Переписанная история

Повествование от лица Восьмой... ***** Как и в большинство дней, я понятия не имею, почему я проснулась именно тогда, когда проснулась. Моё одеяло было тёплым, и я находилась в очень удобном положении, что наводило на размышления о том, почему, ради жизни ли, я не могла вернуться в блаженное забвение сна. С другой стороны, я поняла, что это не должно было стать большим сюрпризом, так как я уже привыкла к тому, что мне нужно всего четыре или пять часов сна, чтобы восстановить полную функциональность. Честно говоря, мне обычно даже не нужно было так много. В конце концов зевнув и решив, что как бы сильно я этого ни желала, я больше не засну хотя бы потому, что моё тело так устроено. Приняв положение сидя со стоном, я растянулась и подготовилась к моей обычной утренней рутине. Едва я начала вставать, я поняла, что я не была в своей комнате. Ну, технически это была моя комната... Просто она мне больше не нужна. Одним из преимуществ моей работы было то, что у меня была полностью меблированная квартира на территории клана, и большую часть времени я просто использовала её. В конце концов, для этого она и была создана. После пробуждения и выполнения утренних процедур первым делом я направилась на кухню. Мягко пробираясь по коридорам и войдя в светлую комнату, на моём лице появилась лёгкая улыбка, когда мой взгляд остановился на единственном человеке в комнате. Учитывая, что я ещё никого не видела и не слышала, то вероятно, она была единственной живущей здесь. В конце концов, у всех остальных были свои дела. — Доброе утро, Орихиме-сан. Горничная, служащая здесь много лет, слегка повернула голову, чтобы оглянуться через плечо, слегка улыбнулась мне, прежде чем вернуться к своей задаче. — Доброе утро. Ты как раз собиралась спать, когда я пришла сюда. Я никогда не пойму, как ты, шиноби, так мало спишь. Я не могла сдержать смешок, сорвавшийся с моих губ. — Я помню давний урок от Цунаде-сама, что-то о шиноби, у которого повышенный метаболизм из-за нашей активной деятельности системы чакры. Орихиме какое-то время хмыкала, прежде чем кивнуть. — Ну, это кое-что объяснило… Я услышала, как она что-то пробормотала, но решила не обращать на это внимания. Ноо запах еды становился невыносимым, и мой желудок предпочёл заявить о своём недовольстве тем, что он всё ещё пуст. — Ты... твой..., всегда такой требовательный. — Кто, я или мой желудок? Орихиме отвернулась от стойки с хорошо приготовленной едой и подошла ко мне. Ей всегда нравилось дразнить меня, и в этот момент казалось, что это как раз такой случай. — Ну, обычно и то, и другое. Но твоему желудку определенно намного легче угодить. Я готовила еду, думая, что ты проснёшься позже, чтобы съесть её. Я готова была даже завернуть завтрак с собой, но у тебя безупречный режим дня. Я мурлыкнула от удовольствия и начала копаться в еде, как только она была поставлена передо мной. Было безумно вкусно, как всегда. Подняв голову, я заметила, что Орихиме снимает фартук, чего она прежде никогда не делала, если она не уезжала. Укоренившиеся манеры заставили меня быстро прожевать и проглотить, прежде чем задать последний вопрос: — Куда ты идешь? Орихиме слегка улыбнулась, схватила свою рабочую сумку и направилась к входной двери. — Я обещала встретиться с Гендо-куном в Академии. У них сегодня полуурок из-за выпускных экзаменов в старших классах, помнишь? Мои глаза расширились, когда мой мозг, наконец, решил включиться. Этот разговор вернулся бы ко мне в течение дня, ведь я была хорошо известна тем, что была немного легкомысленной в течении часа после того, как я проснулась. — Спасибо за напоминание. Передай паршивцу привет от меня. Звенящий смех Орихиме донесся из прихожей. — Я обязательно передам. Могу ли я доверить тебе поубирать за собой? — Наверное. Я уже не ребёнок, знаешь ли. — Правда? Ты могла меня одурачить. Я услышала, как открылась входная дверь. — Хорошего дня. Дверь закрылась, и я, ворча про себя, возвратилась к утренней трапезе. Я очень любила Орихиме, и, если честно, она была одной из пяти человек в мире Элементарных наций, которым я позволила бы обзывать меня. Она тоже это знала, хотя, к её чести, она вела себя так только тогда, когда мы были одни или рядом с нами были соответствующие родные семьи. Когда я вернулась к своей еде, мои глаза скользнули по прилавку, где она стояла прежде. Я заметила, что, хотя вся еда была убрана, посуду нужно было почистить и помыть. Чёрт. Я ненавидела мыть посуду. Технически сегодня должен был быть мой единственный выходной день, исключая любые непредвиденные чрезвычайные ситуации, поэтому я в полной мере воспользовалась этим фактом. Я оделась в мою обычную одежду джонина, в комплекте с оранжевыми перчатками с открытыми пальцами и гербами Учихи и Узумаки, вышитыми на воротнике моего бронежилета. Медленно пробираясь по бывшему району Учиха, я говорила слова приветствия и получала много слов взамен, когда я переходила от прилавка к прилавку, проверяя все интересные предметы продавцов. Похоже, ни один из них не сильно изменил инвентарь с тех пор, как я последний раз была здесь около месяца назад, но я не уверена, чего от меня ожидали. Хотя я не была обязана бесцельно бродить по деревне, большинство людей, с которыми я разговаривала, по-видимому, ценили мои