Мора и ветер

      Алькор был жемчужиной флота. Созданный бороздить любые воды, он мог снести с лица земли небольшой город. Символ непоколебимости. Корабль своими красными парусам воодушевлял Лю Вей. В этом городе продавалось всё, кроме чести флотилии. Каждый матрос гордился своей причастностью к флоту. Тридцать кораблей, несколько тысяч матросов, многомиллионные торговые обороты. Попасть во флот и удержаться там, означало обеспечить и защитить свою семью. Пенсионный фонд Южного Креста работал уже многие сотни лет и помогал тысячам людей. Уходя на берег, матрос не оставался один. В клятве говорилось: «Теперь я служу флоту и с флотом останусь до последнего вздоха.» Капитан корабля отвечал: «Флот принимает тебя. Контракт заключен. Как Властелин Камня не оставляет город, так и флот не оставит тебя.» Клятва была контрактом. Контрактом, который нельзя нарушить.        Очень редко весь флот собирался в одной точке. Все тридцать капитанов встречались раз в десять лет на праздник и пару раз в год в различных гаванях и городах. Бей Доу, как глава флота, встречалась со всеми чаще, чем три раза в год. Каждый капитан обязан был сдавать бухгалтерию в штаб флота раз в год. Те, кто владел Глазом Бога, держали связь через него. Остальные слали голубей или письма. Совсем недавно Алькор прижал остатки конкурентов и теперь всё Южно-Тейватское море было под Южным Крестом.       Весть про смерть Властелина Камня требовала созыва всего флота. Нужно было решать, как вести дела теперь. Заодно Бей Доу думала поднять вопрос про морских змеев. Со всех концов шли сообщения об их участившихся нападениях. Общие убытки возросли вдвое. Вторую джонку чуть не потопили. Причин собрать флот в гавани было предостаточно. Собрав командный состав у себя в кабинете, капитанша решила обсудить задумку.       - Так. Два корабля на ремонте. В Фонтейне и на пути к нему восемь судов. В Натланде двенадцать кораблей. В Снежной шесть и в гавани мы и Юнь Сон. При самых удачных обстоятельствах, все соберутся к новому году. Предлагаю провести ритуал. Сообщим каждому кораблю, что нужно вернуться в гавань! Пару дней подготовки и точно к новому году все будут в гавани. Цисин умудрились завладеть городом. Нельзя допустить, чтобы они и нас прижали. Властелина Камня больше нет. В любой момент Цисин попытаются прижать нас к ногтю. К гадалке не ходи. Сейчас у них полно проблем и без нас. Как только они с ними разберутся, проблемой станем мы.       Дверь скрипнула. В проёме показался высокий, широкоплечий, коренастый мужчина. Седеющая борода, темные глубокие глаза. Хриплый прокуренный голос. Зайдя он как будто заполнил собой комнату.       - Я смотрю, моя девочка превратилась в очень зубастую акулу.       - Наставник! – Бей Доу обняла мужчину. Встав в приветственную стойку, она проговорила. – Алькор приветствует главу штаба флота!       - Не разводи формальности. Мы вдвоём их терпеть не можем. Я всё слышал. Хочешь сигнальные метки активировать? Кораблей сейчас больше, только твоих сил не хватит. Кого звать будешь?       - Мы в Инадзуме предсказателя погоды на борт приняли. Кадзуха владеет Анемо Глазом Бога. Вдвоём должны справиться.       - Что же. Одобрение от штаба флота я тебе даю. Делай. – он повернулся к остальным. – Вы чего сидите? Несите вино и закуски. Бей Доу, что за позорище? Где флотская фляга?       - Со мной, наставник! Как обещала! Даже сплю с ней! – от громогласного смеха, кабинет содрогнулся.       - Другое дело! Я тут с собой пятнадцать ящиков мондштадтского вина привёз. Зови команду. Будем праздновать ваше успешное возвращение. Не каждый день матери змеев задние плавники отрубают. – обняв одной рукой Бей Доу, он тихо добавил:       - Заодно расскажешь и про всё остальное.       Праздники на Алькоре проходили не часто. Бей Доу предпочитала гнать матросов на берег. Она хорошо их знала, поэтому запрещала пить на корабле без разрешения. Старые матросы были ужасно рады видеть предыдущего главу флота. Они провели с ним многие шторма и штили. Когда капитанша объявила праздник, настроение поднялось у всех. Кок тут же реквизировал все продукты и вино. Команда рассосалась доставать ковры, кружки, светильники. По традиции, стол на таких праздниках был только для гостей. Команда сидела кругом на коврах, отчасти потому что места для столов на корабле не было.       