Страницы потерянной любви

      Драко мало понимал, что происходит вокруг. Перед его внутренним взором постоянно прокручивалось падения с башни мертвого тела Альбуса Дамблдора. Как заезженная пластинка, этот момент воспроизводится вновь и вновь, наполняя его болью, ужасом и сожалением. Он резко вздрогнул, когда на его плечо опустилась костлявая холодная рука, а хриплый леденящий голос над его головой произнес: — Я не буду сильно тебя наказывать. Ты почти выполнил задание. Люциус!       Драко, стоящий на коленях в середине кабинета, поднял свой взгляд на стоящего напротив Малфоя-старшего, который одаривал его безразличным взглядом серых глаз. Но взгляд его сына не уступал ни в цвете, ни в холодности. В них не было больше страха и обреченности. Теперь глава семьи видел в глубине только пустоту, от чего неосознанно вздрогнул. — Лорд, прошу за него наказать меня, ведь я из-за застарелой обиды не дал мальчику до конца выполнить задание, — послышался сбоку спокойный голос Снейпа. — В тот момент, когда с его палочки уже начало срываться заклинание, я отшвырнул его и убил Дамблдора. А значит, вина за невыполнение вашего приказа полностью на мне. — Северус, с тобой у нас будет отдельный разговор. Люциус, накажи своего сына. — Круцио! — закричал Малфой — старший, направляя палочку на парня.       Тело Драко начало прибывать в агонии. Во все нервные окончания как будто вставили иглы. Парень старался не кричать и не отводить взгляд от отца, хоть его и выкручивало на полу в припадке. Голова была тяжелой, но боль казалось привычной, если к такому вообще можно приспособиться. Счет времени был потерян. Северус не смотрел. Лорд наслаждался. А Люциус испытывал непонятное чувство страха.       Когда боль поутихла, Драко поднялся и снова встал на колени, но по его телу все еще проходила судорога. В этот же момент голову пронзила жутчайшая боль. Волан-де-Морт решил проникнуть в его сознание. Картинки из воспоминаний парня проносились перед глазами. Лорд с особым усердием копошился в мозгах подчиненного. Драко не сопротивлялся. Никаких признаков окклюменции также не было. Глава Пожирателей Смерти остался очень доволен. Ему нравилось, насколько его боялся и уважал этот ребенок. Парень же не сводил глаз с отца. Люциус не понимал, что творит его сын и почему только он видит этот холодный хитрый взгляд. — Можешь быть свободен, Драко. — Слушаюсь, мой Лорд. — проговорил слабым голосом парень, вставая с колен и кланяясь своему хозяину.       Выпрямившись и окинув взглядом кабинет, блондин вышел в коридор и нетвердой походкой пошел в свою комнату. Хотя тяжело было что-то назвать тут своим. Теперь это штаб Пожирателей. Величественное поместье превратилось в темное, грязное полуразрушенное сооружение с кучей психов внутри. Безопасного пристанища для тела и души больше здесь не найти. Уныние так же наводил громкий плачь поместья, который слышал Драко. Малфой-мэнор погибал.       Кое-как дойдя до пункта назначения, блондин запер за собой дверь и скатился по ней вниз. Почему-то только его комната была под защитой поместья. Никто из Пожирателей, кроме Северуса, не мог сюда зайти. Все тело до сих пор потряхивало и болело. Сил моральных и физических тоже не наблюдалось. Усталость накрыла с головой. Надо бы себя взять в руки и хотя бы принять холодную ванну, но даже поднять руку казалось непосильной задачей. Кольцо на пальце нагрелось, что очень удивило парня. Нервный вздох сорвался с его губ. Проведя пальцем по изображению трехглавой змеи, он открыл тетрадь, оказавшуюся в его руке. Там была корявым почерком написана только одно: «Пожалуйста, не умирай.» Драко трясущимся пальцем провел по буквам, а после тихо прошептал: — Акцио.       К нему тут же устремилось перо. Положив тетрадь на согнутые колени, он схватил полетевший предмет и написал: «Выживи. Победи. Верю.»       На большее его не хватило, да и не стоило. И так послание будет понято верно. Откинув перо и убрав в перстень тетрадь, парень, опираясь спиной о дверь, начал аккуратно подниматься. Морщась от неприятных ощущений, он кое-как придерживаясь рукой о стены и мебель на пути, добрел до ванны. Пройдя внутрь, блондин сразу же присел на бортик и включил кран холодной воды. Когда уровень был достаточным, он погрузился туда прямо в одежде. Тут же тело промерзло и начало трясти, но пришло и облегчение. Боль и неприятные ощущения отступали. Положив голову на бортик, он уставился в потолок, а губы прошептали: — Не умирай…       Единственная мысль, которая сейчас крутилась в голове. Почему-то казалось это невыполнимой задачей. Особенно, когда недавно чья-то жизнь закончилась на твоих глазах. Если даже такой сильный волшебник, как Дамблдор встретил свой конец, то каковы шансы Драко не повторить его судьбу, живя в этом притоне психов?!       Раздался стук в дверь комнаты. Но парень не ответил. Смысла нет. Это больше не его дом, а значит не ему решать, кто и куда может войти. Но стук раздался снова. Не хотя, дрожащим голосом Драко сказал: — Войдите.       Он слышал, как дверь открылась и в спальню кто-то зашел. Тяжелая быстрая походка звучала в помещении, отражаясь от каменного пола. Драко чуть приподнял голову, чтобы его глаза видели, что происходит у входа в ванну. К нему ворвался крестный. — У тебя уже губы посинели. — Правда? Еще минуту полежу и вылезу. — Жду в комнате. — Хорошо.       Драко окунулся с головой и остался под водой на полминуты. Открыв глаза, он медленно спускал изо рта воздух. Когда легким стало больно, парень медленно вынырнул и встряхнув мокрыми волосами, схватился за борт и поднялся, вылезая из ванны. С одежды тут же полилась вода прямо на пол. Недолго думая, он наложил на себя чары горячего воздуха. Все то, что было на нем, мгновенно стало сухим и тёплым. Сделав несколько шагов, Драко встал в дверном проеме, облокотившись об косяк и скрестив руки на груди, посмотрел на незваного гостя, чуть вопросительно приподняв бровь. — Ты как? — тут же последовал вопрос от сидящего на его постели. — Нормально. Что-то случилось? — Нет. Просто решил тебя проведать. — Тебе бы отдохнуть, а не обо мне беспокоится. — спокойно сказал Драко, отталкиваясь от деревянной поверхности и проходя вперед, сел на кровать. — Ты тоже выглядишь паршиво. У меня для тебя кое-что есть. — С чего это? — Ну как-никак ты стал совершеннолетним. — Почти месяц назад... — невесело усмехнувшись, парировал Драко. — Теперь ты взрослый волшебник. Вот мой подарок.       На колени Малфоя легла книга в кроваво-красном переплете, на котором черными рунами красовалось название «Танец смерти и жизни». Прочитав это, Драко побледнел. Холодок пробежал по его спине. Руки вспотели. Переборов желание выкинуть книгу, он медленно потянулся и открыл ее. Пожелтевшие листы были полностью покрыты рунами. Некоторые развороты представляли собой схематичные изображения ритуальных кругов. Быстро пробежавшись взглядом по паре строчек, Малфой понял, что эта книга описывает различные ритуалы воскрешения. У каждого из них была разная цена: годы жизни, лишение магии, чувства, отказ от эмоций, одна жизнь за другую и многое другое. Куча нюансов было у каждого ритуала.       Драко сглотнул вязкую слюну, понимая, что по пророчеству ему суждено провести один из этих ритуалов. И если вспомнить слова Трелони, ценой своей жизни. От него послышался сначала тихий смех, который перерос в жуткий хохот. — Драко? Что с тобой? — Ничего, крестный. Но ты не представляешь насколько это удачный подарок. — С тобой точно все хорошо? — обеспокоено спросил Снейп, видя немного сумасшедший взгляд крестника и как тот до побелевших костяшек вцепился в книгу, нервно смеясь.       Драко перестал смеяться. Взгляд стал серьезным. Судьба четко говорит, что его ждет. Северус удивился, насколько в один момент поменялся его крестник. Буквально за пару секунд с сумасшедшего он превратился в спокойного, уравновешенного человека. Но в его глазах Снейп все равно видел отголоски обреченности и смирения. А потом Драко совершенно обычным голосом, даже с немного скучающими нотками, сказал: — Идущий к смерти, смерти не боится. Спасибо за подарок. А теперь, с твоего позволения, мне много нужно обдумать и спланировать. Так много всего надо успеть… — О чем ты? — Северус вообще уже не понимал, что происходит, но интуиция кричала, что надвигается нечто плохое.       А в это время парень уже поднялся и пошел в свой кабинет. Опустив книгу на стол, он подошел к окну и его взгляд устремился на яблоневый сад. Деревья сожжены или сломаны, а беседка разрушена до основания, и только камни валяются вокруг. Последнее убежище его души разрушено. Ему казалось, что сейчас сад олицетворяет его жизнь. Сломана, повсюду острые колья и обломки, а где-то сожжена до тла. Огромный филин приземлился к нему на плечо, сжимая поочередно лапки, как бы поглаживая. — Все хорошо. — прошептал Драко, погладив питомца под клювом. — Но у тебя будет много работы.       