Отчаянные меры

Он был и забавным, и галантным, и милым... Заставлял улыбаться, ощущать себя желанной. Рядом с таким точно не заскучаешь ни на миг, не говоря даже о том, что в компании этого мужчины никто и не посмеет слова лишнего в твою сторону сказать. Так в чем же была проблема? Помимо того, что он - дух, Шани не нравилась его манера отвешивать комплименты всем девушкам подряд да зазывать каждую из них за амбар. От этих действий образ принца, вожделеющего лишь её, рассыпался на мелкие осколки. А любой прекрасной девице хочется ощущать себя той единственной. И пусть после вопросов о количестве партнёрш Витольд отшучивался, что все они и рядом с ней не стояли, но осадок оставался, да ещё и не самый приятный. Шани сидела на кровати, листая очередную книгу по современным методам врачевания, да не могла сосредоточиться на сути. Из головы все не выходил образ мужчины, его ухаживания и их танец, окончившийся поцелуем. Хотела бы она повторить его? Сложно сказать. Если бы не ухлестывания за каждой встречной, девушка могла бы дать ему шанс. И она была уверена, что этот шанс не пропадёт просто так, что фон Эверек сполна окупит все её ожидания, просьбы и желания. Такой мужчина заботится и оберегает свою ненаглядную, словно последний глоток воздуха под метрами воды. Вот только сколько таких ненаглядных за раз у него может быть? Тогда, если она не рассматривает его в качестве любовника, зачем Шани пошла в этот склеп, призвала его дух и сидела там, разговаривала, улыбалась ему? Ею явно двигало желание увидеть его снова, узнать получше. И она понимала, что одной встречи для раскрытия характера будет недостаточно. Она обещала прийти завтра. Обещала? Нет, просто дала надежду на новое свидание. И понимала, что жаждет этой встречи не меньше, чем Витольд, разве что намерения у них разные. Он определённо был ей симпатичен, но ничего большего, кроме как тёплого общения, она и не требовала. Да и что ещё можно требовать от призрака, от лёгкого прикосновения которого бежит мороз по коже? Шани захлопнула книгу, положила рядом с собой на кровать и закрыла лицо руками, погружаясь в свои мысли ещё больше. Она устала за день, её нервы потрепал вечер в склепе, от этого тянуло в сон. Но ей не хотелось спать. Сердце противно ныло, подсказывая, что хочет чего-то, вот только чего? Вернуться в ту гробницу и взвать к духу вновь? Нет. Спать. Нужно спать. Девушка скинула ботинки, одежду, переложила том на ящик у постели и укуталась в одеяло. Закрыла глаза. И только дремота начала накрывать её, как в голове выстроились невиданные сюжеты встреч с Витольдом. Шани, не в силах разлепить веки и прогнать их, наблюдала как танцует с этим бандитом, как их руки переплетаются, как его взгляды устремлены только на неё. И эти взгляды полны нежности, желания и уверенности в том, что вскоре это желание осуществится. Но вот музыка подходит к финалу, партнёры встают друг напротив друга, мужчина одаривает нежным поцелуем шероховатых губ мягкую женскую кожу на тыльной стороне ладони, затем резко за руку притягивает к себе и уводит в страстный долгий поцелуй. Но теперь реданка не отстраняется, а с облегчением отвечает на этот жест, обволакивает в ладони его лицо, гладит покрытые щетиной щеки, останавливает слияние на пару мгновений, чтобы провести пальцами по мужским губам, улыбается и вновь припадает к ним своими. И просыпается. За окном уже ярко светит Солнце, с улицы хорошо слышен говор прохожих, стук копыт о дорогу, звук крутящихся колёс телеги. Шани протерла глаза руками, потянулась и зевнула. Лёгкость и бодрость не пришли к ней на утро, отчего хотелось вновь закрыть глаза и улететь на свадьбу, в танец и поцелуй. Сердце забилось чаще. Девушка прокрутила в голове события сна, приподнялась в постели и схватилась за голову. Да, это было не по-настоящему, но это было в её подсознании, значит она хотела, чтобы это произошло в жизни. Или нет? Действительно, сложный вопрос. Медичка прикоснулась к губам, на которых, казалось, ещё остался след от недавнего поцелуя, и уставилась в окно. Выкинуть, выкинуть из головы эти мысли. Решить здесь и сейчас: хочет ли она этого? Сложно. За эти пару дней стало очень сложно. Кроме как лёгкой симпатии она ничего не испытывала к Витольду, но этот сон... С другой стороны, не все же сны отражают наши желания. Не все, но какая-то их часть... Шани подскочила с места и направлась к кувшину с водой у ванны. Нужно умыться, вместе с этим убегут и дурные мысли. Это всегда помогало, поможет и сейчас. Но сколько бы девушка не терла свое бедное нежное личико, из памяти не уходило это приятное ощущение желания целовать мужчину все больше и больше, возможно, даже принадлежать ему в каком-нибудь номере недорогой таверны. Или дорогой, он ведь аристократ как ни как. Наверное, будь он материален, будь он живым, непременно бы сделал из этой простой красивой медички бриллиант высшей пробы. Будь он материален, она бы не просыпалась в этой комнатке одна