Хогвартс читает книги о Гарри Поттере

Зал навострил уши, ожидая следующее повествование. Гермиона, удобно устроившись на диване, начала читать: — Глава 3. Письма невесть от кого. — Одолевают меня смутные сомнения...— Задумчиво произнёс Невилл. — Да всем ясно, что это за письма, Лонгботтом.— Астория Гринграсс иронично изогнула бровь, чем вызвала смешки своих сокурсников. Невилл густо покраснел, а Луна ободряюще похлопала его по плечу. —Гарри никогда еще так не наказывали, как за историю с бразильским удавом. Когда ему наконец разрешили выходить из чулана, уже начались летние каникулы, — Гермиона прервала чтение и подозрительно сощурилась, — Сколько ты был под арестом, Гарри? Поттер задумчиво нахмурился. — Недели две, кажется. После этих слов преподаватели и работники Министерства мрачно переглянулись. Проплывший мимо Дамблдора Игнотус многозначительно хмыкнул и директор хмуро кивнул. Немой диалог заметили не многие, но те, кто наблюдал за Альбусом в это мгновение, поёжились. Злость Дамблдора была явлением редким, но действенным и ужасающим. а Дадли уже успел сломать новую видеокамеру, разбил самолет с дистанционным управлением и, в первый раз сев на новый гоночный велосипед, умудрился врезаться в миссис Фигг, переходившую Тисовую улицу на костылях, и сбить ее с ног, так что она потеряла сознание. — Даддлс в своём репертуаре. — Хохотнул Чарли Уизли. — Спорим, что ему за это ничего не было. — Кисло улыбнулся Симус. — Бедная старушка...— Лаванда сочувственно посмотрела на книгу. — Вот так идёшь себе по дороге, идёшь, а на тебя боров налетает, которому ещё и всё сходит с рук. Люпин усмехнулся. — Проблемы воспитания, мисс Браун. Гарри был рад, что занятия в школе закончились, но зато теперь ему негде было скрыться от Дадли и его дружков, которые каждый день приходили к нему домой. Бродяга угрожающе зарычал, немало напугав детей в зале, да так, что Гарри и Ремусу пришлось успокаивать анимага. И Пирс, и Деннис, и Малкольм, и Гордон — все они были здоровыми и безмозглыми, но Дадли был самым здоровым и самым безмозглым, и потому именно он считался их предводителем и решал, что будет делать вся компания. Присутствующие дружно засмеялись описанию. — Гарри, почему ты не шутишь с нами так же? — Всё ещё хохоча обратился к Поттеру Фред. Пятикурсник закатил глаза. — Это не я писал книгу, Фред. — Но мысли то Ваши, мистер Поттер. — Улыбнулась Доротея, когда все взгляды обратились к ней. —И давайте продолжим читать. И вся компания соглашалась с тем, что следует заняться любимым спортом Дадли — охотой на Гарри. Никто не стал ничего комментировать, однако взгляды, которые кидали на книгу читатели, говорили красноречивее. По этой причине Гарри проводил как можно больше времени вне дома, шатаясь неподалеку и думая о том, что не так уж много времени осталось до конца каникул, откуда ему светил крошечный лучик надежды. В сентябре он должен был пойти в среднюю школу и наконец-то расстаться с Дадли. Дадли перевели в частную школу, где когда-то учился дядя Вернон, — в «Вонингс». Кстати, туда же устроили и Пирса Полкисса. А Гарри отдали в самую обычную общеобразовательную школу, в «Хай Камероне». Дадли это показалось невероятно смешным. — Какие...интересные названия. — Джинни покосилась на Гарри. Тот едва сдерживал смех. — В этой школе старшекурсники в первый же день засовывают новичков головой в унитаз, — сразу же начал издеваться Дадли. — Хочешь подняться наверх и попробовать? — Только попробуй, свин. — Прошипела Гермиона и как ни в чём ни бывало продолжила чтение. Даже гриффиндорцы, которые знали характер Грейнджер, были шокированны от злости и ярости в голосе Гермионы. Гарри благодарно улыбнулся подруге. — Нет, спасибо, — ответил Гарри. — В многострадальный унитаз никогда не засовывали ничего страшнее твоей головы — его, бедняжку, может и стошнить. Гарри убежал раньше, чем Дадли понял смысл сказанного. Зал взорвался от хохота, даже Малфои и Снейп улыбались. Гарри усмехнулся. — Мне кажется, до него так и не дошло. Как-то в июле тетя Петунья повезла Дадли в Лондон, чтобы купить ему фирменную форму школы «Вонингс», а Гарри отвела к миссис Фигг. Как ни странно, теперь у миссис Фигг стало куда приятнее, чем раньше. Выяснилось, что она сломала ногу, наступив на одну из своих кошек, и с тех пор уже не пылает к ним такой страстной любовью, как прежде. Так что она не показывала Гарри фотографии кошек, и даже разрешила ему посмотреть телевизор, но зато угостила шоколадным кексом, который, судя по вкусу, пролежал у нее в шкафу по крайней мере десяток лет. Многие поморщились, явно вспоминая не самые съестные угощения в своей жизни. Некоторые покосились на Хагрида, думая о его каменных печеньях. В тот вечер Дадли гордо маршировал по гостиной в новой школьной форме. Ученики «Вонингса» носили темно-бордовые фраки, оранжевые бриджи и плоские соломенные шляпы, которые называются канотье. Еще они носили узловатые палки, которыми колотили друг друга за спинами учителей. Считалось, что это хорошая подготовка к той взрослой жизни, которая начнется после школы. — У маглов странные понятия хорошего тона.