорить со мной, ректор? — сдавленным голосом проговорила она, смотря куда-то в окно. Ниалл вздрогнул от её холодного тона и повернулся. Конечно, он же не дал ей объясниться и она убежала от него в деревне. Ошарашенно глядя на её побег, он чувствовал укол совести. — Присаживайся, попей чаю. — спокойно предложил ректор. Никки пожала плечами и отпила глоток. Пахло земляникой, всё, как она любит, отчего та невольно улыбнулась. Ниалл, казалось, тоже улыбнулся ей в ответ, или ей просто показалось. Кашлянув в кулак, тем самым привлекая к себе внимания, он сказал: — Как ты понимаешь, я не просто так привел тебя сюда. Нам нужно поговорить. — Понимаю, но почему именно здесь? — Слишком много ненужных ушей. Хлюп. Никки обожгла свой язык, и промычала какое-то ругательство. — Никки? — Кхм, всё нормально. — Сначала я хочу спросить, — присаживаясь напротив неё, проговорил Ниалл. — почему ты согласилась на поединок, прекрасно зная, что это не по правилам и тем более этого не одобряю я? Своим «я», он будто пытался втолкнуть в голову Никкаль своё недовольство, которое она и так слышала почти каждый день. Вместо слов она протянула свою руку, на котором был выведен цветок. Взяв её за руку, отчего та вздрогнула, он стал рассматривать его. — Это… — Иштар дала свое благословение мне, — начала тараторить Никки, будто в один момент он снова может её прервать. — я не знаю, почему и не хочу этого знать, единственное, что я хотела — избавиться от неё. Слушая её рассказ, Ниалл хмурился все сильнее и сильнее. Закончив рассказ, он лишь устало прикрыл лицо. — Энки и четверо остальных, — шепотом проговорил он. — хорошо, я понял твою сторону, но почему ты просто не обратилась ко мне? Никкаль поджала губы. Что её просто взбесила вся эта ситуация и она хотела утереть нос Лихы? Или то, что Иштар учуяла возможно одного из культа Тиамат из-за Дуду? Тогда он точно убьет её на месте. Он кивнул на её молчание и поднялся. — Иштар никогда просто так не дарует своё благословение, — начал расхаживать по комнате Ниалл, рассуждая. — Тем более тому, кого она впервые видит. Никки, я понимаю, что я поспешил с выводами, сказал тебе много лишнего, я хочу принести свои извинения тебе. Никкаль слушала, разинув рот. Ниалл извиняется перед ней? Пусть её съест Уттуку, если это и вправду сон. Никогда, никогда ещё не слышала от него извинений, потому что Ниалл всегда считал, что прав он. — Но мне кажется, что ты чего-то мне не договариваешь. Я ведь прав? Ну вот и всё. Никки смотрела на своего ректора и молчала. Ниалл, поверь, то, что ты услышишь … — Я… — она сглотнула неожиданно появившийся ком в горле, как же сложно сказать. — я кое-что узнала. Ректор смотрел на неё не то строгим, не то нежным взглядом. От последнего сердце стучало ещё быстрее, и щеки горели огнем. — Искорка, доверься мне. Никкаль закрыла глаза. Первая слеза покатилась по щеке, затем вторая, третья. Ниалл поджал губы, смотря на её слёзы. Он боялся, что с ней что-то случилось или она что-то натворила во вред себе. Он подошел к ней и крепко обнял. Никки прижалась к его груди, всхлипывая. — Искорка. Огненная лишь покачала головой, все так же утыкаясь носом в его грудь. Она любила своего брата и не хотела подставлять его, не разобравшись во всём, но так же… любила Ниалла. Всем сердцем и душой. И пусть он не знает об этом, об этом знает она. И она не хочет подставлять его и всю академию, в которую он вложил всё. Отстранившись от него, она посмотрела на него заплаканными глазами. Вздохнув, очень тихо сказала: — Я знаю, что с Этаном. Ниалл посмотрел на неё шокирующим взглядом. Целый рой мыслей одолел его голову. Он схватил подбородок Никкаль немного грубее чем он хотел. — Никки? — Я… я не со всем уверена, что с ним, но… но — всхлипывая, пыталась вытолкать слова Никкаль — он связан как-то с культом, поклоняющимся Тиамат. Медальон, который я тебе показала, нашла на поляне в лесу, но не только это я нашла. Шумно выдохнув, она продолжила. — Есть подземелье, где стоит как раз статуя Тиамат. И… и возможно, кто-то из пяти узнал об этом, и они пытались тихо уничтожить этот культ… и его последователей. Никкаль подняла глаза. Взгляд Ниалла тускнел с каждым её словом. — Я не хотела тебе этого рассказывать, не разобравшись полностью. Я… я просто боялась, что ты доложишь это Пяти и… и… Никки затихла. Казалось, они стояли так вечность, каждый в своих мыслях и невесёлых раздумьях. Ниалл подошел ближе к ней и крепко обнял, отчего у девушки свело дыхание. Она не знала, как на это реагировать, не знала, что делать. Вдруг он её сейчас просто убьет на месте? Нет, как такие мысли могли прийти в голову. Она была уверена, что ему так же тяжело, как и ей. — Ниалл, прости меня, — тихо проговорила ему куда-то в грудь. — вы мне все очень дороги, кроме вас никого у меня нету. Я люблю Этана, но тебя я люблю больше. Поняв, что она сейчас ляпнула, тут же прикусила свой язык и затихла. Ниалл отстранил её от себя и попытался взглянуть в глаза, понять, правильно ли он услышал и понял. — Что ты сейчас сказала? Она опустила голову и закрыла глаза, но ректор нежно взял её за подбородок, и Никкаль подняла на него свой взгляд. Сколько же было в его взгляде нежности, отчего та раскрыла губы в замешательстве. Ниалл же опустил свой взгляд ниже и впился своими губами в её. Сердце Никки готово было выскочить из груди. Ниалл обнял её за талию, будто боясь, что она сейчас убежит и оставит пустоту. Но она лишь сильнее прижалась к нему, обнимая одной рукой за шею, а второй зарываясь в его волосы. Воздуха категорически не хватало, но они не могли насытиться друг другом. Губы знакомились друг с другом, иногда покусывая, лишь наращивая страсть между ними. Ветер из открытого окна охлаждал разгоряченную кожу Никкаль, а её поцелуи наоборот нагревали Ниалла своим страстным пламенем. Никки первая прервала поцелуй, проводя пальцем по распухшей губе Ниалла. Взгляд его был чутка затуманен, как и у неё, но сколько же было в них нежности. — Ниалл, прости… Он приложил палец к губам, призывая к молчанию. Мужчина лишь крепко обнял, поглаживая её по волосам. В его объятиях было спокойно и она чувствовала рядом с ним то самое счастье, о котором все говорят в академии. — Мы разберемся со всем, Искорка, не бойся. Дойдем до правды, и избавимся от благословения Иштар, — сказав, он чмокнул её в макушку и посмотрел в глаза. — ты ведь веришь мне? Никкаль улыбнулась ему и лишь кивнула. Все тревоги остались позади. Хотя бы на время. — Я надеюсь, что ты отменишь моё исключение? — Я не исключал. — Как это? — Кто же, как не ты, будет мне трепать нервы каждый день и о ком мне беспокоиться? И кто ещё будет чистить инструменты Ияра лучше, чем ты? Никки хохотнула и чутка ударила Ниалла в плечо. Ниалл чмокнул ещё раз в губы Никкаль и, смотря ей в глаза, проговорил. — Моя Искорка.