Последний танец

            — Догоняй, Моракс! — слышался где-то среди высоких гор Ли Юэ девичий звонкий голосок и заливистый смех.       — Эй, Гуй Чжун! Не убегай так быстро! — слышался ответ ещё совсем юного архонта Моракса.       По меркам людей им было уже очень много лет, но для архонтов это лишь числа, для них время идёт иначе. В долине высоченных гор, водопадов и мирно текущих рек на зеленеющих склонах играли в догонялки двое будущих мудрых правителей. Пока они ещё не сильно задумывались о далёком и неминуемом, они жили здесь и сейчас. По крайней мере - одна.       Они не были свободны и беззаботны, за ними шли люди и даже в столь юном облике, их решениям и их выбору верили сотни людей. В то время поселения жили в простеньких деревянных жилищах, больше напоминающих шалаши, нежели крепость от внешних невзгод и капризов природы.       С виду спокойный юноша, лет шестнадцати по меркам людей: всегда серьёзен, опрятен и учтив. Он ещё не успел создать свод законов Ли Юэ, но по его безупречным манерам можно было писать книги по этикету. Книг тогда тоже еще не было. Длинные темно-коричневые волосы оканчивались более светлым рыжим цветом. Ближе к лицу они были подстрижены сильно короче остальных. Что-то похожее на чёлку, но даже, казалось бы торчащие вверх пряди, не портили собранного и сдержанного образа. Отличали от любого другого юноши его серьезные, золотистые глаза, в которых уже таилась память нескольких сотен лет. Он был не просто природным явлением, которому дарованы божественные силы и разум, он был адептом, элементальным животным, соединившем в себе кровь могучего дракона и благородного цилиня.       Его юная спутница — Гуй Чжун, была лучшей подругой будущего геоархонта. Она являлась полной противоположностью педантичного и с первого взгляда холодного юноши. Гуй Чжун в этом возрасте была готова веселиться с утра до самой ночи. Если бы солнце светило круглые сутки, то она бы, наверное, и не ложилась спать. Прыгнуть с разбега в озеро? Устроить догонялки в долине гор? Заставить Моракса наперегонки лезть на скалу? — легко! Неутомимый авантюризм, жажда знаний и приключений вели юную девушку всё вперёд и вперёд. Ей хотелось успеть везде и всюду, помочь каждому встречному, если это было в её силах, а если нужно было что-то потруднее, то всегда на подмогу она звала Моракса. Среди поселений древних земель нынешнего Ли Юэ Гуй Чжун и Моракса знали все. Их любили, уважали, звали на помощь и спрашивали совета. В те далёкие времена архонтов было много, но эти земли были во власти двоих противоположных друг другу по образу жизни правителей. Архонт камня и пыли…       Играя в догонялки, Гуй Чжун часто убегала очень далеко, а Моракс особо и не хотел догонять, потому что в конце его всегда ждал один и тот же итог.       — Ну, что ты плетешься, как варёный слайм? Догоняй давай! — кричала девушка, оборачиваясь к уже запыхавшемуся Мораксу, уставшему с раннего утра бегать по горам, — Хэй! Дракончик? Давай быстрее!       Мораксу приходилось ускоряться, и, когда девушка специально ему поддавалась, видя, что тот уже еле ноги переставляет, резко останавливалась прямо перед ним. Юноша не мог так сразу затормозить и сбивал её с ног. Они вместе падали на траву и перекатывались лицом к небу. Лежали, раскинув в стороны руки и ноги. Восстанавливали дыхание и силы. Потом Гуй Чжун переворачивалась и тихонько подползала к Мораксу, ложилась головой ему на грудь и, закрыв глаза, слушала как часто бьётся его сердце.       — Моракс, ты злишься на меня? М? — спросила девушка, чуть приоткрыв глаза.       — Злюсь? Нет, с чего ты так решила? — вопросительно ответил Моракс, не утруждая себя переводом взгляда.       — Ты сегодня ещё более серьезный, чем обычно. О чем-то задумался? — девушка спрашивала его тонким игривым голоском, широко улыбаясь, и иногда хихикая.       — Немного. Скоро зима… снова будут дожди. Поселок опять затопит, надо что-то с этим сделать, но я не могу придумать что… Птицы улетают очень рано, это плохой знак, они обеспокоены.       — Ох, Моракс! До зимы ещё полгода! Я обязательно придумаю как защитить поселок от наводнений, а ты взамен хоть раз улыбнёшься, хорошо?       — Ты предлагаешь мне сделку, хочешь заключить контракт? Можно я откажусь? — незаинтересованно спросил Моракс, абсолютно не придав окраски словам.       — Ну ээй… почему ты всегда такой холодный? Ты вообще умеешь улыбаться?       — Нет. Ничего я не холодный, просто не люблю носиться по горам целыми днями, смеяться из-за каждой глупости… лучше бы что-то полезное сделали…       — Какой же ты всё-таки зануда, Моракс. Такой красивый, сильный, внимательный, но такой… холодный… — Гуй Чжун снова прикрыла глаза, прислушиваясь к уже более ровному и спокойному ритму биения сердца.       Моракс был не против такого положения, но в голове его крутились мысли том, что придется стирать одежду, расчёсывать волосы и вымывать из них песок или траву. Прагматик от кончиков рогов до пят.       — А ты помнишь, как мы встретились в первый раз?       — Я помню каждый день своей жизни…       — Это здорово… Помнишь то большое топкое болото, в которое я нечаянно угодила? Я звала на помощь, а ты меня легко вытащил на берег. Начался дождь, но мы так и продолжили сидеть у болота… Ты сказал, что ты обычный смертный, но я рассмеялась и провела рукой по твоим очаровательным рожкам, хи-хик! Ты тогда смутился и, кажется, даже покраснел…       — Тебе показалось, такого не было… я просто сказал, что не люблю, когда меня называют адептом… Я забыл о рогах тогда и сам себя выдал, люди, когда узнают, что их спас адепт, сразу меняются в лице. Я не понимаю почему.       — Ну да, а потом я совершенно случайно узнала, что ты тот самый архонт, бог контрактов, очага, чего-то там ещё… о котором все вокруг твердили и восхищались. В тот вечер, после дождя, вышло солнышко перед закатом и очень красиво освещало глазурные лилии. Я тогда обернулась, а на страшном и гиблом, как мне казалось, болоте, распустились сотни голубых цветов… Это было так волшебно. Неужели у тебя это воспоминание не вызывает совсем никаких эмоций?       — Было красиво, я не спорю, но там такое каждый день почти… Лилий там очень много, люди часто ходят их собирать, застревают, а я их вытаскиваю… Это уже вошло в привычку.       — Вот можешь же такой момент загубить своим прагматизмом… — Гуй Чжун наигранно надула щёчки, слезла с Моракса и отвернулась.       — Прости, Гуй Чжун, но я, правда, не умею замечать твои эти «редкие, необыкновенные» моменты… Говорю, как есть на самом деле.       — Эээх, ни грамма романтики, одни контракты и дела на уме…       — А тебе лишь бы веселиться целыми днями, — по-прежнему отстраненно ответил архонт камня.       — Я просто хочу, чтобы ты тоже был чуть радостнее! Но мне кажется, я заставлю камень улыбаться быстрее, чем тебя… — девушка теперь обиделась по-настоящему, перекрестила руки на груди и словно закрылась.       — Но я рад и так… Для меня спокойствие и мирное время уже радость. Когда нигде никто не просит о помощи, когда у людей растет хороший урожай, когда в горах дуют теплые ветра… это всё для меня — радость…       Гуй Чжун потихоньку развернулась к Мораксу и распустила руки из обидчивого положения.       — Тебя так сложно понять… Ты вечно витаешь где-то в облаках своих планов и мыслей… Я, конечно, тоже дорожу теми чувствами, которые исходят от помощи людям, но кроме забот архонта в этом мире есть ещё тысячи разных интересных вещей: полеты с вершин гор, плавание, карабканье по скалам, да та же самая механика! Хранительница облаков очень интересно рассказывает о своих изобретениях. Она говорит, что у меня тоже получится. А ты как думаешь?       — Я в тебя верю, если ты захочешь что-то изучить, то пустишь на это всю свою энергию. Мне кажется, бесконечную, если её пустить в нужное русло, будет еще и полезной.       Гуй Чжун снова заулыбалась и обняла своего друга, часто пребывающим с каменным лицом, но очень добрым сердцем. Пусть она и не могла это ничем доказать, она просто это знала и чувствовала. Только вот силы, кажется, не рассчитала и стиснула Моракса, крепко прижав его к себе, и даже подняв с травы. Не так давно была небольшая битва с монстром, пробравшимся из морских глубин далеко в горы в поисках наживы и людской крови. Он не был очень сильным, но умудрился ранить молодого Моракса. Царапины были несерьезными, но тем не менее, малоприятными. Адепт сквозь зубы зашипел и постарался выдохнуть.       — Если тебе нужен мертвый друг, то можешь продолжать! — кое-как выдавил из себя Моракс, в надежде, что его отпустят.       Гуй Чжун перепугалась, услышав это, и мигом отпустила свою «жертву». Моракс с облегчением плюхнулся обратно на траву.       — Прости-прости! — суетливо начала извиняться девушка, — тебе больно? Могу я чем-то помочь?       — Нет, всё в порядке, просто не стоит меня так сильно сжимать. Те царапины еще не успели затянуться полностью, да и кто знает, сколько там переломы от крепких объятий заживать будут… Мне кажется, что что-то хрустнуло, — ответил развалившийся на земле Моракс.       — Ну, ты и актер, конечно! Мне бы сил не хватило что-то в тебе поломать. Пугаешь только… — с небольшим облегчением произнесла Гуй Чжун и присела поближе, — а вот насчет ран, прости, пожалуйста, я совсем не подумала, что они еще не зажили…       Моракс поднялся и обернулся к заходящему солнцу. Они были на краю одного невысокого уступа, но вид на закат открывался потрясающий. Гуй Чжун придвинулась еще немного и чуть ли не вплотную прижалась к архонту камня. Посмотрела в его золотистые глаза, красиво переливающиеся и отражающие последние красноватые лучи уходящего дня. Медленно подняла руку и докоснулась до округлых рожек адепта-дракона. Моракс недовольно поёжился и перевел взгляд на Гуй Чжун, которая увлеченно поглаживала рога, они ей казались бархатистыми. Когда она ощутила на себе пристальный взгляд, то быстро убрала руки и прижала их к себе на уровне груди.       — Я-я снова сделала что-то не так? — расстроенная своим поведением Гуй Чжун, даже немного отодвинулась подальше.       Моракс же, прикрыл глаза и помотал головой.       — Предупреждай, если хочешь как-то потрогать их, всё же они довольно чувствительные и это не очень приятно от неожиданности…       — В прошлый раз ты ничего не сказал, поэтому я подумала, что ты их не чувствуешь, но… они такие милые и бархатистые… Трудно устоять! Хех! Если это больно или сильно неприятно, то я, конечно, больше не стану к ним прикасаться! Ты не обижаешься? Нет?       — Нет, не обижаюсь, да и это не больно или как-то сильно не вызывает дискомфорт. Лучше сначала предупреди, тогда я не буду расценивать это как-то негативно на первый взгляд. Мы живем в довольно опасное время, нужно быть наготове в любую секунду.       Последнюю часть девушка пропустила мимо ушей.       — А это значит… Значит, что я теперь могу их погладить? Ты не будешь против? Можно-можно? — Гуй Чжун смотрела и упрашивала Моракса разрешить ей это сделать, как маленький щенок, который хочет кусочек мяса.       Моракс даже слегка усмехнулся этому щенячьему взгляду, резко выдохнул, не более, и отвернулся к закату.       — Можно… Только осторожно, ладно?       — Ого! Ты улыбнулся! Я видела! Всё ты притворяешься!       — Да, нет же?! Не улыбался я! Тебе показалось… — отнекивался Моракс, но рожки не прятал под капюшоном.       — Да, ладно тебе! Не бойся, я тебе ничего плохого не сделаю, ты же знаешь, поэтому можешь и улыбаться хоть иногда… Это ведь совсем не сложно.       