Преодолеем вместе

Утро в семействе Мадригаль началось с суматохи. Вопрос о том, где девушка, возникал в голове у каждого и иногда вылетал из уст членов семейства. Некоторые молодые люди даже не успели сменить ночную одежду и бегали по вилле в халатах и пижамах. Наконец перестав суетиться и поняв, что девушки в помещении точно нет, Камило, его кузины и сестра собрались на втором этаже возле лестницы, в то время как остальные члены стояли на ней или в патио. — Как ты могла не услышать, что она уходит? — упрекал парень свою старшую. — Ты ведь понимаешь, что если я не заткну уши чем-нибудь, то я не смогу спать, — оправдывалась Долорес. — Тем более не в своей комнате. — Камило, мы все спали как убитые, — защищала свою кузину Исабелла. — Мы ведь все принимали успокоительное. Я думаю, это тоже сыграло немаловажную роль. — Да, Агата вполне могла плохо рассчитать дозу и накапать больше, чем это было необходимо, — произнесла Джульета, стоящая на несколько ступенек ниже. — А если он её насильно забрал? — не успокаивался парень. — Это вряд ли, — сказала Мирабель, вышедшая из детской с листом бумаги. — Она сменила одежду и написала записку. Девушка отдала листочек своей старшей сестре, протягивающей к нему руку. Камило лишь нервно пыхтел и хмурил брови. — Нужно идти за ней — наконец объявил он. Долорес взяла его за предплечье. — Подожди, не горячись. Может, твой приход сделает только хуже. Мы не знаем, чего от него ожидать. Парень хотел возразить, но Альма его перебила: — Долорес права, нам всем нужно успокоиться. Идите и приведите себя в порядок. Сейчас накроем на стол, немного успокоимся и подумаем, что делать дальше. По команде главы семейства все разбежались по своим делам. В это время девушка находилась в мрачной гостиной. Рауль сидел в кресле с вышарканной обивкой и наполнял и без того отвратно пахнущий пылью и плесенью воздух тяжёлым запахом дешёвого табака. "Неужели бандтиту не хватает средств на хорошие сигареты? — думала Агата. — Хотя, судя по тому, где он обитает, карманы его практически пусты". — Что ж, — произнёс мужчина, — раз пришла, то приступай к работе. Видишь, как тут грязно? Надо бы убраться. — На его лице появилась ухмылка. — И про нашу спальню не забудь. Агату чуть не вывернуло от выражения его лица. — "Нашу"? — вздёрнула она бровки. — Это ты слишком торопишься. — Да что ты? — хрипло рассмеялся Рауль. — Разве ты не помнишь, на каких условиях я согласился оставить твоих дружков в покое? — Ты ведь верующий, да? — спросила девушка, заметив нетронутые пылью иконы в углу комнаты. — И что? — произнёс он, чуть помрачнев. — Неужели плохо Библию изучил? — усмехнулась Агата. — Ты вообще читать-то умеешь? — Закрой свой рот — прорычал мужчина и поднялся на ноги. — Я сейчас пойду в город, а ты делай своё дело. — Он пошёл в сторону выхода. — Тряпки сама найдёшь. В доме есть ещё одна комната — в ней и будешь ночевать. — Он помолчал. — Пока что. Рауль открыл скрипучую дверь и вышел из дома, сильно хлопнув ею. Из груди Агаты вырвался облегчённый вздох. Она огляделась — работы предстоит сделать много. Девушка прошлась по дому и нашла небольшую кладовочку, в которой хранились тряпки и прочая дребедень. Взяв ведро, Агата подошла к входной двери и вышла на улицу. Возле дома была водоразборная колонка. Девушка подошла к ней и поставила рядом ведро. Она протянула руку к рычажку — в голове промелькнуло: "Ну, с богом" — и нажала на него. Колонка кашлянула, и вода стала тоненькой струйкой течь в ведро, гремя на весь переулок. Агата оглянулась — пусто. Совсем никого. Даже назойливые насекомые и вольные птички не пролетают над головой, будто в это место может проникнуть только всякий сброд. О чём говорить, даже лучики