спустя время

      Такемичи был очень добрым омегой, который был готов поддержать каждого, он старался уделять достаточно времени всем друзьям, которым иногда казалось, что он увлекается абсолютно всем, потому что парень мог поддержать абсолютно любую тему. Когда у кого-то из друзей начинались какие-то проблемы, и не важно какие: финансовые, на личном фронте, либо просто апатичное состояние — омега был тут как тут, всегда помогал, поддерживал и мог дать нужный совет. Лучшим другом для Ханагаки был Мацуно Чифую, они стали близки во время кровавого Хэллоуина, когда новый член банды, не совсем понятно как, но смог остановить кровотечение, не дав Баджи сделать рану глубже. Скорая приехал как никогда вовремя и удивленно посмотрела на парней, которые остались там: Манджиро, Кадзутора, Такемичи и Чифую. Омеги делали все, чтобы спасти Кейски, после приезда скорой и полиции Кейске действительно удалось спасти. Ханемию все же забрали в полицию, его недавнее освобождение оказало сильное влияние на суд. Только Кейске отказался признавать это как нападение, и вообще выступил на суде со стороны защиты Ханемии ему дали самое маленькое наказание, которое только смог придумать суд: штраф в размере пятисот тысяч йен, выплата компенсации семье потерпевшего в счет медицинских расходов, материальная компенсация в размере суммы равной сумме штрафа, а также год исправительных работ. Никто не верил, что тот смог так спокойно выкарабкаться, но смог, даже перед Майки на коленях стоял, извиняясь за все, неожиданно для Ханемии его опять приняли в банду. Все на такое же удивление банды, Манджиро выгнал Кисаки из Тосвы, потому что Ханемия смог представить все доказательства, что связывали Тетту с нападением на Баджи, а также Такемичи убедил темноволосого альфу вернуться в Тосву — значит, он выполнил свою часть сделки, пришлось и Манджиро выполнять свою. Поэтому новый главой третьего отряда стал именно Такемичи, что удивило его, а заместитель удивил ещё больше — Казутора, он сам попросил быть именно там. Вообще, все знали, что Манджиро в отношениях с Ханагаки, поэтому он очень серьёзно каждый раз смотрел на Ханемию и обещал убить того, если с головы омеги хоть волосок упадет. Наедине Майки всегда был добрее и спокойнее, он каждый раз брал руки омеги в свои, крепко сжимал их и, смотря прямо в глаза Мичи, обещал, что они создадут новую эру гопников, что они сделают это вместе и они будут лучшей бандой в Токио. Такемичи всегда согласно кивал, лучезарно улыбаясь, он соглашался со всем, ему нравилась такая судьба, где все будут счастливы и вместе. Потом они просто обнимались, их отношения были самыми крепки из всех их знакомых, омега каждый раз обещал быть рядом и поддерживать Манджиро во всем. Не получилось. В конце последнего года обучения, у семьи Ханагаки появились опасения, что самый младший член их семейства — беременный. Тошнота по утрам, изменение вкусовых предпочтений и недавняя течка, прошедшая во время командировки старшей части семейства, стала достаточным основанием для того, чтобы предположить, что их сын был не совсем один. Когда опасения подтвердились, родители были очень злы, а сам омега поражен, они же предохранялись, они точно использовали всю контрацепцию, которая была у него, но вот так получилось. Гнев родителей привел к переезду в отдаленную от Токио префектуру, они сразу, прямо в больнице у него забрали телефон, а затем повезли в неизвестном направление. Главы семьи Ханагаки про Сано всегда говорили, вроде «он просто глупый ребенок, которого застрелят в первой серьезной драке, а потом тебе и пособия не выплатят!». В тот момент омега покорно, опустив голову, слушал все нелестные высказывания, пока за окном машины мелькали знакомые пейзажи, где-то они даже друзей омеги