— Миссис Малфой брезгливо поморщилась. — В разных учебных заведениях свои правила. — Ответила Гермиона даже не взглянув на Нарциссу. Малфои переглянулись. Старшее поколение питало неприязнь к Золотому Трио из рассказов собственного сына. Сейчас, когда при общем чтении выявлялись всё новые и новые факты из жизни Мальчика-Который-Выжил, ранее неизвестные общественности, складывалось совершенно другое мнение о ребёнке. Глядя на Дадли, гордо вышагивающего в своей новой форме, дядя Верной ужасно растрогался и ворчливым голосом — ворчал он притворно, пряча свои эмоции, — заметил, что это самый прекрасный момент в его жизни. — Он даже так ворчит. — Чжоу покачала головой. Что же касается тети Петуньи, то она не стала скрывать своих чувств и разрыдалась, а потом воскликнула, что никак не может поверить в то, что этот взрослый красавец — ее крошка сыночек, ее миленькая лапочка. Близнецы не сдержались и расхохотались в голос. Гарри впрочем тоже улыбался, вспоминая эту расписную картину. А Гарри даже боялся открыть рот. Он изо всех сил сдерживал смех, но тот так распирал его, что мальчику казалось, что у него вот-вот треснут ребра и хохот вырвется наружу. — Прекрасно тебя понимаем, друг. — Смеялся Рон, хлопнув Гарри по плечу. Когда на следующее утро Гарри зашел на кухню позавтракать, там стоял ужасный запах. Как оказалось, он исходил из огромного металлического бака, стоявшего в мойке. Гарри подошел поближе. Бак был наполнен серой водой, в которой плавало нечто похожее на грязные тряпки. Девочки невольно поморщились, представляя себе это зрелище. — Что это? — спросил он тетю Петунью. Тетя поджала губы — она всегда так делала, когда Гарри осмеливался задать ей вопрос. — Ах ты несносный мальчишка... — Да как ты посмел к ней обратиться! Фред и Джордж с притворным возмущением смотрели на Гарри, а члены ОД, наблюдая за спектаклем, покатились со смеху. — Твоя новая школьная форма. Гарри снова заглянул в бак — Ну да, конечно, — произнес он. — Я просто не догадался, что ее обязательно нужно намочить. — Сарказм не лучшее оружие в диалоге с этим...человеком. — Заметил Ремус. Гарри лишь пожал плечами. — Не строй из себя дурака, — отрезала тетя Петунья. — Я специально крашу старую форму Дадли в серый цвет. Когда я закончу, она будет выглядеть как новенькая. — А не легче купить новую форму? — Возмутилась Гермиона. — Они даже очки ему новые не покупают, Грейнджер, какая ещё форма? — Фыркнул Тео. Гриффиндорка удивлённо посмотрела на него, как и остальные люди в зале. — Тео, хватит любезничать с нашими вагами. — Прошипела Панси, бросая в сторону гриффиндорцев злобные взгляды. Лицо её в этот момент пошло красными пятнами. Нотт покосился на однокурсницу. — На время чтения книг стоит забыть о вражде, Панс. — Ответил он холодно. — Слушай, думай и наматывай на ус. Драко в знак солидарности кивнул и призвал друзей к тишине. Гарри никак не мог в это поверить, но решил, что лучше не спорить. Он сел за стол, стараясь не думать о том, как будет выглядеть в свой первый день в «Хай Камеронсе» — наверное, так, словно вырядился в обрывки полусгнившей шкуры мамонта. В кухню вошли Дадли и дядя Верной, и оба сразу сморщили носы — запах новой школьной формы Гарри им явно не понравился. — Нет, ну в данном случае, никому такой запах не понравился бы. — Резонно заметила Тонкс и перекрасила волосы в цвет рвоты, чем вызвала смех и отвращение в зале. Дядя Верной, как обычно, погрузился в чтение газеты, а Дадли принялся стучать по столу форменной узловатой палкой, которую он теперь повсюду таскал с собой. — Не перестаю удивляться, как ужасно воспитан этот...мальчик. — Молли сокрушенно покачала головой. — Самое ужасное в этом то, что родители поощряют его поведение. Из коридора донеслись знакомые звуки — почтальон просунут почту в специально сделанную в двери щель, и она упала на лежавший в коридоре коврик. — И вот одна из причин, почему магам жить проще. — Хмыкнул Симус и самодовольно уставился на своего друга. Дин отрицательно покачал головой. — Маглы создают такие вещи, о которых ты даже никогда не задумывался. И им совершенно не нужна для этого магия. — Принеси почту, Дадли, — буркнул дядя Верной из-за газеты. — Что?! — Читатели были явно шокированы. — Он приказал что-то Дадлику? — Воскликнул Фред. — Это что, конец света? — Вторил ему Джордж. — Он лишился ума. — Заключительно произнёс Ли Джордан и вся троица расхохоталась. — Пошли за ней Гарри. — Гарри, принеси почту. — Пошлите за ней Дадли, — ответил Гарри. — Ткни его своей палкой, Дадли, — посоветовал дядя Вернон. — А, нет, всё нормально. — Усмехнулся один из близнецов Уизли. Гарри увернулся от палки и пошел в коридор. На коврике лежали открытка от сестры дяди Вернона по имени Мардж, отдыхавшей на острове Уайт, коричневый конверт, в котором, судя по всему, лежал счет, и письмо для Гарри. Весь зал в предвкушении навострил уши. Каждый хотел узнать, какая же была реакция у самого Гарри Поттера. Сам мальчик предпочёл бы вообще пропустить эту главу и все подробные описания его жизни. Гарри поднял его и начал внимательно рассматривать, чувствуя, как у него внутри все напряглось и задрожало, как натянутая тетива лука. — Ты из-за какого-то письма так напрягся? — С сомнением поинтересовался Денис Криви. — В книге есть ответ на твой вопрос, Денис. — Мрачно ответила Гермиона и продолжила чтение. — Никто ни разу никогда в жизни не писал ему писем. Да и кто мог ему написать? У него не было друзей, у него не было других родственников, — Обещаем закидать тебя письмами, Гарри. — Хитро переглянулись дети семьи Уизли. ...