Эй, Кас, поспорим?

С чего же все началось? Вопрос, однако, не очень сложный, но Дин, явно затруднился бы дать на него ответ – может с ночи четверга или с утра пятницы, или вечера. Задай этот вопрос Касу, ответ того, пожалуй, исчислялся бы годами. Но ведь так всегда, кто-то впадает в чувства раньше, кто-то позже. И иногда второму требуется небольшой пинок чтобы что-то случилось и раскрыло наконец глаза. Такой пинок случился и с ними, хоть и довольно странным образом, очень странным, явно история не для семейных вечеров. Сейчас же Дин лежит в кровати чувствуя, как чужое горячее дыхание опаляет его ухо, а глубокий голос, то и дело срываясь на хрип, нашёптывает волнующие подробности наступающей ночи. И Дин знает, что ещё никогда не был так открыт и откровенен в своих желаниях, как же много он упускал… Ведь ещё два дня назад, он и мечтать не мог, что все зайдет так далеко, он и мечтать не мог, что Кас будет… Додумать он не успел – все тело обдало жаром, а разум застелила горячая и нетерпеливая пелена.

***

Два дня назад Была среда – будний день, и он полностью был заполнен скучными парами. На улице было теплое весеннее утро, а Дин и Кас должны были сидеть в здании и пускать скучающие взгляды на монотонно рассказывающего лектора. Сидя за одной партой, в конце небольшой аудитории, скорее даже класса, Дину в голову пришла идея поспорить. А почему бы и нет, тем более, когда он был уверен, что выиграет. Они часто так делали – спорили на желание, казалось, это неотъемлемая часть их дружбы. Следующие пару часов, перед ними должна была вещать миссис Робинс – преподаватель искусства, и вопреки уже принятым в обществе убеждений о людях творчества, эта женщина уж точно не была мечтательным мыслителем, скорее еще той горгоной. - Эй, Кас, поспорим? – шепотом спросил Дин. Тот на него лишь недоверчиво покосился и хмыкнув сказал: - Дин, тебе, что прошлого раза мало? Я и так уже в местные кафе заходить не могу, – не то чтобы у Каса это вызывало, какую-то неловкость перед людьми, он вообще был довольно странный в этом плане, просто ему очень нравилось местное мороженное, – и к тому же, на что еще в этом мире мы не спорили? – он повернулся лицом к Дину от чего солнечный свет залил голубые глаза, Дин видел, как друг сощурился. - На самом деле, много на что, – с озорной улыбкой хитро сказал Дин, – вот, например, спорим, кто первый сделает так, что миссис Робинс заплачет – загадывает желание... – и немного помолчав, – Любое. - Л-ю-б-о-е? – словно пробуя на вкус, протянул Кас, разлепил прищуренные глаза и на секунду, они обожгли Дина интересом, – Ладно, я согласен! – торжественно сказал он, на столько громко на сколько позволяла ситуация, все-таки лектора в аудитории никто не отменял. Дин от такой нескрываемой решительности друга немного струсил, он, конечно, знал, что Кас согласится, всегда соглашался, но всегда это было более равнодушно, а сейчас… Откуда этот восторг? Что ж, на перемене, Дин остался за партой и тщательно продумывал, как бы разжалобить этот камень, что ведет у них искусство. Помнится, был случай, когда парень на их уроке плюхнулся прям перед миссис Робинс в обморок, так она только отточенными движениями вызвала медсестер, а когда того забрали в больницу, продолжила вести урок как ни в чем не бывало. «М-да, – нелегкая задачка подумал Дин, – проще заставить Каса есть брокколи, хотя это еще вопрос» этим мыслям Дин улыбнулся. Кстати, на счет Каса, где он? Еще в начале перерыва этот сукин сын куда-то смотался и уже двадцать минут от него ни слуха ни духу. Эта, на вид безобидная, женщина преклонных лет, что преподавала искусство в их колледже, по слухам уже лет двести. На редкость сдержанная для человека, изучающего творчество, она вмещала в своем характере отвратительную смесь качеств: вся заносчивость и строгость мира в одном лице. Жуть. Один ее строгий