визиты. Вернувшись к одной из главных дорог и ещё раз оглядевшись, я не могла не поразиться тому, как быстро всё могло измениться. То, что когда-то было прежде всего жилым районом, успело превратиться в большой торговый базар, на котором всегда происходило что-то интересное. Штаб-квартира клана Учиха, разумеется, по-прежнему находилась здесь и была моим «постоянным» домом, даже если я чаще пользовалась своей квартирой. Скрывая зевок рукой, я постепенно вышла из базара на главную площадь, лениво наблюдая, как телеги, запряженные всевозможными тварями, от лошадей до мулов, или даже самими людьми, когда они проходили мимо. Некоторые узнавали меня и здоровались, на что я была вынуждена ответить. Я хотела дойти до пункта назначения, думая, что давно не видела людей, которые там жили после переезда. Ну... я проверяла их, может быть, три дня назад, но с моей работой это казалось вечностью. Запрыгнув на крышу, я сделала несколько быстрых прыжков, и моя цель была в поле зрения, и всего через тридцать секунд я бесшумно приземлилась за пределами небольшой, ухоженной площадки Комплекса Узумаки. По крайней мере, это было официальное название в книгах. Я слышала, как Йондайме время от времени неохотно называл эту территорию Адской дырой. Я уверена, что это было совершенно нежным названием. Действительно. Обычно он улыбался, когда говорил эту фразу. Подойдя к одному из больших домов, я постучала в дверь, честно говоря, не зная, есть ли кто-нибудь дома в этот час. К счастью, мне не потребовалось много времени, чтобы услышать приближающиеся шаги к двери, после чего указанная дверь распахивается, и маленькая ракета с рыжими волосами прыгает прямо мне в живот. — Хикари-онэсама! Пытаясь ослабить боль в животе и в то же время отлепить от себя маленький шприц, я не могла не хихикнуть. — Что ты делаешь дома, Чика-чан? Я думала, ты сегодня ещё в школе? Прежде чем маленькая девочка успела ответить, из дверного приёма донесся слабый смех. Подняв глаза, я увидела одну из женщин, которыми я восхищаюсь больше всего на свете... после моей матери, конечно. — Чика жаловалась, что сегодня утром ей нехорошо, и, поскольку день был коротким, я позволила ей остаться дома. Однако сейчас она в порядке, так что, возможно, мне следует присмотреть за её тренировкой до конца дня? Хм? — Ооо, я не очень хорошо себя чувствую... Смелая рыжая рухнула на землю у моих ног, жалобно постанывая. Я пыталась сдержать веселье, но я почти уверена, что с моих губ сорвался смешок. — Я могу что-нибудь для тебя сделать, Хикари-чан? Как всегда рада тебя видеть. Я старалась, чтобы моё лицо не дёрнулось, но я почти уверена, что это произошло, потому что женщина передо мной немедленно удостоила меня одной из своих многозначительных улыбок. Кроме Орихиме-сан, эта дама была одной из тех, кому я неохотно позволила бы обращаться со мной как с ребёнком, но ей это сошло бы с рук. — Да, вообще-то. Ты знаешь, где Минато-одзисан, Кушина-обасан? Кушина закатила глаза и покачала головой. — Нет, извини. В последний раз он сказал мне, что работает над каким-то сверхсекретным проектом с Морино Ибики и Яманака Иноичи. Я думаю, это связано с сенсорным барьером. Старшая рыжеволосая фыркнула и скрестила руки на груди. — Мужчины и их игрушки, — пробормотала она. С одной стороны, я чувствовала, что соглашаюсь. С другой стороны, однако, я понимала необходимость барьера. Мы вели безупречный учёт всех людей, которые входили в деревню как легально, так и нелегально. По крайней мере, мы пытались, но ни одна деревенская система безопасности не была идеальной, как бы мне ни хотелось обманывать себя, что наша была такой. — Понятно, — сказала я, пожимая плечами. — Ну, если ты увидишь его, можешь дать ему знать, что я его ищу? Это не так важно, но я хотела бы покопаться в его мозгу насчёт нескольких вещей. — Конечно, Хикари-чан. Я кивнула и уже собиралась уйти, но её голос остановил меня. — Кстати, ты не знаешь, когда Джиро-кун может снова приехать в гости? Наоми скучает по своему лучшему другу. Честно говоря, я не знала, что на это ответить. Джиро был моим младшим братом, и он был немного вспыльчивым... или, по крайней мере, раньше был. Он и Узумаки Наоми были практически неразлучны, но несколько месяцев назад что-то случилось. Они попали в массовую драку, и Джиро практически превратился в отшельника и затворника. Мне, естественно, было любопытно... но я была не из тех, кто лезет в чьи-то личные дела. Я не знаю, оценил он это или нет, потому что я очень редко получала что-то большее, чем одно слово от него лично. К сожалению, мы никогда не были так близки, когда росли, потому что Наоми в значительной степени привязала его к себе, поэтому я не ценила отношения брата и сестры, помогая ему с его проблемами, пытаясь избежать определенные запреты. — Ты ведь знаешь, что я не могу приказать своему брату сделать то, чего он не хочет, верно? Я выплюнула это с чуть большим сарказмом, чем собиралась, и тут же почувствовала себя виноватой, когда лицо моей тёти вздрогнуло, прежде чем она отвела взгляд. Я тут же открыла рот, чтобы извиниться, но она опередила меня. — Нет, я понимаю. Я не это имела в виду, но Наоми какое-то время безутешна, и я понятия не имею, что случилось. Я вздохнула. — Ты спросила её, что случилось? — Я старалась. Моя тётя