он даже не был записан в библиотеку, из которой ему могло бы прийти по почте грубое послание с требованием немедленно вернуть книги. Однако сейчас он держал в руках письмо, и на нем стояло не только его имя, но и адрес. Так что сомнений, что письмо адресовано именно ему, не было. Гермиона на секунду перестала читать, бросила возмущённый взгляд на Гарри, когда прочла о библиотеке, чем вызвала смешок у Поттера, и продолжила. «Мистеру Г. Поттеру, графство Суррей, город Литтл Уингинг, улица Тисовая, дом четыре, чулан под лестницей» — вот что было написано на конверте. — Но в письме был написан точный адрес...— Многие в зале недоумевали. Те, кто читал "Историю Хогвартса" , еодобрительно качали головами. — Все адреса выводит специально зачарованное перо, мистер Хамфри. — Известила особенно громко кричавшего студента профессор МакГонагалл. — Если бы удосужились прочитать "Историю Хогвартса", — Заговорил Северус. — Глупых вопросов не возникало бы. Ответить на это никто ничего не решился. Конверт, тяжелый и толстый, был сделан из желтоватого пергамента, а адрес был написан изумрудно-зелеными чернилами. Марка на конверте отсутствовала. Дрожащей рукой Гарри перевернул конверт и увидел, что он запечатан пурпурной восковой печатью, украшенной гербом, на гербе были изображены лев, — ГРИФФИНДОР! — Закричали гриффиндорцы. орел, —РАВЕНКЛО! — Настала очередь равенкловцев. барсук — ХАФФЛПАФФ! — Хаффлпаффцы весело улюлюкали и змея, — СЛИЗЕРИН! — Гордо воскликнули слизеринцы. а в середине — большая буква «X». — ХОГВРАТС! — Студенты хлопали и смеялись пока взрослые с теплотой улыбались на единодушие детей. — Давай поживее, мальчишка! — крикнул из кухни дядя Верной. — Что ты там копаешься? Проверяешь, нет ли в письмах взрывчатки? Дядя Верной расхохотался собственной шутке. — Чувство юмора, конечно... — Явно в давней вражде с этим моржом. Лица Фреда и Джорджа озарили улыбки. — Что бы вы там не придумали, — В голосе миссис Уизли было столько угрозы, что даже смельчаки бы струсили. — Не смейте. Я вам запрещаю! Близнецы состроили самые невинные выражения лиц. — Ну что ты, мамочка. — Джордж мягко улыбался матери. — И в мыслях ничего не было. — Невинно похлопал глазами Фред. Гарри вернулся в кухню, все еще разглядывая письмо. Он протянул дяде Вернону счет и открытку, сел на свое место и начал медленно вскрывать желтый конверт. Драко хлопнул себя по лбу. — Поттер, где твои мозги?! Надо было сразу прочитать или позже, когда будешь один! Гарри удивился, но всё равно ответил. — Мне было одиннадцать, я был сбит с толку и взволнован. Дядя Верной одним движением разорвал свой конверт, вытащил из него счет, недовольно засопел и начал изучать открытку. — Мардж заболела, — проинформировал он тетю Петунью. — Съела какое-то экзотическое местное блюдо и... — Пап! — внезапно крикнул Дадли. — Пап, Гарри тоже что-то получил! Гарри уже собирался развернуть письмо, написанное на том же пергаменте, из которого был сделан конверт, когда дядя Верной вырвал бумагу из его рук. — Это мое! — возмутился Гарри, пытаясь завладеть бумагой. — И кто, интересно, будет тебе писать? — презрительно фыркнул дядя Верной, разворачивая письмо и бросая на него взгляд. — Я. — И я. — Я тоже. — Послышалось со всех сторон в зале. На удивление, даже некоторые слизеринцы стали задумываться, почему никогда не пытались подружиться с Поттером. Его красное лицо вдруг стало зеленым, причем быстрее, чем меняются цвета на светофоре. Но на этом дело не кончилось. Через несколько секунд лицо его стало серовато-белым, как засохшая овсяная каша. — Чего он так испугался? — Нетерпеливо поинтересовались братья Криви в один голос. — Может стоит помолчать немного, чтобы узнать, а не спрашивать о том, что тебе через минуту собираются прочитать итак.— Раздражённо отрезала Гермиона, вгоняя мальчишек в краску. Большая часть присутствующих в зале согласно закивали. — П-П-Петунья! — заикаясь, выдохнул он. Дадли попытался вырвать у него письмо, но дядя Вернон поднял его над собой, чтобы Дадли не смог дотянуться. Подошедшая Петунья, большая любительница сплетен и слухов, взяла у мужа письмо и прочла первую строчку. На мгновение всем показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Тетя схватилась за горло и втянула воздух с таким звуком, словно задыхалась. — Вернон! О боже, Вернон! — Драматизировать — это у них семейное, не так ли? — Саркастично заметил Блейз Забини. Гарри, Рон и Гермиона усмехнулись. Тетя и дядя смотрели друг на друга, кажется, позабыв о том, что на кухне сидят Гарри и Дадли. Правда, абстрагироваться на долго им не удалось, потому что Дадли не выносил, когда на него не обращали внимания. Он сильно стукнул отца по голове своей узловатой палкой. — Моё терпение чудесным образом куда-то исчезает, — Прикрыв глаза начала Нарцисса. — Право слово, мне хочется самой подойти и преподать урок этикета этим... — Дорогая, этих уже не исправить. — Высокомерно произнёс Люциус. Раздражённая леди Малфой окинула супруга ледяным взглядом, сбив его с толку, чем несказано рассмешила мистера Уизли. Впрочем, Артур не осмелился смеяться в голос ибо миссис Уизли неустанно бдила. —Я хочу прочитать письмо!