черный костюм чего стоил, Дина от него аж передёргивало. Спор на ее слезы был одним из самых сложных и не выполнимых. Можно сказать, что его исходы можно было приравнять к самоубийству, но что поделать, вторник самый отстойный день, и слишком уж скучно было сидеть на ее парах. Когда урок уже начался, в кабинет ворвался Кас, весь запыхавшейся и потный от бега, он извинился, и под убийственным взглядом прошествовал к парте, за которой неизменно сидел Дин и во все глаза глядел на сумасшедшего друга. - Побегать решил? – хоть Дин и пытался сделать равнодушный голос, но то, что Касу понадобилось срочно куда-то уйти, еще и прям перед их невыполнимым спором, как-то настораживало. Тот в ответ лишь хитро ухмыльнулся и сказав короткое «Забыл обед, дома», полностью сосредоточился на рассказе миссис Робертс, как будто бы ничего в жизни интереснее не слышал. Сказать, что это напрягло Дина, ничего не сказать, Кас же никогда не берет обед с собой! Что за хрень!? - Мистер Винчестер, – отточено и с присущей ее голосу сипотой сказала миссис Робертс, – прошу выходите, расскажите нам про роль чувств и человеческой души в искусстве эпохи Возрождения. Дин слышал, как Кас рядом прокашлялся, вероятно, пытаясь скрыть смех. «Ну ничего, и не с таким справлялись» с этими мыслями Дин пошел к началу аудитории. Отвечал он более-менее, но все время, грустно вздыхал, а иногда даже шмыгал носом. И вообще пытался сделать вид побитой собаки, а что, самый эффективный способ кого-то разжалобить, с Касом же срабатывало. - Мистер Винчестер, – строго сказала Робертс, – если вы болейте надо оставаться дома! «Да болею, а как же! – в мыслях возмутился Дин, кажется, он еще слышал задыхающийся кашель друга. – Ладно, видимо переходим на следующий этап плана», не зря же он всю перемену его продумывал. - Я не болею, – грустно сказал Дин и поднял на нее самые жалостливые глаза какие только смог состроить, – понимайте, у меня вчера кот умер, – снова шмыгнув носом, он услышал, как из аудитории доносятся звуки задыхающейся выхлопной трубы «Ну, Кас, ты еще получишь» – понимайте, этот кот мне был дороже жизни, он мне был всем, и мы так хорошо вечера с ним проводили, а потом… а потом так неправильно вышло, шкаф сломался и микроволновка с полки свалилась, прямо на него и… и… – Дин так вжился в роль, что уже не мог удержаться, – бедняга, а он был таким хорошим, таким темным и мягким. - Мистер Винчестер, – ровным голосом сказала женщина, – Дин, думаю вам стоит обратиться к психологу, он поможет справится с вашей утратой. «Вот черт, даже в лице не поменялась, ну ладно». - Просто понимайте, его звали Каспер, – и почему-то в голове сразу возник образ Каса в виде кота, которого придавило микроволновкой, и смешно и до жути страшно, – миссис Робинс, я понимаю, что сейчас не время, об этом говорить, но он был такой хороший, такой родной, а потом раз и что-то пропало, исчезло, и больше не погладить, не увидеть хотя бы, – и Дин почувствовал, как у него самого по спине пробежали мурашки. Кас затих, как и все, кто был в кабинете, только миссис Робинс холодными глазами бегала по лицу Винчестера. - Ладно, Дин, я вижу, что вы не настроены отвечать, дополните в следующий раз, – и она взмахом руки показала, чтобы тот садился на место. Как Дин не пытался, но разжалобить миссис Робинс ему не удалось, он же даже про умершего кота рассказал, и даже сам всплакнуть пытался, но ничего. Серьезно! Эта грымза вроде искусство ведёт, а сама словно камень, лишь холодным взглядом смотрит и все. Когда Дин подошел к парте, он видел, что друг на него странно смотрит, но так и не задумался к чему это было. Как-то настроение ухудшилось, будто действительно что-то случилось. Спустя немного времени, Дин все же успокоился, и уже не мог понять, что это на него нашло… Его поток мыслей прервал какой-то резкий запах. Воняло будто хвою