солнца с трудом попадают сюда. Отсюда эта противная сырость и плесень на стенах. Дождавшись, пока сосуд наполнится хотя бы наполовину, Агата отпустила рычаг и подняла ведро. Девушка зашла в тёмную прихожую и закрыла за собой дверь. Потом она начала перемывать весь дом, без устали меняя воду и таская тяжёлые вёдра. Наконец руки дошли до комнаты, в которой спал Рауль: на полу валялись недокуренные сигареты, постель, заправленную грязным бельём, кажется, не убирали никогда. В углу стоял шкаф с ободранной коричневой краской. Одна дверь у него была практически выломана и не закрывалась, поэтому можно было разглядеть отвалившиеся полочки. Через такие же, как и всё остальное, сломанные ставни пробивался свет, позволяя разглядеть плачевное состояние спальни и летающую в воздухе пыль. С тяжёлым вздохом Агата поставила ведро на пол и повесила на его край тряпку. Она подошла к кровати и, решив, что выбивать пыль из подушки и одеяла будет слишком хорошим подарком для её сожителя, просто аккуратно заправила её. Потом подошла к шкафу и осмотрела его. Поняв, что вставить полки на место не получиться из-за отсутствия креплений, девушка попробовала придать валявшимся вещам более опрятный вид. Когда Агата приводила в порядок очередную полку, она нащупала что-то твёрдое под одеждой и остановилась, будто пытаясь понять, точно ли ей нужно знать, что там. Нахмурив брови, девушка всё-таки ухватилась тоненькими пальчиками за что-то гладкое и вытянула находку — записная книжка, обтянутая кожью, потрёпанной на уголках обложки. С небольшой опаской Агата открыла блокнот и стала перелистывать пожелтевшие страницы, внимательно вцепившись в написанные на них строчки. Немного корявым, но аккуратным почерком были расписаны план действий, примерные даты операций по захвату. — Его отец вёл записи своих "достижений"? — пробубнила, сама того не замечая, девушка. В голове вспыхнул диалог, состоявшийся вчера в участке: "Но ведь он сам преступник, сеньор" — пыталась хоть немного защитить себя она. "Вы сначала докажите его виновность" — устало ответил констебль." — С удовольствием, многоуважаемый констебль, — торжественно улыбнулась Агата, всё ещё изучая даты. Но что с этим делать? Нужно как-то доставить книжку в участок. Девушка захлопнула блокнот и, прижав его к груди, вышла из комнаты. Не успела Агата сделать несколько шагов в сторону выхода, как дверная ручка стала поворачиваться, и она, достаточно сильно испугавшись, юркнула в соседнюю комнату. Похоже, это будет её спальня. Не придумав ничего лучше, девушка кинула книжку на пол и толкнула её ногой так, чтобы она спряталась под кроватью. Благо, покрывало на кровати было достаточно длинным, что позволяло скрыть найденную улику. Сконфуженно поправив подол платья и сделав вид, что ничего не произошло, Агата вышла из комнаты. Рауль в это время прошёл в гостиную и плюхнулся обратно в кресло. — Ходил в церковь, — сказал он, заметив, что девушка слоняется по коридору. — Через четыря дня нас ждут для помолвки. Агате показалось, что земля начала уходить из-под ног. "Ну кто меня за язык тянул? — подумала она, уже чувствуя острое желание расплакаться, и тут же тряхнула головой. — Спокойно, у тебя ещё четыре дня". Она прошла в гостиную. — Что, даже свадебного платья мне не видать? — усмехнулась девушка. — Оно тебя вряд ли украсит — сказал он, подкуривая новую сигарету, и гадко хохотнул. — О, теперь понятно, почему дамы обходят тебя стороной. Мужчина резко поднялся и подошёл к ней почти вплотную. — Больная тема? — довольно ухмыльнулась Агата, несмотря на нарастающий страх. — Как тебе ещё язык не вырвали за такие разговоры? — прорычал он. — Везучая. Рауль сделал затяжку, а после выдохнул удушающее