заправила выбившиеся пряди волос за ухо. — Она мне не отвечает. Всё, что она сейчас делает, это занимается своими делами, как трутень. Приходили товарищи по команде, спрашивали, могу ли я что-нибудь сделать. Я на пределе разума. Я поморщилась. — Если я поговорю с ней, это плохо кончится, знаешь ли. Даже если Наоми - моя кузина, мы никогда не ладили. Возможно, это было немного грубо, но это была правда. Я думаю, в каждой семье у вас обязательно будет хотя бы один человек, который вам не так сильно нравится. Для моей семьи таким человеком была Наоми. Не только потому, что она практически увела у меня одного из моих братьев, но и потому, что ей нравилось быть в центре внимания. В классе, когда она была в академии, в своей команде, в любом баре. Она позволила славе своих родителей задеть её слишком сильно и во всех смыслах и целях вела себя как избалованная маленькая принцесса. Я точно знаю, что моя тётя не так её воспитывала, и даже если Минато-одзисан время от времени мог с ней послабиться, я понятия не имею, откуда она научилась такому поведению. Временами она была настолько плохой, что даже мой отец пытался держать её на расстоянии вытянутой руки. Теперь это о чём-то говорит. Кушина больше ничего не сказала о Наоми, вместо этого слегка вздохнула и хлопнула в ладоши. — Давай, Чика. Вставай и иди внутрь. У тебя есть немного времени на тренировку, иначе сегодня после обеда тебе не дадут десерта. Маленькая рыжеволосая вскочила на ноги быстрее, чем я думала, и без особого «с вашего позволения» побежала вокруг своей матери обратно в дом. — Кстати, — начала Кушина, как только Чика вернулась в дом, — Нагато вчера вернулся из Страны Дождя, он навещает свою племянницу. Помнишь малышку? — Конечно! Я улыбнулась. Девушка была очаровательна и могла делать удивительные вещи с бумагой. — Раз он вернулся, как думаешь, у него будет немного свободного времени, чтобы со мной потренироваться? Моя тётя улыбнулась мне. Я ещё раз был поражена тем, насколько она хороша. Для сорока с небольшим лет она даже не выглядела на тридцать. Долголетие Узумаки удивительно. — Если бы он был недоступен, я бы не упомянула об этом. Он действительно предложил мне организовать встречу, когда вернулся, но сначала он хочет отдохнуть. Я махнула рукой. — Нет проблем. Просто скажи ему, чтобы заходил, когда у него будет время. Я выделю немного свободного времени для себя. — Конечно. Спасибо, что заглянула, Хикари-чан. Я обязательно скажу мужу, что ты его ищешь. Когда он решит перестать играть со своими игрушками и придёт всё равно домой. Я слегка улыбнулась, втайне чувствуя облегчение от того, что она либо забыла поговорить о Наоми, либо решила оставить эту тему в покое. В любом случае меня всё устраивало. Помахав на прощание, я прыгнула и решила вернуться на крыши, думая о том, что я хочу, чтобы мой следующий пункт назначения был где-то поблизости. Нахмурившись, я быстро поняла, что мне особо нечего делать, разве что ходить по магазинам или ходить по пятам с одним из членов моей семьи. Возможно, пора нанести случайный, неожиданный визит в один из отделов Конохи? Неа. У меня выходной. Внутренне вздохнув, я начала прыгать с крыши на крышу, напрягая чувства и выискивая знакомые дома. У меня было «чувство» чакры всех моих ближайших родственников, которое я запоминала, так что я знала, как точно определить их, если возникнет такая необходимость. Пока в этом не было нужды, но лучше было перестраховаться, чем потом сожалеть. Когда я приблизилась к краю второго кольца Конохи, я начала обнаруживать один... нет... два следа за пределами деревни на одном из тренировочных полигонов. Подойдя поближе, я заметила, что это была шестнадцатая тренировочная зона, которую часто использовали чуунины, экспериментировавшие с новыми техниками. Представьте моё удивление, когда я обнаружила там Джиро и мою младшую сестру Амайю. Джиро наблюдал за ней с активным Шаринганом, в то время как она, казалось, делала что-то вроде упражнения, связанные с чакроканалами. Её чакра немного колебалась, но в этом не было ничего серьёзного. Оба подняли глаза, когда я приземлилась. Шаринган Джиро сразу же исчез, вернувшись к его темным глазам цвета оникса. Тем временем Амайя встала и бросилась ко мне, крепко обнимая. — Нээсан! Прошла вечность с тех пор, как я видела тебя! — Ну, ты была на задании три недели, а я была занята, когда ты вернулась. Так что в нашем роде деятельности это вроде как навсегда. Она улыбнулась мне, и я посмотрела, не заметив каких-либо изменений. В шестнадцать она уже была той, которую я бы назвала сногсшибательной красавицей, хотя мне хотелось верить, что я не дура по части опредениения красоты внешности. Однако в то время, как я был похожа на своего отца, Амайя больше походила на нашу мать. Если бы я была мелочной и сравнила нашу внешность, то у неё были ноги, за которые я бы с удовольствием убила, хотя я ловко победила её в районе бюста. Мы обе носили наши волосы примерно одинаковой длины чуть выше лопаток, однако мои волосы были темно-золотистого цвета, как у моего отца, тогда как у Амайи был довольно необычный темно-рыжий цвет. Такой глубокий оттенок, что он казался чёрным, если вы не держали локон непосредственно под ярким светом. Единственная черта, которую мы действительно разделяли, заключалась в