Золото.

Яшмовый лес — место поистине необычайное. Путешественнице нравилось гулять здесь. Величественные горы, которые словно деревья вздымались вверх, к небесам; деревянные мостики, протянутые от одному дереву к другому. И, наконец — парящий остров над самой высокой горой. Настоящий рай для настоящего умиротворения. Именно сюда Чжун Ли привёл ее перед закатом. Совсем скоро праздник морских фонарей закончится, и она отправится в Сумеру. Покорять новые вершины, знакомиться с Архонтом мудрости, посещать новые, ещё незнакомые места. Но Ли Юэ всеми силами не хотел отпускать путешественницу. Или путешественница не хотела отпускать Ли Юэ… и самого Чжун Ли. Именно он являлся самым мудрейшим из Архонтов — так считала путешественница. Он мог часами рассказывать ей невероятные истории, если она лишь попросит. Он всегда соглашался ей помочь, какой абсурдной не была бы просьба. И сейчас они снова вместе, на этом парящем островке. Наблюдают, как солнце медленно утопает за горизонтом. — Путешественница, — Позвал Чжун Ли, не отрываясь от созерцания солнца. — Могу ли я рассказать тебе историю? Она не видит поводов, чтобы отказать. Даже если бы сейчас была крайне занята, она бы выкроила время и послушала его. — Конечно. — Благодарю, — Чжун Ли прочистил горло перед тем, как начать. — Когда-то, до войны Архонтов, я правил лишь долиной Гуйли. Тростниковыми островами, как ты знаешь, падшая Хеврия… Архонт соли. Другими территориями по всему Ли Юэ правили другие Архонты — все шло своим чередом. Однажды, правители горы Хулао и гор Буревестника сильно повздорили между собой. В этот конфликт влилась Макото — бывшая Электро Архонт, а вскоре и другие. Я не хотел участвовать в этом раздоре, но все решили за меня. Разыгралась война. От красивой долины Гуйли не осталось и следа — все оказалось разрушено и сломано… Путешественница с упоением слушала рассказ, который, видимо, давался ее спутнику с трудом. — Долину восстановить не удалось. Ты была там, я знаю. Все мосты, стены и лестницы разнесены в пух и прах, остались лишь руины, но… потеря любимого места не стала самым трудным. — Чжун Ли. Ты уверен, что хочешь продолжить? — Да, спасибо. Ты замёрзла? — И правда, путешественницу били легкие мурашки. С заходом солнца становится холоднее. — Ты как всегда проницателен, — Она тепло улыбнулась, когда Чжун Ли накинул на неё свой пиджак, оставшись в жилетке и рубашке. Путешественница хотела дотронуться до него, как бы спрашивая, но её остановили жестом — нет, ему не холодно. — Продолжая мой рассказ, хочу отметить, что смерть Гуй Чжун произошла на моих глазах и… это было трудно. Путешественница, — Чжун Ли взял ее за руку и погладил костяшки большим пальцем. — Этой историей я хотел сказать, что… Он вгляделся в янтарные глаза путешественницы. Будто бы в них активно протекал кор ляпис, разжигая интерес и увлеченность во взгляде. — Что для тех, кто живет слишком долго, друзья минувших дней и сцены из их приключений живут в воспоминаниях. Поэтому я нисколько не жалею о встрече с тобой. Если когда-нибудь настанет день, когда нам нужно будет попрощаться друг с другом навсегда…ты будешь продолжать сиять, словно золото, в моих воспоминаниях.