Другое измерение

      Кагоме внимательно рассматривала лук, который смогла найти в этом мире. Он был самым обычным, намного меньше того, который достался ей на горе Азуса, им нельзя было направить атаку за спину. Все, на что она была способна — просто стрелять священной силой. Этого и правда недостаточно. Стрел осталось всего пять. Неизвестно, когда они снова смогут наткнуться на деревню, да и не факт, что в деревне будут стрелы.       В голове всплыл образ призрачной незнакомки. Девушка явно пыталась что-то ей сказать своими загадочными фразами. Вот только что? Она не понимала, сколько бы не прокручивала в голове эту встречу.       Тяжело вздыхая, она подняла взгляд на Сещемару. Он молча сидел и смотрел на огонь. Его золотистые глаза очень красиво отражали свет пламени. «Как же тихо» — сжала губы в тонкую полосу.       Не было и намека на разговор. Даже на обмен парой фраз. После всего того, что она рассказала ему он и бровью не повел. А так надеялась застать хоть какую-то эмоцию на его лице. Видимо, прожив сотни лет он лишился эмоций и чувств.       Сещемару был погружен в свои мысли. То, что рассказала ему Жрица совсем не пролило свет на происходящее, лишь создалась еще большая путаница. Хотелось как можно скорее покинуть это гнетущее место. Но возможности не было. Рассказ спутницы вызывал множество вопросов. Ему не нравилась легкость заполучения камней, коие могли помочь выбраться. В голове постоянно проносились мысли, что это западня и очередная ловушка. Но что ему оставалось делать? Иного выбора нет. Это единственное, что им известно. Стоит уцепиться за эту возможность. — Уверена, что готова на этот риск? — он не поднял на нее взгляд. Продолжая все больше и больше погружаться в собственные мысли. Дайокай поймет если она трусливо отступит, ведь человеческая жизнь коротка и хрупка. — Абсолютно, — не засомневалась и на секунду.       Соврет если скажет, что не боится смертельного исхода этого приключения, однако незнание происходящего с ней сейчас, и то что происходит с друзьями и семьей во время ее отсутствия — пугало еще больше, разжигая в сердце пламенное желание вернуться назад.