том, что мы обе родились с ярко-голубыми глазами нашего отца, хотя мои больше склонялись к зеленовато-голубым. Взглянув на младшего брата, я увидела, что он бесстрастно смотрит на нас, не двигаясь. — Привет, Джиро. Он просто кивнул, а затем коротко сказал: — Привет. — Что, ты не собираешься прийти и обнять свою старшую сестру? Я надула лицо, надеясь немного подразнить его, но, как всегда в последнее время, он полностью это проигнорировал, фыркая. Я начала спорить сама с собой по поводу упоминания Наоми, но Амайя задала мне вопрос, который заставил меня на время забыть об этом. — Хикари-сесан, ты же знаешь технику Расенган, верно? Подняв бровь, я медленно кивнула головой. — Да. Это что-то вроде обряда посвящения в нашей семье. Возможно, это было немного преувеличением, хотя и с определенной точки зрения, в перспективе было правдой. Нас ни в коем случае не принуждали к этому, но когда нас об этом спрашивали, взрослые охотно давали инструкции. Теперь это стало чем-то вроде новой традиции. Я точно знала, что мой старший брат и Джиро оба могли это сделать, и я видела, как мой двоюродный брат Масахиро тоже делал это. Единственной, кого я не знала наверняка, была Наоми... но я действительно не заботилась о ней раньше в любом случае. Среди всех моих братьев, сестёр и кузенов у меня был козырь — я была единственной, кто мог успешно завершить и использовать Расенсюрикен, кроме моего отца. Дядя Минато мог сделать один, но ему нужно было четыре клона вместо моих двух, и он был полностью опустошен после создания одной техники. — Есть ли у тебя какие-либо советы? Я критически посмотрела на её руки. — Джиро что-нибудь предложил? Амайя ненадолго нахмурилась, прежде чем надеть нейтральную маску и покачать головой. Хмурый взгляд был быстрым, но я видела смену её настроения. — Он сказал, что даст мне знать, если что-то не так, но кроме этого ничего. Кивнув больше себе, чем кому-либо другому, я наложила ручную печать, а затем приложила её к внутренней стороне левого запястья. Появилось небольшое облачко дыма и маленький маркер оказался в моей правой руке. Большинство людей думало, что глупо с моей стороны опечатывать письменные принадлежности, но в своей работе я никогда не знала, когда мне нужно что-то подписать. Схватив левую руку Амайи, я изобразила наш символ листа в середине её ладони. Несколько строк были немного волнистыми, но я уверена, что она поняла, что это было. Когда я снова запечатала маркер, моя сестра с любопытством посмотрела на отметку, потом снова на меня, явно ожидая объяснений. — Сфокусируй свою чакру на этой точке. Позаботься о силе позже, сейчас тебе просто нужно сосредоточиться, сосредоточиться, и ещё раз сосредоточиться. Когда ты почувствуешь чакру в своей руке, начни сначала вращать её в одном направлении, затем продолжай добавлять направления, пока не сможешь собрать всю эту вращающуюся чакру в шар. Добавь к нему немного силы, и у тебя будет Расенган раньше, чем ты думаешь. Словно для подтверждения своей точки зрения, чуть больше чем за секунду я подняла руку и держала в ней идеально круглый Расенган. Амайя посмотрела на него, потом на меня и, наконец, с улыбкой кивнула. — Спасибо, сестрёнка. — Конечно, обращайся. Когда Амайя подошла к тени деревьев, чтобы немного попрактиковаться, я медленно подошла к Джиро, который всю дорогу смотрел на меня. Сначала я струсила, но в глубине души я знала, что нужно что-то делать. — Я знаю, что ты, скорее всего, не захочешь это слышать, но тебе нужно что-то сделать с Наоми. Его лицо тут же потемнело, и я поверила, что одним этим предложением я эффективно сожгла всю симпатию к брату и сестре, которая у меня была от него. — Кушина чуть не умоляла меня сегодня. Я не знаю, что происходит между вами двумя, но я, например, устала от этого. Я скучаю по брату, которого у меня почти никогда не было, потому что та девушка рано вонзила в тебя свои клыки, а теперь ты по сути затворник. Меня не волнует, что ты должен сделать — кроме прямого убийства или её ранения, во всяком случае — но это дерьмо должно прекратиться, сейчас же. Ты понимаешь? Я ненавидела быть авторитетом — как бы ограниченно это ни было в отношении семьи — но я действительно устала от всей этой ситуации. У меня было искушение подкупить некоторых людей, ответственных за распределение заданий, чтобы дать Наоми какую-нибудь долгосрочную миссию по пограничному патрулированию в заднице мира. Я даже была бы готова пасть ниц перед дядей и тётей, чтобы просить прощения, веря, что это было необходимым злом. Джиро побледнел, пока я продолжала свою тираду, прежде чем нахмуриться ближе к концу и просто исчезнуть с телесным мерцанием. Я вздохнула. Так много для одной меня... — Нее-сан? — Хм? — Это было действительно необходимо? Я не могла перестать пожимать плечами. — Возможно, да. Возможно, нет. В этот момент я собираюсь разочароваться в нём и в Наоми. Им нужен пинок под зад. Не хотелось бы вот так влезать в личные дела, но Кушина-обасан попросила меня попробовать что-нибудь сделать... так что... — Хорошо. Амайя была великолепна. Она всегда принимала простые объяснения и не настаивала на деталях, если от этого не зависела жизнь. Мои родители оба обычно были такими же. Это было удивительно, когда воспитание детей работает правильно. Я собиралась спросить