Charming

      Когда на часах без пятнадцати семь, ты выходишь по обыкновению из домика, в котором вы живёте с Со, во внутренний двор, и замечаешь Ëнын, чуть удивляясь. Она любит поспать, именно поэтому ты так поражаешься. На салатовом фоне магнолий и ещё не проснувшегося утра ты видишь её, неотразимую и милую. Со определённо улыбается природе и приятной листве, а ты — в ответ девушке просто потому, что эта улыбка побуждает счастье и надежду на светлое будущее. С Ëнын — это возможно.       Её чёрные волосы светятся в холодном солнечном свете, проглядывающем сквозь облачное небо, но ничего не портит настроение Со. Еë ауру ты почувствуешь за мили, ведь такую красно-персиковую не заметить невозможно. У Ëнын пижама розовато-карминовая, и прям-таки хочется Со обнять, почувствовать нежность в своих ладонях. Спрыгнув со ступеней, ты подбегаешь неловко, а она смеëтся, стоит тебе исполнить своё желание. Вы обнимаетесь точно вечность. Немного погодя, ты отстраняешься и смотришь на ослепительную улыбку Со, которую жаждешь сцеловать аккуратными поцелуями в уголки губ.       Она — твой ангел.       Но сегодня её настроение совсем плохое: Со не хочет ни есть, ни спать — заниматься учёбой ей в тягость. Уставшее бормотание Ëнын слышно через стену; как же она хочет, чтобы это скорее кончилось, чтобы она вновь стала жизнерадостной и оптимистичной. Ты усердно работаешь в своей комнате, но тебя так и тянет к этой девушке. И ты ничего не можешь поделать, когда, откладывая дела на выходные, поднимаешься и идëшь в чужую спальню, намереваясь проведать подругу.       Она чистит яблоко неаккуратными мазками ножа, оставляя на теле фрукта сочную неровность. Со ест угрюмо, поглядывая сквозь окно в затянутое серыми облаками небо. Подстать её состоянию.       Казалось бы, Ëнын нужно пожалеть, но это чувство слишком жалкое, чтобы описывать им саму Со. Ëнын не такая. На Ëнын равняться хочется — она безумно талантливая девушка. И очень красивая. Именно поэтому ты не понимаешь её постоянные жалобы на её неидеальную, по её мнению, внешность. Иногда хочется поставить её перед зеркалом и наглядно показывать, кто здесь — мягкая богиня, Фрейя.       (Она).       Ты осторожно стучишь по косяку, и Со слабо обращает на тебя внимание, но кивком разрешает зайти. С её позволения ты присаживаешься на постель рядом. Она продолжает хрустеть ломтиками яблока, а потом протягивает тебе один, за что ты её благодаришь.       Вы едите некоторое время, пока яблоко не кончится, и Ëнын не отставит на захламлëнную коллекцией духов тумбу полную очисток тарелку. Ты наблюдаешь за её состоянием, и она, чуть придвинувшись, падает в противоположную от тебя сторону, на огромную подушку. Кажется, Ëнын хочет вздремнуть, но подушка почему-то не даёт ей покоя, и она поправляет её миллион раз, прежде чем бросить это дело. И ты мгновенно предлагаешь:       — Если тебе неудобно, можешь лечь на мои колени.       Ëнын замирает, ровно садится и глядит на тебя очень серьёзно, её подростковые морщины от дум хочется разгладить нежностью и мягкими поцелуями; она размышляет немного и убирает подушку из-под головы, опускаясь головой на твои ноги и устраиваясь удобнее. С твоего ракурса заметно, как её щëки мило надуваются. И у тебя сердце только от одного вида трепещет на очаровательную Ëнын.       — Ты безумно милая, — шепчешь ты, а Со рукой прикрывает лисий взгляд. Смущается.       Вы мирно сидите, Со почти что засыпает в твоих руках, когда ты перебираешь её чёрные восхитительные локоны.       — Живот сильно болит?       — Немного, — тихо отвечает она, но в безмолвии в комнате всё замечательно слышно. Твоя короткая улыбка меркнет. Тяжело осознавать, когда твоему близкому человеку больно. — Но когда ты со мной, боль притупляется. И твоё внимание ко мне очень ценно, — она, всё же лежа на твоих коленях, поворачивает голову и глядит на тебя, неожиданно даже для самой себя, испорченную слезами. Ëнын тут же порывается, поднимается стремительно и со всем трепетом убирает влагу с твоего лица, шепчет что-то успокаивающее и, чуть приподнявшись, целует в макушку. Твоё сердце разрывается от непередаваемой нежности такой мягкой Ëнын.       — Вообще-то я должна тебя утешать, а не ты — меня, — шутишь ты, стирая слëзы рукавом домашней кофты, на что Со игриво хихикает, подталкивая тебя локтем. Да того неловко, что ты падаешь на постель неуклюже, и Ëнын наклоняется к тебе, растворяясь в твоих объятьях. Ты ощущаешь её тепло и опускаешь пальцы к её животу, аккуратно поглаживая. Со удивляется, но сразу же успокаивается, принимая ласку, какая она есть. — Иногда даже ангелам необходимо попридержать крылья.       — Ты считаешь себя ангелом?       Ты качаешь головой и, потянувшись, шепчешь на её ухо: — Я тебя считаю ангелом, — чуть отстраняешь её, чтобы увидеть милое лицо, — но чаще богиней.       — [Т/и]! — розовый жар расползается по её щекам и груди, сливаясь с цветом её изумительной пижамы. — Прекрати.       — Но это правда, — ты уже смеëшься, заправляя чужую выпавшую прядь за ухо. Ëнын не отводит взгляд и как будто что-то задумала тёмное. — Почему ты так на меня смотришь?       Со ничего не отвечает, вновь наклоняется к твоему лицу и котёнком целует в ямочку улыбки. Твои лицо и шея мгновенно краснеют, а от этого понимания Ëнын только веселей.       Ты мечтаешь, чтобы этот сон не заканчивался, когда даришь трепетные поцелуи жмурившейся Со и её милому лицу.       Моя Фрейя, я люблю тебя.