Шишковое варенье

Зеницу не успел опомниться, как уже оказался в комнате его друга. Она была маленькой и чистой. И не к чему было придраться. В одном углу стояла кровать(всегда заправленная), в противоположном углу -письменный стол, шкаф стоял у стены с кроватью и ещё была маленькая тумбочка которая стояла у самой кровати. Агацума всегда удивлялся такой чистоплотности парня. Каждый раз ,когда он бывал у Танджиро в комнате, он пытался найти что-то вроде грязного носка под кроватью или расскиданных ручек на парте. Но ему не везло. -Зеницу, подожди чуть чуть, нужно найти себе и тебе одежду переодеться.- сказал Танджиро и начал рыться у себя в шкафу. -Угу.-блондин хотел возразить, но подумал, что будет невежливо сидеть в мокром в самой чистой комнате, которую он когда либо видел. -Вот, держи.- брюнет протянул в руки Агацуме футболку и шорты. -Спасибо. Он взял одежду из рук друга. Прошла минута, две, три. Он просто смотрел на одежду. Какая то невидимая сила заморозила его. Как будто он не понимал, что делать. -Эй, ты чего?- спросил удивительно брюнет Блондин как будто проснулся. Оторвав взгляд от одежды, он посмотрел на парня. -Аа?- всё, что смог сказать Зеницу. -Переодевайся давай. -Ой прости. С этими словами блондин стал переодеваться. Одежда Танджиро слегка была ему великовата. Хотя он бы такую смог носить как оверсайз. А что? У Танджиро достаточно хороший вкус в одежде. Даже то, что он предложил Агацуме как домашнюю смотрится очень даже нечего. Только Зеницу снял кофту с себя и оголил свой торс, как снова почувствовал чужой взгляд. Его это очень смутило и блондин не решился посмотреть в глаза другу. Он чувствовал как Танджиро вглядывался в него, пожирал, поедал. -Зеницу. А когда ты успел такой пресс накачать?- спросил Камадо -Ээ.. Да так, решил больше времени уделять тренировкам.- Агацума покраснел. *Его интересует мой пресс?* -Мм. Понятно..- сразу после этих слов брюнет сам снял пиджак и накинул футболку. Парни переоделись --Садись пока на кровать, сейчас я достану книгу и тетрадь.- сказал Камадо- И кстати, ты взял свою тетрадь по биологии? -Да.. Они занимались аж до вечера. Танджиро заставлял блондина учить термины, помог ему сделать домашнюю работу, объяснил как развязать задачу по их новой теме. Агацума всё время ныл и говорил, что всё равно непонятно, но красноглазый не шёл на поводу, ведь он знал, что это для его блага. Было 21:32 -Зеницу, повтори ещё раз, что это такое? Зеницу? Танджиро повернулся чтобы посмотреть на друга и... *Он уснул!? Хотя сейчас действительно уже поздно. Его нужно разбудить, господин Куваджима и Кайгаку будут волноваться.* Танджиро всматривался в мирно спящего блондина. Вдруг его лицо стало приближаться к лицу его друга пока он не... Пока он не поцеловал блондина. Танджиро сразу отошёл на метр. Его настигло страшное осознание. Он влюбился.. Влюбился в своего друга. *Да как так то. Он же мой друг. Мы с ним дружим ещё с начальной школы. Ладно поразмыслю над этим чуть позже, сейчас нужно его разбудить.* Парень ухватился руками за плечи друга и начал трясти его. - Зеницу. Просыпайся Зеницу. Блондин приоткрыл глаза. -Аа..? Танджиро? Что такое?- сонно произнёс Агацума. -Ты уснул.- ответил брюнет. -Что? Прости, прости меня пожалуйста. Я не хотел, честно.- у блондина начиналась истерика. --Ничего страшного. Только не кричи. -Прости.. Камадо вздохнул. -Тебе нужно идти домой, за тебя наверное волнуются. -... Да ,наверное. Зеницу встал с кровати и начал переодеваться в свою одежду. Она была всё ещё мокрой, из-за чего её было противно одевать. Танджиро незаметно отвернулся. Теперь он смущался глядя как его друг переодеваться. Блондин переоделся и собрал вещи. -Ну..я пойду. -Я тебя провожу до калитки. -хорошо. Парни вышли из комнаты и направились к выходу. На улице было прохладно и свежо. Слегка дул ветер и если учитывать мокрую одежду на блондине, то он вполне мог заболеть. Но он не хотел доставлять ещё больше неудобств своему другу, поэтому промолчал. Они дошли до калитки. - Пока. До встречи в школе, Танджиро.- попрощался Агацума. - Пока, Зеницу. Парни разошлись. Но Танджиро понимал, что в эту ночь спать он явно не будет.