—громко заявил Дадли. — Это я хочу прочитать письмо, — возмущенно возразил Гарри. — Это мое письмо. — У-у-у. Просыпается взрывной характер Гарри. — Усмехнулся Рон, а потом пояснил удивленному другу. — Если кто-то тебя злит, ты перестаёшь быть мирным и добрым. — Точно. — Поддакнула Гермиона. — Как ядерная бомба. Поттер покачал головой. — Чепуха. Ничего такого нет. Уизли и Грейнджер переглянулись. — А когда речь шла о камне? — А помнишь, когда ты узнал о Сириусе? — Вспомни, что было на втором нашем курсе. Те, кто не знал и половины того, о чём речь, недоумевали. — Вы вообще о чём? — Нахмурилась Молли. Трио перегоянулось. — Узнаете... — Из... — Книг! — Знаешь, Фордж, мне кажется, мы породили чудовище. — Шёпотом обратился к своему близнецу Фред. — Я тоже ненавижу эту фразу. — Кивнул Джордж. — Пошли прочь, вы оба, — прокаркал дядя Вер-нон, запихивая письмо обратно в конверт. Гарри не двинулся с места. — ОТДАЙТЕ МНЕ МОЕ ПИСЬМО! - прокричал он. — Дайте мне его посмотреть! — заорал Дадли. — ВОН! — взревел дядя Верной и, схватив за шиворот сначала Дадли, а потом Гарри, выволок их в коридор и захлопнул за ним дверь кухни. — А дело-то серьёзное, раз уж даже Даддлсу досталось. — Удивилась Джинни и перевела взгляд на Гарри. — Их так напугало письмо о зачислении? Парень криво улыбнулся. — Их пугает всё, что связано с магией, Гарри и Дадли тут же устроили яростную, но молчаливую драку за место у замочной скважины — выиграл Дадли, — Серьёзно? — Драко с усмешкой посмотрел на Гарри. — Ты помнишь описание Дадли, нет? — Выгнул бровь Поттер. и Гарри, не замечая, что очки повисли на одной дужке, улегся на пол, прикладывая ухо к узенькой полоске свободного пространства между полом и дверью. — Вернон, — произнесла тетя Петунья дрожащим голосом. — Вернон, посмотри на адрес, как они могли узнать, где он спит? Ты не думаешь, что они следят за домом? — Следят... даже шпионят... а может быть, даже ходят за нами по пятам, — пробормотал дядя Верной, который, кажется, был на грани помешательства. — Естественно. Нам же больше нечем заняться. — Закатил глаза Снейп. — Что нам делать, Вернон? Может быть, следует им ответить? Написать, что мы не хотим... Гарри видел, как блестящие туфли дяди Вернона ходят по кухне взад и вперед. — Нет, — наконец ответил дядя Вернон. — Нет, мы просто проигнорируем это письмо. Если они не получат ответ... Да, это лучший выход из положения... Мы просто ничего не будем предпринимать... — Эти маглы ещё тупее, чем мы все думали. — Хмыкнул Нотт. — Просто проигнорировать письмо и ожидать, что про Гарри Поттера забудут. Это какой уровень тупости надо иметь? Гарри покачал головой. — Они ещё не в курсе, что я знаменитый в нашем мире. — Но... — Мне не нужны в доме такие типы, как они, ты поняла, Петунья?! Когда мы взяли его, разве мы не поклялись, что искореним всю эту опасную чепуху?! Наступившее затяжное молчание вновь давило. Взрослые бросали рассерженные взгляды на директора. — Что значит "искореним всю эту чепуху", мистер Поттер? — Подозрительно спросила мадам Боунс. Гарри ничего не ответил, многозначительно посмотрев на Гермиону и та продолжила читать. В тот вечер, вернувшись с работы, дядя Верной совершил нечто такое, чего раньше никогда не делал, — он пришел к Гарри в чулан. — Где мое письмо? — спросил Гарри, как только дядя Вернон протиснулся в дверь. — Кто мне его написал? — Не лучшая тактика, Поттер! — Голос Аластора Муди заставил всех подпрыгнуть. Почти всегда уже забыли о его нахождении в зале, — Развязывать язык своему врагу нужно более тонким путём. — Никто. Оно было адресовано тебе по ошибке, — коротко пояснил дядя Вернон. — Я его сжег. —Не было никаких ошибок,—горячо возразил Гарри. — Там даже было написано, что я живу в чулане. Снейп задумчиво смотрел на Гарри, мысленно ужасаясь, как он мог видеть в этом забитом ребёнке самовлюблённую копию своего отца. —ТИХО ТЫ! — проревел дядя Вернон, и от его крика с потолка упало несколько пауков. Гарри, который сидел рядом с Роном, почувствовал, как тот напрягся. Его ненависть и страх к паукам всё же не пропали после случая на втором курсе. Дядя Вернон сделал несколько глубоких вдохов, а затем попытался улыбнуться, однако это далось ему с трудом, и улыбка получилась достаточно болезненной. — Зрелище не для слабонервных — болезненно улыбающийся морж. — Фред хохотнул. — Э-э-э... кстати, Гарри, насчет этого чулана. Твоя тетя и я тут подумали... Ты слишком вырос, чтобы и дальше жить здесь... Мы подумали, будет лучше, если ты переберешься во вторую спальню Дадли. — ЧТО?! — У их мяча в чепчике две спальни, а Гарри поселили в чулан?! — Фадж, мы немедленно начинаем разбирательство на тему жестокого обращения с мистером Поттером! — Если эти Дурсли попадутся мне на глаза... — Яростный блеск в глазах миссис Уизли пугал всех близ сидящих. — Я помогу. — Многообещающе произнёс Люпин, чем напугал ещё больше. Пожалуй, тандем Молли и Ремуса можно было считать поистине убийственным. — Знаешь, Гарри, — Шепнул Поттеру Джордж, — Мне кажется, твои родственнички не доживут до старости. Гарри мрачно посмотрел на Дамблдора, но не стал отвечать. — Зачем? — спросил Гарри. — Не задавай вопросов! — рявкнул дядя Вернон. — Собирай свое барахло и тащи его наверх, немедленно! — Можно было и повежливее. — Буркнула Джинни, вызывая улыбку на губах Гарри. В доме Дурслей было четыре спальни — одна для