Следующие часы Малфой провел за рабочим столом, непрерывно что-то записывая на пергаменте, некоторые из которых отдавались птице для отправки. Снейп же вначале так и сидел на кровати, но спустя полчаса все же проследовал в кабинет его крестника и теперь уже сидел перед столом на удобном кресле и следил за непрекращающемся движении пером. Эти несколько часов они провели в тишине, разбавленной быстрым бегом пера по бумаге. — Драко, ты же в курсе, что все письма проверяются Лордом? — Сомневаюсь, что Хозяина интересует моя пьянка в доме Блейза. В честь наших совершеннолетний. Проведем мероприятие совмещая оба дня рождения. — В такое-то время? — Как раз сейчас и надо праздновать. Ведь с таким могущественным человеком, как Лорд, можно не беспокоится о будущем. Он принесет магическому миру величие. Так почему бы не выпить!       Северус вопросительно поднял бровь. У его крестника точно повредился рассудок. На колени мужчины упал один из пергаментов, и он вчитался в строки: «Сивый за дверью, не спрашивая как, но я чувствую его звериную природу. Есть одна вещь, которую нам нужно будет обсудить в безопасном месте. Так как любви и смерти избежать невозможно. За него я готов сражаться до самого своего конца. Надеюсь на твою помощь.»       Снейп горько усмехнулся. Он как никто знал, что значит быть преданным и делать все для любимого человека. Горечь подступила к горлу, не такой судьбы Северус хотел для этого блондинистого мальчишки.       Драко же не стал ждать хоть какой-то реакции, а поднялся со своего места, указывая жестами крестному оставаться на месте, а сам вышел в комнату и открыл дверь, за которой со своим звериным оскалом стоял Сивый. — Куда-то собрался, Вкусненький? — Сомневаюсь, что тебя это касается. — холодно ответил Малфой презрительно окинув взглядом оборотня.       Сивый неприятно улыбнулся и рядом с шеей Драко, втянув в нос воздух. А после шумно фыркнул. — Вкусненький, почему все говорят, что ты совершеннолетний? Оно же только приближается. И от тебя все меньше пахнет человечиной. — Не понимаю о чем ты говоришь, я стал взрослым пятого июня. И я на все сто процентов человек. — сказал Драко, отступая на шаг в свою комнату. — Меня не обманешь! — Что ты тут забыл! — послышался холодный голос Снейпа из-за спины Драко. — Хозяин велел нам с тобой отправится на задание.       Снейп быстрым шагом обошел Драко и, выйдя из комнаты, закрыл дверь, отделяя парня от пожирающего взгляда оборотня. Малфой выдохнул и прошел обратно в кабинет. На столе среди его исписанных пергаментов лежала записка: «Помогу» Блондин улыбнулся краешком губ. Теперь предстояло самое сложное все продумать и реализовать.       Следующие дни прошли довольно спокойно. Он почти не выходил из комнаты. Нарцисса заходила и молча оставляла еду. Иногда он заглядывал к тетке, ведя безумные беседы о величии и красоте Лорда, которые парень поддерживал бредом о могуществе Хозяина. Сивый каждую ночь скребся к нему в дверь. Но еще больше, чем оборотень, Драко напрягало ухудшение его здоровья. У него периодически поднималась температура и пробивал озноб. Пот тек с него рекой. Глядя в зеркало, он видел, как угасает. Мышцы пропадали, волосы стали еще более бледными, сливаясь с кожей. Глаза тоже потухли. Дико чесались десна. По какой-то причине его инстинкты трубили, что никто не должен знать о его состоянии. Поэтому каждое утро он накладывал тонну маскирующих заклинаний.       Пятого июля к нему заглянул Люциус и швырнул под ноги лицензию для трансгрессии. После снова ушел, ничего так и не сказав. Драко был удивлен данным действом главы семьи, но и рад, что теперь всегда сможет перемещаться наиболее удобным способом. К вечеру этого дня состояние его ухудшилось. Лежа на кровати, он не мог даже вздох сделать. Все тело ломило. Жар, исходящий от него, нагрел пространство вокруг. Особенно дико болела спина в области лопаток. Складывалось впечатление, что кожу на них режут.       В какой-то момент в комнату ворвался Снейп и подхватив стонущего парня на руки, трансгрессировал. Драко краем сознания понял, что они находятся в каком-то подвале. Но из-за боли мысли путались. Он только слышал отдаленно бормотания Снейпа, похожие на песнопения. Вдруг тело Малфоя пробила острая боль, кожу окружило золотое свечение, создавая вокруг него кокон. Парня подняло почти к потолку, где он повис безвольной куклой. Сознание более менее прояснилось и он услышал разговор своей матери и Снейпа. — Северус, мы должны что-то сделать. Сейчас совершенно неподходящее время! — Знаю я! — Помоги, прошу! Он же не ходил в хранилище Блэков, так почему… — сказала рыдающая женщина. — Нарцисса, угомонись! Я делаю все, что в моих силах! Никто ничего не узнает, даже Люциус. Нам безумно повезло, что Лорд отлучился по делам.       Дальше Драко уже не слушал. Его сознание уносилось куда-то во тьму, и противится этому он не мог.       Открыв глаза, он резко поднялся, тяжело дыша. Осмотревшись, понял, что в своей комнате и один. Выдохнув, снова откинулся на подушку. — Ну и приснится же…       Прошептал он, глядя на потолок, указывающий, что еще ночь. Приводя мысли и дыхание в порядок, парень осматривал звездное небо, выискивая знакомые созвездия. Дверь в комнату открылась. Элегантной походкой к его постели приблизилась Нарцисса. Когда парень хотел приподняться, она остановила его, положив ему руку на плечо, и села на край кровати рядом с ним. — Как ты себя чувствуешь? — спросила тихо женщина, трогая его лоб. — Прекрасно. А разве что-то случилось? — У тебя была магическая лихорадка. Но Северус тебя вылечил. — Магическая лихорадка? — удивленно спросил Драко. Почему-то матери он не верил. — Это странно… У меня никаких проблем с магией не было. Наоборот, она усилилась. — Наверно стресс так повлиял… — проговорила женщина, отводя взгляд от сына и сминая подол мантии в кулаке. — Нарцисса, сколько мне лет по твоему? — принимая сидячее положение, сказал парень ледяным тоном. — Что со мной было?       Женщина вздрогнула и с испугом посмотрела на сына, который впервые позволил себе с ней так говорить. Он не назвал ее мамой. Нарцисса поджала губы, стараясь сохранить спокойствие. — Драко Люциус Малфой, как ты разговариваешь с матерью!? — преувеличено сурово произнесла она.       Но парень и сам не понимал причину. Он больше не воспринимал её как мать. Сейчас перед ним была посторонняя женщина, которая вторглась в его личное пространство и врет ему. — Я хочу знать правду? Или я и ее не достоин? Сколько можно меня держать за дурака, хотя бы в своем доме… Ой… Стоп… Это же больше не дом! Вы же с Люциусом решили сделать поместье штабом Пожирателей Смерти!       Голова Драко дернулась в сторону от звонкой пощечины. Одно из колец женщины задело его губу, рассекая ее, и по подбородку парня потекла кровь. — Как ты смеешь! Неблагодарный! Сколько с отцом мы сделали для тебя! И вот как ты нам за это отплачиваешь! У тебя было все, о чем другие только могли мечтать! Любая твоя прихоть выполнялась! — Нарцисса, приношу свои извинения за грубое и недостойное поведение. Как иждивенец, на которого вы потратили семнадцать лет своей жизни, я повел себя некрасиво. Более такого не повторится. Рассчитываю также на вашу благосклонность. Прошу разрешения остаться в этом поместье еще на пару дней. А, сейчас с вашего позволения, я хотел бы немного вздремнуть. — спокойно, в уважительном тоне сказал Драко, после чего лег на бок, отворачиваясь от женщины. Окончательно ставя точку в разговоре.       Нарцисса не знала что и думать. Ее сын впервые себя так ведет, и что предпринять она не понимает. А Драко же все больше наполняло раздражение, то ли от присутствия этой женщины, то ли от его реакции на нее. Он сам не понимал, почему так себя ведет. По факту Нарцисса, ничего плохого ему не сделала, но обида накопившаяся годами сейчас как никогда хотела вырваться наружу. Парень и не спорил, в финансовом плане он делал, что хотел, но это не то что нужно. Родительскую любовь ничто не заменит. А ее как раз почти не получал, глупо не признавать, что Нарцисса старалась и даже в какой-то степени его любила, но Драко знал, она все равно выберет Люциуса, а не его.       Нарцисса, так больше ничего не сказав, вышла из комнаты сына. Блондин, как только услышал, что остался один, тут же вскочил с кровати. У него было еще пару дел, пока Лорда не было в поместье. Подойдя к зеркалу, парень изрядно удивился. Он был только в трусах, а тело его выглядело подтянутым, стройным, жилистым. Глаза были серо-голубые с желтым ободком. Волосы также перестали быть бесцветными. Он все еще оставался блондином, но цвет приобрел золотой отлив. Парень с шоком оглядывал себя, не понимая, что с ним произошло. Кожа его хоть и не потеряла свою бледность, но так же как будто светилась. Это пугало. Закрыв глаза и успокоив дико бьющееся сердце. Он вдохнул полную грудь и медленно выдохнул. Когда его мысли и чувства пришли в состояние покоя, парень снова открыл глаза. Похоже, он окончательно тронулся умом. Иначе как объяснить, что сейчас перед собой он видел: стройного жилистого парня с бледной кожей, холодными серыми глазами и бесцветными белыми волосами.       