смогли проехать. Мичи вспоминал Манджиро, его улыбку, касания и практически плакал. Омеге было неприятно, но он не имел права перечить старшим, они умнее, знают как надо омеге жить. От аборта родители отказались сразу, как только поднялась такая тема у врача уже в новом городе. Они сказали омеге, что тот родит и пойдёт на работу, но помогать не отказались — все же это их проблема. После рождения мальчика, бабушка с дедушкой души в нем не чаяли, они носились с ним по всем родственникам и друзьям, хвастались где только можно лишь бы все знали, какой замечательный мальчик у них есть. Такемичи был зол на них, с ним никогда не носились, не нянчились, ему вообще казалось, что он сразу после рождения стал получать по рукам за самые маленькие косяки. Имя Ханагаки выбрал то, которое они и хотели вместе с Манджиро — Риото Сано, очень красивое сочетание, и единственное напоминание об истинном, что сейчас находился далеко. После рождения маленького альфы, Такемичи перестал красить волосы, и стал немного спокойнее даже с родителями, но все равно всем видом показывал, что он не уважает их больше. Вообще мальчик казался точной копией Манджиро, по фото так точно. Когда Риото только исполнилось шесть лет они переехали обартно в Токио, в квартиру, что досталась по наследству от дедушки. Омега, ни секунды не раздумывая, сразу покинул родительский дом, он игнорировал их слезы, крики и просьбы, в глазах омеги вообще в тот момент читалось презрение, единственное, что он для них смог придумать — разрешил им звонить внуку и разговаривать, но на большее могут не рассчитывать, он больше не появится в этом доме. Квартира находилась недалеко от старого дома Ханагаки, а значит и от домов остальных ребят, что немного нервировало омегу, прошло уже столько времени, он изменился, уже было не узнать того омегу. Глаза не было такими счастливыми, он сильно похудел, волосы были не блондинистыми, как к тому привыкли все, а черные, словно уголь. Ханагаки сам бы себя не узнал, но Рио всегда говорил, что его папочка самый лучший и самый красивый, крепко обнимая после этих слов. Работу Такемичи, на удивление, смог найти быстрее, чем ожидал того, он просто ходил в школу, относить документы на поступление и заметил на дверях магазинчика, что находился недалеко, вывеску о поиске сотрудника, договорился он управляющим быстро. Старый бета — Камисато-сан, был очень добрым, он быстро нашёл общий язык с Риото и пообещал, что будет защищать папу, а если у мальчика возникнут вопросы, то он всегда сможет дойти. На удивление Ханагаки, родители предложили свою помощь с оплатой школы, потому что теперь они действительно чувствовали вину за случившееся. Парень, желавший отказаться, все-таки принял их предложение, у него будет больше свободных денег для того, чтобы побаловать чем-то Риото. Мальчик, конечно, скучал по своим бабушке и дедушке, но знал, что папе их компания неприятно, все выходные парочка проводила вместе, вдали от старших. Иногда вечерами по новостям показывали результаты трудов Майки за эти годы… Тосва переросла в самый настоящий клан, что уже можно сравнивать с Якудза. Пусть Ханагаки и был горд за Манджиро, что тот достиг своей мечты, но одновременно и был напуган до безумия, что его найдут и убьют. Только будет хуже, если возьмут в плен и сделают что-то с сыном, ведь никто не знает, чей это ребенок и навряд ли Манджиро решит делать экспертизу, у него достаточно других проблем. Изредка по телевизору мелькал и сам Майки, почти не изменившийся, но при этом совершенно другой, его взгляд заставлял все внутри скручиваться и перекручиваться, Ханагаки чувствовал свою вину в таком потерянном взгляде альфы. Друзей у Такемичи не было от слова совсем, в городе, где жили его родители — все издевались над