перемешали с потом и добавили в это все нотки помойки, отвратительно, и источник был так близко, очень близко. Не успел Дин повернуться к Касу, как друга вызвали отвечать. И тут Дин понял зачем и куда Кас бегал на перемене, он запах этой бурды узнает где угодно. - Н-е-е-е-е-т, – прошипел Дин, – ты не можешь, это не честно. - Это, Дин, называется смекалка и широкий кругозор, – и повернувшись к другу, Кас в открытую уже улыбался, – и все честно, запрета на другие виды воздействия не было. Отталкиваясь от стула, Кас максимально близко наклонился к Дину, так что у того от вони сперло дыхание, и тут Дин понял, что его глаза слезятся, черт, его глаза слезятся! Кас гордо, под всеобщие задыхающийся хрипы шествовал к гаргоне, и встав рядом с ней, стал рассказывать домашнее задание. - Эмоции в искусстве, очень важная составляющая… - Кастиэль! - перебила его миссис Робинс, – советую поменять одеколон. Было видно, как Кас непонимающе обнюхивается, и взглянув на Дина, он взглядом перевел внимание друга на Робинс. «Сукин сын, – подумал Дин, – она плачет, черт!». Не сказать, что слезы катились по ее лицу ручьями, но глаза определенно были на гране. «Вот черт, опять проиграл» и Дин со вздохом откинулся на спинку стула.

***

Эту парочку уже давно весь колледж знал, двое друзей не разлей вода, кажется, говорят, они ещё со средней школы дружат, потом поступили вместе и вот уже несколько лет наводят суету в местных учебных кругах. Дин – красивый, зеленоглазый и вполне доступный для интрижек, весёлый. Кас – наоборот, на первый взгляд, прилежный, выглаженный с ног до головы, кроме волос – их растрёпанность в этом мире была константой, он не кидался в омут подростковых тусовок, но от этого его обаяние было не меньше. У них несомненно было много шансов завести кого-то в колледже, но, черт, иногда кажется, что их волнуют только они сами. Бывают так увлекутся, что не замечают ничего, то спорят о чем-то, то что-то смотрят, то в мяч играют, то еще что, если бы не Дин со своими похождениями, и не их панибратское отношение друг к другу, люди начали бы что-то думать, а так просто друзья, ведь так? - Дин! Я придумал, – торжественно прокричал ворвавшийся в спальню Кас, – Дин, просыпайся! Уже не в первый раз Дин задумался о том, что будет надёжнее: разъехаться с общей съемной квартиры или сразу прикончить друга? - Кас, ты что издеваешься, – Дин поднял глаза на часы на тумбе, и снова уронил голову на подушку, – сегодня же к десяти, дай поспать… - Думаю тебе стоит сейчас услышать собственную участь, – с напущенной торжественностью, сказал Кас, – чтобы успеть переварить. Обречённо вздохнув и осознав, что сопротивление бесполезно, Дин перевернулся на спину и уставился на восторженное лицо друга. Ему даже пришлось вопросительно округлить глаза и возмущено вскинуть руками, потому что его сосед-изверг не собирался так скоро раскрывать собственный «гениальный план». «Не к добру» пронеслось у Дина в голове перед тем, как Кас все же решил вскрыть карты: - Сегодня вечером мы идём в магазин нижнего белья, – в его голосе было столько восторга, что у Дина по спине пробежал холодок, и видимо уловив замешательство того, Кас, продолжил, – недавно я заприметил, что в женском отделе есть отличные розовые кружевные трусики… - Н-е-е-е-т! – Дин уставился на него во все глаза, – только попробуй, Кас! - Я думаю, что размер будет сложно подобрать, – словно и не заметив Дина продолжил Кас, – видимо, придется подозвать консультанта на помощь… – в этот момент его лицо изобразило саму невинность, но Дин то знал, что в синих глазах лишь удовольствие от произведенного его словами впечатления, – Да, и ещё, Дин, мы будем выбирать их вместе – как пара… - Ах ты, подлый, сукин сын! – Дин, хотел было подняться и хорошенько встряхнуть соседа, но тот быстро вскочил с кровати. Пока Дин пытался выпутаться из намотавшейся