Я никогда тебе этого не скажу

"И понеслась"

Кто бы мог подумать, что этот суп мог вызывать столько разных эмоций. Нет, он определенно не в себе. Заболел? Но как? В здоровом теле, как говорится, здоровый дух. А тело у мастера земли было явно, кхм, здоровое. Но если не простуда, ангина, то тогда что? Почему тогда такое странное чувство пустоты в области живота? Руки леденеют... А мысли? Почему он не может собраться? В голове такая же каша, как в тарелке у Нии. Ну вот опять, опять он подумал о ней. Он посмотрел на неё. Она опять сидела с Ллойдом. Что, что не так? Они просто сели рядом. На обед. Близко друг а другу. Всего-то! Погодите, он что, обнял её? Щеки загорелись румянцем. Коул без труда понял это и тут же опустил взгляд на тарелку. Это ощущение такое...странное. Ух ты. Что это? Лавровый лист попал... Жди вестей... — Ты когда-нибудь чувствовал одновременно холод, жар. Тошноту и такой противный привкус во рту. Потом вдруг становится так тяжело, даже мысли становятся тяжёлыми, а потом... Руки замерзают и внутри такая пустота. Даже, кажется, в голове ничего нет. Пустая коробка. И ком в горле. И хочется говорить, говорить и говорить, но ничего сказать не получается, потому что ты начинаешь задыхаться толи от нехватки, толи от избытка кислорода... Внутри будто летают бабочки, губы сохнут. Сердце бьётся так сильно, что его слышно везде. Ты чувствуешь его везде: в руках, ногах, шее, голове... И в ушах звенит так противно и так тихо. Потом, конечно, ты привыкаешь к этому звону, но в самом начале аж зубами скрипишь. А потом тело становится таким тяжёлым, даже руку не можешь поднять... И это все вместе и происходит все за секунды. Но эти секунды тянутся для тебя, как целая вечность... — Ого, — вытаращив глаза и продолжая дожевывать булку, проговорил Джей. — Не думал, что ты такой романтик. — Романтик? — удивился Коул. — Ну да, как иначе объяснить все эти эпитеты? — Но я не вижу в этом ничего романтичного. Мне кажется я чем-то заболел. К тому же с того времени, как я начал это испытывать, у меня не перестает болеть голова. — Ооо, друг, ты точно влип. — В каком это смысле? — с неким страхом спросил мастер земли. Он даже не предполагал, что ответит Джей. Нет, этих мыслей у него бы точно не появилось. Никогда. — Ну в самом прямом. Ты просто тьма тьмущая! Слушай, когда последний раз ты общался с девушкой? — Вчер... — Ния и ПиВВЖ не считаются, — перебил друга Джей. — Ок, тогда, ну...я не... Я не помню, — сдался наконец Коул. — Вот, а я о чем! — саркастично ответил мастер молний. — Ты влюбился, бедняга, и даже сам этого не понимаешь. — Влю...бился? — недоуменно пробормотал Коул. О, что это ваша влюбленность? Это новое, странное слово. Никогда Коул его не употреблял. Влюбился. Серьёзно? Но...зачем? Стоп, нет, не тот вопрос. Как? И как Джей так легко это понял? Коул сразу вспомнил изжогу. Когда не знаешь, что это такое, как она проявляется, ты не поймёшь, что жжение в области груди и горла – это изжога. Так и с влюбленностью. Хотя стоп, что это он. Сравнивает влюбленность с изжогой! Как так!? Изжога так противна, навязчива, тупа. А влюбленность – это ведь нечто такое светлое, чистое, нежное. Он знает. Он читал. Как-то раз ему попалась на глаза книжка. Но то, что ощущает он, совсем не похоже на что-то романтическое. Оно скорее разъедает его. Так навязчиво и медленно... — Эй, ты чего задумался? Рассказывай хоть, кто это девушка? Коул медленно поднял глаза на друга. Что он сказал? Коул не слушал. В ушах стоял гул мыслей. Появилось чувство такое уязвленности, наготы. Как на уроке. Когда учитель спрашивает тебя, а ты не можешь ответить, потому что был в своих мыслях. Но вот резко, как гром, приходит запоздалый звук слов Джея. — И-извини, Джей, я наверно пойду, — запинаясь, всё ещё не прийдя в себя, сказал Коул и встал со стула. — Что? Джей недоуменно смотрел вслед уходящему Коулу. Он явно не в порядке. Но пусть лучше побудет один, попробует разобраться. Как ребёнок, ей богу! Коул решительно сказал себе нет. Это не оно. Не может быть такого. Не с ним. Влюбленность другая, а он просто начинает болеть. Может, серьёзнее, чем обычно. Но это не так страшно, как то, что сказал Джей. Что? Кто это? Ния! А с ней кто? Ллойд? Опять. А Джей сидит там, один. Коулу сделалось нехорошо. Грудь сдавила боль и жалость. Ему стало жаль Джея. Но Ния... Она же не может ему изменять. Нет, она не такая. Да что это он! Ния и Ллойд просто друзья! Просто. Чёрт, он опять на них пялится. Нужно поскорее убираться отсюда, пока бабочки не проснулись в животе...