ним, шестнадцатилетний папаша, да и к тому же без мужа, вот это реальный позор. Дурная слава мешала найти работу, чем вызывала ругань со стороны родителей. А в Токио все друзья остались в прошлом, он не мог ни с кем связаться эти шесть лет: симки от старого телефона уже нет; новый телефон омега получил только в двадцать лет с новой симкартой, на памяти не было ни одного номера. Иногда Ханагаки, держа мобильник, внимательно рассматривал что-то, а потом откладывал его, Риото в такие моменты пытался разглядеть, что же там такое интересно, только Такемичи каждый раз поднимал грустный взгляд и старался улыбаться, как можно шире. Но ему было очень тяжело. В такие моменты, да и не только в такие, омега видел, как ребенок похож на Сано, такие же светлые волосы, такие же черные глаза, такой же грубый запах, такое же желание защитить Такемичи Ханагаки. Вторичный пол сына — альфа, поэтому тот пообещал защищать родителя всеми силами и поддерживал его во всем. А ещё похожи они были характерами, ещё до школы Рио всегда лез защищать тех, кто был слабее и ещё ни разу не проиграл, такой же непобедимый. Такемичи часто обнимал сына, боясь, что в один момент их все-таки найдут, хотя с другой стороны он на это и надеялся, он не знал, что скажет, что сделает, но надеялся снова посмотреть в глаза Манджиро лично, а не через экран телевизора. Ханагаки где-то глубоко в душе молился, чтобы наконец-то почувствовать тот запах, что и шесть с половиной лет назад, снова дотронуться до мягкой кожи и почувствовать объятья Сано, услышав, что тот защитит их. Хотелось и встречи с друзьями, узнать как у кого дела и он даже был согласен на подзатыльник от Мацуно. — Риота, надо поговорить, — тихо сказал Ханагаки, отпуская альфу из своих объятий, тот сел ровно и внимательно посмотрел на папу. — Ты уже большой мальчик и должен кое-что запомнить, — омеге с большим трудом дались этим слова, он не думал, что разговор про походы с незнакомцами, сможет напомнить ему прошлое и Манджиро, — в этом районе много плохих людей, а тебе придётся самостоятельно ходить домой и… — Я знаю, пап, — альфочка кивает и лучезарно улыбается, точно Майки, когда говорил про будущее Тосвы, — если что, я помню, что ты работаешь в том магазинчике, мы же заходили вместе после похода в школу! — Звонкий голос ребенка, словно успокоительное действует, выгоняя всю тревогу и панику, Ханагаки слабо кивает, поглаживая сына по голове. Утро шестого апреля, был первым учебным днем, когда Риото пойдёт в школу, мальчик просто не мог дождаться, когда это случится, он очень тщательно выбирал себе рюкзак, ручки, карандаши и другую канцелярию, а вечером пятого числа мальчик рассказывал папе все, что знает, но вот именно сегодня Такемичи проспал. На его удивление, ребёнок проснулся сам, приготовил сам завтрак и даже сварил папе кофе. Самоорганизованность альфы была удивительна для Ханагаки, они с Манджиро никогда таким не отличались, единственное, как можно связать с Майки — организация работы с людьми, он мог найти подход ко многим, если сам того хотел. Только вот именно организовать себя Сано никогда не мог, обычно этим занимались Дракен с Эммой. Ханагаки выдохнул, когда понял, что его ребенок сам все сделал. Сегодня у Ханагаки был выходной, он любил проводить такие дни дома, смотря сериалы или читая книги, но сегодня ему нужно было вести Риото, только сын серьезно посмотрел на омегу и сказал: «папочка, ты же устал после переезда, лучше отдохни, ладно? Я напишу СМС, когда буду там, я помню, что Араки-сан мой учитель, не волнуйся» Ханагаки удивленно похлопал глазами, но все же кивнул, он полностью доверял сыну, школа находилась достаточно близко и ходили они туда часто. Сейчас омега пытался настроить их на доверительные отношения. — Ты точно все