вокруг тела простыни, Кас добежал до двери и со словами «Зуб за зуб» смылся с громким смехом из комнаты. Дин знал, что его друг ещё тот ненормальный, но, чтобы так, хотя, наверное, поделом ему. В прошлый раз, когда Кас проиграл, он заставил того сидя в местном людном кафе есть мороженое и громко стонать от удовольствия, в тот день много детей не попробовали пломбир. В воспоминаниях об этом Дин усмехнулся и немного остыв, понял, что деваться то от этого некуда, струсить он никак не мог – так что будет достойно сражаться до конца. Спасовать перед этим извращенцем, а судя по звукам, которым он издавал пока поедал несчастное мороженое, тот ещё извращуга... Ах да, так вот, спасовать перед этим извращенцем – ни за что! Дин должен достойно понести наказание, а уж в следующий раз он отыграется. В течении дня Дин несколько раз вспоминал эту адскую хвойную настойку, что ему родители передали как лекарство от спины. Было смешно, когда Дин, месяц назад, получив посылку, подумал, что это спиртное, и был крайне удивлен тому зловонию, что задушило его, как только он откупорил пробку. Кас потом еще долго бухтел, что в их квартире кто-то сдох и Дин просто не хочет признаваться где спрятал труп. Весь день Дин пытался не вспоминать, что ждет его вечером, да и Кас, кажется, не особо был озабочен этим вопросом, был просто обычный день. Пары сегодня были до двух, так что придя домой, оставшееся время, они провели на том же обшарпанном диване смотря программу про миграции орлов. Наступление вечера Дин старательно не замечал, но это не означало, что тоже самое делал и Кас. По окончании программы, он потрудился напомнить другу, что сегодня у них ещё есть одно важное дело. - Да помню я, помню, – нехотя сказал Дин, поднимаясь, и поплелся в прихожую накинуть куртку и обуться.

***

Перед глазами светилась ярко розовая вывеска с названием магазина белья, а на витринах стояли манекены, представляющие в лучших видах эксклюзивный товар. Рядом стоящий Кас, был абсолютно спокоен, только вот на Дина это ничуть не распространялось, он уже чувствовал, как горит шея, радует одно, рядом Кас, не одному ему позориться. Это всегда удивляло, как его друг может так спокойно и равнодушно относится к некоторым вещам, искренне не понимать очевидных вещи, но при этом быть одним им самых умных людей, которых Дину когда-либо доводилось встречать. И он снова подумал о том, что лучше уж с Касом чем одному, на секунду промелькнуло осознание, что такая мысль довольно странная, но потом они вошли в магазин и понятие странно расширило границы. Впереди виднелись стенды подсвеченные белым и розовым, справа, стоял черный манекен. На голове у того, было что-то из перьев, и Дин подумал, что было бы в следующий раз неплохо нацепить такое на Каса и заставить в трусах ходить по улице. Из мыслей его вырвал шепот, что прозвучал прям у самого уха. - Дорогой, не думаю, что тебе подойдут именно такие, – сказал подошедший вплотную Кас. Повернув голову Дин увидел синие светящиеся смехом глаза, и расползающуюся на губах озорную улыбку. «Ладно, игра началась», – подумал Дин и потянул Каса к дальнему стенду под вывеской «Pink». Они стояли напротив стенда минут пять, разглядывая и прикидывая варианты. Кас был абсолютно невозмутим, и сосредоточенно что-то высматривал на полках. А Дин, что Дин, если честно, ему было неловко, он конечно многое делал и видел, но эта ситуация определенно войдет в его топ-10. Спустя еще пару минут таких разглядываний, видимо, уловив в их поведении сомнение, к ним подошла консультант. Девушка лет двадцати двух, с забранными в пучок рыжими волосами и длинной шеей, она лучезарно улыбнулась Дину. - Здравствуйте, чем я могу вам помочь? – она была одета в черную форму, а на груди прикреплен бедж с надписью: «Дженни», и не дожидавшись ответа от Дина продолжила, – Что-то девушке выбирайте? - Э-э