Драко протер лицо руками и снова взглянул в зеркало, но на этот раз изображение не изменилось. Вспомнив обрывки разговора крестного и Нарциссы, он понял, где искать ответы. Хранилище Блэков. Но блондин так же помнил наставление женщины, что как только он войдет туда, перестанет быть Малфоем, а сейчас для этого не лучшее время. Поэтому ничего не оставалось, как отложить этот вопрос в долгий ящик. Быстро приняв душ и надев обычные черные штаны с черной рубашкой, он накинул на плечи плащ Пожирателя, прикрывая лицо маской и покрывая голову капюшоном, вышел из комнаты. Как можно тише он пробрался на кухню. Там было пусто. Пожиратели давно перебили почти всех домовых эльфов, чьи трупы вместе с павлиньими валялись по всему саду. Выжили буквально парочку, что бы обеспечивать жизнь Пожирателям. Драко был безумно рад, что отправил Милли в свое время к Снейпу, и сейчас она спокойно жила у того дома.       Подойдя к одной из стен возле мойки, он постучал по камню. Каменная кладка начала разъезжаться в стороны, открывая небольшой проход. Проснувшись внутрь, парень окинул полки полные еды и напитков. В одной из корзины внизу он увидел небольшие мешочки. Краешек губ приподнялся. Он сам их создал. Места было немного, но пару килограмм еды поместится, хотя с виду туда только яблоко и положишь. Взяв один в руки, он начал неспешно складывать туда продукты. Хлеб, вяленое мясо, яблоки и пару бутылок тыквенного сока. Завязав мешок и положив его в карман, он положил туда еще один, но пустой и вышел из кладовой, закрыв ее. Быстро, но стараясь бесшумно, добрался до библиотеки. Войдя внутрь, он направился к самой дальней секции. Подойдя к стеллажу, он потянул за одну из книг и в стене появилась дверь. Войдя внутрь, он очутился в самом сердце Малфой-мэнора. Круглое помещение, в центре которого располагался родовой камень, а на стене напротив двери весело Фамильное дерево Малфоев. Сердце парня забилось чаще. Насколько он был глуп, раз только сейчас вспомнил, что браки и помолвки отображаются на дереве. Ему стало дурно. На негнущихся ногах он подошел и начал рассматривать ветви. И чуть не упал от облегчения, когда около его имени значилось, что он помолвлен, но не указано с кем. От Драко Люциуса Малфоя в право тянулась золотая нить к совершенно размытым буквам, которые не давали ни намека на понимание имени. Драко провел пальцем по размытию и имя стало видно — Гарри Джеймс Поттер. Парень судорожно вздохнул. Он уже давно решил, что как только кончится война, он перестанет быть Малфоем, но и Поттером не станет, если, конечно, доживет. Провел еще раз пальцем по любимому имени. Оно снова размылось.       Драко подошел к одному из стеллажей, также находящихся в этой комнате, и достал пустой мешочек. Начал складывать в него все, что может пригодиться для ритуалов, описанных в подаренной крестном книге. Первым было взято перо, пишущее кровью владельца, дальше пару магических камней, которые так же наполняются красной жидкостью и кукла, сделанная из веток плакучей ивы для жертвоприношения. Завязав мешок, он убрал его в карман. После прошел к родовому камню и, порезав палец, капнул на него кровью произнес: — Я, Драко Люциус Малфой, наследник древнего рода. Прошу и дальше скрывать и оберегать имя моего избранника от посторонних глаз, в том числе и от главы рода — Люциуса Малфоя Второго. В дар приношу свою чистую кровь.       Камень засветился белым светом и начал впитывать жидкость, капающую из пальца Драко. Посчитав, что этого мало, парень разрезал ладонь, и кровь начала струится непрекращающимся потоком. Он приложил руку к камню и ощутил как из него выкачивается все больше красной жидкости, как будто вампир высасывал ее. В какой-то момент у него даже закружилась голова, но ладонь он так и не отнял до тех пор, пока сияние не исчезло. После древо полыхнуло белым светом и там не осталось и следа от помолвки Драко.       Чистое везение, что Люциус был так долго в тюрьме, а после, видно, ему было не до родового дерева. Но теперь все в порядке и с облегчением выдохнув, блондин вышел из помещения, закрывая его, вернув книгу в прежнее положение. И, стараясь быть незамеченным, вернулся в свою комнату.       Месяц почти пролетел незаметно. Блондин с головой ушел в изучение книги «Танец Смерти и Жизни». Иногда было сложно разобрать написанное, настолько древними были руны. Но на помощь приходила его личная библиотека или Снейп. Но все равно из раза в раз появлялись вопросы, из-за которых Драко решил вначале года вернуться в Хогвартс.       В один из таких спокойных вечеров Метка начала жечь руку. Малфой знал, что на днях Лорд вернулся и вот, наконец, созывает своих подчиненных. Такие собрания обычно проходили в большой столовой. Как правило, Драко мало вслушивался в происходящие на этих сборищах. Он просто делал серьезное, немного напуганное лицо и кивал в нужные моменты. Еще более не комфортными такие посиделки были из-за возросшего напряжения между ним и родителями. Образ любящей счастливой семьи с треском рушился. И если мать еще пыталась хоть как-то склеить все заново, то отец и сын всячески этому противились. Максимум, который они могли предложить Нарциссе, это игнорировать существование друг друга. Люциус и Драко понимали, что они уже никогда не будут семьей, но женщина из раза в раз пыталась. Вот и сегодня, пока они шли на собрание, она прошептала, что после него Драко нужно зайти в родительскую комнату для ужина. Блондин ничего не ответил, только слегка кивнул.       Войдя в столовую, он сел на один из свободных стульев, а по бокам от него сели родители. По правую руку Люциус, по левую — Нарцисса. Еще один отвратительный момент в этих собраниях был Сивый, который садился напротив Драко и пожирал его глазами, то скалясь, то облизывая губы. Вот и сейчас было точно также. Оборотень втягивал воздух со стороны парня и облизывался.       Все Пожиратели расселись по своим местам и ожидали появление Хозяина. Двери распахнулись, и в помещение вошел Лорд Волан-де-Морт. Окинув всех презрительным взглядом, он пришел во главу стола и сел. Обводя всех взглядом и постукивая своими бледными костлявыми пальцами по деревянной поверхности мебели, он медленно заговорил хриплым голосом. — Хочу услышать ваши отчеты.       Сначала Снейп, после Ясли и Сивый по очереди предоставляли информацию, интересующую Лорда. Например, что в Министерстве магии теперь действует «свой человек» среди Пожирателей — Пиус Тикнесс. Дальше Драко особенно не вслушивался, улавливая только моменты, касающиеся Поттера.       В какой-то момент Драко ощутил особо сильное давления силы Лорда. Двери снова раскрылись, и в столовую вошли двое Пожирателей в масках и плащах, таща по полу обездвиженную женщину. После положили ее на стол и придвинули ближе к Хозяину. Драко не помнил ее имени, но точно знал, что она профессор по маггловедению, которая не признавала идеологию чистокровности и презрения к маглам. То, что было дальше, позже снилось Малфою в кошмарах. Прям перед его лицом ее пытал Волан-де-Морт испытывая на ней различные запрещенные заклинания. В памяти парня навсегда отпечатались глаза женщины, полные отчаяния и боли, особенно когда её тело заглатывала Нагайна.       Драко трясло и мутило от увиденного. Это была явно показательная казнь, чтобы пресечь любой бунт среди Пожирателей и показать, кто тут Хозяин и Великий маг.       Спустя еще пару минут бесполезной болтовни приказали остаться Северусу и Люциусу. Мать в очередной раз напомнила про ужин через час в родительской комнате, а Драко почти бегом помчался в свою комнату. Забежав туда, он направился в ванную, где следующие минут пятнадцать не отрывался от унитаза. Его непрерывно тошнило, стоило вспомнить, как змея заглатывает человека.       Умывшись, он прошел в кабинет и выпил успокаивающее зелье. От мысли об ужине с родителями чуть ли не выворачивало наизнанку. Он устал от этого цирка. Еще пару дней и он уедет к Блейзу и начнет уже осуществлять свой план. Пэнси так же хочет поделиться какой-то важной новостью. Хоть что-то хорошее будет у него этим летом. Успокаивая себя этими мыслями, он не заметил, как настало время идти на ужин. Недовольно цокнув языком, он сбросил пиджак, оставаясь в водолазке и брюках, и пошел в комнату главы рода. Постучав в дверь, он услышал тихое женское: — Войдите.       Открыв дверь, он попал в небольшую гостиную с мягким диваном и креслами, стоявшими вокруг кофейного столика. Сзади виднелся позолоченный камин. В Принципе комната была в золотом и белом цвете. Что сильно отличалась от зелено-черной комнаты парня. Мать с чашечкой чая уже сидела в кресле и элегантным жестом пригласила парня присоединиться. Блондин прошел и сел на кресло напротив матери. — Где Люциус? — Он придет позже. Мне хотелось поговорить с тобой наедине. Заглушающее уже установлено.       Драко очень удивился, но ничем это не показал. Он и сам понимал, что пора прояснить некоторые моменты, хотя бы в благодарность за заботу, которую проявляла Нарцисса. Но разговор не спешили начинать оба, пытаясь понять, с чего начать. Драко налил себе чая и медленно отпил травяной сбор. Мать всегда пила его в моменты печали. Почему-то парню стало еще тяжелее находится тут. Казалось, что-то очень значимое сейчас произойдет. — Драко, — первой прервала тишину Нарцисса. — Ты уже взрослый, а я этого и не заметила. Возможно матерям всегда сложнее принять, что ребенок вырос и пора отпустить его. — Мам. — Нет, прошу, не перебивай. — остановила женщина парня, делая рукой знак замолчать. — Ты действительно вырос. И возможно будь мы с Люциусом другими, гордились бы таким ребенком, как ты. Возможно, ты не понимаешь нас и обижен, но мы правда старались, чтобы ты вырос достойным наследником.       