запомнил? — интересуется старший, смотря на сына, тот кивает и поправляет рюкзак. Когда омега целует мальчика в голову, тот отвечает улыбкой и выбегает из квартиры. Сейчас Ханагаки опять остался один, как до встречи с Манджиро, до четырнадцати лет у Такемичи не было ничего от слова совсем, только приставки, манга и море домашки, которую вечно добавляли родители. Потом только у него появились близкие и дорогие люди, которые все чаще украшали его дни, а потом… потом он опять остался один на девять месяцев. Беременность все семь лет для Ханагаки была самым неприятным периодом, не смотря на то, что он очень ждал этого мальчика — родители были слишком злы. Ханагаки честно предлагал уйти из дома к Манджиро, но те кривили лицо и повторяли, что этот Сано ничего не добьется и умрёт, а потом их непутевый сынок, снова приползет к ним на коленях. Сейчас у Такемичи появилось новое увлечение — книги, оно появилось как раз из-за сына, что снова скрасил серые будни и принес какой-никакой мир в семью Ханагаки. Больше всего омеги нравились ужастики, он восхищался многими произведениями и писателями, но больше всего — Стивен Кинг, именно Манджиро подарил самую первую книгу в коллекции омеги. Неожиданно для омеги день за чтением просто пролетел, он читал один из новых романов в жанре ужасы, так увлекся, что не заметил, как сын зашёл в дом, из коридора наблюдая за папой. Ханагаки улыбнулся малышу, когда заметил того, поднимаясь на ноги, он был рад так просто провести время для себя, ему не хватало именно такого все эти годы. Раньше он всегда работал в пятидневную неделю, а на выходных занимался сыном, стараясь уделить ему как можно больше своего времени и показать всю свою любовь. Иногда он позволял своим родителям сидеть с мальчиком, но сам ходил по магазинам и закупался продуктами, у него не было никого, кроме сына. Сейчас Такемичи повезло немного больше, график работы был — три через три, поэтому и было больше свободного времени. Сын прибежал домой очень воодушевленно, Ханагаки никогда прежде его таким не видел, но мальчик сразу же кинулся к папе с объятьями, когда парень встал на ноги. После пары минут объятий, Риота стал доставать листики на которых они сегодня писали разные работы на занятиях, чтобы проверить насколько хорошо ребята подготовились к началу учебного года. Конечно, ничего труднее «два плюс два» или нарисовать иероглиф тигра не было, но все дети были очень воодушевлены такими простыми работами и стали желать чего-то большего, с классным руководителям их классу повезло. Учитель хвалил и поддерживал каждого ребенка, быстро найдя ко всем подход. — А ещё я сижу сейчас рядом с омегой! Он такооой классный, мы с ним уже лучшие друзья! — маленький альфа говорит это очень неожиданно, задирая голову, словно это было великим достижением. — Его хотели ударить, а он сам их ударил, но его ругать не стали, ведь мы объяснили, что старшие ребята приставали к нему и хотели отобрать какую-то заколку! — Этот рассказ вызывает слабую улыбку у Ханагаки, в голове сразу же всплывает образ Мацуно Чифую, который был хорошим другом очень долгое время для Ханагаки, они вечно вместе обедали и ходили друг к другу в гости, пока омегу не увезли. — О-о-о! А знаешь, зовут его Сора, а фамилия э…блин не помню точно… вроде, Мацуно, вроде так, да… Мацуно Сора. На лице Ханагаки появился испуг сразу после фамилии, которая уже крутилась в голове родителя, испуг не скрылся от маленького альфы. Риото подумал, что сделал что-то не так, и стал панически вспоминать все сказанное, может он где-то в работе допустил ошибку? Но Такемичи быстро пришел в себя и улыбнулся, погладил сына по голове и сказал, что все в порядке, просто вспомнил кое-что из прошлого и немного замечтался. Школьник неуверенно кивнул