дяди Вернона и тети Петуньи, одна для гостей (обычно в роли гостьи выступала сестра дяди Вернона Мардж), одна, где спал Дадли, и еще одна, в которой Дадли хранил те игрушки и вещи, которые не помещались в его первой спальне. Гарри же хватило всего одного похода наверх, чтобы перенести все свои вещи из чулана. И теперь он сидел на кровати и осматривался. Почтили все в этой комнате было поломано. Подаренная Дадли всего месяц назад, но уже неработающая видеокамера лежала на маленьком заводном танке, пострадавшем от столкновения с соседской собакой, на которую его направил Дадли. В углу стоял первый телевизор Дадли, который тот разбил ударом ноги, когда отменили показ его любимой передачи. В другом углу стояла огромная клетка, в которой когда-то жил попутай и которого Дадли обменял на духовое ружье — а ружье лежало рядом, и дуло его было безнадежно погнуто, потому что Дадли как-то раз на него сел. С каждой прочитанной строчкой списки всё пополнялись. Многие маглорожденные присвистнули. — Это сколько ж он весит, что смог погнуть ружьё? — Удивился Эрни. — Поверь, описанное в книге "толстый" точное определение. — Хмыкнул Гарри в ответ. Единственное, что в этой комнате выглядело новым, так это стоявшие на полках книги, — создавалось впечатление, что до них никогда не дотрагивались. Равенкловцы и Гермиона возмущённо уставились на книга. Снизу доносились вопли Дадли. — Я не хочу, чтобы он там спал!.. Мне нужна эта комната!.. Пусть он убирается оттуда!.. — Выкуси, Даддлс. — Хмыкнул Фред. Гарри вздохнул и лег на кровать. Вчера он отдал бы все на свете за то, чтобы оказаться здесь. Сегодня он предпочел бы оказаться в чулане со своим письмом, чем здесь, но без письма. Многие многозначительно посмотрели на Дамблдора. На другое утро за завтраком все сидели какие-то очень притихшие. А Дадли вообще пребывал в состоянии шока. Накануне он орал во все горло, колотил отца новой дубинкой, давился, пинал мать и подкидывал вверх свою черепаху, разбив ею стеклянную крышу оранжереи, но ему так и не вернули его вторую комнату. — Из усилия зажгли встречный огонь.** — Ехидно прокомментировал Дин, чем и немало удивил друзей. — Что? Ответа не последовало. Что касается Гарри, то он вспоминал вчерашнее утро и жалел о том, что не распечатал свое письмо, пока был в коридоре. — Да, избежал бы кучу неприятностей. — Досадно сказал Гарри. — О чём ты? — Узнаете из книги. — Хмыкнул гриффиндорец, переглядываясь с Хагридом. Дядя Вернон и тетя Петунья обменивались мрачными взглядами. Когда за дверью послышались шаги почтальона, дядя Верной, все утро пытавшийся быть очень внимательным и вежливым по отношению к Гарри, потребовал, чтобы за почтой сходил Дадли. Из кухни было слышно, как тот идет к двери, стуча своей палкой по стенам и вообще по всему, что попадалось ему на пути. А затем донесся его крик. — Тут еще одно! «Мистеру Г. Поттеру дом четыре по улице Тисовая, самая маленькая спальня». — Тупой свин! — Воскликнул Рон. — Если хотел прочитатт, зачем орать об этом? — Ты сам ответио на свой вопрос, Уизли. — Хохотнул Блейз. Дядя Вернон со сдавленным криком вскочил и метнулся в коридор. Гарри рванул за ним. Дяде Вернону пришлось повалить Дадли на землю, чтобы вырвать у него из рук письмо, а это оказалось непросто, потому что Гарри сзади обхватил дядю Вернона за шею. — Хорошая тренировка, Гарри. — Засмеялась Гермиона. Гарри и Рон переглянулись и засмеялись, вспоминая борьбу с тролем на первом курсе. — Если я скажу "узнаете из книги", что нам будет? — Весело спросила Грейнджер, когда их стали расспрашивать, тут де получая в ответ мученические вздохи. После непродолжительной, но жаркой схватки, в которой каждый получил по нескольку ударов узловатой палкой, дядя Верной распрямился, тяжело дыша, но зато сжимая в руке письмо, адресованное Гарри. — Иди в свой чулан... я хотел сказать, в свою спальню, — прохрипел он, обращаясь к Гарри. — И ты, Дадли... уйди отсюда, просто уйди. — Вот это битва. — Восхитился Билл, едва сдерживая улыбку. Гарри долго мерил шагами спальню. Кто-то знал, что он переехал сюда из чулана. И еще этот кто-то знал, что он не получил первое письмо. И все это означало, что этот кто-то попробует передать ему еще одно письмо. И на этот раз Гарри собирался его получить. Потому что у него родился план. — Который провалится на сто процентов. — Хмыкнул Рональд. Гарри возмущённо посмотрел на друга и ещё больше возмутился, увидев соглашающуюся с ним Гермиону. — Друзьями ещё называются... Гермиона лучезарно улыбнулась и прожолила чтение. * * * Дышащий на ладан будильник благодаря Дадли неоднократно побывавший в мастерской, зазвонил ровно в шесть часов. Гарри поспешно выключил его и быстро оделся, стараясь не шуметь, чтобы ни в коем случае не разбудить семейство Дурслей. Он бесшумно вышел из своей комнаты и, крадучись, пошел вниз в полной темноте — включать свет было опасно. План его заключался в том, чтобы выйти из дома, встать на углу Тисовой улицы и дождаться появления почтальона, чтобы первым забрать письма. — Ну, план неплохой, Поттер. — Одобрительно сказал Муди. А сейчас он крался по темному коридору, его сердце отчаянно прыгало в груди, и... -А-А-А-А! Все встрепенулись. Гарри буквально взлетел в воздух, потому что наступил на что-то большое и мягкое, лежавшее на коврике у входной