да, то есть нет… – Дин немного замялся, но тут на помощь пришел Кас. - На сколько я знаю, Дин – не девушка, – сказал подошедший, и со всей серьезность посмотрел на друга. «Шутник хренов» подумал Дин, хотя, зная Каса, это могла быть просто констатация факта. - То есть вы ищите что-то для… – неуверенно протянула девушка, и многозначительно округлила глаза, мол приглашая продолжить за нее. - Мы бы хотели посмотреть на коллекции из розового кружева, – сказал Кас, и Дин почувствовал, как горячая рука легла на его поясницу, а расстояние между их бедрами стало критически маленькое. Он буквально видел, как глаза девушки округлились, а в голове происходили мыслительные процессы. - Ладно, – неуверенно протянула она, но видимо, все же решила уточнить увиденное, – значит, вы ищете что-то на... хм… на себя? Дин замер в ожидании и в надежде на то, что разговор и дальше будет поддерживать Кас, но у того видимо были другие планы – он просто молчал. Когда пауза затянулась, рука с поясницы переползла на талию, и Кас ближе притянул Дина к себе. Это было настолько неожиданно, что Дин и не успел оказать сопротивление, а когда повернул голову, чтобы возмутиться – встретил уверенный и даже какой-то ласковый взгляд синих глаз. - Да, – только и смог выдавить Дин, – для себя. - Ага, значит, не для девушки, – констатировала факт Дженни. Но Кас видимо принял это как еще один вопрос, так что решил уточнить: - Со всей уверенностью могу сказать, что Дин не девушка, – и он снова посмотрел на друга. «Гений шутки гребаный» – подумал Дин, и глубоко выдохнув в попытках сбросить краску с лица, все же сказал: - Да, это для меня. Я, то есть мы, ищем что-нибудь розовое с… с кружевами, – может это было сказано, чуть громче положенного – пару человек обернулось. - Хорошо, я рада, что мы смогли понять друг друга, – наконец, когда все разъяснилось, девушка с облегчением выдохнула. Видимо, неловкость ситуации передалась и ей, но уже в следующую секунду, она провела их к пуфам около примерочных, и сказала, что скоро будет с вариантами белья. Когда они плюхнулись на мягкое сиденье, Кас все еще держал руку у Дина на талии. - Твое задание отстой, – прошипел возмущенно Дин. - Это еще почему? – Кас не убрал руки, наоборот, только еще больше обхватил, – По-моему все идет нормально. - Ну да, а как же «нормально» – еще немного и нам свадебный набор из трусов подарят! – Дин тяжело дышал и все никак не мог успокоится. - Дин, это же просто шутка, раньше же мы шутили, в чем разница сейчас? – «Кас действительно не понимает?» - Ладно, – с прищуром посмотрев на друга, спросил Дин, – то есть, тебе вообще не доставляет никакого дискомфорта покупать вместе со мной трусы? - А должно? – в глазах Каса было искреннее удивление. - Нет, – выдохнув произнес Дин, безнадежно, – зная тебя, не должно. В этот момент в комнату зашла Дженни, в ее руке висело несколько тряпок разных оттенков розового. - Я надеюсь, я не слишком долго, – и она снова светло улыбнулась, – вот эти модели трусиков из Франции, – и она протянула их Касу, – вот из Италии, – при этом Дженни окинула оценивающим взглядом Дина, словно таким образом примеряя их на нем, – да, думаю, эти подойдут ему больше всего, а вы что думайте? – и она стрельнула глазками в Каса. «И почему она спрашивает у Каса, не ему же покупают!» – Дин только и успел в мыслях возмутиться как услышал ответ друга. - Д-да, – прокашлявшись, неуверенно начал тот, что было для этого «мистер спокойствие» достаточно странно, – я думаю, они будут не плохо на нем смотреться… - Они будут отлично смотреться! Ткань нежная, облегающая, и не впивается в кожу, вам будет комфортно в течении всего дня и кружево не натирает… - Так, – вскрикнул Дин, он искренне не понимал, когда разговор перешел на то, что будет натирать его заднице, а что нет, – спасибо, Дженни, мы сейчас сами подумаем и