сестру, не нужна ли ей дальнейшая помощь в изучении Расенгана, но вспышка чакры от прибывшего оперативника АНБУ остановила тренировку. Это была женщина с длинными распущенными фиолетовыми волосами в маске, хотя она и не была одета по форме. Должна признать, что я предвзято отношусь к некоторым людям, если это уже не очевидно... хотя я считаю, что большинство других такие же, как я. Югао - одна из моих любимых наставниц, ведь она иногда нянчилась со мной, когда я была маленькой, вместе с остальной частью её команды генинов. Хреново, когда все стареют и начинают заниматься своими делами, хотя были несколько уз, которые я отчаянно пыталась не разорвать. Югао была одной из них. — Югао-нээ, как дела? Она удостоила меня лёгкой улыбки, когда подошла ближе, предложив то же самое Амайе, которая решила подойти и обнять женщину. — У меня всё хорошо. Как ты? Мы обе щебетали, что мы были в порядке. Затем я просто уставилась на неё, приподняв бровь, физически спрашивая её, что она делала всю дорогу сюда. Какой бы блестящей ни была Югао, она ухватилась за это сразу. — Я встретила твоего брата мимоходом, он попросил встретиться с тобой в офисе, когда это будет удобно. Я вздохнула и потёрла лоб. "Когда будет удобно" на языке Итачи означало "тащи свою задницу сюда сейчас же". Югао была единственной, кто так красиво это сформулировал. Я упоминала, что я она действительно мне понравилась? — Спасибо, Югао-нээ. Он снова приставал к тебе? Мне надрать ему задницу? Фиолетоволосая женщина издала звонкий смех, качая головой. — Нет, всё в порядке. Он просто дежурит сегодня по уходу за ребёнком, а может, он сам пришёл за тобой, захватив некоторые из моих собственных документов. Это имело смысл. Югао возглавляла подразделение АНБУ «Дельта», а Итачи был командующим АНБУ, поэтому они часто передавали сообщения друг другу. — Теперь, когда моя работа сделана, извини меня, мне нужно забрать своих детей от Анко, прежде чем она полностью их развратит. Я вздрогнула. Воспитываясь Анко и моим дядей Обито, если бы она не была осторожна, её дети никогда не были бы прежними. — Да, тебе лучше поторопиться. Она снова засмеялась, прежде чем исчезнуть в вихре листьев. Повернувшись к сестре, я увидела, что она снова плюхнулась на землю и сосредоточилась на том месте, которое я нарисовала на её руке. Чакра быстро пульсировала, так что она была в шаге от результата. — Тебе нужно что-нибудь ещё, Амайя? — Хм? Она посмотрела на меня. — О... эм, нет. Я собираюсь ещё немного поработать над этим, прежде чем пойду домой. Я увижу тебя там? Я действительно не знала ответ на такой простой вопрос. — Может быть, если мама с папой вернутся сегодня, я могу остаться на ночь. Амайя улыбнулась. — Было бы хорошо, если бы мы все были дома на один день. Мы так давно не собирались. Пробежавшись по своим недавним воспоминаниям, я вынуждена была согласиться. Я думаю, последний раз, когда мы все были дома, был день рождения моего отца, около... о, семь месяцев назад? — Правда. Я посмотрю, можно ли сделать это. В любом случае, я лучше сейчас пойду посмотрю, чего хочет Итачи, так что увидимся позже. Удачи тебе с твоим проектом. — Спасибо, Хикари-сесан. Увидимся позже. К счастью, когда я прибыла в свой офис, в остальной части здания было тихо. Подойдя к моей секретарше, она вручила мне всего несколько бланков — вероятно, тех, что Югао заполнила раньше – и сказала мне, что мой брат на самом деле ждёт в моём офисе. Поблагодарив её, я открыла дверь в свой кабинет и вошла, оглядевшись. Я не сильно изменила его по сравнению с тем, что оставил мой предшественник, разве что несколько фотографий на стене и на моём столе. Там действительно было не так много, чтобы кардинально менять. Ну, в углу стоял манеж, потому что по той или иной причине, похоже, здесь происходило много дежурств по присмотру за детьми. Вот что бывает, когда твоя семья управляет офисом более двадцати лет. — Хокаге-сама. Я вздохнула и сосчитала в уме до десяти. — Аники, сколько раз я говорила тебе, что ты можешь просто использовать моё имя, когда мы наедине? Итачи лучезарно улыбнулся с того места, где он сидел за столом, держа и играя со своим сыном, который уже был отнюдь не грудничком. Я не могла поверить в то, как быстро он рос. — Наверное, раз пятьдесят. Может быть, сто. Я перестал вести счёт, но если я буду действовать непрофессионально, кто знает, какой прецедент это создаст для остальных моих людей, находящихся под моим присмотром. Я цокнула, подойдя к ним, закрыв за собой дверь офиса. — Даже наедине? Не думаю, что когда-нибудь смогу тебя понять. — Всё в порядке. Я никогда не просил тебя об этом. Я слегка посмеялась над его пресыщенным поведением, прежде чем присесть на корточки перед его сыном, который взволнованно хлопал и бормотал мне детский лепет, прежде чем протянуть свои пухлые маленькие ручки в мою сторону. — Ой, а как ты, мой маленький Саске-кун? Ты пришёл повидать свою тетю Хикари? Он что-то булькнул, прежде чем я отчетливо услышала повторяющееся «Хигги, Хигги!» и продолжал махать руками. Я схватил малыша и поднял его к его радости, предполагая, что визги были каким-либо признаком. Конечно, в то же время я пыталась удержаться от того, чтобы не раствориться в комке слизи и не издать собственный визг, услышав маленькую попытку произнести моё