Через час все расселись. Матросы объясняли юнгам, как проводятся такие праздники. Старые морские волки травили байки. Шум от их голосов разносился по кораблю, как листья по осени. Бей Доу толкнула первый тост и спела первую песню. Затем матросы устроили турнир по борьбе и дальше развлекали себя уже сами.       Наставник был её названным отцом. Он принял маленькую голодную девочку к себе на корабль. Научил и воспитал. Рядом с ним она была не матерой капитаншей, а молодой девчушкой. Они говорили много и обстоятельно. Про ремонт, вёсла, материал парусины, настроения команды. Ему было всё интересно. После рассказа про побег от змея он резко стал серьезным.       - Бей. Это плохой знак. Зону они ещё соблюдают? Если так и дальше пойдёт, придётся их всех вырезать. Я читал хроники, последний раз она нападала три века назад. Возможно, последние события разозлили её.       - Нам не нужно её ловить. Сама причалит. Нин Гуан собралась восстанавливать дворец. Его видно будет от самой Инадзумы. Эта тварь точно рассвирепеет и примчит сюда.       - Ещё хуже. В городе тысячи людей. Не хватало верфь разнести. С голым задом останемся.       - Я поговорю с ней. Кому как ни Воле Небес теперь защищать город?       - Я смотрю, ты с ней на короткой ноге? Полгорода видело, как ты её до дворца провожала.       - Эмм.. У нас странные отношения. – мужчина внимательно на неё посмотрел.       - Странные? Я вот что скажу. Если она тебе и правда нужна - будь терпелива. Твою натуру я знаю. Уже, наверное, ошарашила её чем-нибудь?       - Наставник! С чего вы… - её перебили.       - Мне не ври. Я наблюдал за вами. Когда ты показуху в штабе устраивала. Один раз у тебя был такой влюблённый взгляд. Когда я тебе Алькор показывал. Что тебе мужчины не нравятся, я давно понял. – команда затянула весёлую песню. – Рассказывай. Дальше меня никуда не уйдёт.       - Ладно. Пока не понятно ничего. Я сказала ей, что хочу быть с ней. Она попросила подождать. Говорила про свободу и то, что ей её надо выкупить. Я точно ей нравлюсь, она внутри себя разбирается кажется. В общем, просто жду с моря погоды.       - Да. Лёгких путей не ищешь? Твой нрав только она и вывезет. Поздравляю, ты будешь первой главой флота поимевшей Волю Небес. В прямом смысле. – тут он заржал. Громко и весело. Бей Доу не удержалась, и они вместе ржали как не в себя еще две минуты.       - Ты, значит, не против? – сказала капитанша утирая слезы.       - Какая разница? Тебе всегда плевать было на чужое мнение. Только будь осторожна. Воля Небес врагом - плохой расклад.       - Знаешь. Она ужасно рассудительна. Даже если, я что-нибудь вычужу, пострадаю только я. Видел же, как она сама у нас нефрит купила, а потом нам же штраф выписала. Боюсь представить, на что способен её изощрённый ум.       - Как знать. Разочарованные женщины страшны в своей мести. Выбрала такую женщину, будь готова ко всему.       - Как у вас с госпожой Джи?       - Как у тебя. Всё сложно. Третий раз зову на свидание. Все мимо. – он хлебнул из бутылки.       - Цветы пробовали анонимно послать?       - Цветы? Нет. Анонимно?       - Когда они придут, она сразу поймет, что от тебя. Шансы повысятся. Даже просто так букеты не таскал?       - Что-то я не догадался. Попробуем.       - С тебя бутылка, если выгорит. – две бутылки соединились и громко звякнули.       - Если выгорит, ящик приволоку.       - Я запомню, наставник. Поможешь провести церемонию?       - Конечно. Где твой паренёк? Из Инадзумы.       - Сегодня в увольнении. Попросил день город осмотреть.       - Погоду предсказывает? Где ты его взяла?       Ещё долго они говорили. Команда пела песни. К трём часа ночи Бей Доу объявила окончание праздника и, народ принялся разбредаться. Лишь пара матросов красиво пела грустные песни. Их голоса разносились над морем. Свет фонарей отражался от волн. Матросы у себя на палубе вели приглушенные разговоры. Под их тихий гул капитанша заснула на плече наставника. Старый капитан приобнял свою названую дочь, и опершись на стену, уснул сам.