выберем, – посмотрев на Каса, он увидел, что тот немного покраснел – а это что-то новенькое, с другой стороны – Дин подумал, что нельзя упускать такую возможность и можно еще немного поиграть. - Хотя, знайте, вы ведь еще принесли что-то, мы бы были не против если бы вы показали и это. - Да, да конечно, – и она с восторгом в глазах достала еще несколько экземпляров нежно-розового цвета, – эти три, – и она снова протянула трусики Касу, – местного производства, но все же не советую, скажу по секрету, – и она наклонилась поближе, сказав шепотом, – они врезаются в кожу при активных движениях… «Так, ладно, пора закругляться, – подумал Дин, – судя по тому, как Кас теперь сидит отрешенным бревном, с того тоже пока хватит». - Спасибо, Дженни, думаю, ваша помощь нам больше не нужна, мы пока выбираем, – сказал Дин и попытался улыбнуться. - И все же, – напоследок сказала девушка, – я горячо советую вам Италию, я уверенна, при носке вы даже их не заметите – только комфорт и удовольствие. - Так, ладно, – Дин уже поднялся и вежливо открыл штору, которая отделяла комнату с пуфами и главный зал, – Спасибо, Дженни, ваши советы были очень ценными. – Если я вам понадоблюсь – зовите! – и немного помедлив, словно она хотела еще что-то сказать, все же в последний момент передумала и вышла в главный зал. Дин сел на пуф рядом с Касом и разглядывал такой редкий румянец на щеках друга. Это было действительно что-то новое, почему же Кас смутился именно сейчас? - Дин, думаю, ты выполнил задание, так что можем уходить. Это было заманчивым предложением – с одной стороны, но с другой – Кас, которому явно эта ситуация доставляет дискомфорт – надо же помучать бедолагу, была не была подумал Дин. - Дай я посмотрю те, которые из Италии. - Что? - Я хочу посмотреть, те, которые из Италии, они такие – розовые со светлым кружевом, – Дин подумает потом о том, что и сам в данной ситуации ощущал какой-то трепет и может даже волнение, он не знал поступает ли сейчас правильно или нет, но остановиться уже было невозможно. - Дин, ты уверен? – было видно сколько сомнений одолевают его друга. - Господи, Кас, это же просто трусики, – сейчас было не до посторонних вопросов, надо было закончить начатое. - Ладно, – Кас протянул Дину руку, с вложенными в нее трусиками из Италии. Их было три штуки, одни светло-розовые, вторые темно- , а третьи, по оттенку, представляли из себя что-то персиковое. Дин сначала потянулся и хотел взять последние, они на его взгляд были самыми нейтральными и безобидными, но его побуждения прервал Кас: - Дин, думаю тебе больше пойдут, то есть… – Кас немного прокашлялся, и опустив взгляд, уже тише продолжил, – то есть будут более удобными, как по мне, темно-розовые. Дин ощутил, что внутри его захватило волнение, а снаружи, он чувствовал будто вокруг них, витало какое-то будоражащее напряжение. На такое замечание друга он ничего не ответил, только отдернул руку от персиковых трусиков, переместив ее к темно-розовым, и взял их. Когда они вышли с примерочных и направились к кассе, Дин, почему-то чувствовал себя уже спокойно и уверенно, зато Кас – наоборот, теперь был грустным и каким-то отстраненным. - Эй, тигр, а ну соберись, – Дин подошел к другу ближе и приобнял за плечи, – наш спектакль еще не закончился. - Да, конечно, – пробубнел Кас после чего вернул свою ладонь Дину на талию. Так они подошли к Дженни, что с неизменной улыбкой на лице ждала их у кассы. За ее спиной была огромная светящаяся вывеска с выведенным светодиодной лентой словом*. Это было самое банальное и избитое слово из всех возможных, все кому не лень его говорят и пишут везде где только можно, даже тут в магазине белья Дин его встретил, но сейчас прочитав его он что-то почувствовал, будто сейчас оно приобрело значение ранее им не знанное. Он крепче сжал руку у Каса на плече и повернув голову так, что теперь