двери. На что-то... живое! — Разве у вас было животное? — Удивился Рон. Гарри распылся в улыбке, но ответила рыжему Гермиона, еле сдерживая смех. Наверху зажегся свет, и Гарри с ужасом увидел, что этим большим и мягким было лицо дяди Вернона. Присутствующие громко захохотали, представляя картину маслом, которая представилась в их фантазии. Ни взрослые, ни дети нисколько не сочувствовали Вернону. Мистер Дурсль лежал у входной двери в спальном мешке. Не оставалось сомнений, что он сделал так именно для того, чтобы не дать Гарри осуществить задуманное. И, что тоже было несомненно, он вовсе не рассчитывал, что на него наступят. — Это стоило проваленного плана. — Всё ещё посмеиваясь простонал Фред. Гарри и сам был с ним согласен, но озвучивать этого не стал. После получасовых воплей дядя Вернон велел Гарри сделать ему чашку чая. Гарри грустно поплелся на кухню, а когда вернулся с чаем, почту уже принесли, и теперь она лежала за пазухой у дяди Вернона. Гарри отчетливо видел три конверта с надписями, сделанными изумрудно-зелеными чернилами. — Я хочу... — начал было он, но дядя Вернон достал письма и разорвал их на мелкие кусочки прямо у него на глазах. — Терпеть ненавижу этого мерзавца. — Прошипела Джинни. Её братья тут же согласно закивали. В тот день дядя Верной не пошел на работу. Он остался дома и намертво заколотил щель для писем. — Видишь ли, — объяснял он тете Петунье сквозь зажатые в зубах гвозди, — если они не смогут доставлять свои письма, они просто сдадутся. — Ага, и планета наша плоская. — Фыркнула Гермиона. — Я не уверена, что это поможет, Вернон. — О, у этих людей странная логика, Петунья. Они не такие, как мы с тобой, — ответил дядя Верной, пытаясь забить гвоздь куском фруктового кекса, только что принесенного ему тетей Петуньей. И вновь в зале стоял хохот. * * * В пятницу для Гарри принесли не меньше дюжины писем. Так как они не пролезали в заколоченную щель для писем, их просунули под входную дверь, а несколько штук протолкнули сквозь маленькое окошко в туалете на первом этаже. Дядя Вернон снова остался дома. Он сжег все письма, а потом достал молоток и гвозди и заколотил парадную и заднюю двери, чтобы никто не смог выйти из дома. Работая, он что-то напевал себе под нос и испуганно вздрагивал от любых посторонних звуков. — У него паранойя развивается в геометрической прогрессии. — Скептически заметила Гермиона и окинула взглядом Гарри. — Это опасно. — Всё в порядке, Гермиона. * * * В субботу ситуация начала выходить из-под контроля. Несмотря на усилия дяди Вернона, в дом попали целых двадцать четыре письма для Гарри — кто-то свернул их и засунул в две дюжины яиц, которые молочник передал тете Петунье через окно гостиной. Молочник не подозревал о содержимом яиц, но был крайне удивлен, что в доме заколочены двери. Пока дядя Вернон судорожно звонил на почту и в молочный магазин и искал того, кому можно пожаловаться на случившееся, тетя Петунья засунула письма в кухонный комбайн и перемолола их на мелкие кусочки. — Интересно, кому это так сильно понадобилось пообщаться с тобой? — изумленно спросил Дадли, обращаясь к Гарри. — Мне тоже было интересно. — Пожал плечами парень. Взрослые косились на директора Хогвартса, который предпочитал хранить молчание. * * * В воскресенье утром дядя Верной выглядел утомленным и немного больным, но зато счастливым. — По воскресеньям — никакой почты, — громко заявил он с довольной улыбкой, намазывая джемом свою газету. - Сегодня - никаких чертовых писем... — Он ещё не в курсе, видимо, что это правило не действует по отношению к нашим совам. — Заулыбалась Дафна, переглядываясь с сестрой. Он не успел договорить, как что-то засвистело в дымоходе и ударило дядю Вернона по затылку. В следующую секунду из камина со скоростью пули вылетели тридцать или даже сорок писем. Дурсли инстинктивно пригнулись, и письма просвистели у них над головами, а Гарри подпрыгнул, пытаясь ухватить хотя бы одно из них. — Зачем?! — В один голос воскликнули Драко, Рон, Аластор Муди и Ремус. — Ты мог подобрать письмо. Любое! — Негодовали близнецы Уизли. — Да отстаньте вы. — Раздражённо отмахнулся Гарри, — Считайте, это тренировка. — К чему? — Узнаете из книг! — Вон! ВОН! — Дядя Верной поймал Гарри в воздухе, потащил к двери и вышвырнул в коридор. Затем из комнаты выбежали тетя Петунья и Дадли, закрывая руками лица, за ними выскочил дядя Верной, захлопнув за собой дверь. Слышно было, как в комнату продолжают падать письма, они стучали по полу и стенам, отлетая от них рикошетом. — Ну все, — значимо и весомо произнес дядя Вернон. Он старался говорить спокойно, хотя на самом деле нервно выщипывал из усов целые пучки волос. — Через пять минут я жду вас здесь — готовыми к отъезду. Мы уезжаем, так что быстро соберите необходимые вещи — и никаких возражений! — Я не понимаю. — Нахмурилась Джинни.