Skrios

Каждый человек имеет свои собственные мечты, надежды, воздушные замки. Пожалуй, не всякий готов поделиться с ближним тем самым, сокровенным, что греет его в холодные дождливые ночи, и мысли о чем заставляют улыбаться даже в моменты особого отчаяния. Люди, почему-то, опасаются говорить об этом вслух, может, боятся, что не сбудется, а может, считают свои мечты слабостями, и я в какой-то мере их понимаю. Рассказывая собеседнику о том, к чему рвется твоя душа, ты будто обнажаешь ее, показываешь, что таится там, глубоко внутри. Это, наверное, можно сравнить лишь со шпионами, которых государство посылает под прикрытием во враждебные страны с целью разузнать что-то необходимое. И шпион может длительное время находиться в любой местности, оставаясь неузнанным, неприкосновенным, но лишь до тех пор, пока кто-то не раскроет причину его истинного пребывания в той или иной стране. Тем самым он становится уязвим, ведь смысл его пребывания, его конспирацию и годами приобретенное социальное положение разоблачили. Теперь всем ясна причина его поступков, намерений, теперь он гол перед законом, перед общностью. Так и с человеком, раскрывшим кому-то все свои самые сокровенные грезы. Конечно, человеку свойственно иметь не только какие-то глобальные мечты, чаще всего мы обзаводимся бытовыми, обыденными, маленькими мечтушками, что-то вроде увидеть редкое растение или завести какое-то особенное домашнее животное. О таких желаниях люди кричат на каждом углу, наивное полагая, что кому-то придет в голову помочь в их осуществлении. У меня тоже есть одна простая мечта - попробовать кофе. Только на первый взгляд это кажется таким глупым и странным, ведь большая часть население планеты ежедневно употребляет данный напиток, если же вдуматься, то не сложно догадаться, почему дорожки Адама Уорблера и кофеина расходятся в разные стороны так ни разу и не пересекшись. Пожалуй, когда-нибудь я смогу себе позволить сделать глоток, опробовать терпкий горьковатый вкус, затем накуриться сигарет и нажраться антидепрессантов, а пока я лишь с завистью смотрю на таблоиды, что беспрерывно транслируют рекламу необходимых (по их словам) в хозяйстве и личной жизни товаров. "Ты-дынь! ты-дынь..." - от неожиданности подскакиваю в постели и еще минуту слушаю надрывистый треск дверного звонка. Продолжая думать о чем-то своем, заплетающимися ногами дохожу до двери. Кто это может быть в такую рань? Мать уехала отдыхать еще неделю назад и должна была уже вернуться, но ведь у нее свой комплект ключей, она не стала бы вытягивать меня из кровати в выходной... Ввожу комбинацию в маленькое окно около двери, и та автоматически открывается. Меня сложно назвать обидчивым или злопамятным, нет, я далеко не раним, но меня раздражает, когда кто-то пытается брать надо мной верх, с какой-то дури возомнив, что имеет право вмешиваться в мою жизнь, давать мне советы или, чего хуже, решать за меня как поступить или с кем общаться. Я считаю себя абсолютно свободным человеком и просто не выношу давления. Таким образом, Эллиоту удалось буквально с закрытыми глазами попасть в цель, а именно выбесить, указывая на мои "неправильные" отношения с Рокси, да еще и безнадежно испортить мою рубашку, что меня также очень расстраивает. Нет, не тот факт, что это была моя любимая рубашка и т.д. и т.п.. Это далеко не так, но это была МОЯ вещь, и кто-то посторонний просто не имеет права даже коснуться моей собственности, не то, что портить. Хотя, если честно, если бы я сам пролил на нее сок, не задумываясь бросил бы в урну и забыл. Итак, как вы уже поняли, за дверью стоял именно Эллиот - источник всех моих последних бед. Выглядел он обычно, те же растрепанные светлые волосы, глупая улыбка, вот только в глазах не было привычного озорного блеска, взгляд, скорее, был виноватым и притупленным. Это доказывало и то, что как только я открыл дверь, мальчик принялся с небывалым энтузиазмом изучать свою обувь. - Семь часов, - да, приветствия явно не мой конек. - Что? - поднимает