и уселся на диван чуть аккуратней, но в глазах уже читалась легкая печаль. — Рио, что ты хочешь получить на обед? — Ханагаки решил отвлечь их с сыном, чтобы забыть об этой ситуации. — Меня покормил Сора, — отозвался альфа, поднимая глаза на папу, — ему дали с собой много снеков и мы кушали их после школы, пока ждали приезд его родителей, поэтому я немного поздно написал, — последняя часть предложения была произнесена с виной в голосе, но Мичи просто потрепал сына по волосам. — Его папа ещё сказал, что я похож его старого друга и, что даже фамилии у нас похоже прикинь! — Ханагаки в этот момень нервно сглотнул и выдал легкое «да ты что! А что ещё его папа сказал?» — О! Он спросил кто мои родители, но я забыл твое имя… поэтому сказал только фамилию, а про отца так и сказал — его нет. А почем нет - я знаю только то, что мне говорили бабушка с дедушкой… — Такемичи вопросительно посмотрел на сына и тот неловко отвел глаза, потом заговорил очень тихо. — Пап, а это правда, что отец нас бросил, потому что не любил? — Что? Н. нет! Что ты, Риото, просто… просто так получилось… — омега крепко прижимает мальчика к себе, а на глаза выступают слезы. Его родители сказали такое… Они сами не дали ему остаться с Манджиро, а потом сказали, что тот их бросил? Ханагаки стал стирать слезы с лица. Омега не знал, что ему делать… Он хотел бы поговорить хоть с кем-то, но как подступиться к Чифую? Не смотря на все желание снова быть рядом с близкими людьми, он считал, что уже упустил свой шанс и должен сам нести наказание, все уже привыкли, что Ханагаки просто исчез и жизнь идет своим чередом. Такемичи решил для себя, что не должен ничего делать для встречи с ними, ведь просто не сможет никак нормально объяснить всю ситуацию. А ещё больше он не хотел, чтобы его сын был втянут во все эти разборки, а он точно втянется, из желания защитить папу от альфы. *** — Кейски, слушай, Майки говорил что-нибудь насчет Такемичи в последнее время? — интересуется Мацуно, вытирая посуду, а затем ставит тарелки на свое место. — Просто есть у меня одно предположение… точнее я почти уверен кое в чем, поэтому… Я хочу знать делает ли он что-то. — С этого места поподробнее, — Баджи откладывает бумаги и внимательно смотрит на мужа, который повернулся лицом к Кейске и облокотился на тумбу за спиной. — Насколько я знаю, он весь Токио прошерстил и сейчас ищет в других префектурах через людей Хайтани. — У Соры в классе есть мальчик с такой же фамилией, как у Мичи, — тихо говорит омега, поднося руку к подбородку, — а сам мальчик очень похож на Майки в детстве. По крайней мере, по тем фоткам, которые Вы мне показывали… Плюсом родился он в в конце октября, ему шесть лет. Если считать, что Такемитчи пропал в конце февраля, то выходит девять месяц, а незадолго до пропажи у него как раз была течка. У мальчика только папа, отца нет и… как он высказался, бабушка с дедушкой говорили ему не очень хорошие вещи про его отца и повторять он их не будет. — Ты думаешь, что это может быть Такемичи? — Кейске тоже задумывается, слишком много совпадений сейчас были вокруг одного человека, так они не были близки никогда за все годы. — И как ты хочешь проверить это? — Где наш альбом? — омега сразу внимательно смотрит на мужа и тот указывает на какую-то полку, Чифую сразу же идет к указанному месте. — Только Майки не говори, а то у него опять случится… выброс эмоций. Как в тот раз, когда он был уверен, что Мичи придёт к храму на годовщину их знакомства… — Честно, даже я расстроился, когда Майки просидел там целый день под дождём… Хотя его все убеждали, что он не вернется, таким образом… Он скорее позвонил бы, либо сначала связался с кем-то другим… — кивает Кейске, он уверен, что надо проверить все, чтобы больше не травмировать