— Если они тебя так ненавидят, не легче ли отправить тебя в школу? — Потому что они меня ненавидят. — Резонно заметил Гарри. Он выглядел таким разъяренным и опасным, особенно после того, как выдрал себе полуса, что возражать никто не осмелился. Десять минут спустя дядя Верной, взломав забитую досками дверь, вывел всех к машине, и автомобиль рванул в сторону скоростного шоссе. — У кого-то окончательно крыша полетела. — Мрачно изрекла Сьюзен Боунс, чем рассмешила Гарри. На заднем сиденье обиженно сопел Дадли — отец отвесил ему затрещину за то, что он слишком долго возился. А Дадли всего лишь пытался втиснуть в свою спортивную сумку телевизор, видеомагнитофон и компьютер. — Тупость этого свина меня поражает. — Драко ворчливо посмотрел на друзей. Они ехали. Ехали все дальше и дальше. Даже тетя Петунья не решалась спросить, куда они направляются. Несколько раз дядя Верной делал крутой вираж, и какое-то время машина двигалась в обратном направлении. А потом снова следовал резкий разворот. — Сбить их со следа... сбить их со следа, — всякий раз бормотал дядя Вернон. — Дурсль сошёл с ума, а рядом ни одного адекватного человека, — Сказала Молли Уизли, — Опасная ситуация для детей. Они ехали целый день, не сделав ни единой остановки для того, чтобы хоть что-нибудь перекусить. Когда стемнело, Дадли начал скулить. У него в жизни не было такого плохого дня. Он был голоден, он пропустил пять телевизионных программ, которые собирался посмотреть, и он никогда еще не делал таких долгих перерывов между компьютерными сражениями с пришельцами и чудовищами. — Приоритеты бы ему пересмотреть. — Выгнул бровь Невилл. — Это же Даддлс, Невилл. Он запрограммирован только есть и деградировать перед телевизором. — засмеялся Дин Томас. Значение слова «запрограммирован» многие не поняли, поэтому оно составило компанию другим словам в списках чистокровных студентов. Наконец дядя Вернон притормозил у мрачной гостиницы на окраине большого города. Дадли и Гарри выделили одну комнату на двоих — в ней были две двуспальные кровати, застеленные влажными, пахнущими плесенью простынями. Дадли тут же захрапел, а Гарри сидел на подоконнике, глядя вниз на огни проезжающих мимо машин и думая, гадая, мечтая... — О чем думал, Гарри? — Поинтересовалась Луна. — Сейчас это уже не важно. — Уклончиво ответил гриффиндорец. На завтрак им подали заплесневелые кукурузные хлопья и кусочки поджаренного хлеба с кислыми консервированными помидорами. Но не успели они съесть этот нехитрый завтрак, как к столу подошла хозяйка гостиницы. — Я извиняюсь, но нет ли среди вас мистера Г. Поттера? Тут для него письма принесли, целую сотню. Они там у меня, у стойки портье. Она протянула им конверт, на котором зелеными чернилами было написано: «Мистеру Г. Поттеру, город Коукворт, гостиница «У железной дороги», комната 11». Гарри попытался схватить письмо, но дядя Вернон ударил его по руке. Хозяйка гостиницы застыла, ничего не понимая. —Я их заберу, — сказал дядя Вернон, быстро вставая из-за стола и удаляясь вслед за хозяйкой. — Как ударить Дурсля через книгу, кто-нибудь знает? — Буркнула Джинни. Гарри смеясь приобнял девушку, заставляя ту покраснеть. Наблюдавшее за этой картиной семейство Уизли реагировало по-разному. Старшие братья и близнецы заиграли бровями, а Рон нахмурился, но комментировать ничего не стал. * * * — Дорогой, не лучше ли нам будет вернуться? — робко поинтересовалась тетя Петунья спустя несколько часов, но дядя Верной, похоже, ее не слышал. Никто не знал, куда именно они едут. Дядя Вер-нон завез их в чащу леса, вылез из машины, огляделся, потряс головой, сел обратно, и они снова двинулись в путь. То же самое случилось посреди распаханного поля, на подвесном мосту и на верхнем этаже многоярусной автомобильной парковки. — Папа сошел с ума, да, мам? — грустно спросил Дадли после того, как днем дядя Верной оставил автомобиль на побережье, запер их в машине, а сам куда-то исчез. — Он только сейчас заметил? — Хмыкнул Малфой. — Я был удивлён, что он вообще что-то заметил. — Усмехнулся Гарри. Начался дождь. Огромные капли стучали по крыше машины. Дадли шмыгнул носом. — Сегодня понедельник, — запричитал он. — Сегодня вечером показывают шоу великого Умберто. Я хочу, чтобы мы остановились где-нибудь, где есть телевизор. «Значит, сегодня понедельник», — подумал про себя Гарри, вспоминая кое о чем. Если сегодня был понедельник—а в этом Дадли можно было доверять, он всегда знал, какой сегодня день, благодаря телевизионной программе, — значит, завтра, во вторник, Гарри исполнится одиннадцать лет. — О, скоро твой день рождения! — вскликнули близнецы. — Ребят, он у меня вообще-то уже был. — Закатил глаза Поттер. Конечно, нельзя сказать, что у него были веселые дни рождения, -например, в прошлом году Дурели подарили ему вешалку для куртки и пару старых носков дяди Вернона. Так что и в этом году от дня рождения ничего особенного ждать не стоило. Но все же не каждую неделю тебе исполняется одиннадцать. — Джинни, когда найдешь ответ, как ударить его через книгу, — Заговорил Ремус. — Скажи и мне. — А если не найдешь, то не расстраивайся. Мы и в жизни его сумеем наказать. — Вмешался Билл. Дядя Верной вернулся к машине, по лицу его блуждала непонятная улыбка. В руках он держал длинный сверток, и когда тетя Петунья спросила, что это он там купил, он ничего не ответил. — Я нашел превосходное место! — объявил дядя Вернон. — Пошли! Все вон из машины! На улице было очень холодно. Дядя Вернон указал пальцем на огромную скалу посреди моря. На вершине скалы приютилась самая убогая хижина, какую только можно было представить. Понятно, что ни о каком телевизоре не могло быть и речи. — Сегодня вечером обещают шторм! — радостно сообщил дядя Вернон, хлопнув в ладоши.