на меня удивленный взгляд. - А, да, семь утра... я с пяти готовился к этому разговору, пусти меня, пожалуйста, я должен объясниться, - тараторит что-то несвязное, одно я понимаю точно: парень приготовил чуть ли не в письменном виде текст, который сейчас собрался мне изложить. Ну, уж нет, увольте. Не собираюсь я тратить время на пустые разговоры и мямленья. Тем более, что я уже и не злюсь на него. - Проходи, - закрываю дверь и тащусь в гостиную, где уже расположился Флауэрс, нервно теребя руки. - Давай начну я. Я не люблю бессмысленно дуться, так что давай сделаем вид, что сцены в кафе не было... - Но... нет, я должен извиниться, - прерывает меня, мямлит и смотрит куда-то в пол, что не вызывает у меня жалости, лишь неприязнь. - Ну, давай сделаем вид, что ты прощен. Мне не интересно слушать твои отговорки и объяснения, Эллиот, давай опустим все это и, ради сохранения нашей дружбы, решим кое-что раз и навсегда, - сажусь на диван и закуриваю сигарету. Что я там говорил насчет "никогда не курить в квартире"? - Мы по-прежнему друзья? - он опять улыбается, широко открывая рот, и взмахивает руками. - Ох, я так рад, Адам, я так боялся, что мы не будем больше никогда общаться! Надо позвонить ребятам, они, особенно Нери, очень расстроились, когда я сказал, что обидел тебя и, возможно, ты больше не появишься в нашей компании. Слушай, а может, позвать их сюда? Посидели бы все вместе, у тебя есть чипсы? Можно даже фильм посмотреть, Рема знает множество интересных фильмов! - делать нечего, киваю. - Отлично! Сейчас позвоню, подожди две минуты, - кажется, Эллиот пытается лишь оттянуть немного времени до серьезного разговора, но, ладно, если он думает, что эти две минуты сильно его спасут, пусть будет так. Я не собираюсь ругаться с Флауэрсом, я просто хочу расставить все точки над i. - Рем? Привет. Слушай, не хочешь сейчас встретиться? - Эллиот принимает самый серьезный вид, будто сообщает координаты местонахождения секретной правительственной базы. - Нет, не там. У Адама... записывай адрес. - Кстати, а Флауэрс откуда его знает? - Разбуди Нери. Да, сейчас. Мы вас ждем минут через пятнадцать... - недовольно надувает губы и теребит край салфетки. - Ну, потыкай ее, облей водой. Ты дружишь с Нери три года, неужели за это время ты не мог найти универсальный способ ее пробуждения!.. Ладно, ждем через полчаса... окей, через сорок минут. - Эллиот разочаровано бросает телефон на стол и с неким испугом смотрит мне в глаза. Знает, что разговора не избежать. - Будешь чай? - я и сам не горю желанием поднимать эту тему, не потому что боюсь его слов или реакции, мне просто лень. Адам Уорблер эгоист, да. - Лучше кофе, - Флауэрс улыбается, пытаясь расположить к себе, но, по моему прожигающему взгляду понимает, что сказал что-то не то. - Да, чай, спасибо. Разливаю по чашкам зеленый успокоительный чай (другого в моей доме не бывает) и сажусь напротив мальчика. Выглядит он как преступник перед казнью, но я не хочу его пугать, я, если можно так сказать, за это время уже привык к его обществу, мне нравится наша дружба. - Ну, начинай, - Флауэрс смешно жмурится, ободряюще улыбаюсь ему, я же не тиран и не палач. - Мы с тобой друзья, так, Эллиот? - Т...так, - взгляд моего собеседника грустнеет, голос подавленный. Я не понимаю, чего он хочет? - Мы с тобой только друзья, да? - спрашиваю я, выдыхая. - Да? - отвечает более уверенно, даже осмеливается поднять голову, но в ответе мне слышится более вопросительная интонация, нежели утвердительная. - Можно спросить? - Эллиот улыбается, но не искренне, скорее пытаясь скрыть волнение. - Спрашивай, - вдыхаю такой привычный аромат чая. - Чисто теоретически... - щеки мальчика краснеют, он опускает взгляд на свои колени и, кажется, пытается сломать себе хрупкие пальчики.