Драко, отпивавший в этот момент чай, поперхнулся. Гордились бы? Достойным наследником? Разочарование накрыло парня с головой. Даже сейчас он был недостаточно для них хорош. Хотя это мало удивляло, ведь стал показывать свой характер, чего раньше себе не позволял. Нарцисса замолчала, явно ожидая какой-то реакции от сына. Выровняв дыхание после кашля, блондин заговорил: — Я правда не оправдал ваших ожиданий. Все старания отца по вбиванию в меня кнутом послушания не принесли нужных плодов. Да и заключение в темницы дома разума мне не прибавило. Это разочаровывает, я понимаю. Но я действительно за это благодарен.       После слов сына спина женщины напряглась. Слова про кнут и темницу ее выбили из колеи. Она догадывалась о методах наказания сына, но слышать это от него было неприятно и даже болезненно. Взяв себя в руки, она спросила: — И за что ты благодарен? — Люциус показал, каким отцом нельзя становится ни при каких условиях. Я давно понял, что не хочу быть как он, а стать намного лучше. И все равно глупо отрицать, что только благодаря вам я стал тем, кто есть. Я не самый лучший человек, но его любишь только ты. А у меня есть несколько человек, которых я с уверенностью могу назвать семьей. Мама, мы оба понимаем, что, возможно, это последний такой наш разговор, поэтому, пользуясь случаем, хочу сказать… — Драко резко замолчал, а Нарцисса все больше ощущала напряжение. Она боялась слов сына. А потом она заметила, как глаза Драко приобрели голубой цвет вместо серого, а на губах появилась красивая искренняя улыбка. И он произнес. — Нарцисса Малфой, урождённая Блэк, спасибо за тепло и заботу, которую ты старалась мне обеспечить. Ты очень ценный для меня человек и навсегда останешься таковой. Мама я тебя люблю.       Драко видел, как плечи Нарциссы задрожали, а по ее щеке скатилась слеза. — Значит, таков твой выбор? — тихим голосом спросила женщина. — Да. Как только наступит спокойное время, воспользуюсь ключом. Не знаю что меня ждет за дверью хранилища, но это тот путь, который мне уготован. Я чувствую и уверен в этом. Тем более, насколько я чувствую, этот дом не останется без наследника.       Нарцисса удивленно расширила глаза, не понимая, к чему клонит ее сын. А он с расслабленной улыбкой посмотрел на ее живот и продолжил. — Будь аккуратной. Анабиоз, конечно, ему не навредит, но времена смутные. Держись от Сивого в паре метров, иначе учует. И прошу вывести плод из этого состояния не позже, чем через полгода. Можно конечно и подольше, так как ему всего две недели, но сама понимаешь, что последствия могут быть непредсказуемые. — Откуда? — со страхом спросила женщина. — Нарцисса, я же говорил, что моя магия усилилась. А на твоем разуме не очень сильные щиты.       Женщин вскочила со своего места, в шоке уставившись на парня. Нет, мужчину перед ней. — Мама, не волнуйся, ничего серьезного я не увидел. Просто иногда это происходит неосознанно. Мне надо больше поупражняться в контроле. — Не ври мне! — закричала Нарцисса — Как ты посмел, залезть в голову матери! — Ничего личного. — холодно отвечает Драко, в одно мгновение его глаза снова становятся серыми, а лицо приобретает надменное выражение. — Хочешь верь, хочешь нет. Намеренно я ничего не делал и быстро прервал контакт, увидев только твои мысли о плоде. Но у вас с отцом уже, видимо, привычка обвинять меня во всех своих промахах. Спасибо за чай.       После, несмотря на мать, Драко с прямой спиной направился к выходу. — Я не разрешала тебе уходить, несносный мальчишка! Парень остановился и повернулся в пол оборота к Нарциссе. Холодный взгляд, прямая спина и каменное лицо говорили сами за него, как он относится к словам женщины. — Я твоя мать! Я тебя всегда любила и оберегала! А что творишь ты! Как у тебя наглости хватает так со мной обращаться! Немедленно сядь на место! Мы не договорили! Почему ты такой неблагодарный! Я столько сделала для тебя! — Нарцисса, а что такого я сейчас сделал, чтобы получить ваш гнев? Приношу извинения, если чем то вас задел и огорчил. Но боюсь, если продолжим сейчас, ничем хорошим это не закончится. Лучше перенести беседу на другой раз.       В этот момент дверь открывается, задевая блондина. Он делает пару шагов назад, а в комнату входит Люциус и, видя жену в гневе и мокрыми щеками сразу подлетает к сыну и отвешивает звонкую пощечину. Нарцисса вскрикивает, когда Драко падает на пол, а Люциус начинает бить его ногами. — Люц, прекрати немедленно! — кричит она, не зная, что еще предпринять. — Щенок, как ты посмел обижать мать!       Драко ничего не ответил, лишь защищал инстинктивно голову, прикрывая ее руками. Нарцисса подбежала к мужу и вцепилась в его руку отталкивая от сына. Люциус, почувствовав прикосновение жены, сразу же успокоился. А парень, приподнявшись на локтях, начал кашлять кровью. Устремив свой взгляд на родителей он зло прошипел окровавленным ртом: — Мама, видимо, именно за это я должен быть благодарен? — Ты мало получил?! — Прошу, успокойтесь! — Люциус, еще раз ты хоть пальцем меня тронешь, и я не буду сдерживаться! — прошипел Драко, медленно поднимаясь с пола, держась за живот. Он чувствовал боль, видимо пострадали внутренние органы, а во рту и горле металлический привкус крови. Неудивительно, ведь носы обуви отца были железными.       Он медленно направился к двери под всхлипы матери и успокаивающий ее шепот отца. Выйдя в коридор, он снова закашлял. Кровь потекла по подбородку. Больно и физически и морально. Успокаивало, что до его комнаты не так уж долго добираться, всего минуты три. Почти дойдя до нужной двери, он остановился с нехорошим предчувствием. У его комнаты стоял Сивый, который голодным взглядом смотрел на него и не переставая вдыхал окружающий воздух. Драко сразу понял, что привлекло оборотня — кровь на одежде и лице. Интуитивно парень начал пятится назад, но не успев сделать пару шагов, как его сбил с ног налетевший на него Сивый, задевая при этом поврежденные участки тела. У блондина потемнело в глазах и он снова закашлял кровью. Оборотень, воспользовавшись этим, наложил на Драко — Петрификус Тоталус Дуо. Парень больше не чувствовал, тело его полностью парализовало. Самое страшное было, что без палочки эту форму он не сможет нейтрализовать. Судорожно обдумывая варианты, Драко испытывал дикий страх, ведь оборотень схватил его безвольное тело и затащил в ближайшую гостевую комнату, швыряя парня на кровать, как тряпичную куклу. От страха блондина парализовало и умственно. Он не находил выхода из ситуации. Двигаться не мог, говорить тоже. Оборотень же, не теряя времени, положил парня на спину и привязал его руки заклинанием к спинке кровати, нависая над блондином сверху, обнюхивая кожу и одежду пленника. — Как же долго я ждал этого момента, Вкусненький! Как же ты шикарно пахнешь! Хочу сожрать тебя!       Паника накрыла Драко с головой. Дыхание сбилось, а страх заставлял сердце бешено биться в груди. Мысли путались, не давая рационально обдумать ситуацию. Сивый же, воспользовавшись своими заточенными когтями, разорвал водолазку лежащего под ним, при этом слизывая кровь с подбородка и губ жертвы. У Драко к итак зашкаливающим эмоциям прибавилось и отвращение. Он злился на себя за беспомощность и на оборотня, который облизывал его кожу, уже перейдя на грудь. — Какой же ты вкусный! А давай мы проверим, прав ли я насчет твоей человечности! — прорычал слегка покусывая бок Драко. Острые заточенные зубы, начали больно царапать кожу, а мерзкий шершавый язык слизывать проступившую кровь. Руки Сивого сильно сжимали бедра Малфоя.       Паника полностью охватила разум блондина, он чувствовал себя грязным и униженным. По его торсу гуляли когтистые руки. Оборотень безостановочно лизал и прикусывал бледную нежную кожу жертвы. И в тот момент, когда острые заточенные клыки должны были глубоко вонзится в кожу парня, а отвратительные руки расстегивали ремень Драко, Сивого откинуло вправо, впечатывая в стену. — Круцио! — прокричал злобный голос Снейпа от входа в комнату. Тут же послышался вой боли со стороны Сивого. — Еще раз, Дворняга, ты прикоснешься к моему сыну и я уничтожу тебя, то что ты испытываешь сейчас тебе покажется раем. Круцио!       Волна облегчения накрыла парня, и слезы полились из его глаз. Особенно успокаивало скуление оборотня где-то в стороне. — Драко, ты как? — обеспокоенно спросил Снейп, пытаясь понять наложенные на крестника заклинания и оглядывая его тело в синяках и крови. — Фините Инкантатем Дуо! Эманципаре! Малфой тут же почувствовал, как снялись с его тела все оковы, и сразу же оказался в объятиях Снейпа. — Все хорошо. Больше он тебя не тронет. Давай я помогу тебе, и мы доберемся до твоей комнаты. — Спасибо. — хрипло прошептал Драко, опираясь на сильные руки мужчины и вставая с кровати.       