лицо друга было критически близко, взглянул в голубые глаза, что тоже смотрели на него. Дин задался вопросом может он что-то упускает, что-то не до конца понимает… но тут Кас резко отвернулся, и Дин только заметил, что его друг все это время выглядел таким грустным и печальным. Черт, неужели все это время, между ними что-то происходило, а Дин не мог этого разглядеть, и на все это его натолкнуло слово за кассой магазина белья. Отлично Дин Винчестер, за сегодня ты сделал о себе много выводов. Вывод первый: Дин Винчестер явно что-то упускает. - Кхм… – прокашлялась девушка за прилавком, – могу я пробить ваш товар. Только тут заметив, что они немного отвлеклись, парни подошли ближе к прилавку, и Дин протянул ткань Дженни. Все это время, он не отпускал Каса, казалось, наоборот с каждой секундой, только притягивал его все ближе и ближе. В ответ на это Кас начал поглаживать его бок, и на тот момент, Дин уже был уверен, что больше не шутит. Ему срочно надо взять Каса и утащить куда-то подальше, срочно, ему нужно с ним поговорить. Конечно, прошло так много времени с первых, казалось, незначительных знаков со стороны его друга, но сейчас, когда Дин что-то понял, времени казалось катастрофически мало. Неужели Кас все это время что-то чувствовал. От этих мыслей по коже пробежали мурашки и Дин поежился, Кас же видимо принял это на свой счет и убрал руку со спины друга. Наконец им протянули пакет и сказали заветное «Приятного вечера, приходите к нам еще». Дин, не теряя не минуты, схватил Каса за руку и решительно пошел из магазина. - Дин, постой, – начал было Кас, когда они вышли из торгового центра, – Дин, что происх… Не успел он договорить, как Дин резко остановился и безмолвно, вопросительно на него уставился, будто его вопрос очевиден. Торговый центр, где находился магазин белья, должен был закрываться через сорок минут, был поздний вечер, улицы были пусты, и людей ходило совсем мало, но и те, что проходили, делали вид будто ничего особенного не происходило. Но только не для Каса и Дина, для них в этот вечер произошло многое. Они стояли напротив в темноте, только тусклый фонарь вверху, жужжа пытался осветить их лица. Дин стоял так близко к другу, и к другу ли, и все так перепуталось: и этот магазин, и последние годы их жизни, и осознание многих вещей: когда они вместе смотрели фильмы, и когда Кас говорил ему, что их дружба важнее для него чего бы то ни было, и как Кас все время намекал… Черт! Он же все время намекал! Пока Дин прокручивал в голове все ранее упущенные им детали, он и не заметил, как друг решил ответить на его безмолвный вопрос. Кас, сделав шаг вперед, сократил и до того небольшое расстояние, что отделяло их друг от друга, и приблизившись к лицу Дина поцеловал того. Буквально немного коснулся губами, но это было одно из самых волнующих событий в жизни парня, в этом он был уверен. Когда Кас отстранился, он посмотрел на друга изумленными глазами. Напротив стоял человек, его друг, один из самых близких ему людей в мире, напротив стоял тот, чьи волосы сейчас безбожно растрепаны, а глаза печальны как никогда. Дин подумал, что будь он на месте Каса уже давно бы себе врезал. Черт. Вывод второй: Дин Винчестер самый большой тугодум в мире. Со вздохом облегчения, Дин шагнул к уже отошедшему от него Касу, и наклонившись снова поцеловал, в ответ Дин почувствовал небольшой вздох у себя на губах, а дальше, Кас жадно ответил на его поцелуй. Немного подаваясь вперед, Кас взял Дина за руку и переплел их пальцы. Как же было приятно наконец почувствовать эти губы, немного сухие, но такие мягкие. Проведя ладонь по щеке, Дин почувствовал, как небольшая щетина щекочет его ладонь и как подушечки пальцев покалывает от этого. Прямо сейчас, прижимаясь грудью к Касу, он чувствовал, как пуговицы его бежевого плаща давят на кожу. Ого! Он целует Каса, вот прямо