L'amour est dur

      Кровать жалостливо скрипит, и звук эхом отражается от стен полупустого двухэтажного дома. Лоис тихо стонет имя своего начальника, в то время как он сам с животным рыком вколачивается в податливое тело юной девушки.

***

      Впервые она увидела его властно сидящего в кресле своего мрачного, серьёзного, под стать своему хозяину, офиса. Глаза мужчины бегали по телу, словно сканируя, досконально изучая каждую складку на её костюме, вызывая мурашки по телу Лоис.       — Итак, мисс Гибс, — внезапно начал он, опустив свой взгляд на бумаги, — вероятно, вы осознаёте, что ваша должность весьма серьёзная, требующая огромного количества свободного времени, — вдруг лицо его на долю секунды показало ухмылку, — а также довольно нестандартная?       — Да, сэр, — Лоис нервно поправила прядку своих светлых коротких волос, — но…       — Я слушаю, — внезапно Холмс встал, подойдя к девушке на расстояние вытянутой руки. — Есть какие-то вопросы по поводу контракта?       — Н-нет, то есть, — его взгляд, отдающий чем-то воистину великолепным, заставлял её язык заплетаться, девушка сделала небольшой шаг назад, — последний пункт мне не особо понятен.

      И снова на лице мужчины появилась лёгкая, едва заметная простому взгляду, ухмылка, скрывшаяся и от неё.       — «Полное подчинение независимо от ситуации»? Это формальности, не думаю, что при нахождении в данном помещении вероятность быть обманутым особо высока, или, — внезапно развернулся и подошёл к столу, взяв с него перьевую ручку «Паркер», — вы думаете, что человек, по сути являющийся Британским правительством, решит обмануть столь хрупкую, — вмиг тот сократил расстояние между ними, взяв девушку за подбородок, заставляя посмотреть ему прямо в глаза, — невинную девушку.       — Что вы, к-конечно нет…       — Вот и чудненько, — Холмс вложил ручку ей в руку и, взяв за талию, подвёл к столу. — Длительность контракта — ровно год. А дальше решите сами, продолжать вам, — Майкрофт поправил её волосы, увидев, как та тянет к ним свою руку, — или же найти другую работу.       И Гибс подписала, практически не раздумывая. Ведь что может случиться рядом со столь солидным молодым человеком? Он же не кусается, в конце концов.

***

      Засосы на шее алые, словно летний вечерний закат, украшают бледную молодую кожу. Мужчина обожает оставлять на девушке следы — знак его полной власти над ней. Приходит в полный восторг, когда Лоис без всяких мыслей полностью отдаётся ему каждый раз, когда тот берёт её. Где бы то ни было. На столе в офисе, на заднем сидении чёрного лимузина или мягкой кровати его дома. Девушка полностью принадлежит ему. Майкрофт не испытывает никаких чувств, кроме животных инстинктов, заставляющих его каждый раз находить её в различных местах. Ему абсолютно плевать на её чувства, на то, испытывает ли та боль каждый раз, как он прокусывает её нежные губы до крови. Лишь ухмыляется, когда чувствует приближение её оргазма. Ведь несмотря на всё это Майкрофт точно знает, что у неё нет другого выбора. Холмс полностью завладел не только разумом Лоис, но и телом.