Подставив плечо и легонько поддерживая крестника за талию, Северус помог тому добраться до спальни. А после опустил того в кресло и начал очищать и обрабатывать ушибы и раны, периодически давая выпивать укрепляющие и успокаивающие зелья. Все это делалось в полной тишине. У Драко в голове был настоящий хаос. Он сам не понимал своего стояние. Мозг всячески пытался отгородиться от произошедшего, из раза в раз прокручивая мысль: «Все происходящие со мной просто сон. Не возможно же, что все дерьмо этого мира случается именно со мной. Совсем скоро я открою глаза и увижу черные взлохмаченные волосы на соседней подушке. А в объятьях знакомое теплое тело. Я проведу носом по его шеи и вдохну такой теплый и уютный аромат Йоркширского пудинга. Он сонно, довольно мурлыкнет, улыбнётся и пожелает доброго утра. А потом последуют ленивые нежные поцелуи.» Но от этих мыслей его отвлекает голос крестного: — С тобой точно все хорошо?       Мечты рассыпались в прах, соприкоснувшись с действительностью, холодом, страхом и одиночеством. Истерика тихо подкатывает к горлу. Собрав последние силы в кулак, он сказал: — Все в порядке. Мне просто нужно поспать. Спасибо за заботу.       Снейп выглядел обеспокоенным, но все же поднялся и вышел из комнаты. Драко же сполз с кресла на пол и начал задыхаться, а слезы градом полились из глаз. Эта жизнь к нему явно несправедлива. Сколько еще ему страдать? Почему именно с ним все это происходит? Чем он заслужил такую судьбу? Он не мог успокоиться, а мысли все больше погружались во тьму. И единственная причина, почему он до сих пор не наложил на себя руки — предсказание Трелони. Если он его правильно понял, то на кону жизнь Гарри. Он уйдет от всей этой грязи, как только убедится, что с его любимым человеком будет все в порядке.       Кое-как собрав себя по кусочкам, парень поднялся и прошел в ванную. Уничтожая свою одежду заклинанием, он встал под теплый душ и как сумасшедший начал тереть свою кожу в тех местах, где он был грязным. Там, где его касались руки и рот омерзительного ублюдка. Было мерзко, и это чувство не исчезало. Психанув, он взял самую жесткую мочалку и начал натирать нежную кожу до тех пор, пока не увидел сочащуюся кровь. Только тогда он пришел в себя и снова, захлебываясь в слезах, упал на колени, обнимая себя руками, представляя, что рядом с ним тот, кто действительно был необходим как воздух. Просидев так примерно полчаса, а может и больше, Драко встал и высушил себя чарами теплого воздуха, после чего, накинув изумрудный халат, весящий около двери, прошел в кабинет.       Сев за свой стол, он задумчиво осмотрел его. И, не удержав порыв гнева, вскочил и тихо рыкнув, свалил все вещи на пол. После яростно ударив кулаками по деревянной поверхности снова рухнул на стул и прикрыл рукой глаза. Просидев так минут пять, он достал из перстня черную тетрадь и, открыв, положил ее перед собой. — Акцио, перо!       В это же мгновение к нему в руку попала призываемая вещь. И он застыл перед белой страницей, почти поднеся кончик пера к бумаге, но в последний момент передумав, положил его на стол и поднявшись, посмотрел в окно. Вокруг была непроглядная ночь. И если раньше были видны звезды, то сейчас вокруг был только зловещий туман. Он безумно хотел написать, хотя бы пару строк. Возникало ощущение, что сейчас это жизненно необходимо. Но что он может отправить? Жаловаться явно не в его стиле, как и открыто заявить о чувствах. Просто узнать как дела? Тоже довольно странно. А вдруг Поттер сейчас вообще в объятьях Уизли. От этого сразу бросало в дрожь. Они не клялись друг другу в верности. Глупо будет спрашивать о таком и уж тем более устраивать сцены ревности. Но все внутри клокотало только от мысли, что Гарри в чьих то объятиях сейчас. Пока Драко находится в этом аду. И все-таки, а почему хоть раз не сделать что-то глупое. Парень сразу же сел за стол и начал писать: «Я долго думал, писать тебе или нет… А если уж и выводить строчки, то что в них сказать… Но пару минут назад, увидев сегодняшнее число, решил, что все же уделю тебе толику своего драгоценного времени. А теперь читай внимательно, потому как не уверен, что хоть раз скажу или напишу тебе подобное…. Я остро тоскую по каждой проведенной с тобой секунде. Думаю о тебе, как только утром открываю глаза. Засыпаю с мыслями о тебе. Мне безумно одиноко без тебя. Меня сводит с ума мой собственнический инстинкт. Хоть я и понимаю, что наши чувства не смогут повториться ни с кем другим, но знание, что тебя ласкают чужие руки, сильно задевают мое самолюбие и гордость. Но сказать я хочу о другом. Ты самое дорогое, что есть в моей жизни. Моё сердце — открытая книга, посвящённая только тебе. С совершеннолетием тебя, Гарри Джеймс Поттер.»       К удивлению Драко, написанное тут же начало исчезать, оставляя чистый лист. И это значило только одно — Поттер сидел с открытой тетрадью и ждал. Или хотел сам написать. От волнения Драко даже не понял, что сильно сжал перо, пока оно не треснуло и разломилось пополам. Шумно втянув воздух, боясь даже моргнуть, его глаза пристально наблюдали за тетрадью. Минута, две, три… Но ничего не происходило. — Боггарт! На что я только рассчитывал. — прошептал парень, отбрасывая половину пера, что осталась в руке.       Откинувшись на спинку стула, он протер лицо. Его слух уловил движение внизу. Пожиратели куда-то собирались. И нехорошее предчувствие сковало сердце Драко в холодные тиски. Глаза его зацепились за появляющиеся строчки. Он тут же схватил тетрадь и начал вчитываться.        «Спасибо! Это лучший подарок в моей жизни! Никто и никогда не поймет и не ощутит в полной мере мои чувства к тебе. Благодаря тебе я одарен таким даром, как любить до безумия, до абсурда. Да, вся наша история — сплошное безумие и абсурд. Но именно такая ненормальная любовь делает меня счастливым и заставляет бороться на этой войне. В первую очередь я сражаюсь за тебя. За нас. И только потом за остальной мир.»       Прочитав это, на лице Драко расплылась дурацкая счастливая улыбка, а сердце гулко забилось. Он всегда считал, что его жизнь заранее распланирована отцом. Учеба, наследование рода, брак, дети. Все это ему, в прямом смысле, вбивал в разум и под кожу Люциус. И жизнь действительно казалась простой и понятной. Но явно пошло что-то не так с появлением Поттера. Более раздражающе яркого человека Драко не встречал. Впервые блондин получил отказ, впервые он кому-то завидовал. Ему до дрожи хотелось стать лучше. Он даже не осознавал насколько сильно пытается привлечь внимание шрамоголового, пока его друзья не ткнули в это носом. Он и сам стал замечать, как взглядом ищет этого человека в толпе. Прихорашиваясь перед зеркалом чтобы, не дай Мерлин, быть хоть на чуть-чуть неаккуратным как очкарик. Врать самому себе Драко не любил, но только сейчас он понял, что давно, еще до первого поцелуя, полностью растворился в этом человеке. Дураком назвать блондина нельзя, поэтому понимание неправильности их отношений всегда его мучила. Попытки оттолкнуть, отгородиться были смешны. Гарри слишком упрямый, если поставил себе цель. И вроде радоваться надо, что чувства взаимны и одинаково сильны. Но разве Драко может дать что-то этому человеку? Ответ просто ничего. Для Поттера хотелось счастья, крепкой семьи с кучей деток, похожих на очкарика. Но разве способен Драко дать ему все это? Нет. Единственное, что можно сделать, это отпустить или даже подтолкнуть в другом направлении. Печально вздохнув Малфой еще раз посмотрел на любимый корявый почерк и закрыл дневник. На этой войне он сразится за него, а после навсегда исчезнет из жизни своего любимого. Убрав тетрадь в кольцо, он встал из-за стола и пошел пытаться уснуть, что бы позже проснуться от очередного кошмара.       Как и ожидал Драко, в поместье было особенное сумасшествие. Ночная вылазка Пожирателей была неудачной. Схватить Поттера не получилось. Так еще Драко и узнал, что у Лорда проблемы как со своей, так и с отобранной у Люциуса палочкой. К вечеру были доставлены пленники. На очередном собрании Драко узнал их имена: Гаррик Олливандер и Полумна Лавгуд. Именно там, на глазах парня, мастера по волшебным палочкам пытают.       После собрания Малфой тут же отправляется в свою комнату, всячески избегая злобных взглядов оборотня. Забежав в свое пристанище, Драко сразу направляется к камину в кабинете и достает из тайника мешочек с едой, который он собрал в кухонной кладовой и недолго думая к еде добавились и восстанавливающие зелья. Времени было в обрез. От волнения тряслись руки. Он считал себя сумасшедшим, раз решился на такое. Положив мешок в карман, вернулся в комнату и начал бросать в чемодан вещи из гардероба, даже особо не разбирая, что именно хватает. До отправки к поместью Блейза оставалось пару часов, но вещи переправить ему поможет уходящий сейчас Снейп, ожидающий за дверью. Последним, что полетело в чемодан, был мешочек с артефактами для ритуалов и книга «Танец жизни и смерти». Закрыв крышку чемодана на магический замок, он открыл дверь и отлевитировал его к ногам крестного. — Может отправишься сейчас со мной? — Нет, мне надо встретиться с мамой, а после уже трансгрессирую к Блейзу. — Будь осторожней и не делай глупости. Палочку держи наготове, даже в кобуру не убирай, пусть всегда находится в руке. И прошу тебя не скандаль с Люциусом.       