имя. Я была более профессиональной, чем это ожидалось. Особенно перед Итачи, так как он никогда не позволял мне пережить это, не говоря уже о том, что он отвечал за почти треть моих сил. Вы знаете, те, которые должны были находиться под моим исполнительным командованием? Я могу представить, как они сейчас хихикают из своих укрытий. Пытаясь восстановить самообладание и игнорировать понимающий взгляд Итачи, я намеренно сменила тему. — Значит, хозяйке сегодня пришлось работать? Я попросила... Мой старший брат кивнул. Посадив Саске себе на бедро и немного покачивая его, я какое-то время рассматривала Итачи. Он выглядел более довольным, чем я когда-либо видела его, и это действительно что-то говорит. В детстве он признался мне, когда мы оба были подростками старшего возраста, что он всегда чувствовал себя в тени наших родителей, что у них были такие чудовищные цифры показателей чакры, чтобы им соответствовать и не позорить. Конечно, оба наших родителя, будучи теми, кем они были, заметили это довольно легко. Они просто сказали нам обоим, а также, полагаю, всем моим братьям и сестрам, что мы должны делать только то, что мы хотим делать. Никаких ожиданий не было. Хотя это несколько успокоило нас, Итачи всё ещё хотел зайти как можно дальше, и я думаю, что в какой-то момент он даже хотел стать Хокаге, но ему это было запрещено, благодаря в основном уставу Конохи, в котором говорилось, что Учиха не может быть Хокаге после давнего разгрома Мадары. Совет в то время протолкнул это, потому что все кланы были особо недовольны Учихами, и никто не работал над тем, чтобы обратить это вспять, хотя Нидайме Хокаге дал моим предкам полицию в качестве жеста «упс, нам очень жаль». Мой брат согласился на команду АНБУ до того, как они нашли небольшую лазейку, вероятно, полагая, что это будет следующим лучшим выходом. Он предпочел сохранить свой курс. И, разумеется, он самый молодой из всех. А я? Что ж, я была лучшим кандидатом на роль Хокаге после того, как Йондайме ушёл в отставку по нескольким причинам. Несмотря на то, что я родилась Учихой, мне повезло, потому что мой отец Узумаки. Та маленькая лазейка, что была раньше? Да, благодаря уловке с документами и тому, как был сформулирован брачный контракт моих родителей, на время моего пребывания на посту Хокаге, технически я Узумаки Хикари. Тогда не было ни одной жалобы, и до сих пор не было ни одной спустя почти год, так что я рискну предположить, что я не слишком плоха. Однако в душе я чистая Учиха. Не поймите меня неправильно, я обожаю свое наследие Узумаки... Я просто не была воспитана в понимании истории и образа жизни клана Узумаки, а скорее клана Учиха. Папа рассказывал мне отрывки, но я, честно говоря, не думаю, что он вообще много знал о своей прежней семье, так как он и его сестра были сиротами. Он утверждал, что она знала намного больше, так как между ними произошла увлекательная история, но я никогда не удосуживалась спросить. Я передала Саске обратно своему брату, пока двигалась вокруг своего старенького стола. К счастью, он был ещё чистым, и ни один из моих помощников не решился его выбросить. Я должна была признать, что они были довольно компетентны, так что это не было большой неожиданностью. Сев, я улыбнулась про себя, услышав, как Саске хихикал со своим отцом, и снова посмотрела на своего старшего брата. Он был во всех отношениях идеальной копией нашей матери, просто явно с более мужскими чертами. Это было довольно забавно для обоих моих родителей, когда я оказалась идеальной копией своего отца, с отметинами от усов на щеках и при этом... как вы уже догадались... с более женственными чертами. Хотя, если честно, у всех моих братьев и сестер были отметины от усов, за исключением Итачи. Что касается причины, то это всё тарабарщина насчет печатей, в которых я не очень хорошо разбираюсь, но это как-то связано со старым пушистиком, Кьюби. Хотя я ненавидела, не-на-ви-де-ла, ненавиииииидела, когда он использовал эту свою «сексуальную технику». Оооо! Меня так сводила с ума мысль об этой совершенно идеальной фигуре. Конечно, мама была единственной женщиной в деревне, которая смеялась вместе с моим отцом, когда он делал это. Бьюсь об заклад, любая другая мать была бы в абсолютном шоке. К счастью, он не ранил мою душу. Помните об этом, ведь пока я не была в подростковом возрасте. Но... подождите, вау. Я начала отвлекаться повсюду. — Так зачем тебе нужно было меня видеть, Аники? Итачи посмотрел на меня, прежде чем его взгляд снова переместился на сына, который, по-видимому, теперь пытался съесть собственную руку. — Две вещи. Сегодня отец прислал сюда клона, но так как ты не был на месте, мне пришли данные после его рассеивания. Они возвращаются из Кири и должны быть здесь сегодня вечером. Я подняла бровь. — Они сказали, как дела с Ягурой? — Не слишком много, кроме того, что миссия прошла успешно. Каким-то образом они уговорили его приехать в Коноху, что-то о том, что Санби и Кьюби вспоминают старые времена. — Мне нужно подготовиться к дипломатическому визиту? Итачи покачал головой, хотя я всё ещё наблюдала за Саске, пока тот качал хихикающего мальчика на своем колене. — Нет, судя по тому, что он говорит, это будет чисто неформальный обед с Цучикаге, приезжающим в гости через несколько дней. Это было правдой. Хотя