- Мы могли бы с тобой встречаться? Я даже чаем подавился от такого вопроса! Нет, конечно, я далеко не дурак, и давно понял, к чему все шло, да и сложно было не понять, когда Эллиот откровенно строил мне глазки и приревновал к Рокси в кафе, но чтобы он вот так вот спрашивал! - Как я должен ответить на этот вопрос? Как я могу знать, что произошло бы, а что нет? Одно я могу сказать тебе точно, сейчас, в это реальности и в этой вселенной я отношусь к тебе только как к другу. Да, ты симпатичный, милый и так далее, и я уверен, что многие хотели бы завалить тебя в постель, но, прости, не я. На протяжении моего ответа лицо Флауэрса менялось почти с каждым моим словом, он то грустнел, делая брови домиком, то улыбался, так по-настоящему, что на щеках появлялись ямочки, а на лбу морщинки; к концу моей речи на лице остались лишь незаметные следы разочарования. - Ну, я ожидал такого ответа... ну, то есть не совсем такого, но приблизительно, да, - Флауэрс опускает голову к чашке, делая маленький глоток, смотря на меня из-под ресниц. Из горла вылетает сдавленный смешок, улыбаюсь мальчику, тот смущенно отводит глаза и продолжает наслаждаться напитком. Нет, никогда я не видел такой оригинальности в этом деле. Все нормальные люди поднимают чашку, когда пьют чай, а он опускает к столу голову. Выглядит это более чем забавно. - Можно задать еще два вопроса? - наконец-то подняв голову, спрашивает Флауэрс. - Давай, - поглядываю на часы, через минут 20 уже должны были прийти Рема с Нери. - Они про Рокси, - закатываю глаза. – Первый: он точно мальчик? - Нет, он девушка, говорящая о себе в мужском роде!- отсмеявшись, выдавливаю из себя и продолжаю хихикать в кулак. Нет, ну, надо же до такого додуматься! Эллиот заливисто смеется, наверное, никогда стены моего дома не слышали такого звонкого и продолжительного смеха, это как-то оживляет атмосферу, в квартире моментально становится уютно и тепло. Здесь никогда не было настоящих бурных эмоций. - Девушка, говорящая о себе в мужском роде! - повторяет он, пытаясь остановить истеричный смех, но, проговорив этот абсурд заново, начинает смеяться еще громче. - Черт, я такого бреда никогда не слышал! Даже представить не могу, хоть убей, - держась за живот, более-менее приходя в норму, Флауэрс садится ровно на стуле, пытаясь показать свое спокойствие и адекватность, только лишь иногда посмеиваясь про себя. - Мальчик он, это я тебе точно сказать могу, - вспоминаю наши ночи с Ридом и хмыкаю. - Второй вопрос как раз об этом, - Эллиот берет больше воздуха в легкие, будто готовится к длинной речи. - Вы... ты и Рокси, вы как бы вместе? - опускает голову вниз и опять смотрит на меня из-под густых ресниц. Это его особый способ заигрывания? А не должен ли он это прекратить, после того, как мы решили, что мы друзья? - Нет, Рокси мне даже не друг. Просто иногда мы вместе спим, - попытался ободрить я собеседника, но, кажется, ответ мой ему не понравился. - Ну, круто, - как-то не радостно это было сказано. - А его так родители назвали? Рокси Рид... с рождения определить сыну судьбу педика-давалки, - улыбаюсь на последнем слове, точнее над лицом, что Флауэрс скорчил. - А ты у нас тогда педик-святоша, - улыбаюсь ему, допивая чай, но еще вдыхая его божественный аромат. - На самом деле (только тсссс) зовут его Роберт, Роберт Рид. Так что родители виноваты только в том, что абсолютно безответственно подошли к воспитанию сына. - улыбаюсь, слишком много улыбаюсь, но рядом с Эллиотом губы сами изображают перевернутую радугу. - Но я не могу представить Ро каким-то другим. Без его вездесущего оптимизма, болтовни, даже без его волос, которые меня просто выбешивают было бы что-то не то. Флауэрс допивает свой чай и, прихватив с собой мою чашку, идет к раковине, аккуратно протирает обе чашки губкой, долго споласкивает под чистой водой, еще раз трет стекло и еще раз невыносимо долго споласкивает под струей воды. - Они сейчас невидимыми станут, хватит уже, - подхожу сзади и забираю из хрупких рук еще более хрупкие стаканы. Только потом понимаю, что мне не стоит так касаться Эллиота. Но я не подразумевал ничего иного, я просто забирал стаканы, а в том, что мальчик перестал дышать и шевелиться, я не