В этот момент откуда-то снизу раздался сумасшедший смех Беллатрисы и болезненные крики очередных ее жертв. Драко вздрогнул, а взгляд сам зацепился за недавно появившиеся у его двери кровавую надпись: «Жди. Смерть уже рядом». Кое-как собравшись с мыслями, Драко все же ответил: — Не переживай, все будет нормально. Уж пару часов я точно продержусь. — Напиши, как будешь в безопасности. — Хорошо. Встретимся там.       Снейп похлопал по плечу Драко,затем кивнув, подхватил чемодан и трансгрессировал с громким хлопком. Малфой остался в коридоре один. Достав палочку из кобуры, глубоко вдохнул и двинулся по направлению апартаментов родителей. От каждого смеха и крика его плечи напряглись, а напряжение и страх сковывали, кажется, все внутренности. Единственное, что сейчас его успокаивало это отсутствие в поместье Лорда и Сивого. Дойдя до заветной двери, он тут же постучался. — Входи.       Раздался по ту сторону голос Люциуса. Подобравшись и надев маску безразличия Драко открыл дверь и переступил через порог. — Отец, мать. Добрый вечер. Пришел известить, что в скором времени отправляюсь к Забини. — Люц, любимый, оставь, пожалуйста, нас одних. — Конечно. — тут же ответил отец и поцеловав сидевшую в кресле мать в макушку прошел мимо Драко обдав его презрительным взглядом. — Давай сядем на диван милый. — Сказала нарцисса поднимаясь с кресла и беря сына за руку, усаживая его на просторный мягкий диван садясь рядом. — Я думала ты еще побудешь дома.       Драко мягко высвободил свою руку из ладоней женщины и отсел от нее на расстояние вытянутой руки. Нарцисса от этого нахмурила брови, но быстро взяв себя в руки, натянула вежливую улыбку, убирая все следы недовольства. — Ты еще вернешься? — Конечно, я явлюсь по первому зову Хозяина. — А если я попрошу или отец, неужели ты не будешь скучать по дому? — У меня нет тут больше дома. — Не говори так. Это всегда будет твоим домом. Малфой-мэнор — наш дом. — Нет, это штаб Лорда. Поместье плачет и умирает. — Что за глупости. С нашим домом все хорошо. — Ну да, не считая криков пленников крови повсюду и трупов. Ах, а сожженный сад так вообще произведение искусства.       Нарцисса замолчала. Сын был прав, но признать это было сложно, да и не хотелось. Может, сказалось, что она не была Пожирателем и благодаря Люциусу не испытывала особого дискомфорта, а может, ей просто хотелось верить в лучшее. Особенно не хотелось признать, что не уберегла свое дитя. Тем временем Драко снова заговорил: — Я не хочу портить наши отношения. Ты моя мать и очень дорогой для меня человек, но теперь мне пора идти своим путем. Я не знаю верно, поступаю или нет, но по другому не могу… Прости… — Драко. — нежно прошептала женщина с теплотой в глазах. — Слушай только свое сердце. Если оно говорит куда идти не противься, оно не обманет. Люциус и я можем тебя не понять и даже осудить, но решать должен только ты. Послушав нас ты можешь потом всю жизнь жалеть, а я как мать, хочу только света для тебя. — Спасибо. — прошептал парень мягко улыбаясь. — Не забывай о ключе, который я тебе передала. Он очень важен для тебя. — Я помню, не переживай.       Нарцисса поднялась с места и подошла к сыну. Положив руку ему на щеку, нежно погладила пальцем, а после поцеловала в лоб прошептав: — Да прибудет с тобой благословение Магии. После женщина отошла и, подойдя к окну, встав спиной к сыну, холодно сказала: — Можешь идти. — Спасибо, мама. — прошептал Драко.       Встав, он сразу пошел к выходу, не оглядываясь. Выйдя, он сразу же увидел отца, который презрительно фыркнув, оттолкнул его от двери проходя в комнату. Парень, пошатнувшись от действий отца, только покачал головой и направился в свою комнату. Оставались еще пару незаконченных дел.       Спустя час Малфой надел черную мантию с капюшоном, сразу накинув его на голову, и надел маску. Проверил карман на наличие мешочка с продуктами и зельями. Он сжал покрепче палочку и вышел из комнаты. Тихо пробираясь по коридорам, постоянно прислушиваясь к звукам вокруг, он прошел к кабинету отца и оглянувшись по сторонам, нырнул внутрь. Как и ожидалось помещение было пустым, ведь теперь это место обитания Лорда, уехавшего по своим великим делам.       В кабинете было темно и холодно. Атмосфера напрягала все нервные окончания до предела. Он до сих пор не понимает, зачем сейчас так рискует, когда мог спокойно уже попивать вино в компании друзей. Похоже, его покусали гриффиндорцы. С такими невеселыми мыслями он подошел к книжному стеллажу и дотронулся до золотой фигурки павлина. В полу образовался проход. Драко несколько секунд вглядывался туда, а после, судорожно вздохнув, начал спускаться, покрепче сжав палочку в руке. Туннель был слабо освещен парой факелов с зеленым магическим светом. Пройдя пару метров и повернув влево, он наткнулся на дубовую дверь. Если ее откроет, пути назад уже не будет. Взвесив еще раз все за и против, он припал ухом к деревянной поверхности, прислушиваясь. До него доносились только звуки плача и стонов боли. Убедившись, что не слышит никаких шагов и разговоров, он открыл дверь. В нос ударил запах сырости и крови. Он скривил лицо, радуясь, что маска хоть чуть-чуть это заглушает. Темница Малфой-мэнор. Тут он проводил свое время после наказаний, и эти воспоминания не придавали ему уверенности, а наоборот, хотелось бежать со всех ног. Но отступать уже глупо. Пройдя мимо пары камер, где стонали пленники, он наконец нашел нужную. На каменном полу лежал, трясясь, старик, а его голова покоилась на коленях у блондинистой молодой девушки, которая сразу со страхом уставилась на посетителя. У Драко сразу пронеслись воспоминания, как он сам так лежал, вот только в полном одиночестве. Ни сказав не слова он полез в карман и достал мешочек, который тут же швырнул в сторону пленников. К его удивлению, Луна тут же его поймала и спрятала. — Спасибо. — одними губами прошептала она. Громче уже добавила: — Твои мозгошмыги довольны. И их стало чуть меньше. Я всегда знала, что у тебя светлая душа.       Драко не удержался и тихо фыркнул. Почему эта девчонка вечно несет бред. И, взмахнув мантией на манер Снейпа, пошел прочь из этого места, тем же путем, что и пришел. Оказавшись в кабинете, он понял, что все это время еле дышал. Выйдя и прошмыгнул в ближайшую комнату, коей оказалась уборная. Парень стянул маску и мантию и швырнул их на пол. Подняв глаза в отражении он увидел испуганного парня. — Все хорошо. У тебя получилось. — тихо проговорил он, пытаясь, выровнять дыхание. — Добби! — Слушаюсь. — Будь добр, отнеси эти вещи в мою комнату и скажи матери, что я уже ушел. — Как прикажете, сэр. Добби, все сделает.       И подхватив вещи, домовик испарился. Драко, еще раз посмотрев в зеркало и увидев, что получилось совладать с эмоциями, впервые самостоятельно трансгрессировал. Переместился он прямиком к воротам поместья семейства Забини, где его тут же встретил их домовой эльф и провел его в кабинет Блейза. Малфой, недолго думая, подошел к стойке с алкоголем и налил себе вина, сразу же осушив бокал. Налив второй бокал он сел в кресло у камина и неспешно начал пить. — Ты припозднился. — послышался со спины голос друга. — Дела были. К встрече все готово? — Да, через неделю, в это же время, в малой столовой. На удивление все согласились. Сегодня же к нам заглянет Хрюшка. Кстати говорили с ней по камину, она явно была нервной. — А в это время еще кто-то сохраняет спокойствие?       Блейз промолчал, так же налив себе вино и сев на соседнее с Драко кресло. Они молча сидели, попивая алкоголь. Но Малфой заметил, как его друг нервно крутит бокал в руке и иногда недовольно приподнимает верхнюю губу. Он так обычно делает, когда что-то серьезное хочет сказать, но не решается. — Ну и? — спокойно сказал Драко, вглядываясь в каминный огонь. — Что? — Блейз, ты молчишь — это уже ненормально. Да и мимика тебя выдает.       Друг еще сильнее скривился, а после, отставив бокал на столик, с силой потер лицо и голову. Потом резко встал и подошел к камину облокотившись на полку. Стоя спиной к Драко, он тихо заговорил. — Ты сможешь честно мне ответить на несколько вопросов? — А когда-то было иначе? — Ты и Поттер, как вы поняли… Ну, то есть, как ты понял, что нарушил обет? — Я не лучший пример. И понять и признать — это не одно и тоже. Я понимаю твое состояние. Да и честно сказать, хоть у меня есть на теле помолвочный символ, до сих пор кажется чем-то нереальным, что я люблю и любим. — сказал Малфой грустно улыбаясь. — Мне то точно ничего не светит… Она уже любит и любима… И с моей репутацией у меня и шанса нет… Впервые жалею, что я слизеринец и чистокровный. — Понимаю… И я с тобой. Как только все закончится, мы обязательно придумаем, как привлечь ее. Ты красивый, обаятельный и умный. Думаю ей просто надо это более детально показать. — С каких пор ты заделался оптимистом? — Да я не могу даже представить ту, которая не поддастся твоим чарам. Ну если только Пэнс. Она что ли? — Нет, более неприступная крепость. — Ладно, как будешь готов скажешь.       