я думаю, что Куротсучи просто использовала эту череду дипломатических визитов, чтобы сбежать от душных стариков. Она ждала, чтобы они умерли в её консультативном совете, эти реликвии, оставшиеся до того, как умер её дедушка. Её отец не хотел этого места, поэтому ей буквально вручили позицию Цучикаге на блюдечке. Я подумала, что довольно забавно, что она даже на год моложе меня. Может быть, она просто пришла ко мне за советом? Как будто я какой-то бастион каге-советов. Неее. Обычно мы заканчиваем тем, что пьём всю ночь напролёт. — Что ещё было? Итачи на мгновение замолчал, словно собираясь с духом. Он даже перестал подбрасывать Саске, который беспорядочно оглядывался, как будто недоумевая, почему подпрыгивания прекратились. — Вчера Джиро подал заявку на членство в АНБУ. Я узнал об этом от Рин-нээ сегодня утром. Я предполагаю, что он думал, что она не придёт прямо ко мне с этим. Я откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. Что ж, это было интересно. Рин руководила отделом Бета, и, хотя мы были знакомы, я не была так близка с ней, как с Югао. Тем не менее, Джиро должен был знать, что Итачи в конце концов увидит заявку, а затем и меня. — Знаешь ли ты, что случилось с ним и Наоми, чёрт побери? Как ты думаешь, это как-то связано с его заявлением? — Возможно... Голос Итачи затих, явно размышляя об этом. — Известно, что некоторые задания АНБУ длятся месяцами, возможно, он чувствует желание просто уйти пока на какое-то время. Я вздохнула и потёрла лоб. Я уже чувствовала приближение головной боли, а сегодня должен был быть мой выходной, чёрт возьми. — Я уже говорила с ним сегодня утром и всё дело в Наоми. До этого я уже упоминала ему о том, чтобы стать джонином, я имею в виду, что ему сейчас двадцать лет, и он более чем способен занять новое звание. Он уже три года сидит в ранге спецджонина. Как бы я не хотела этого говорить, я думаю, что следование за Наоми сбило его с толку. Итачи просто кивнул, не отрицая ни слова. Я знала, что Наоми ему тоже не особо нравилась — насколько я знаю, никто в моей семье этого не делал, но Итачи был самым терпеливым с ней. Всякий раз, когда я спрашивала его, почему у него такое терпение к ней, он просто ласково взъерошивал мне волосы, а затем говорил, что у него есть практика в общении со мной. Конечно, я бы злилась на него все те пять секунд, прежде чем понять, что он, вероятно, был прав. Я была немного соплячкой, пока не закончила Академию. Я даже переняла манеры своего отца, когда он был молод, по крайней мере, так он утверждал. Я была такой... нет, я до сих пор такая папина дочка. Моя мать шутила, что ей придётся остерегаться, когда я стану старше, иначе я украду у неё отца. Я была совершенно готова делать именно это, пока я не начала входить в свой более поздний подростковый возраст, но теперь я достаточно взрослая, чтобы признать, что раньше я была серьёзно влюблена в него, как бы странно это ни звучало. Меня утешает тот факт, что сейчас я, вероятно, ближе к нему, чем любая другая женщина в мире, за исключением его сестры и моей матери. Меня это устраивает. Возвращаясь к обсуждаемому вопросу, я сказала: — Передай ему, что я сказала «нет», пока он не станет джонином и не сможет вести со мной зрелый разговор, состоящий из более чем двух слов. До тех пор ему запрещён доступ в АНБУ. Если ему нужно задание, чтобы ненадолго уйти, я посмотрю, смогу ли я найти что-то подходящее для него, если он сможет лично попросить меня об этом, не будучи ребёнком. Итачи даже вздрогнул. — Не слишком ли это резко? Я пожала плечами. Честно говоря, я просто устала от всей этой ситуации. — Возможно, но отдай мне должное, Аники. Мы семья шиноби. Узумаки тоже. Я знаю, что Минато-одзисан раньше слишком угождал Наоми, но я могу дать ему поблажку, так как она была его первой дочерью. Хорошо, я поняла. Но я не Хокаге Йондайме и не буду терпеть, чтобы кто-либо из наших семей вёл себя так, как до нашего рождения. Я понятия не имею, откуда взялась эта речь. Но мне показалось, что это звучит довольно круто. Итачи, должно быть, тоже так думал, потому что на мгновение на его лице отразилось удивление, превратившись в милую улыбку, и он сделал вид, что вытирает фальшивую слезу с глаза. — Посмотрите на мою Имото, она такая взрослая. Она заставляет взрослого мужчину плакать. Я зарычала на него, желая бросить пресс-папье ему в голову, но он всё ещё держал Саске. Словно почувствовав мое желание и последующее затруднительное положение, маленькая заноза булькнул смех. Или, может быть, он тоже смеялся надо мной, над Хикари. Не думай о том, чтобы бросать вещи в детей. Ты любишь младенцев. Стук в дверь заставил меня нахмуриться. Меня даже не должно было быть здесь сегодня, и все в деревне знали, что меня не было, так что, чёрт возьми... Снова вздохнув и бросив взгляд на удивлённый взгляд Итачи, я крикнула, чтобы кто-нибудь уже вошёл. — Хокаге-сама! Как дела? Я внутренне застонала. Это был Узумаки Масахиро. Он был в равной степени сумасшедшим и пугающе умным, в странном смысле он был почти идеальной смесью моего отца и его собственного отца. Дядя Минато в шутку умыл руки перед Масахиро, предполагая, что он слишком напуган, чтобы пытаться справиться с мужской версией своей жены Кушины. Ходили слухи, что он провел неделю на диване из-за этой