***

      Время тянулось бесконечно. Они потеряли его счет уже давно. Лишь приблизительно понимая, сколько уже находятся в этом месте. Периодически делали привалы, чтобы восстановить силы и обсудить поиски.       Прошла примерно неделя их нахождения во Фьюме. Они решили называть эту местность так. В переводе это слово означает «Неизвестность», что прекрасно описывало с ними происходящее.       Деревень на пути больше не попадалось. Демоническая аура перестала быть такой темной и гнетущей. И хранителей камней они не встретили. В браслете по прежнему сверкали лишь два камня из семи нужных. «Стрелы кончились…» — Кагоме обняла колени поглядывая на пустой колчан и лук.       За то время, что минуло, им встречались странные барьеры. И если вначале они старались найти им обход или лазейки, чтобы меньше привлекать внимания обитателей Фьюме, то сейчас девушка запускала вперед священную стрелу. Как только священная сила касалась барьера округу заполнял звук трескающегося стекла и барьер песчинками оседал наземь, позволяя идти дальше. Когда девушка запустила первый раз стрелу, то рассчитывала использовать ее повторно, однако, как только барьер трескался, стрелу охватывало синие пламя.       Голову вновь заполнил голос незнакомки: «Ты должна раскрыть истинный потенциал жриц». Каждый раз, когда она натягивала тетиву, чтобы разбить барьер, голос девушки звоном отдавал в висках. Это сбивало с толку, из-за чего руки непроизвольно начинали трястись. О каком потенциале ей пытаются сказать? Как его раскрыть? При помощи кого его раскрыть? Если хоть какой-то ответ? Как все это было сложно. Она жила обычной жизнь школьницы, потом попала в Феодальную эпоху, началась погоня за камнем душ, а сейчас это. Снова неизвестное место. От нее снова ждут чего-то невозможного. Хотелось схватиться за голову и завыть, чтобы заглушить голос незнакомки. — Разве Жрицам нужны материальные стрелы? — Сещемару внимательно смотрел на ее. Его вопрос помог ей прояснить разум. Голос стих.       Он стал выступать иногда инициатором кроткого общения. Хотя, это были в основном вопросы. Обычно разговаривала Мико, рассказывая про свою жизнь в Токио, чтобы немного развеять тишину. Не совсем надеясь, что демон ее слушает, но она была рада просто рассказывать ему что-то новое о том мире, который он совершенно не знает и в который, возможно, никогда не сможет попасть. — Думаю, да, — подняла задумчивый взгляд и посмотрела ему в глаза. Ранее она не задавалась этим вопросом, — Я знаю не так много жриц, чтобы четко ответить. Кикио использовала обычные стрелы, меня тоже учили стрелять ими. — Что известно про Жриц в твоем мире? — Кагоме нахмурила брови и подняла голову к небу.       Пыталась вспомнить рассказы дедушки или исторические моменты, коие смогли сохраниться до ее времени. Но в голову ничего не приходило. Дедушка не рассказывал ей ничего подобного, а учебники истории умалчивали о способностях Жриц. Чаще всего, на уроках рассказывали не то что действительно происходило в Феодальную эпоху. Все было преукрашенно и наполнено недосказанностью. — Тема Жриц полна… — ненадолго замолчала, стараясь подобрать необходимое слово, — скажем так, туманности. — Туманности? — Да. Рассказывают, что Жрицы в силах создавать себе оружие при помощи своей духовной силы, — перед глазами всплыл образ Кикио, — Но я так и не успела узнать, правдиво ли это. — Глупо сидеть и думать, что правда, а что ложь, — Сещемару подбросил пару веточек в огонь.       Кагоме не нашла, что ответить на это, поэтому лишь кивнула, расплываясь в улыбке. Он редко начинал говорить первым, но всегда задавал нужные вопросы. Те вопросы, которые помогали разобраться с обстоятельствами и внутренними конфликтами. И сейчас, Сещемару словно знал, что ее терзает. Он успокоил ее душу и помог посмотреть на ситуацию по другому. Теперь она знает, чему должна попытаться научиться. «Инуяша бы просто разорался на меня, что я такая кислая.» — она скривилась. В последнее время слишком часто она сравнивала этих двоих. Поры бы прекратить это делать. И Сещемару и Инуяше это было бы неприятно. Они враждуют испытывая ненависть друг к другу.       Рано или поздно они смогут выбраться из этого места. Не стоит слишком привязываться друг к другу. Ей вообще не стоит привязываться к кому-либо. Она не из этого мира. Никто не знает, что случится, когда война с Нараку будет окончена. Чувства к Инуяше стоит как можно скорее скрыть за семью печатями в своем сердце. Если случится такое, что она исчезнет, это будет тянуть ко дну в ее мире.       Демон-пес незаметно глянул на девушку, что снова погрузилась в свои мысли. Даже если они не разговаривали, ее эмоции менялись часто. Она могла что-либо увидеть и рассмеяться, или же расстроиться. Иной раз она кривилась от собственных мыслей, что-то вспоминая. Ему было интересно наблюдать за спектром эмоций на человеческом лице.       Он вспоминал их первые встречи. Что он помнит? Страх. Ненависть. Злость. Да, таким он себя преподносил. Таким он хочет казаться всем. Он великий Сещемару-сама, сын покойного Ину-Но-Тайсё.       Прошло какое-то время, прежде чем со стороны Кагоме послышалось равномерное дыхание. Она уснула. Пешие походы сильно истощали ее организм. Даже если они останавливались для отдыха, этого было недостаточно. Сон всегда был прерывным, из-за скверны, которая подбиралась слишком близко, стоило Мико закрыть глаза.       Стоило Сещемару убедиться, что Жрица крепко спит, он поднялся на ноги и направился на сладкий запах. Этот приторно-сладкий аромат преследовал их уже долгое время, однако сейчас этот запах ярче. Обладатель этого аромата близко. Он не чувствовал особой угрозы от этого запаха, но оставаться в неведении ему не хотелось. Стоит убедиться, что это действительно безопасно. Оставлять кого-то за своей спиной рискованно.       Лорд Западных Земель не прогадал. В центре большой поляны, прекрасно освещаемой луной, стоял мужской силуэт. На лице была надета маска Кицунэ, что скрывала его внешность, однако, стоило мужчине заметить Сещемару, как одной рукой он приподнял край маски, явив злорадных оскал. — Как же вы предсказуемы, Демоны мира Солнца.