***

      Очередной дождливый лондонский денёк. Такой же мрачный, как и начальник Лоис сегодня. Важный контракт сорвался из-за некачественно составленных документов его криворукими подчинёнными.       Можно было сказать, что мужчина как обычно не испытывал никаких эмоций. Но за месяц работы с ним Лоис успела усвоить одну важную вещь: мистер Холмс никогда не показывает того, что творится у него на душе. Лишь изредка в его глазах можно было заметить слабые отголоски каких-либо эмоций.       Лоис как обычно сделала ему латте, стараясь хоть как-то сгладить неудачность данного дня, как вдруг мужчина резко встал, откидывая стакан в стену рядом с удивлённой девушкой. Один из осколков отлетел ей прямо в щёку, оставив неглубокую, но всё же царапину, из которой немедленно потекла кровь.       Холмс за пару секунд подошёл ближе, вжимая всё ещё пребывающую в шоке девушку.       — Что вы… — хотела было спросить Лоис, но её рот был немедленно зажат рукой.       — Пришло время, — рука, что была на её губах, сместилась на шею, ограничивая дыхание, — выполнять условие контракта.       Кислородное голодание заставило голову секретарши закружиться и, увидев это, Майкрофт слегка ослабил хватку, второй рукой снимая с подчинённой одежду. Глаза блестели, как у хищника, голодного волка, что не ел уже долгое время, совершенно случайно заприметившего молодого зайца. Вот только данное событие было совершенно не случайным. Девушка давно заметила, как странно мужчина смотрит в её сторону, но не обращала на это особого внимания. Пазл для неё сложился. Подобные мысли были в его голове с самого первого дня, как она появилась здесь. И сейчас он лишь реализовывает всё то, что уже присутствало в его голове.       Какое-то время девушка сопротивлялась, стараясь всячески оттолкнуть обезумевшего начальника. Но поняв, что данные действия не дают никаких результатов, смирилась с участью.       Мужчина был резок, груб и весьма жесток. На хрупких девичьих плечах оставались следы алых укусов, а шея демонстрировала жестокое обращение Холмса во всей красе. Не раздумывая, начальник разорвал оставшуюся преграду, что так бесила его, и без какого-либо сожаления резко вошёл в неё, чувствуя, как Лоис корчится от боли, и испытывая от данного процесса особенное наслаждение.       Он оставил её лежать на холодном полу, медленно впитывая в себя произошедшее с ней прямо сейчас. Без чувства сожаления он стёр кровь, красовавшуюся на члене. Это был её первый раз. И Лоис никак не могла предположить, что всё произойдёт именно так.       — Я советую, — начал внезапно он, — не разглашать данную информацию и принять всё как должное, — поправив галстук, Холмс сел в своё кресло. — Сами посудите. Ваша жизнь настолько никчёмна, — улыбка озарила лицо, — родители вас ненавидят. Друзей совершенно нет. Лишиться девственности от столь состоятельного лица — пожалуй, единственное достижение и радость в вашей жизни. Хоть кому-то вы пригодились.       На её глазах выступили слёзы. Ведь он действительно прав. Всё-таки она не годится ни для чего, кроме рутинной бестолковой работы, и, как видно, удовлетворения чужих потребностей.       — Возможно, — медленно подошёл к девушке, застёгивавшей трясущимися руками пуговицы рубашки, — я был излишне жесток, — отставив её руки в сторону, Майкрофт начал застёгивать их сам. — Но такова жизнь. И уж вам, как представителю жалкого человеческого рода, это известно как никому другому.       Мужчина протянул девушке пачку купюр.       — Утешительный приз, — прошептал ей на ухо, — но не думайте, что так будет всегда.       И он ушёл, оставив её тонуть в пучине собственных мыслей.

***

      Девушка тонет в его голубых глазах. Они несомненно топили, заставляя захлёбываться в собственных ощущениях. И несмотря на боль, которую он причинял ей как физически, так и морально, она не могла отступить.       Дело ли в условиях контракта или же в отличном умении её начальника манипулировать людьми — ей неизвестно. Лоис чувствовала привязанность к нему, словно собачка, которая не может предать своего хозяина, даже если он вдруг решит скинуть её в пропасть.       Несмотря на это она не жаловалась. Да, он был груб с ней, да, причинял боль. Но осознание того, что Майкрофт получает от данных действий огромное удовольствие, заставляло секретаршу чувствовать себя действительно нужной хоть кому-то.