Забини не успел ничего сказать, так как камин вспыхнул и в комнате появилась Паркинсон. Она была растрепанная и явно заплаканная. Не обращая внимания на парней, она прошла к бару и налила себе виски. Блондин и брюнет переглянулись, но промолчали, давая время подруге самой все объяснить. После третьей порции алкоголя девушка села в кресло, на котором ранее сидел Забини и всхлипнула. Драко поднялся и, подойдя к ней, сел на подлокотник, кладя голову девушки себе на грудь. Блейз тоже подошел и разместившись на корточках у её ног начал поглаживать ей спину. Паркинсон еще сильнее разрыдалась. — Ну, наша Хрюшечка, что случилось? Кто обидел нашу принцессу? — Я… Я… Сама кого угодно обижу… — всхлипывая прошептала она.       Напряжение до этого сковало парней, отступило. Взглядами друзья начали спор кто именно должен продолжить разговор. В конце концов спустя минут этих гляделок, Драко заговорил: — А что тогда с тобой, милая? — Ты… Вы… были правы! — Оу, ну я бы тоже разрыдался если бы пришлось признавать правоту хоть кого то из вас. — пошутил Забини, получив тычок ногой от Драко. — Ауч… Ладно, и в чем же мы были правы. — Я не люблю Драко. — прокричала девушка переходя на истерику. Тут друзья вообще впали в ступор, не понимая как реагировать. Еще раз переглянувшись парни, на лицах обоих читалось полное непонимание. — Нет, люблю, но не люблю! — рыдая сказала девушка, сильнее прижимаясь к Драко.       Блейз, закатив глаза, левитировал к ним бутылку виски, с помощью магии разлил его на три бокала и направил два из них друзьям. Драко подхватил оба и один поднес к трясущимся губам девушки. Она тут же обхватила его руку своими и отпила алкоголь. — Я так понимаю у нас вечер откровений. — проговорил Блейз, садясь на пол рядом с креслом и поглаживая ногу подруги. — Тогда, чтобы было легче, давайте сыграем.       Драко усмехнулся, отпил из своего бокала. Отставив его и отобрав свою руку у Пэнси, он встал и подхватив девушку, как невесту, и тут же трансгрессировал. Следом во вспышке света исчез Блейз, держа в руках несколько бутылок виски.       Две яркие вспышки, нарушив темноту помещения, спровоцировали подвешенные к потолку огоньки, похожие на звезды, к включению. Тут же широкие стены, покрытые дорогим сортом коричневого дерева, будто ожили и вдохнули жизнь в дремлющую комнату. От этого огромных размеров пушистый бледно-зеленый ковер, занимающий все пространство на полу, казалось, зашевелился и напоминал траву на лужайке. В самом центре, будто низкий пенек, располагался красивый резной кофейный столик, явно ручной работы в тон стенам. А разбросанные вокруг подушки, обтянутые атласом и бархатом зеленого и серебристого цветов, придавали этому месту какой-то особый уют, несмотря на всю хаотичность расположения. То тут, то там на стенах красовались детские рисунки, аккуратно обрамленные рамками, выполненные из не менее достойных материалов, чем вся комната в целом.       Как только Серебряное трио попало в комнату, и Драко опустил Пэнси на ноги, магия тут же их переодела. Если бы сейчас их кто-то увидел, то никогда бы не поверил, что это гордые надменные наследники чистокровных родов. Сейчас в эту минуту тут стояли просто семнадцатилетние подростки в одинаковых, шелковых пижамах и теплых зеленых носках с серебристыми змейками. Единственным отличием были цвета тканей их рубашек и штанов. Блейз облачен в черный, Пэнси розовый, а Драко бледно-голубой.       Друзья не задумываясь прошли к столику и сели на подушки на расстоянии друг от друга создавая треугольник. Пэнси схватила соседнюю подушку и обняла ее. Драко крутил кольца на пальцах рассматривая на противоположной стене совместные фото этой троицы, которые мать Забини делала каждый год перед окончанием каникул. Блейз же призвал домовика и перечислял, что принести в качестве закуски к алкоголю.       Когда все приготовления были сделаны: алкоголь уже разлит по бокалам стоявшими напротив каждого, а стол ломился от фруктов и шоколадных конфет, Блейз заговорил: — Что же, начнем собрание анонимных сладкоежек и алкоголиков. Сегодня мы собрались в месте наших ежегодных посиделок, дабы копаться в грязном белье каждого присутствующего и не только. Прошу считать собрание открытым.       Блейз отсалютовал бокалом и сделал жадный глоток тут же засовывая в рот шоколадную конфету. Друзья синхронно усмехнулись. В этой комнате они когда-то проводили все свое свободное время. Мать Забини выделила им ее для посиделок, еще когда им было по 8 лет. С возрастом из игровой, они превратили эту комнату в обитель откровений. Забини поднялся и прошел к шкафчику, который был обклеен их колдографиями. И открыв дверцы достал небольшой белый шар, похожий на напоминалку, которую Драко еще на первом курсе отнял у Невилла. Вернувшись на место, Блейз направив палочку на объект в руке шепотом произнес заклинание. Шар взмыл в воздух и остановился над столом посередине. — Кхм… Кхм… — прочистил горло Забини, продолжил говорить: — Напоминаю, правила, каждый из нас отвечает на вопрос, когда шар остановится над его головой. Если правда шар зеленый, ответ лживый — красный, а после неудачника бьет небольшой разряд молнии. Задает вопрос тот, кто отвечал перед вами.       Пэнси и Драко недовольно скривились, они помнят прекрасно с какой силой бьет молния. Блейз же потер предвкушающе руки и, направив палочку на шар, сказал: — Я первый задаю вопрос. Да начнется игра! В шарик тут же из палочки вылетел голубой свет и он начал кружить вокруг трио выбирая жертву. Первой оказалась Пэнс. — Ты любишь Драко, как парня? — тут же спросил брюнет. — Нет. — не задумываясь ответила девушка все еще периодически хлюпая носом.       Через секунду шар загорелся зеленым. Медленно пролетая над друзьями он снова остановился над девушкой, которая тут же тяжело вздохнула делая большой глоток алкоголя. Блейз хищно ухмыльнувшись спросил — Хрюшка, был ли у тебя секс втроем?       Девушка заметно вздрогнула и залпом осушила свой бокал, Забини магией снова ей его наполнил. Пэнси молчала примерно минуты две, а после ответила: — Нет!       Как только последний звук слетел из рта, ее осветило красным цветом и в правую руку ударила мини-молния. Девушка вскрикнула и тут же начала протирать пораженный участок с небольшим ожогом. Все понимали, что пока она не скажет правду игра продолжаться не сможет. Поэтому недолго думая Пэнси быстро протараторила: — Да! Был у меня секс втроем!        Драко удивился, а Блейз заржал. Пэнси невнятно ругалась. Шар тем временем начал, снова кружить над троицей. Спустя минуту он остановился над Драко. Пэнси неуверенно на него взглянув, прошептала: — У тебя был секс с кем-то кроме меня, если да то сколько партнеров было и сколько раз был интим?       Блейз который отпивал из своего стакана, поперхнулся. Пэнси же залпом выпила еще один бокал. А Драко, казалось, задумался прижав к груди ноги он крутил кольцо на безымянном пальце левой руки смотря куда-то в стену. Но к удивлению друзей он вдруг заговорил спокойным голосом: — Да, у меня был интим с другим человеком. Он был моим постоянным партнером и моей парой. Сколько раз я точно сказать не могу.       Шар загорелся зеленым. Пэнси удивленно хлопала глазами, перевела глаза на Забини который кивком подтвердил, что знал. Игра продолжилась. Следующим отвечать должен Забини. — Как случилось, что ты влюбился? — спросил Драко, а у девушки кусок шоколада пошел не в то горло и она начала кашлять. — Если честно, сам не знаю. Мы постоянно пересекались на встречах Слизнорта, потом стали проводить время в библиотеке. Оказалось, что она безумно интересный собеседник. Я не совсем понял, в какой момент начал, находить ее взглядом, специально ходить каждый день в библиотеку. А потом увидел ее в объятьях с другим и в этот момент меня как будто по голове огромным молотом грохнули. Как то так… Блейз выпил залпом, а шар окрасился в зеленый, после чего направился к Пэнси. — Ну что же, и кто же мог тебя уговорить на тройничок и заставил понять, что не любишь Драко? — Вы будете меня осуждать, но ладно. Так случилось, что с прошлого лета я начала общение с двумя братьями. Понимаете они как одно целое и я люблю их обоих одинаково. Они и в сексе действуют слаженно и такое удовольствие доставляют, что каждый оргазм, как попадание в рай. Но прошу давайте пока без имен.       Драко и Блейз переглянулись и кивнули девушке, хотя прекрасно знали о ком она. Может со стороны и не было заметно, но оба парня всегда оберегали свою принцессу и тщательно следили за ее жизнью. Шар снова закрутил останавливаясь над Малфоем. — Я так понимаю твоим партнером был парень, но какие именно отношения вас связывали? Имя можешь не назвать.       Пэнси увидела, как после ее вопроса Драко побледнел, а переведя взгляд на Блейза увидела странную реакцию, тот опустил плечи и смотрел на блондина с грустью и сожалением. — Этот вопрос будет последним, я предлагаю просто напиться. А ответ на твой вопрос прост. Да это парень. Мы магически помолвлены.       Свет над ним стал зеленым, а он снял с безымянного пальца кольцо, показывая вязь помолвочных рун золотого цвета. Блейз тут же заклинанием отозвал шар — правды и разлил всем по стакану. На что Драко отмахнулся так и не одев обратно перстень, а взял одну из бутылок начал пить крупными глотками прямо из горла. Пэнси и Блейз посмотрев на него тоже схватили каждый по стеклянному сосуду. Остальной вечер проходил в пьяных разговорах ни о чем с привкусом горечи и обреченности.

