каждый твой шаг — шаг за мной.

— Изана, даже если ты сейчас в аду, я последую за тобой, — голос Какучё, казалось, не выражал ничего, однако на самом деле эти слова давались ему так, словно его пронзали тысячи игл: болезенно и невыносимо. С того дня, как погиб Курокава, Хитто дал себе слово, что будет жить за них двоих, хоть сам и не испытывал желания продолжать своё существование в этом мире. Он хотел уйти вместе со своим королём, но не смог. Он оставил его одного на той стороне. Одиноко ли Изане там сейчас? Злится ли он, что Какучё не последовал за ним? Мужчина каждый день задавал себе одни и те же вопросы, но не мог найти на них ответы. Всё вокруг напоминало ему о беловласом юноше с фиолетовыми, словно цветы глицинии, глазами. Он приходил на могилу Курокавы и подолгу стоял там, смотря на могильную плиту, где было выгравировано имя того, кто подарил ему смысл жить, когда Хитто остался совсем один и был готов убить себя. — Это неправильно, что тогда умер ты. Король должен жить, оставляя трупы своих слуг позади, дабы достичь своей цели. Я должен был стать очередным мёртвым телом, что легло бы в основу твоего мира. Зачем ты спас меня, Изана? Зачем ты повесил на меня это бремя? Как мне жить без тебя? — Какучё медленно упал на колени напротив могилы Курокавы, пока в его голове крутились вопросы, ответов на которые он уже никогда не получит. *** Допивая очередной стакан виски, Хитто всё также неподвижно сидел в кресле своей квартиры, смотря на фотографию Изаны, что стояла на столе перед ним, и вспоминал их детство. Вспоминал, как они оказались в приюте, но несмотря ни на что боролись и жили, потому что были друг у друга. Вспоминал, как зимними днями они выбегали на улицу, носились по снегу и прыгали в сугробы. Вспоминал, как лепили снеговиков и валялись на земле, смотря в небо, с которого сыпались снежинки. Вспоминал, как стояли на краю крыши одного из зданий Токио как глава Поднебесья и один из Небесных Королей. С самого детства они шли к своей цели, но в итоге так и не смогли её достичь. Плечо обдало жаром, из-за чего Хитто вновь ощутил ту боль, что пронзила его плоть, когда пуля разорвала её. Тот день раз за разом всплывал в его голове. То, как они лежали на земле, казалось бы, так же, как в детстве, смотря в небо, пока снег медленно падал на них, но на самом деле было одно важное отличие. Они лежали, держась за руки и будучи готовыми умереть. *** Какучё стоит и смотрит куда-то вдаль, в это же время ощущает на своём плече чью-то руку. Моментально повернувшись, он видит Изану, что с улыбкой смотрит на него и убирает кисть, протягивая её к Хитто, а тот тут же хватает её, крепко сжимая и не желая отпускать. — Изана, я так рад, что ты пришёл, — своим дрожащим голосом мужчина напоминает сейчас ребёнка, который потерялся, но всё же нашёлся. Он упал на колени и сжал ладонь Курокавы, прижав её к своему лбу. — Прошу, не уходи от меня, не оставляй одного, — Какучё был готов зарыдать от того, насколько ему больно и одиноко без того, кто стоял напротив и всё с той же улыбкой смотрел на него. — Король и слуга неразлучны. Я всегда иду впереди тебя, куда бы ты ни двигался. Каждый твой шаг — шаг за мной, — Изана медленно убрал руку, которую держал Хитто, и развернулся, медленно зашагав куда-то вдаль. Мужчина лишь сидел и смотрел на удаляющуюся фигуру его единственного смысла жизни и взгляд его был наполнен отчаянием и страданием. Он проснулся со слезами на глазах и по началу не понимал, что произошло. Лишь через несколько секунд в его голове всплыли моменты сна, увиденного им этой ночью. Только так он смог увидеться с Курокавой. Это единственное, что доступно ему после того чёртового дня, когда Кисаки достал пистолет и выстрелил несколько раз. Злость захлестнула Какучё, но через мгновение он успокоился, вспомнив слова, сказанные Изаной напоследок, прежде чем он исчез. «Каждый твой шаг — шаг за мной». Если так, то... *** Закатное солнце Токио столь тёплое и яркое, словно оно олицетворяет обитель для всех, кто желает избавиться от страданий и боли этого мира. Хотелось бы раствориться в нём. Может ли быть, что Курокава ждёт его на той стороне, возле солнца? Мужчина неподвижно наблюдает за светилом, что окутывает город своими алыми лучами, и медленно прикуривает сигарету, садясь на край крыши и размышляя о чём-то, что известно лишь ему. — Слуга должен следовать за Королём. Это неизменная истина, — взгляд Какучё пуст, а голос спокоен, как водная гладь озера, что спрятан в глубинах леса. Сделав глубокую затяжку, Хитто бросает окурок вниз, наблюдая за его падением, после чего встаёт на ноги и думает обо всём, через что он прошёл за эти годы, начиная с самого детства, когда потерял родителей. Он достаёт телефон и смотрит на экран. 22 февраля. — Как символично, — лёгкая улыбка мелькает на его лице, после чего он убирает мобильный обратно. «Каждый твой шаг — шаг за мной». Каким бы ни был этот шаг, Хитто сделает его, ведь Изана — единственное, что стало причиной не убить себя в тот день, когда он сидел на могиле родителей и не знал, что делать дальше. Только сейчас, стоя на краю крыши, Какучё впервые после смерти Курокавы ощутил спокойствие и лёгкость. Не потому ли, что верил, что встретит Изану на той стороне солнца? Хитто сделал последний в своей жизни шаг, стремительно полетев вниз. Теперь он, наконец-то, освободился от бремени жизни и может быть рядом со своим королём, как и положено слуге. — Изана, даже если ты сейчас в аду, я последую за тобой, — улыбка не сходила с его лица до самого конца.