Душевный кошмар

Обыкновенный зимний день. Он ничем не отличается от предыдущих. Сегодня как и всегда умирает множество людей, рождаются новые жизни, где-то горе убивает человека, а где-то счастье буквально разрывает на части. Не изменилось практически ничего и в то же время изменилось многое. Сейчас Осаму лежал на белоснежной простыне и со всей силы пытался вырвать себя из цепких лап ужасающего сна. Он схватился за одеяло и крутил головой попутно моля не оставлять его, не бросать в очередной раз. С его глаз градом лились слезы, от чего вечно измятый воротник серой рубашки почти моментально промок. Парень со всей силы пытался побороть надвигающуюся панику и вылететь на свободу из всепоглощающей тьмы, а рядом в смятении и с ужасом в глазах стоял рыжеволосый мафиози, который первый раз в жизни не знал, как поступить. Они когда-то были самым разрушающим дуэтом города. Их боялись и уважали, ненавидели и просили помощи, презирали и искренне поражались слаженной работе этих безумных эсперов. Парни с самой первой встречи научились не только понимать друг друга, но и предугадывать действия другого. Буквально дополняли друг друга, не смотря на взаимную ненависть. Их сложно назвать друзьями, близкими людьми или родственными душами, они — это одно и тоже, частички единого целого, воплотившиеся в двух людях. Накахара искренне ненавидел напарника, а после предательства последнего был готов убить любого, кто произнесет имя этой крысы. Однако пропуская принципы мимо, мафиози не только помогал Дазаю во время миссий, но и частенько спасал его гадкую душонку от бесчисленных попыток самоубийства. Рыжеволосый не мог объяснить свои порывы, но почему-то ему казалось, что со смертью Осаму его собственная жизнь оборвется навсегда. Сейчас парень, полностью растерявшись, пытался истолковать, что могло послужить причиной такого припадка для человека с сердцем безумца. Осаму человек крови. Он любит не только наблюдать за мучениями своей жертвы, но и чувствовать на себе все те пытки, через которые прошел страдалец. Азарт, игравший в глазах молодого парня нередко пугал и вводил в ступор всех, кто коим образом встречался с Дазаем. Его уважали и в то же время сильно боялись даже самые опытные бойцы Портовой Мафии. Накахара единственный, кто отвечал шатену на его же языке. Колкости, шутки и красочные ругательства стали верными попутчиками их встреч. Может казаться поразительным, но этим двоим нравилось такое общение. Это была их изюминка, и оба прекрасно понимали, что если она исчезнет, то они навсегда потеряют друг друга, чего, честно говоря, очень не хотелось. После совместной миссии, которые Огай, как будто издеваясь, частенько организовывал для бывших напарников, заручаясь поддержкой босса Вооруженного Детективного Агентства, парни дабы укрыться от надвигающегося урагана решили скоротать время в небольшом отеле где-то в трущобах. Несмотря на обшарпанные стены и встречающиеся на каждом шагу недовольные лица прислуги комнаты были довольно уютными. Небольшой, но вполне просторный номер обставлен дешевой мебелью и обвешан картинами бродячих художников. Такое искусство редко привлекает, но почему-то именно здесь оно захватывало и манило, как нигде. Темное помещение успокаивало и заставляло в блаженстве закрыть глаза, а буря за окном еще больше погружала души молодых людей в безмятежную тьму. Дазай поддался велению сердца и завалился спать, даже не расправив кровать. Чуе же удалось побороть собственное желание последовать примеру напарника, и юноша уселся за деревянный столик недалеко от окна, разбирая захваченные бумаги. Комната буквально тонула в тишине, такого спокойствия мафиози не ощущал уже очень давно, а мирно посапывающий у соседней стены детектив заставлял вернуться в то время, когда они работали вместе. Отогнав от себя ненужные и начинающие наводить тоску мысли рыжеволосый вновь окунулся в омут букв и цифр, которые могут решить судьбу множества людей. Внезапно голову Накахары пронзил оглушительный крик и буквально упав со стула мафиози метнулся в сторону странного звука. Осаму метался по кровати, его лицо поглотили слезы, а рот скривился в немом крике. Такая гримаса не столько вводила в заблуждение, сколько пугала. Чуя уже было хотел вызвать врача, как вдруг его схватили за запястье и потянули на себя. Не удержавшись парень упал рядом с шатеном, и застыв, не смел пошевелить ни единой конечностью. Детектив обвил свои руки вокруг талии мафиози и уткнулся в помятый долгими боями жилет. Накахара не слышал всхлипов, не мог уловить ни одного слова или жалобы на эту суетную жизнь. Однако он почувствовал, как его одежда постепенно впитывала бесконечные слезы напарника, и сердце рыжеволосого непроизвольно сжалось. Он неуверенно провел рукой по темным волосам, в любой момент готовый отдернуть ее от такой родной головы. Вот только на подобную заботу не последовало ответа в виде очередной насмешки или идиотской шутки. Тогда Накахара уже более уверенно начал пропускать пряди мимо пальцев и продолжил аккуратно поглаживать макушку напарника. Волосы были мягкими, только до ужаса спутанными, но оно и не удивительно. Несмотря на приличный и элегантный внешний вид, Дазай никогда не уделял должного внимания своей внешности. Лишний раз провести расческой по волосам уже было своего рода подвигом.