друга. — Кстати о потерянном Майки… Дракен снова зовет выпить, но напоминает, что он опять напьется, и будет грозиться набить Мичи морду при встрече. Сора услышал весь разговор от начала и до конца, в голове сразу появилась сильная паника за то, что, возможно несчастным противником Манджиро-сана должен стать папа Рио. Он не мог поверить, что папа такого хорошего альфы могут оказаться теми, кто будет врагом для Сано. Мальчик немного погодя понял и то, что, возможно Манджиро-сан был отцом для Риото, это все же немного успокоило тревогу в голове, потому что Майки всегда был очень добрым альфой, который любил баловать его. Но ещё Сора помнил, что никому нельзя злить альфу, слышал, как другие говорят про его достижения в битвах, что никто не смог победить. Когда послышались слова, что попросят Сору, мальчишка сразу же убежал в свою комнату, оставляя дверь немного приоткрытой, а сама упал на свою кроватку и принялся искать какое-то видео на ютубе, чтобы сделать вид, будто он очень занятой. В комнату постучали не сразу, казалось, что старший омега долго рассматривал предмет у себя в руках, на лице была сильная печаль, которая никак не могла уйти. Вообще, казалось, что Чифую сейчас расплачется от воспоминаний, вот вроде с Ханагаки они общались не так много… каких-то пять лет, но для Мацуно это была самая крепка и искренняя дружба с омегой. Парень зашёл сразу после разрешения сына, который выглядел немного нервным, Чифую напрягся от этого, потому что не знал, что случилось. Мальчик быстро сказал, что у него закончились снеки для школы и ему грустно, что он не сможет угости завтра ими Рио. Мацуно слабо усмехнулся и сказал, что они купят ещё, а потом отвел взгляд, думая, как ему начать разговор. — Сорочка, — начал омега, присаживаясь рядом с сыном, тот поднял незаинтересованный взгляд на родителя и стал ожидать продолжение слов родителя, — послушай, ты бы не мог показать это фото своему другу Риото? — Чифую протянул снимок сыну, который кивнул и взял его, он часто смотрел фотогорафии вместе с друзьями родителей, когда те приходили к ним. Поэтому это фото не было чем-то новым для мальчика, но каждый раз его интересовал вопросы — что за омега рядом с Манджиро-саном. Сейчас, подслушав разговор родителей, он стал понимать, что, возможно, это папа Рио. — А зачем? — неожиданно спрашивает младший, его телефон уже совершенно ненужен ему, теперь главным объектом заинтересованности стал именно неизвестный омега на фото. — Ты обычно меня о таком не просишь, вы что-то задумали с отцом? Вам не понравился мой друг? — Нет, нет, — родитель поднял руки, словно пытаясь показаться безоружным перед сыном, а на лице была легкая улыбка, и это успокоило сына. — Просто мой хороший друг много лет назад ушёл и совершенно ничего не сказал, а твой друг он… он показался мне знакомым, вот я и подумал, что это может быть его сын… Да и фамилии одинаковые, поэтому может… он скажет, похож ли этот омега на его папу, — младший с секунду думает, а затем уверенно кивает и берет файлик, чтобы убрать в него фото, позже закидывает в рюкзак. Родитель благодарно кивает, поднимаясь на ноги, Мацуно рекомендует уже ложиться спать, чтобы завтра без проблем встать в школу. Мальчик кивает и начинает расстилать кровать, чтобы выполнить рекомендацию родителя. Затем Сора принялся за водные процедуры, он уже может умыться без помощи родителей, просто не запирает. Первое время Фую просто сидел за пределами ванной и ждал окончания мытья, чтобы сын был в безопасности, пока мылся, а через какое-то время стал отпускать его самостоятельно. Закончив все приготовления ко сну, омега стал думать, что делать если подозрения папы верны и этот друг получит по голове от Манджиро-сана, но омега очень быстро засыпает, под свои нервные мысли.