и не бежала смывать сон, а лежала бы подле него, ластилась и прижималась бы к его широкой тёплой груди, а именно такая она у него и была бы, и он бы нежно гладил своими грубыми шершавыми руками её рыжую головку, перебирал между пальцев мягкие пряди, сверкающие в свете Солнца, и целовал бы в ясную макушку. Шани с досадой вздохнула, села на стул возле ванны и с полу-улыбкой на устах прокручивала в голове свой сон, такой живой и яркий. Она отправилась к нему под вечер, когда Солнце только начало клонить к горизонту, чтобы было не так страшно. Конечно, сложно вспомнить, чего медичка за все годы практики не видела, но стоять в схватке с каким-нибудь чудищем ей явно не хотелось. Шани была отнюдь не робкой девушкой, но предпочитала трезво смотреть на вещи, и сейчас трезво видела, что в бою против какой-нибудь малюсенькой твари вряд ли удержится, тем более, что на подмогу к ней никто не придёт. В склепе было чисто, в плане призраков. И тихо. - Витольд? - осторожно позвала девушка, спустившись в основной зал, - Я пришла. Как и говорила... Но никто не отзывался. Она звала ещё несколько раз, бродила по комнатам, подходила к останкам, но все было тщетно. Куда он мог деться? Сам ведь говорил, что не в силах покинуть это место. Шани уселась на пол около гроба фон Эверека, в надежде, что тот побыстрее вернётся. Но прошло около десяти минут, полчаса, а он все не являлся. Девушка устала ждать. Она позвала мужчину ещё пару раз, затем обняла себя от холода, чтобы хоть как-то согреться, прикрыла глаза и задремала. Он смотрел на это все с сожалением. Кричал ей, отзывался, но реданка упорно его не слышала. Он беспокоился, что сейчас она встанет и уйдёт, подумает, что он не захотел увидеться с ней, и не вернётся больше, но она просто уснула. Тогда Витольд немного выдохнул, сел около девушки и внимательно наблюдал за ней. Он смотрел на её расслабленное лицо, спокойно вздымающуюся и опускающуюся грудь, на длинные ресницы, нежные пухлые губы, вкус которых он запомнит надолго. Мужчина хотел прижать девушку к себе, согреть своим теплом, но не мог, как бы велико это желание не было. Но вот Солнце соприкоснулось с линией горизонта, а через несколько десятков минут исчезло за ней. Тогда фон Эверек придвинулся ближе и прошептал: - Шани... Шани, просыпайся, - это не сработало, и он повторил чуть громче, - Шани... Солнце уже зашло, вставай. Только после этого реданка пошевелилась, открыла глаза и пару секунд осознавала реальность. - Где ты был? - нахмурив брови, спросила она полностью прийдя в сознание. - Здесь, все это время. Видишь ли, голубушка, какая загвоздка. Я могу являться лишь после захода Солнца и до полуночи. А затем моё обличие становится невидимым для окружающих. - Но на свадьбе... - На свадьбе и я вышел за пределы склепа и все же вернулся после полуночи. - Да, ты прав... - Шани задумалась, отведя глаза, - Как ты тут? Не скучал? - Скучал и ещё как, моя милая. Без тебя жизнь ужасно мрачна. И только ты способна озарить мои вечера в этом месте... И я очень рад, что ты пришла сегодня вновь. Если бы я мог, не задумываясь отблагодарил бы тебя. - Не стоит, - улыбнулась девушка, - Считай это жестом доброй воли. - Медичка-альтруистка? Что может быть прекраснее... Девушка горько усмехнулась, поджав губы, вспоминая времена, когда вместе с другом спасала жизни без разбора и деления на "мой" и "враг". Это грустное выражение лица не могло пройти мимо духа, и в секунду он стал обеспокоенным. - Шани, хочешь рассказать мне как прошёл твой день? - Тебе правда это интересно? - не без удивления осведомилась реданка, - Ничего особенного. Сходила в парочку мест, в одном забрала лекарства, в другом навестила больного, дочитала присланную книгу. - Я давно книг не читал, - озадаченно перебил её мужчина, - Не скажу, что это было моим любимым занятием при жизни. Мы с братом, несомненно, ценители искусства, но не настолько, чтобы изучать его днями напролёт. Милая Шани, могу ли я попросить тебя почитать мне что-нибудь в следующий раз? Ты ведь ещё придешь, верно? - Я только пришла, а ты уже просишь новую встречу, - она одарила фон Эверека ласковым взглядом, - Хорошо, попробую найти что-то интересное для тебя, раз ты так просишь. - Это развеет мою тоску. И ещё лучше, если читать будешь ты. Красивая и умная девушка - предел совершенства, особенно, если у неё рыжие волосы и зелёные глаза. - Ты в каждом ответе умудряешься делать комплимент. - Такой девушке, как ты, даже придумывать ничего не приходится, слова сами вырываются из моего сердца. Они говорили несколько часов напролёт, шутили, смеялись, говорили ни о чем, но когда пришло время и Луна осветила пол склепа, мужчина начал растворяться в воздухе. - Я жду тебя завтра, голубушка, до скорой встречи, - успел сказать он, кланяясь своей гостье, а затем исчез. - До скорой встречи, Витольд, - ответила ему Шани, оглянулась по сторонам, в поисках знакомого силуэта, которого нигде не оказалось, и отправилась домой.