Тем временем, она уже тихонько поглаживала рожки адепта — дракончика. Он даже начал немного краснеть, хотя, как обычно, переложил это всё на закат. Ему было приятно ощущать тепло нежных прикосновений. Несколько раз даже зевнул, засыпая. Потом чуть поёрзал на месте и прислонился к плечу Гуй Чжун. Она легко обняла его и понимала, что еще немного, и он заснёт прямо у неё на руках. Да и будить не хотелось, слишком уж милым он был в этот момент. Сидеть так стало не очень удобно, поэтому она быстро придумала, что нужно делать. Сначала немного приподняла своего друга, а потом медленно опустила к себе на колени, продолжая тихонько поглаживать рога и убирать длинные пряди волос с лица. В тот вечер Моракс был таким спокойным и умиротворенным, будто никаких обязанностей и тяжелой ответственности на нём не было, долгие планы сами себя разрешили, а проблемы нашли выход. Это не шло ни в какое сравнение с его обычным серьёзным, и даже порой сердитым взглядом, от которого веяло холодом, словно из глубоких пещер. Он был прирожденным лидером, за ним уверенно шли люди и прислушивались к мудрым советам, но это лишь одна из множества граней геоархонта.       Как и любому другому существу, не важно человеку, адепту или архонту нужен время от времени отдых. Когда единственное, что тебя тревожит — это как долго заваривать чай, чтобы он раскрылся полностью, но не стал очень терпким. В этот вечер Моракс впервые за несколько лет дружбы с Гуй Чжун был с ней так близок, не отстранялся и не смотрел на неё, как на маленькую девчонку, которая ему надоела своей гиперактивностью и несерьезностью. Хоть она и была одной из архонтов, физической силой особо не награждена. Люди шли за ней, потому что она была мудра, хоть и не упускала возможности повеселиться. Её советы были очень полезными, и в то же время не такими сложными и философскими, как предпочитал Моракс. Его речи зачастую нужно было переводить с высокого слога на обычный, более понятный людям, которые даже не умели читать.       Шли годы. Всё вокруг изменялось, всё двигалось вперёд и время неумолимо отсчитывало век за веком. Из-за частых наводнений в прошлом месте, Мораксу вместе с Гуй Чжун пришлось вести людей дальше на юг в долину. Она была прекрасной, плодородной, с моря приходили дожди и поливали будущий урожай. Там же, Моракс обрёл нового друга — Мархосиуса, получившего титул Бога очага. Ему были рады в каждом доме, и он привносил туда пламя неугасающей печи и теплый уют, которого так не хватало людям.       Со временем, Моракс стал углубляться в военное дело, оттачивал навыки владения всем существующим оружием. Стал замечательным стратегом, уверенно вел людей в бой против нападений морских чудовищ, не забывал и о контрактах. Больше всего он ценил баланс. Сам он был отражением происходящего вокруг. Он мог предсказывать, что скоро случится что-то серьезное и заранее готовился. В такие моменты, его лучше было не беспокоить, он был предельно сосредоточен и отвлекаться не намерен.       В долине Гуйли, названную в честь двух архонтов — покровителей, долгое время сохранялся мир и покой. У Моракса наконец-то появились небольшие выходные. Дни, когда он просто уходил далеко в горы, и проводил вечера на вершине Аоцзан. Там и по сей день стоит каменный стол и три места. Каждое из них было подписано именем или титулом. На одном восседал Властелин камня, такое имя уже прочно засело в обиходе людей, они так называли Моракса. Справа от него сидела верная спутница и лучшая подруга Гуй Чжун, а слева её наставница адепт-журавль Хранитель облаков. Они там собирались втроём не так часто, но это были самые теплые и спокойные вечера, что только могли быть в то время. Более трёх с половиной тысяч лет назад… Часто встречи были и с другими адептами. Владыка Песен и Скитаний или же мадам Пин в нынешнее время, часто была гостьей у обители и спутницей архонта пыли в Заоблачном пределе. Помимо этого, Моракс иногда встречался с Гуй Чжун и на небольшой прогулке по окрестностям долины Гуйли. Иной раз они садились на каком-нибудь каменном уступе, и как давным-давно, делились своими мыслями и тревогами. Внешне они стали взрослее, обоим уже далеко за тысячи лет… Моракс привык принимать форму человека, чтобы его рога не выдавали в нем адепта. Только уединившись на вершине гор, он возвращал свой прежний облик с желтоватыми бархатными рожками. Гуй Чжун все также не могла устоять перед ними, а Моракс только этого и добивался. Дожидался заката и укладывался на колени архонта пыли. Она ласково гладила его рожки и напевала тихие мелодии, словно отгораживая их одних от всего мира. Моракс мог позволить себе расслабиться. Закрывал глаза и засыпал. Он полностью доверял своей спутнице и ничего не боялся в эти моменты. Он был по-настоящему счастлив, когда в мире людей — тишина и порядок, когда природа балует хорошей погодой и урожаем, когда монстры сидят в своих норах и не высовываются, а ласковый теплый ветерок слегка колышет его волосы среди безмолвных скал.       Стал ли он больше улыбаться? — не особо. Только если его мог рассмешить забавный друг Мархосиус, он же Бог Очага. Редко, но это удавалось сделать и самой Гуй Чжун. Её заразительный смех иногда пробивал каменные принципы геоархонта и тот начинал улыбаться, даже не замечая этого. Как только ему об этом напоминали, то он мигом возвращался к прежнему состоянию. Это расстраивало Гуй Чжун, но она так и не смогла ничего с этим сделать. Каждая его улыбка или редкий смех для неё были в радость, она была готова отмотать время назад каждый раз, лишь бы увидеть их снова. Жаль, что это было невозможно.       Иногда они прогуливались вдоль тех самых болот, где и познакомились тысячи лет назад. Моракс срывал парочку глазурных лилий и вплетал их в волосы Гуй Чжун. Делал он это без каких-либо эмоций на лице, однако она понимала, что он в этот момент чувствует. Она научилась за столько лет определять его настроение по степени серьезности. Больше всего на свете, Гуй Чжун любила наслаждаться цветением лилий, могла часами смотреть на них, пока не стемнеет. Она бы так и не отходила от голубых цветков, если бы Моракс не утаскивал её оттуда уже в кромешной тьме. Ночь в древнем Ли Юэ была очень опасной. Буйные демоны, монстры и злые духи обретали новые силы и выходили на свободу, избавившись от оков дневного плена солнечного света. Люди тогда ещё не научились техникам экзорцизма, поэтому ночью архонтам и адептам нужно было охранять поселения от внезапных нападений.       