сейчас, и не было ничего важнее этого. Именно сейчас то, что было между ними до этого, все эти намеки и неопределенности между ними, казались так очевидны, но почему же тогда Дин не понимал этого? - Дин, – с сомнением спросил Кас, – это же была не шутка? - Нет, Кас, нет, это не шутка, почему ты мне не говорил… – но Дин знал, что Кас много раз сказал это, знал, просто он не слышал. - Но ведь, Дин, я не хотел давить. - Прости, Кас, прости, – и он обнял его, так страстно, как только мог, будто от этого будет зависеть весь мир. В руках шелестел бумажный пакет с розовой тканью, а Дин и Кас теперь не могли оторвать глаз друг от друга. - Пойдем домой, – взяв Каса за руку, тихо сказал Дин. В тот вечер Дин долго пытался понять почему он раньше не позволял себе хотя бы думать о том, чтобы просто отпустить себя. Почему так боялся и отворачивался от чего-то большего с самым невероятным человеком в мире. *** Сейчас же Дин лежит в кровати чувствуя, как чужое горячее дыхание опаляет его ухо, а глубокий голос, то и дело срываясь на хрип, нашёптывает волнующие подробности наступающей ночи. И Дин знает, что ещё никогда не был так открыт и откровенен в своих желаниях, как же много он упускал… Напротив светятся самые яркие в мире глаза, касаются самые вкусные в мире губы, и пылает жаром самое большое его желание. Прохладное постельное белье на кровати, уже не способно было помочь от обжигающего дыхания, что то и дело пробегалось по его коже, а прикосновения пока хоть легкие и неуверенные, то и дело посылали волны искр по всему телу. Все вокруг покрылось дымкой и остался только один образ, он трепетал и пробирался все глубже и глубже в душу. Теперь все поплыло, словно раскаленное, стало жарким и обжигающим, желания стали ясными и жадными. Стало так нужно прикоснуться, и чтобы прикоснулись в ответ, стало так важно почувствовать, и чтобы чувствовали в ответ. Глаза в глаза, вздох за вздохом, все чаще и чаще, сильнее и сильнее. Вскоре вскрики и всхлипы, руки и пальцы. Крепкие мышцы и вздохи. И снова всхлипы и стоны. Горячо, обжигающе горячо... Вспышка, движение, вспышка, вскрик, снова движения, снова вскрик, сладкий стон, искры... тепло, приятное тепло… пьянящая лёгкость... и все снова поплыло, растворилось в неге.

***

Немного об участи трусиков: - Кас, я говорил, что надо было персиковые брать! – возмущенно воскликнул Дин. Они шли с учебы домой, на улице был вечер, только недавно включили фонари. - А кто виноват в том, что ты их напялил, – было слышно, что Каса забавляла вся ситуация. Дин уже, минут двадцать шел и жаловался на то, какие эти трусы неудобные. - Вот значит что!? Сначала «Дин, тебе больше пойдут темно-розовые», а потом значит, «кто виноват»? - Ну они и вправду красиво оттеняют кожу, – смущенно сказал Кас. - Оттеняют кожу, – перекривлял Дин, – а то, что они в жоп.., кхм.. врезаются в… задницу, это нормально!? А она еще говорила только комфорт и удовольствие. - Господи, Дин, что ты как маленький, поправь и все. - Хм, то есть, ты выбрал это орудие пыток, это исчадье ада, а я еще и поправлять его должен, ну уж нет! - Серьезно! – на лице Каса можно было прочитать все те слова, которыми он мысленно наградил Дина. – Ладно, ты сам напросился. С полной решимость Кас протянул руку к штанам Дина и просунув ладонь во внутрь, достал надоедливую ткань и расправил на холодной от весеннего мороза заднице. На что услышал одобрительный вздох и поцелуй в щеку. - Спасибо, Кас, ты мой герой – спас меня от вечных мук. - Дурак, – буркнул Кас. Словно что-то заметив, Кас несколько раз неверяще обернулся назад, и прошипев короткое «Вот, черт», испуганно посмотрел на Дина. Обернувшись, Дин никак не ожидал увидеть миссис Робинс, что шла позади них и судя по ее выражению лица, она окончательно разуверилась в новом поколении. И как они могли забыть, что живут с ней в одной стороне.