облачко прямо в лицо девушке, отчего та закашлялась. Он отошёл от неё и сел обратно в кресло. Агата, несколько секунд сердито посмотрев на него, собралась покинуть комнату. Как только она сделала пару шагов послышался хриплый бас мужчины: — Разве я тебя отпускал? — У меня уборка ещё не закончена — бросила она, не прекращая идти. В тот момент, когда она проходила мимо кресла, Рауль схватил её за руку. Агате с трудом удалось удержать невозмутимое выражение лица. — Я же сказал, — произнёс он, — тебе не разрешали уходить. Он медленно повернул её руку ладонью вверх, внимательно осматривая её, и вновь наполнил лёгкие ядовитым дымом. Рауль выдернул сигарету из зубов и поднёс её к руке девушке. Он приложил обжигающий окурок к тонкой коже на внутренней стороне руки и покрутил его, чтобы доставить больше неприятных ощущений. Но, к его досаде, Агата и виду не подала, хотя хотелось вскрикнуть и дёрнуть руку. Рауль убрал окурок и оглядел свежий ожог на коже. Потом он ухмыльнулся и посмотрел на девушку, расслабляя свою ладонь. — Теперь можешь дальше заниматься своими делами. Агата молча покинула гостиную и зашла обратно в его спальню. Красное пятнышко неприятно горело, но эту боль можно было стерпеть. Весь оставшийся день девушка провела в дурном расположении духа, но дела по дому закончила. Вечером, после того, как она сварганила простенький ужин из нашедшейся в доме крупы и не съев ни одного зёрнышка, она дождалась пока её сожитель уляжется спать и пробралась на кухню за свечой. Взяв источник света и захватив спички, она вернулась в свою комнатёнку и подожгла фитилёк. Даже свечи в этом доме горели намного тусклее. Агата достала свою находку и уселась на кровать. Но ей не удалось ничего изучить: послышался стук в закрытые деревянные ставни. Девушка отложила блокнот в сторону и подошла к окну. Немного помешкав, она медленно открыла створку и увидела своего гостя — яркоклювого тукана. Несколько секунд она удивлённо смотрела на птицу. — Привет — наконец произнесла девушка. — Что ты тут забыл? В следующую секунду пернатый издал противный звук, который Агата заглушила тем, что сжала его огромный клюв обеими руками. Она прислушалась к ночной тишине, затаив дыхание. Не услышав никаких подозрительных звуков, девушка вновь повернулась к тукану. — Больше так не делай, хорошо? — произнесла она, разжимая ладони. Только сейчас она заметила, что лапка птицы обмотана красной ленточкой. — Позволишь? — спросила Агата, протягивая руки к когтистой лапке. Тукан совсем не сопротивлялся, и ей не составило труда отвязать тесёмку. Под полосочкой ткани была маленькая бумажка. Девушка поднесла её к свече и прищурила глаза. "От Антонио" — было написано на одной стороне корявым детским почерком. Она перевернула записку: "Расскажи тукану". Несмотря на такую немногословность, Агата поняла, что птичка передаст хозяину всё то, что она ей скажет. — Мой смышлённый мальчик — радостно улыбнулась девушка. Она, немного подумав, взяла записную книжку с кровати и подошла вместе с ней к окну. — Передай Антонио, что этот блокнот нужно отнести к констеблю. Пусть отдаст его кому-нибудь из взрослых. Они прочитают записи и поймут, что к чему. — Она поднесла книжку ближе к птице. — Осилишь? — Тукан с готовностью взял блокнот в клюв, и девушка улыбнулась. — Спасибо. Ну, лети! И передай моему другу огромную благодарность. Пернатый сделал взмах крыльями и взлетел. С небольшими трудностями, но взлетел. Агата закрыла ставни и, погасив свечу, забралась на кровать. Спать не хотелось. Может, оно к лучшему: в одном доме с таким человеком нужно всегда быть начеку. Ну ничего. Если птичка доставит улику, то свобода ей будет гарантирована. Наконец-то появился лучик надежды.