С годами Гуй Чжун стала больше походить на свою наставницу и соперницу. Не отдалялась от так горячо любимых ей людей, но становилась ближе и к адептам. Связь с Мораксом она, конечно, не теряла. Они так же проводили свободное время вместе, делясь опытом, новостями и изобретениями. Их пути упрямо развело время, но оно не смогло разорвать вековую, крепкую дружбу. Их память была чиста и прозрачна: о тех вечерах на вершинах гор, о лилиях в волосах, о первой встрече… Моракс становился всё могущественнее и сильнее, а она изучала древние тексты на каменных табличках, стенах руин и становилась лишь мудрее. Знания Гуй Чжун в механике, её находчивость и изобретательность, начали поражать даже Хранителя облаков.        Одним вечером, архонт пыли прогуливалась вдоль домиков поселения долины Гуйли. В её голову прокралась идея очень занятной вещички. Девушка мигом отправилась на создание своего нового шедевра. Конечный результат не заставил себя ждать и превзошел её ожидания. Небольшая, но уже весьма дорогая сердцу вещь.       Гуй Чжун не могла оставить мысли о том, что создала несколько дней назад, после прогулки прохладным вечером в процветающей и спокойной долине. Тогда из одного домика раздалась дивная мелодия. Девушка напевала что-то своему ребенку, а тот сладко спал. До этого архонт пыли никогда не слышала ничего подобного, поэтому ей хотелось запомнить мотив. Она воспроизводила его в голове несколько дней и неустанно трудилась над механической коробочкой. В итоге, у неё в руках была первая музыкальная шкатулка, открыв крышку которой, начинала проигрываться та самая мелодия, так глубоко засевшая в сердце Гуй Чжун. Она была счастлива, показала Хранителю облаков, и та похвалила её труды, хотя и видела в ней соперницу после создания баллисты. Шкатулка — не первое музыкальное изобретение, до этого был колокольчик. Но новое изобретение было дороже, потому что должно было стать подарком для Моракса. Внутри при проигрывании музыки крутился вырезанный из дерева дракончик, точно маленькая копия божественной формы геоархонта.       В те дни Моракса было трудно сыскать, он был очень занят и готовился к чему-то. Не спал сутками, лично ковал оружие. У него был дар предвиденья, но не как четкие образы, а результат наблюдений и прекрасной памяти. Природа сама давала ему понять о надвигающемся бедствии различными знаками. Например, поднявшаяся резко вода, летом улетающие птицы, бросающие гнёзда, быстро желтеющая трава и гибнущий от палящего солнца урожай. Однажды, заснув прямо возле рабочего домика с печью и кузницей, ему приснился кошмарный сон, от которого он даже вскрикнул проснувшись. Несколько людей, что не стали его будить перепугались и поспешили узнать, что стряслось. Моракс отрицательно помотал головой и сказал, что просто дурной сон от усталости. Рабочие поверили ему и спокойно вернулись к своим занятиям. Сам же архонт начал чувствовать себя довольно плохо. Он не понимал, что такого было в обычном кошмаре, он их видел сотни, а может и тысячи, но именно этот так сильно выбил его из равновесия. Внешне этого он не показывал, раздавал указания и управлял жизнью довольно большого поселения.       Пару дней спустя он принял решение. Нужно было уводить народ из долины в гавань Ли Юэ, иначе это место станет им могилой под толщей воды. Один он не мог сделать этого, люди бы пошли за ним, но многие из них хотели бы выслушать и Гуй Чжун. Моракс рассказал всем о сборах вещей, а сам отправился в Заоблачный предел обо всем пояснить девушке, любительнице механики. Услышав его голос, Хранитель облаков зашла в обитель и позвала Гуй Чжун, увлеченную новой идеей. Девушка тут же схватила шкатулку и глиняный чайник. Не дала Мораксу сказать ни слова, кроме приветствия, и без умолку рассказывала ему об этой чудесной вещице. Преподнесла в качестве подарка и сказала ему беречь её как самое дорогое, что у него могло быть. Моракс хотел бы возразить, но промолчал, согласившись кивнул. Он не знал с чего начать, поэтому дождался окончания чайной церемонии и ухода адепта-журавля в обитель. Они остались вдвоем. Моракс прогуливался вдоль края горы и смотрел вдаль, на земли Ли Юэ. Был прекрасный теплый вечер, солнце стремилось к закату, но было еще светло. Первые облака начали окрашиваться в розоватые тона. Гуй Чжун неторопливо вышла из-за стола и подошла к адепту-дракону. Мораксу было очень тяжело смириться с тем фактом, что их такая размеренная жизнь снова обратится переменами, переходом и заново выстраиванием всех связей, торговли, хозяйства и быта…       — Я вижу, ты чем-то обеспокоен, а я весь вечер только и делаю, что говорю и говорю, а ты молчишь и киваешь. Хоть бы остановил меня разок! Хи-хик! — девушка не отказывала себе в удовольствии немного пошутить, даже когда её друг был довольно мрачен.       — Ты так радовалась, когда рассказывала мне об этой шкатулке, мог ли я прервать тебя ради высказывания своих мыслей?       — Я так давно тебя не видела, ты был так занят, не приходил сюда, вообще ни в одном из наших любимых мест я тебя не находила… Ты словно пропал и мне было не с кем поговорить, вот и накопилось… Так, теперь расскажи, что случилось? — Гуй Чжун стала выглядеть непривычно серьезной.       Моракс посмотрел в её чистые серо-голубые глаза и не смог сказать то, что их народ может погибнуть из-за наводнения и в грядущей битве с морскими чудовищами. Более страшной и кровопролитной, чем до этого. Он не смог, но не потому что хотел соврать, а потому что не хотел омрачать этот дивный вечер такими ужасными новостями. Он подошел к столу, где они обычно пили чай. Поставил шкатулку и завел её маленьким ключиком до упора пружины. По времени это около трёх минут мелодии. Моракс дал себе слово сделать этот вечер самым красивым, запоминающимся, и отпустить все мысли из головы, как бы трудно ему не было.       — Ты хочешь её послушать? Даже не ответишь мне? — обеспокоено спросила Гуй Чжун и подошла к столу по каменному мостику.       Звук шкатулки был совсем негромким, но на вершине горы Аоцзан, где всегда спокойно и тихо, его было прекрасно слышно. Моракс улыбнулся и повернулся к Гуй Чжун. Она ничего не понимала и попятилась назад по мостику подальше от воды, чтобы просто не оступиться и не упасть. Не успела дойти как Властелин камня, серьезный и холодный на первый взгляд архонт, подхватил её за талию и перенес на более свободное место широким шагом, подальше от воды. Девушка была напугана таким его внезапным изменением, она даже подумывала не вселился ли в него демон… Однако, музыка продолжала играть и медленно, положив руку на талию, а вторую вытянув в сторону, архонт камня начал кружить Гуй Чжун в легком, будто невесомом, танце над облаками, над землей… Она смотрела в его добрые, золотистые глаза и не могла поверить, что он впервые за столько лет так искренне улыбался. Он двигался в такт, словно репетировал этот танец годами, плавно, мелодично и грациозно. Из его белоснежной улыбки показались чуть более острые зубки — черта истинного дракона. Гуй Чжун не могла поверить своим глазам и двигалась под мелодию шкатулки, ведомая будто не своими силами, лишь чувствами. Это было так легко, непринужденно и чисто. Традиционные наряды с длинными рукавами и многослойными рубашками развивались словно на ветру при полном штиле. Платье Гуй Чжун не путалось под ногами, а так же красиво следовало её движениям. Моракс закрыл глаза, полностью погрузившись в чарующую мелодию шкатулки. В этот момент они оба были так открыты и счастливы, как никогда. Архонт пыли более не сомневалась, тот ли самый Моракс перед ней. Теперь она была уверена — да, это он. Настоящий, сильный, мудрый и невероятно красивый. Заколка упала с его длинных волос и теперь они перепали блестящими гладкими прядями вперед. Моракс уже был готов рассмеяться от переполняющей его в этот момент радости. Гуй Чжун не могла так же умело скрывать или сдерживать свои чувства и эмоции, поэтому и правда рассмеялась, когда музыка закончилась. Девушка протянула руки чуть вперед и прижалась к груди Моракса, крепко обняв его, и не желая отпускать никогда-никогда. Адепт тоже нежно обнял свою верную спутницу, что была рядом с ним вот уже на протяжении нескольких тысяч лет… Это было намного больше дружбы, это было безграничное доверие, чистота и откровенность.       — Моракс, ты решил сделать мне такой ответный подарок?       — Да, ты ведь мечтала увидеть мою улыбку?       — Она прекрасна! Твой взгляд… Он… Такой добрый, нежный, искренний, как теплый бриз на берегу океана, как ласкающие волны у самого берега…       — Хех, не такой уж я и холодный, да?       — Н-Нет, вовсе нет! Ты… Я не знаю… Столько лет я думала, что ты меня просто терпишь, ты словно не обращал на меня внимания, вдумчиво, но безэмоционально слушая… Я утешала себя мыслью, что так и должно быть, архонты не должны иметь чувств, как люди и… ох, не могу подобрать слов. Ты приходишь сегодня мрачнее тучи, а потом заводишь мелодию в шкатулке и начинаешь танцевать, так, как будто ты этим занимался всегда! Это невероятно!       — Я не знал с чего начать, уставал за работой и у меня было мало сил, чтобы снова прийти на одно из наших, так много раз обойденных мест в Ли Юэ…       — Закрой, пожалуйста, глаза… Не спрашивай зачем, доверься мне! Хи-хи! — Гуй Чжун чуть разжала свою хватку объятий и посмотрела в глаза адепта, — давай-давай, не подглядывай!       Моракс с легкой усмешкой выдохнул, и вернув прежнее спокойствие на лице, закрыл глаза.       — Я люблю тебя, Моракс… — тихо, чуть громче шепота, произнесла Гуй Чжун, и прежде чем слова дошли до того, кому предназначались, девушка приподнялась на носочках и решила поцеловать удивившего и осчастливившего её до глубины души адепта. Легко, непринужденно и тепло, её губы коснулись губ Моракса. Почувствовав их, она не могла удержать слез радости. Маленькие капельки, словно росинки, скользнули по щекам и растворились в воротнике её платья. Моракс не отстранился, и даже не открыл глаза. Наоборот, лишь крепче прижал дорогую ему девушку к себе и наклонил вниз голову, чтобы ей не приходилось так высоко тянуться. Это мгновение длилось не долго, но для Гуй Чжун — словно вечность. Она чувствовала его дыхание и биение сердца, как своё. Казалось, что от бешеного пульса её собственное — скоро выпрыгнет из груди, но всё осталось на местах и этот дивный миг запечатлелся в их памяти, как самый первый, близкий и искренний. Они оба не знали, что в итоге делать дальше, поэтому стояли крепко обнявшись, и смотрели как солнце скрывается за горизонтом. Моракс аккуратно стер рукой дорожки от слез на шелковых щеках, и снова заулыбавшись, посмотрел в светлые глаза архонта пыли. Хранительница облаков случайно увидела всё происходящее, но молчала. Сама чуть не расплакалась на моменте их танца. Он был так красив, так изящен… Но только Моракс знал, что он был последним…       Уже после заката он осторожно перевел тему на то, что людям грозит опасность и они быстро уходят к гавани. Гуй Чжун отложила свои разработки, на следующее утро отправилась вместе с Мораксом помогать людям с резким перемещением. К тому моменту Властелин камня уже начал созывать друзей, знакомых и союзников к грядущей войне. Его верный друг древний как скалы Ли Юэ дракон Аждаха пришел первым. Следом Яксы. Пришли адепты, откликнулись на зов даже миролюбивые цилини. Всеми силами боги-архонты, адепты и божественные животные помогали людям уйти. Вода уже начинала прибывать, а в воздухе нарастало напряжение…        В свободные минутки Гуй Чжун возвращалась к разработке новой шкатулки-головоломки. Она должна была стать подарком Мораксу после победы. Девушка не сомневалась, что могущественный и сильнейший Властелин камня одержит верх над морскими чудовищами и буйной стихией. Люди успешно перебрались дальше в горы и начали обустраивать поселение заново. Моракс и собирающиеся со всех уголков земель помощники обосновались временно там же. Одним из свободных, но уже не таких спокойных вечеров, Гуй Чжун позвала Моракса прогуляться среди глазурных лилий. Она закончила шкатулку и взяла её с собой. Решила не дожидаться окончания войны, а подарить сразу. Было уже довольно поздно и уставший от дневных забот Моракс пришел в назначенное место. Девушка с, казалось бы, бесконечной энергией протянула ему каменную шкатулку на особом замке.       — Смотри, я назвала её «Память о пыли». Ведь я же архонт пыли, хи-хи! Это головоломка, сможешь ли ты её открыть? М? — с лисьей хитренькой улыбкой произнесла Гуй Чжун и села возле нескольких, еще не закрывшихся лилий.       — Хм… Спасибо, но что внутри? Новая музыкальная шкатулка или что-то еще более прекрасное? Новый механический секрет?       — Это символ нашего союза и мой тебе вызов. В ней содержится вся моя мудрость… — девушка со вздохом посмотрела на готовящихся ко сну людей в обустраиваемой гавани. — Если подумать, то эти людишки такие слабые и ничтожные, словно пыль… Они боятся, не знают, когда оборвется их короткая жизнь. Из-за страха всё пыжатся, хотят стать умнее, всё успеть. А я знаю. И вот я думаю — силой с тобой не сравниться, так надо использовать знания и умения. С твоей силой и моим умом… Этот город будет чудесным! Моракс, представляешь?       Моракс лишь кивнул, а перед глазами снова встал тот ужасный кошмар. Он крутил в руках подарок и с видимой грустью сел рядом с девушкой, которая так сильно его любила, а он даже не мог найти слов, чтобы ответить. В этот момент он себя возненавидел, посчитал это своей самой сильной слабостью. Тихо положил голову на плечо Гуй Чжун и прикрыл уставшие грустные глаза. Они не были такими блестящими и яркими как обычно, они стали блёклыми, словно потухшие брюшки светлячков перед рассветом.       — Моракс, Моракс… Ты снова так вымотался, работая с людьми, что засыпаешь… а я хотела прогуляться в лунном свете по вершинам гор, только с тобой, с тем самым архонтом, что подарил мне лучший день рождения, наконец открывшись…       — Так вот когда он был… Ты всегда уходила от этого вопроса, и я столько веков жил в неведении…       — Неужели ты бы каждый год стал дарить мне какие-нибудь нелепые подарки, просто чтобы показать, что ты помнишь?       Моракс приподнял голову и медленно перевел взгляд с дальних гор на самую дорогую девушку в его долгой жизни.       — Хорошо, прогуляемся, я еще не так сильно устал, чтобы заснуть прямо здесь…       Гуй Чжун рассмеялась и оставила на его щеке легкий поцелуй. Они вместе поднялись и осмотрели ближайшие вершины. На горизонте догорали последние лучи солнца и земли приобретали холодный синеватый оттенок в свете новой правительницы… Моракс и Гуй Чжун гуляли по склонам и смотрели в даль туманных гор несколько часов, а потом решили, что пора бы и отдохнуть.       — Гуй Чжун, пожалуйста, переночуй сегодня в обители Хранителя облаков…       — Что? Почему ты не хочешь меня видеть с самого утра?       — Не в этом дело, послушай меня, это очень важно, я сам приду к тебе, когда будет нужно.       — Но что за тайны, ты мне не доверяешь? — девушка была напугана внезапным разговором и больше тем, что Моракс что-то скрывал и отводил взгляд.       Архонт камня собрался с силами и выдохнул в сторону.       — Утром начнется битва, война не окончена и ей еще долго не будет конца, ты же знаешь, что я не хочу, чтобы ты ввязывалась в бой, пережди в обители и я вернусь к тебе, ты снова поможешь перевязать мои раны и мы продолжим строить этот прекрасный город… Вместе.       — Моракс… — Гуй Чжун не хотела его оставлять одного на другом конце страны биться с ужасными демонами и разъярёнными архонтами, — мог бы сразу так и сказать, без тайн и загадок, я отправлюсь туда и буду тебя ждать, я верю, ты победишь!       — Спасибо, Гуй Чжун, я рад, что ты поняла меня и не осуждаешь за это решение, принятое за тебя…       После этого они разошлись в разные стороны. Моракс вернулся в поселение, а Гуй Чжун, как и обещала, укрылась в обители адепта.        Угроз вокруг города не было, полное затишье. Даже светлячки прятались по своим домикам. Птицы молчали и давно улетели в спешке оставив гнёзда. Мир древнего Ли Юэ ждал рассвета. Утром не встало солнце.       Небо заволокло черными тучами с моря, поднялся ужасный штормовой ветер и люди боялись покидать свои дома, они были каменные, крепкие, поэтому могли уберечь женщин, детей и стариков под своей крышей. Властелин камня гордо поднялся на вершину горы Тигра, и взяв в руку копье, ожидал прихода монстров. Адепты, божественные животные, Аждаха и многие другие существа, пришедшие на зов Моракса, рассредоточились согласно его планам. Основной очаг сражения был как раз в долине Гуйли. Мощный поток воды разрушил прежнее поселение до основания, превратив в безжизненные руины под кучей грязи и глины. Из моря выходили чудовищные твари, демоны, злые духи и падшие архонты, желающие лишь крови, разрушений и мести. Сражения длились весь день, небо окрасилось в черно-багровые тона, гремели раскаты и били в землю молнии… Процветающие земли превратились в кромешный ад… Днем было темно как ночью и страшно, что ордам врагов не было числа. Моракс с Аждахой сражались вместе ближе всего к гавани, пробившись через них люди были бы обречены… Сотни мужчин пошли на войну вместе с Мораксом, были не так сильны, но верны идеалам и не хотели быть жалкими овцами, забившимися в угол. У них было оружие, навыки сражений… Властелин камня обучал их лично, а они были ему верны и бесконечно благодарны. Спустя сутки ожесточенных битв море начинало успокаиваться, пятиметровые волны перестали бить о землю и наступило полное затишье. Демоны были повержены, морские твари отправлены гнить на дно… Моракс сел на один из камней и оторвав часть от своей одежды перевязал глубокую рану на руке. Один из монстров запрыгнул на него и полоснул когтями по плечу. Аждаха издал победный рев об окончании ужасной битвы. Многие из людей, добровольно вышедших в бой — погибли, ранены были все, но в разной степени. Чуть позднее позади геоархонта приземлилась Хранитель облаков и медленно подошла, опустив голову.       — Моракс, приходи в Заоблачным предел, это очень важно… Он разрушен… — тихо проговорила она и поспешила удалиться.       Сам архонт не сразу понял кто это был и о чем шла речь, а потом сквозь пелену бессилия принял облик золотого дракона и взмыл в воздух. Быстро добрался до горы Аоцзан, куда днем ранее отправил Гуй Чжун для её безопасности. Там было все не так ужасно, как у побережья, разрушена была только часть где находился вход в обитель адепта. Творец Гор летел следом и уже около каменных обломков сказал, что они опоздали, обитель разрушена, но внутри никого не было. Моракс молчал. Он был в ярости, его глаза и волосы светились ярче звезд. Силой бога скал он мигом поднял в воздух всё, что там было, но никого не нашел. Снова принял облик дракона и издал настолько громкий рёв, что горы содрогнулись. Он облетал каждый уголок страны в поисках лишь её одной… Ему было наплевать на раны, сочившуюся кровь и дикую, пронзающую всё тело боль. Он искал, искал…       Несколько часов поисков привели его в долину Гуйли, точнее к тому, что оставил после себя отлив. Вокруг были сотни погибших… Подойдя к руинам одного из домов, голым стенам, даже без крыши, он зашел внутрь и увидел ту самую, кого искал… Она была жива, сидела у стены и крепко сжимала руки на груди. Накрылась накидкой и дрожала в страхе.       — Гуй Чжун! — закричал Моракс, увидев её заплаканные испуганные глаза, — я же обещал найти тебя!       Архонт прислонился к стене и сполз вдоль неё, оставляя кровавые пятна. Подвинулся ближе, и сидя на коленях, прижал девушку к себе. Она закашлялась и вытерла кровь с губ.       — Прости Моракс… Я спасла нескольких человек, но… обитель была разрушена, печать пробита, и я сбежала так далеко, как только смогла. Мне пришлось сражаться. Здесь уже все шло на спад, я думала смогу помочь тебе… Но я слаба… — она посмотрела в испуганные и потерянные глаза своего возлюбленного, он знал, что будет так, судьба его предупредила, но он не был готов. К такому нельзя подготовиться.       Гуй Чжун улыбнулась и тихонько провела уже холодеющей рукой по щеке Моракса. В его глазах читался немой крик. Крик ужаса, страха, безысходности. Девушка медленно убрала вторую руку с груди и отодвинула накидку. Все платье было пропитано кровью. Деревянная стрела пронзила её сердце… там уже был обломок, остриё всё еще оставалось внутри. Увидев это, яркие золотистые глаза Моракса потухли, как задутые ветром свечи, и начали наполняться слезами. Он сам не понимал, как такое возможно, он никогда раньше не чувствовал такую сильную боль в груди, будто стрела пробила и его насквозь, даже не знал, что такое слезы. Он держал её, пока она слабела и умирала у него на руках. Слезы капали и терялись в багровых пятнах когда-то светлых одежд. Он не мог выдавить из себя ни единого слова, ком встал в горле и делал только больнее.       — Я всегда мечтала увидеть, как ты будешь счастлив, как ты смеёшься, шутила, что легче заставить улыбаться камень… а сейчас… Нет, я не хочу видеть твоих слез, ты же сильнейший… Это так неправильно… Ты справишься и приведешь наш город к процветанию… Я знаю, что ты победишь в этой войне… — Гуй Чжун говорила спокойно, она уже не чувствовала боли, её тело начинало превращаться в пыль, — похоже, что всё-таки не смогу я быть вместе с тобой. А про тот замок… Забудь… Я дождалась тебя, но как видишь, демон успел забрать меня из твоих теплых и нежных рук раньше… Прости и прощай…       Гуй Чжун в последний раз улыбнулась и рассыпалась в пыль…       Моракс склонился над накидкой, оставшейся в его руках и взревел, но не как дракон, а как человек, потерявший самое дорогое и любимое, что у него было. Он кричал «Нет!», обращаясь к небесам. Но безмолвные серые облака даровали ему лишь сильный дождь. Он смыл кровь с лица и слился с его слезами. Будто небо было на его стороне и чувствовало то же самое…       Аждаха, услышав тот дикий крик, думал о возвращении демонов, но прибыв к источнику, сразу принял форму человека. Подошел ближе, и увидев сжимаемый в руках Моракса знакомый наряд, упал на колени. Ничего не говорил, опустил голову и тяжело вздыхал. Сам Властелин камня будто исчез из этого мира, он неподвижно сидел с накидкой и платьем в руках. Непонятно было дышит ли он вообще. Для него исчезли все чувства, все звуки и шум дождя. Он закрыл глаза и был словно в полной тишине, ничего вокруг, только тьма и тишина.       — «Мы спасли страну, но не спасли самое дорогое…» — думал про себя давний друг Моракса.        Некоторое время спустя Аждаха подошел ближе и присел возле своего друга, убитого утратой. Взглянул под капюшон. Архонт был бледным, взгляд холодным и безжизненно пустым. Медленно и осторожно Аждаха попытался как-то перевести его внимание на себя, гладил рукой по спине, убирал мокрые волосы с лица, но все было без толку. Моракс словно окаменел, но был жив, из глаз всё так же неконтролируемо лились слезы, кровь сочилась из ран, а руки подрагивали, крепче сжимая ткань. Аждаха понимал, оставлять его здесь нельзя, поэтому попытался докричаться. Звал всеми именами, что у него были и спустя штук пятьдесят попыток он ответил.        — Можешь не кричать, Аждаха… — его голос был очень низким, хриплым и сорванным после тех криков. Полностью безэмоциональным и ледяным…       — Моракс, как хорошо, что ты жив… Я не смогу выразить слов соболезнований, но я правда не знал, что она здесь. Я бы пожертвовал собой ради неё, но не успел… Я знаю, как она была тебе дорога, но пожалуйста, давай сейчас уйдем отсюда. Тебе нужно перевязать раны, помни, что ты еще жив, и я не прощу себе ещё и твою смерть…       — Идем отсюда… Не важно куда… Просто забери меня…       — Встать можешь? Мне не посадить тебя к себе на спину, пока ты сидишь здесь…       — Превращайся, я встану…       Аждаха кивнул, и отойдя чуть дальше, превратился в огромного каменного дракона. Наклонил голову и терпеливо ждал, когда Моракс подойдет ближе. Боль внутри архонта разрывала его на части, давала срастись и будто снова рвала свежие раны. Собрав последние крупицы сил, он придержался рукой за стенку и смог встать. Еле-еле удерживая баланс дошел до лапы дракона и тот уже сам подсадил его выше. В таком виде они добрались до только образовавшегося поселения будущего крупнейшего города-порта Ли Юэ. На место трагедии прибыли адепты и яксы, чтобы запечатать пыль и не дать демонам осквернить её память. Многие были безутешно разбиты. Гуй Чжун любили очень многие. Она старалась быть каждому другом и хорошим советчиком. А теперь от неё осталась лишь пыль. В безопасном месте Моракс попросил оставить его, не доходя до самого города на одном из небольших выступов. Аждаха понял, что сейчас он не в состоянии предстать перед людьми, столько погибших отцов и сыновей… Те, кто могли — вернулись, кто был жив, но сильно ранен, тех приносили адепты. Верный лучший друг сходил за бинтами, тогда они представляли собой более плотную ткань, чем стали изготавливаться потом. Ран у архонта было много, но почти все несерьезные. Царапины и порезы. Защищать себя щитами он часто забывал в пылу сражения. Да и щит тоже мог был быть пробит сильным озлобившимся духом архонта.       Моракс остался сидеть, не доходя до гавани. Вцепился руками в мокрые волосы, и накрылся капюшоном. Его увидел кто-то из деревни, и рассказав всем, многие женщины, чьи мужья не вернулись, пошли узнавать подробности у своего владыки, однако путь им преградил лучше всего понимающий положение дел дракон Аждаха. Слышались недовольные, отчаянные выкрики: «Какой из тебя защитник?!», «Как ты мог?!» и многое подобное, от чего Мораксу становилось лишь больнее, он спустил одну руку и крепко вцепился в рубашку, если бы мог, то с радостью вырвал бы своё сердце, избавившись от этой тягучей, ноющей боли. Аждаха разгонял толпу долгое время, прося уже с мольбой в глазах, оставить его друга в покое и дать пережить всю боль, что ему причинила эта война.       Пока люди требовали ответов, а Моракс боролся с неведомой ранее раздирающей болью в груди, медленно с небес спустилась молодая Цилинь. Светлое бледно-голубое облачко с остренькой мордочкой и рожками. Она одна из немногих, кто первой откликнулась на зов перед началом битвы. Цилинь, она же молодая Гань Юй, улеглась вокруг сидящего неподвижно Моракса и положила голову рядом с его ногами. Украдкой взглянула наверх, на то, что скрывается под капюшоном, и быстро закрыла глаза, будто ничего не видела. Ей хватило пары секунд, чтобы понять. Так и заснула. Шли часы, с полей битвы возвращались и другие верные соратники, и друзья Моракса. Им никто не рассказывал о случившемся, но окинув взглядом картину они понимали, что сейчас время не для разговоров. Адепты и многие другие защитники Ли Юэ без сил подползали к нужному месту, будто их туда что-то тянуло и валились с ног, засыпая. Последним пришел Аждаха, разогнавший и уверивший всех людей в неизбежности потерь на войне. Посмотрел на тесно уснувших соратников и тоже лег рядом, ожидая восхода… Сон на сырой земле после дождя не казался чем-то ужасным. Не говоря ни слова все показали своё доверие и поддержку Мораксу, показали, что они рядом и готовы разделить с ним всё, что он не сможет вынести в одиночку…       Утром встало солнце. Все отдохнули, набрались сил и были готовы начать восстановление земель после ужасов прошедших дней. Не встал только сам Моракс, он в таком положении потерял сознание и ночью соскользнул с камня вниз. Посадка была мягкой, прямо на облачное тело полуадепта — Гань Юй. Она довольно больших размеров, поэтому даже не поняла, что на неё кто-то свалился. Было принято решение сделать небольшой навес и простенькую кровать из травы и добровольно выделенного меха мягкого цилиня. Моракс по-прежнему был без сознания, но ещё жив, сила адептов помогла его ранам быстрее затянуться, оставалось только ждать, когда его жизненные силы восстановятся и вернутся в норму. Это не было просто сном, ему снились ужасные кошмары и среди непроглядной тьмы раз за разом возникали последние слова Гуй Чжун и момент её превращения в пыль. Моракса пытались разбудить, но это не давало результатов, время от времени он просто прямо лежал, а иногда сворачивался, лежа на боку и дрожал… Ему было страшно, он прижимал руки к груди и очень боялся, даже во сне, возвращения той боли, которую не мог стерпеть…       Моракс проснулся через несколько дней, но это был уже совершенно другой человек, более холодный, чем когда-то давно. Его друзья с дрожью в голосе говорили о том, что его сердце окончательно окаменело… Он говорил, что всё это чушь, в то время как сам закрылся от людей на долгое время. Война была выиграна, следующие битвы он уже возглавлял с небывалой яростью и хладнокровием. Шли годы, и он научился принимать своё одиночество, воплощал в жизнь просьбу Гуй Чжун о развитии прекрасного города… Даже после тех слов, что он слышал в свой адрес, он не отвернулся от людей, а продолжил их охранять и оберегать. Боль утихла и сменилась пустотой в душе, одиночеством и страхом снова к кому-то так же сильно привязаться.       Сейчас он уже изменился, его жизнь приносила всё новые тяжелые утраты, но его друзья знали, что пройдут года, века и тысячелетия, но он никогда не забудет ту славную, добрую и мудрую девушку, что подарила ему искреннюю любовь, возродила жизнь в его, казалось бы, каменном сердце, и сделала его счастливым хоть на мгновение…       Она подарила ему «память о пыли», а он ей последний танец…