виноват. "Ты-дынь... ТЫ-ДЫНЬ", - как-то остервенело громко трещит дверной звонок, ставлю чашки на полку и иду открывать. - Адам! Давно не виделись! - Нери бросается мне на шею и долго, очень долго обнимает. И только через минуту до меня доходит, что девушка уснула. Аккуратно поднимаю ее на руки и укладываю на диван в гостиной. - Черт, все мои труды насмарку! Не давай ей спать, - быстро пожав мне руку в знак приветствия, Рем начинает нещадно трясти зеленоволосую подругу. - Я ее почти всю дорогу на спине тащил. Ну же, Нери Адлер, вставай. Мы должны рассказать им... Нери медленно открывает глаза и пристально смотрит на Рему, затем неожиданно улыбается и чуть привстает на локтях: - Ну, как вы, ребята? Эллиот, давай сходим сегодня вечером в экспресс-маркет? Я заказала себе такое великолепное платье! Оно изумрудное, вот такой длины, - девушка показывает руками черточку чуть выше колен, - и с голой спиной! Но я боюсь, что усну еще по дороге, ибо спала всего часов 15 сегодня. Не выспалась вообще. - Какая тебе разница, в чем спать?- уныло отвечает Эллиот, но, видя расстроенное лицо подруги, начинает изображать небывалую радость, как у человека, который выиграл новую игровую приставку, купив одну лишь шоколадку. - Но я буду рад с тобой прогуляться до "экспресса". А с чего это ты так мало спала? Мы вроде тебя не трогали до сегодняшнего утра. Завались было времени на сон-то. Нери грустнеет, тяжело вздыхает и смотрит на Рему, тот берет подругу за руку, крепко сжимает. - Ребят, мы должны вам кое-что рассказать. Сами узнали лишь сегодня. Точнее, узнала Нери... - Меня разбудил крик мамы, она сидела в спальне и смотрела программу новостей. Это было уже глубокой ночью, она должна была уже спать, но вчера она опять поссорилась со своим молодым человеком, выпила немного... - девушка опускает голову на диван, протирает глаза. - Она смотрела новости и начала орать на весь дом, мол, так Скриосам и надо, пусть получают, ошибки природы и так далее. Я зашла в комнату и тоже посмотрела, о чем идет речь, и что могло вызвать такую реакцию. - Нери закрыла глаза, но по тяжелому дыханию слышно, что она не спит. - Так о чем говорилось в программе новостей? Так открыто про Скриосов говорили? Правительство всеми силами пытается не тормошить общественность этой темой, делая все втихаря. - Я не смотрю телевизор, но уверен, там никогда ранее не говорили про таких как мы открыто. Это не выгодно государству, они должны делать вид, что в стране все отлично, а наличие Скриосов - это далеко не отлично. - Нет, там все завуалировали, конечно, но догадаться не сложно. Даже мать Нери поняла, хотя она та еще ненавистница Скриосов, она любые новости свела бы к этой теме, но там... - я не думал, что Рема может быть таким серьезным, сосредоточенным. - Может мы перестанем говорить об абы-чём и конкретизируем беседу? - не выдерживает Эллиот, а я понимаю, что не готов услышать новость. Это что-то плохое, не хочу в это лезть, но, кажется, придется. Ремарос поднимает голову, лицо его становится еще серьезней, смотрит на меня, затем на Эллиота и тихо, будто сам боясь своих слов, произносит: - В соседнем городе вчера в школах произвели проверку. Взяли у всех кровь, якобы для проведения анализов на новую инфекцию. Сегодня там пропали два подростка. Пропажу заметили лишь их родители, у ребят не было друзей, они ни с кем не общались, были невидимками в обществе. Теперь скажите мне, что эти двое были не Скриосами, что правительство не нашло формулы для выявления дефекта, иначе мне страшно, - Рема еще раз посмотрел на нас, на лицах у каждого отчетливо можно было разглядеть отчаяние. Флауэрс огромными глазами смотрел сначала на Рему, затем на меня, будто надеясь, что кто-то из нас выкрикнет: "Шутка!", но быстро понял, что этого не произойдет. Нери тоже слушала, на последних словах Ремы она отвернулась лицом к спинке дивана и попыталась вновь сделать вид, что спит, только плечи во время "сна" у нее странно дергаются. Что же нам делать..? У меня появилась идея.