***

      Когда меня выкинуло из воспоминаний, голова была пуста. Это все произошло с отцом? Да нет шутка какая-то. Один человек не выдержит всего этого. Мой папа конечно сильный, но не настолько же. Я бы не смог. Сломался. Почему-то сейчас пропасть между нами ощущал как никогда. Стало стыдно, за свое поведение и вопросы. И отчаянно не понимал, как смотреть папе в глаза. Я запутался. Да вопросов было еще больше. Помолвка. Непреложный обет. Фамилия Малфой, а не Блэк. Пророчество. Как получилось, что папа все же женат на маме? И зачем вообще был этот брак, если отец и половины эмоций не испытывал от присутствия Астории, которые просыпались в нем при одной мысли о Поттере. Поток моей мысленной неразберихи прервал голос Дамблдора. — Сделай перерыв и покушай. Тут твой отец принес еды. — Папа? Он приходил? — Да он зашел ненадолго, предупредить, что отлучится из Хогвартса на некоторое время. Просил если ты закончишь с дневником, а его еще не будет отправить ему весточку. — А он не сказал, почему уходит? Что-то серьезное случилось? — взволнованно спросил я. Понимая, что отец как минимум дождался окончания просмотра и сообщил бы мне лично. — Нет, там по работе что-то ничего серьезного. Кушай пока все свежее. — Сказал Альбус спокойно работая спицами.       Отсутствия реакции у Дамблдора меня приободрила, действительно, мы только переехали. Дел у него должно быть много. И только сейчас я заметил, что на столике целый поднос с Йоркширскими пудингами и огромная ваза с зелеными яблоками. А еще бутылки с тыквенным и яблочным соком. В нос тут же ударил приятный запах свежей выпечки и я чуть не подавился слюной. Папа знает, что принести, как и какое блюдо у меня самое любимое. Недолго думая я набросился на еду, как голодный зверь. Дамблдор добродушно фыркнул, прося не торопится. Спустя полчаса под завязку набитым животом я снова пошел изучать воспоминания отца.

***

      Все шторы были закрыты, в камине горел огонь, а я смотрел в одну точку понимая, что еще чуть-чуть и мое сердце не выдержит. Гнев, отчаяние, тревога. Ну почему даже спустя столько лет не может все быть хорошо?! Я вздрогнул когда ко мне на плечо опустилась чья-то рука. Так как сидел по пояс голый сразу понял, что это женская ладонь, а только дама могла на данный момент быть тут. Поэтому я расслабился и откинулся в бок облокачивая свою голову о ее живот. Она зарылась в мои длинные волосы делая легкий массаж и тихо спросила: — Как он? — Никак. — я сам ужаснулся насколько хриплым и пустым был мой голос. — Герми, он не приходит в себя. Врачи разводят руками говоря, что он пребывает в летаргическом сне. Невыразимы тоже не нашли и следа от проклятья. Я не могу пробраться в его разум, он закрыт от меня. Нужно было остаться во Франции… Ничего бы не случилось тогда… Все только мои ошибки… — Не вини себя! Если бы это связано было с тобой, то летаргический сон должен был наступить у него еще на восьмом курсе! Тебе нужен отдых. Я посижу с ним, а ты поспи хоть чуть-чуть. — Позже. Что там говорит Кингсли? — Он в шоке. Особенно после твоего допроса. Делает все возможное, чтобы правда не вскрылась. Официально Герой магической Британии, поехал в командировку для обмена опыта с другими странами. Он тоже переживает, как и все мы. Наши прибудут завтра. Их порт-ключ на восемь утра… — Хорошо, спасибо, что занимаешься всем… Я не могу уйти из дома и оставить его… — Я понимаю, милый. И все это понимают. Драко… За дверью ждет Джинни и Рон. — К Богарту их. Я не подпущу эту девку к нему! — заорал я, а кожа засветилась золотом. — Успокойся! Приведи себя в порядок и поговори с ними. Включи Драко школьных времен. Пусть вспомнят, того холодного безразличного человека! — Я не такой! — Но не для них! Включи голову! Они помнят тебя, как безэмоционального надменного плюющего на все человека. Так не разочаруй их. — Прости… — выдохнул я и встал с кресла. — Пойду переоденусь. — Ты хотел сказать оденусь? — усмехнулась девушка, намекая, что я только в пижамных штанах. — Иди, я пока посижу с ними тут.       Не сказав больше и слова, поднялся наверх. Около двери ведущей в спальню остановился еле дыша. Страшно. Но повернув ручку все же вошел внутрь. Глаза сразу устремились на кровать. Там, посередине, лежал молодой мужчина. Растрепанные черные волосы, умиротворенное лицо и еле вздымающаяся грудь. Никаких изменений за несколько дней. В горле стоял ком. Медленно подойдя к постели, я сразу же сделал диагностические чары. Убедившись в стабильности его состояния, поцеловал его в лоб и отправился в душ. Быстро сделав все водные процедуры и высушив себя магией, прошел к гардеробу и одел белую классическую рубашку и серые классические брюки. Немного подумав сверху надел темно-коричневый шерстяной пиджак в шотландскую клетку и обулся в черные замшевые лоферы. Оглядел себя в большое зеркало. Волосы, уложив гелем спереди, прям как на первых курсах Хогвартса, сзади собрал в чуть небрежный пучок на затылке. Из украшений одел только серебренные часы и кольцо с Рунеспуром. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув я надел маску холодной надменности. Еще раз кинув взгляд на кровать и послав туда сигнальные чары, я направился к незваным гостям.       Спускался по лестнице нарочито медленно, чувствуя как глаза рыжего семейства прикованы ко мне. Они сидели на диване с чашками чая. Гермиона же стояла у окна, теребя свой хвост, всегда так делает когда нервничает. Не одарив присутствующих даже взглядом, прошел к бару и налил бокал вина. После чего опустился в кресло напротив посетителей. — Чем могу быть полезен? Если как специалист по легилименции и окклюменции, то расписание у меня забито на два года вперед, уточняйте у секретаря. Если как к зельевару, то так же через секретаря. Ну, а как специалиста по темной магии и ликвидатору проклятий, то это через Министерство. Других причин вашего прихода я не знаю. — Не строй из себя идиота! Верни мне моего мужа! — взвизгнула Джиневра вскакивая с дивана. — Джин, я сам. — сказал Рональд, усаживая свою сестру обратно и прочистив горло обратился к Драко — ты же понимаешь, что это похищение? Верни его жене.       Я начал громко ржать, такое ощущение, что напряжение последних дней выходило именно через этот смех. Гермиона недолго думая подошла и встала позади меня положив руки мне на плечи, после чего заговорила: — По этому вопросу вам лучше обратится к Министру, он в курсе всего и не рассматривает данную ситуацию как похищение. Рональд, как аврору тебе это должно быть известно. — Он мой муж! Верните мне его! — прошипела Джинни, переводя злой взгляд с Драко на Гермиону. — Джиневра, ты забываешься. — спокойно сказал я, но внутри так и кипела злость, хотелось порвать эта дуру на маленькие клочки. — Прошу проявить больше уважения, к человеку который согласился принять тебя в своем доме. А также по поводу, муж он тебе или нет, можем выяснить через магический суд. Ох… Прости… У вас же не заключен магический брак, какая досада!       Гнев все больше окутывал мой разум, все инстинкты кричали, что она опасна для находящегося наверху человека. Рон, явно пытался образумить сестру, шептал ей на ухо какую-то чушь. Он, бедненький даже и представить не мог, что я все прекрасно слышу. Все старался уговорить ее действовать через закон, который будет на ее стороне. — Рональд, — не выдержав сказал я. — Вы конечно можете попытаться, что-то сделать, через закон. Но твоя сестра прекрасно знает, почему не стоит этого делать. А теперь прошу уйти из моего дома. — Я не оставлю своего мужа с ублюдком Пожирателем! — закричала Джиневра вскакивая. — Джин, пойдем отсюда. Вернемся с ордером на арест этого козла! — сказал Рон повысив голос, его лицо раскраснелось, а кисти рук сжались в кулаки. — Я добьюсь, чтобы тебя приговорили к Поцелую! — Хорошо. Удачи. Дверь найдете сами. Жду с нетерпением посмотреть на ваши потуги, особенно смешно будет, когда Джиневра расскажет правду, почему не сможет даже по закону, чего-то добиться. — Я вас провожу. — встряла Гермиона, подойдя к гостям и, беря их под руки, повела к двери.        Как только они вышли из гостиной, недолго думая я сразу направился наверх. У меня есть дела и поважнее, чем общаться с этими идиотами.