***

      — Вот документы, которые вы попросили приготовить, — словно ничего не произошло говорила девушка.       — Знаете, я удивлён, — мужчина взял пачку бумаг и отложил в ящик стола. — Обычно мои секретари после первого контакта как минимум два дня не желают появляться на работе, — встав с кресла, тот вальяжно подошёл к окну. — И я, безусловно, был не против такого поворота событий.       Холмс поманил её пальцем, и та без каких-либо сомнений подошла к нему.       — Но вы, — рукой он взял её за шею и легко начал водить пальцем по синим пятнам, оставшимся после вчерашнего, — пришли без особых раздумий. Не испытывая страха или сожаления. Без мольбы на увольнение и прочих абсурдных высказываний.       Мужчина коснулся её губ своими, легко целуя, пробуя на вкус и определённо наслаждаясь данной близостью.       — Даже сейчас, — отстранился и, глядя прямо ей в глаза, продолжил, — вы полностью отдаёте всю власть над вашим телом мне, — вновь отошёл и сел за стол. — Никогда не встречал настолько жалкого и безвольного человека. Но, признаться честно, это дико заводит.       Покрутив перьевую ручку в руках, он посмотрел в бумаги лежавшие на столе и поставил роспись на одном из листов.       — Полагаю, вам всю жизнь доставалась пассивная роль, не так ли? — вновь эта алчная ухмылка. — Вашего брата всегда любили больше вас, школьные «друзья» сидели на шее, лишь бы получить от вас готовую домашнюю работу. И подобную профессию вы выбрали только потому, что способностей к чему-либо другому у вас совершенно не наблюдается.       Достав бумаги из шкафчика и не отрывая от них взгляда, мужчина продолжил.       — Но вам крупно повезло. Ведь я искал именно такого человека. Знаете, человеческие инстинкты весьма утомляют, — посмотрел ей в глаза и вновь опустил взгляд, — и не всегда удаётся отыскать то, что способно их утолить, — взгляд на мгновение стал хищным. — Но не волнуйтесь. Вы очень скоро привыкнете.

***

      Он брал её везде. В любых местах и позах. Несмотря на самочувствие или желание Лоис. Ведь та обязана соблюдать условия контракта, а тот в свою очередь отдавал за данное удовольствие неплохие деньги. И ни на мгновение не пожалел о подобных затратах.       Уже очень давно тот искал подобный экземпляр. Понимаете, это как выбирать гитару в музыкальном магазине. У одной излишне жёсткие струны, у другой паршивый звук, а третья выглядит так, словно пережила вторую мировую войну и лично знавала Гитлера в лицо. Так и с его секретарями.       Одних ему приходилось увольнять собственноручно, ибо те совершенно не подходили под его стандарты. Другие со слезами умоляли о расторжении контракта, и Майкрофту, ввиду нежелания слушать подобные высказывания, приходилось подписывать соглашение. Одна даже пыталась подать на него в суд за изнасилование, но Холмс смог заткнуть данную особь. Не каждый день твоих родителей привязывают к батарее и держат пистолет у самого виска.       Лоис смогла превзойти их всех. Она — подарок, предоставленный судьбой специально для него. Хрупкая, нежная девушка с тяжёлой жизнью. Такие, как всем нам уже давно известно не понаслышке, чаще всего имеют склонность к подчинению.       Что бы тот ни делал с ней — девушка выносила всё. Но не просто выносила, нет. Она смогла влюбиться в жестокого тирана, над чем он постоянно забавлялся, вновь играясь со своей игрушкой.       Совсем скоро она смогла немного изучить своего начальника и сама знала, когда ему вновь захочется воспользоваться её услугами. Это ли не прекрасно? Он получил куклу, с которой мог играться бесконечно. И которая в последствии стала его миром.

***

      Лоис устало падает на кровать, прижимаясь к своему начальнику. Уже не впервые тот приводит её к себе домой и забавляется ночами напролёт. Но редко ей выпадает возможность просто обнять его. Ведь сразу после плотских утех тот оставляет её одну в огромной комнате под натиском одиноких серых стен. Но не в этот раз.       Девушка мгновенно заснула, прижавшись к нему и невинно сопя. Майкрофт взглянул на неё с особым интересом и… теплотой? Холмс положил руку на светлые волосы и нежно перебирал их, глядя на безмятежное лицо секретарши.       Лоис его. Ничья больше. До окончания контракта осталась ровно неделя, но он был абсолютно уверен в том, что та не уйдёт. Составится новый, уже на более долгий срок. И даже если в её мыслях проскользнёт хоть малейшее желание что-то изменить в собственной жизни — он выбьет эту дурь из её головы. Будет трахать до потери сознания, доказывая ей и самому себе, что она принадлежит ему и больше никому. Мужчина не позволил бы ни одному представителю мужского пола быть с ней. Даже за прикосновение он был готов отрезать мерзавцу руку. Ведь не только жертва может привязаться к своему хозяину. Всё может произойти ровным счётом наоборот.       И Майкрофт легко целует её в макушку, прижимая невинное тело девушки к себе. Завтра он вновь будет бесчувственным хладнокровным начальником. И лишь сейчас, скрытый от людских глаз, он может хоть немного побыть заботливым и нежным.