—А этот, джентльмен любезно согласился одолжить нам свою лодку! Взрослые уставились на книгу. — Как этому идиоту можно вообще доверить ребёнка? Он даже собственного воспитать не смог! — Яростно воскликнула Амелия Боунс. — Все эти дела позже, мадам Боунс. — Мрачно остановил её Альбус. Женщина помолчав, кивнула. Дядя Вернон кивнул на семенящего к ним беззубого старика, который злорадно ухмылялся, показывая на старую лодку, прыгающую на серых, отливающих сталью волнах. — Я уже запасся кое-какой провизией, — произнес дядя Вернон. — Так что теперь — все на борт! — Хоть до этого додумался. — Недовольно поджала губы миссис Уизли. — Вы даже не представляете... — Усмехнулся Гарри, но пояснения за этим не последовали. В лодке было еще холоднее, чем на берегу. Ледяные брызги и капли дождя забирались за шиворот, а арктический ветер хлестал в лицо. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем они доплыли до скалы, а там дядя Верной, поскальзываясь на камнях и с трудом удерживая равновесие, повел их к покосившемуся домику. Внутри был настоящий кошмар — сильно пахло морскими водорослями, сквозь дыры в деревянных стенах внутрь с воем врывался ветер, а камин был отсыревшим и пустым. Вдобавок ко всему в домике было лишь две комнаты. — Это сооружение не предназначено для ночёвки! — Возмутилась МакГонагалл. Приобретенная дядей Верноном провизия поразила всех — четыре пакетика чипсов и четыре банана. После еды — если это можно было назвать едой — дядя Верной попытался разжечь огонь с помощью пакетиков из-под чипсов, но те не желали загораться и просто съежились, заполнив комнату едким дымом. — Как-будто сценарий к фильму «Тупой и ещё тупее » — Покачал головой Томас. — Надо было забрать из гостиницы все эти письма — вот бы они сейчас пригодились, — весело заметил дядя Вернон. Дядя пребывал в очень хорошем настроении. Очевидно, он решил, что из-за шторма до них никто не доберется, так что писем больше не будет. Гарри в глубине души был с ним согласен, хотя его эта мысль совершенно не радовала. Как только стемнело, начался обещанный шторм. Брызги высоких волн стучали в стены домика, а усиливающийся ветер неистово ломился в грязные окна. Тетя Петунья нашла в углу одной из комнат покрытые плесенью одеяла и устроила Дадли постель на изъеденной молью софе. Они с дядей Верноном ушли во вторую комнату, где стояла огромная продавленная кровать, а Гарри пришлось улечься на пол, накрывшись самым тонким и самым рваным одеялом. — Петунья на мне. — Решительно заявила Молли, мрачно гляда на книгу. Лидеры мстительного движения с готовность кивнула, чем весьма повеселили Гарри. Он даже не чувствовал по отношению к родственникам жалости. Ураган крепчал и становился все яростнее, а Гарри не мог заснуть. Он поеживался от холода и переворачивался с боку на бок, стараясь устроиться поудобнее, а в животе у него урчало от голода. Дадли захрапел, но его храп заглушали низкие раскаты грома: началась гроза. — Из вредности надо было его разбудить, Гарри. — Кровожадно заявил Рон. — И получить нагоняй после того, как Дадли на него нажалуется, да? Не говори глупостей, Рон. — Отрезала Гермиона. Слизеринцы молча согласились с ней. У Дадли были часы со светящимся циферблатом, и когда его жирная рука выскользнула из-под одеяла и повисла над полом, Гарри увидел, что через десять минут ему исполнится одиннадцать лет. Он лежал и смотрел, как бегает по кругу секундная стрелка, приближая его день рождения, и спрашивал себя, вспомнят ли Дурсли об этой дате. Но еще больше его интересовало, где сейчас был тот, кто посылал ему письма До начала следующего дня оставалось пять минут. Гарри отчетливо услышал, как снаружи что-то заскрипело. Ему хотелось верить, что крыша домика выдержит атаку дождя и ветра и не провалится внутрь, хотя, возможно, так стало бы теплее — все равно хуже, чем сейчас, быть уже не могло. — Ой, лишь бы не сглазил. — Заволновалась миссис Уизли. Часы Дадли показывали без четырех двенадцать. Гарри подумал, что, когда они вернутся на Тисовую улицу, вполне возможно, в доме будет столько писем, что ему удастся стащить хотя бы одно. Без трех двенадцать. Снаружи раздался непонятный звук, словно море громко хлестнуло по скале. А еще через минуту до Гарри донесся громкий треск — наверное, это упал в море большой камень. Еще одна минута, и наступит день его рождения. Тридцать секунд... двадцать... десять... девять... Может, имеет смысл разбудить Дадли, просто для того что-бы его позлить? Три секунды... две... одна... — С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ГАРРИКИНС! — Внезапно заорали Фред и Джордж, напугав половину зала. Гарри расхохотался. — Я же говорил, он прошёл! — А мы не тебя поздравляем, Гаррикинс. — Мы книжного тебя поздравляем! БУМ! Хижина задрожала, Гарри резко сел на полу, глядя на дверь. За ней кто-то стоял и громко стучал, требуя, чтобы его впустили. Но кто? — Кто это был? — Прошептала Падма. — Гермиона, ну же! Грейнджер пожала плечами. — Глава закончилась. Поднявшийся гул в зале не прекращался до тех пор, пока Дамблдор не поднялся со своего места. — А теперь все спать! Мы прочитали сегодня целых три главы. Завтра продолжим чтение. Всех гостей и преподавателей прошу пройти в мой кабинет. Доброй ночи, Хогвартс. Дети начали расходиться по своим гостинным. Каждому было о чём подумать.