шутки. — Я в порядке, Масахиро-кун. А ты? — Здорово! Жутко сияющая улыбка, которую он мне подарил, напомнила мне о моём отце. Честно говоря, мы все заметили, что он был в точности похож на моего папу, с той лишь разницей, что у него были рыжие волосы, как и у обоих других его братьев и сестёр, а не светлые. Это было что-то вроде ходовой шутки, хотя, когда мы стали старше, Итачи и я оба заметили, что всякий раз, когда поднималась эта тема, у всех четырёх родителей были такие понимающие взгляды, как будто все они были посвящены в какую-то внутреннюю шутливую тайну, которую мы, дети, не поняли бы. Когда мы спрашивали, они либо отмахивались, либо пытались пошутить о том, как было бы интересно впервые за долгое время иметь нерыжего Узумаки. Конечно, со мной эта шутка не удалась, потому что я была первой блондинкой, рожденной в клане Учиха, примерно за шестьдесят лет, согласно записи клана. — Привет, Хикари-сестричка? Могу ли я выбрать один из выпускных отрядов и стать сенсеем? Мой разум резко остановился. Я, должно быть, сидела там и смотрела, моргая на него в течение нескольких мгновений. Остановив ещё один вздох и внутренне нахмурившись от очередного удивленного взгляда Итачи, направленного на меня, я просто спросила, почему он так решил. — Ну, Эцуко-чан и Исаму-кун оба сегодня заканчивают учёбу, верно? Я как бы пообещал им, когда мы все были моложе, что когда-нибудь стану их сенсеем Хм. Я не знала, что он сказал это моим младшим братьям-близнецам. Узнаю что-то новое каждый день. — Ты только сейчас решил довести это до моего сведения сегодня? В день их выпуска? Масахиро слегка поморщился, и его улыбка дрогнула. Только тогда я заметила, что он вошёл с кем-то ещё... не кем иным, как одним из моих помощников, Хинатой Хьюга. Масахиро как правило, имел такой ослепляющий эффект, привлекая всё внимание к себе и делая всех остальных вокруг себя своего рода невидимыми. Это было интересно. Возможно, в слухах о том, что клан Хьюга собирался спросить о помолвке для них двоих, была доля правды. Я довольно часто видела Хинату, так как она мне помогала, и легко заметила томные взгляды, которые она посылала моему кузену. Неловко, но Масахиро смотрел на меня точно так же. Да, я знала об этом, но он никогда ничего не говорил, и ни за что, чёрт возьми, я не могла сойтись с двоюродным братом, который просто внешне выглядел как мой папа. Я предпочитаю настоящую вещь, а не копию. Не могу поверить, что я только что подумала об этом. Мне нужно вымыть голову отбеливателем. — Послушай, Масахиро-кун, сначала ты должен быть полноправным джонином, а не просто Токубецу Джонином. Иди сдай тест, когда он будет доступен в следующем месяце, и я позабочусь о том, чтобы ты получил неполный рабочий день ученичества с ними, если и они, и их назначенный сенсей согласны. Но команды уже были выбраны около месяца назад. Сначала он выглядел немного разочарованным, но, как я постепенно всё объяснила, на его лице снова появилась сияющая улыбка. — Спасибо, Хикари-онэ-сан! Я сейчас займусь этим! Не говоря больше ни слова, он тут же развернулся и выбежал за дверь. Я не могла сдержать улыбку, которая появилась на моем лице, ведь в отличии от моего младшего брат, Масахиро всё ещё был полон энергии и готов работать, чтобы проявить себя. Я лениво кивнула головой, когда Хината слегка поклонилась, быстро повернулась и тоже побежала, следуя за Масахиро. Признаюсь, она мне нравится, она компетентный работник, и хотя возможно, немного застенчивая... у неё неоспоримая тонкая стальная грация, которая идеально подходила для политической работы. Итачи откашлялся, заставляя меня снова сосредоточиться на нём. — Ну, я думаю, это всё, Хокаге-сама. Если Вы меня извините, мне нужно отвести этого непоседу домой, чтобы он мог вздремнуть. Глядя на Саске, я могла видеть, что он теперь прислонился спиной к груди отца, слегка опустив глаза. Если он и был чем-то похож на своего отца, то ранним подъёмом, и, каким бы молодым он ни был, было понятно, что он устанет. — Хорошо. Ты вернешься домой вечером, если мама и папа приедут сегодня? Он пожал плечами и поднялся, затем снова обратился ко мне. — Ты будешь? Ладно, возможно, я была немного печально известна тем, что не была дома с тех пор, как стала Годайме. Но можешь ли ты винить меня? Было много работы... — Я обещала Амайе, что буду, так что да. Он кивнул. — Я буду там. Если Саске проснётся и моя жена будет дома, я тоже их приведу. Я одарила их обоих лёгкой улыбкой, хотя казалось, что малыш уже заснул. — Тогда увидимся. Остаток дня, слава богам, прошёл в мёртвой тишине. Вздремнув в своем кабинете (никому не говори!), я зашла в любимое место моего отца, где можно поесть... Ичираку Рамен. Я не была таким большим поклонником этой штуки, как он, но я должна была признать, что за их рамен можно было душу Шинигами отдать. Мало того, с Айяме было довольно весело посплетничать, и её маленький мальчик тоже был довольно обаятельным. Конечно, у меня, кажется, всё равно есть что-то для детей. Не то, чтобы я когда-нибудь скажу это кому-нибудь. Конечно, когда-нибудь я захочу одного или двоих своих, но не на несколько рано. Мне нужно было найти мужчину, которого я не могла бы полностью запугать ни своими глазами, ни своей позицией первенства, и что я не была связана с родственниками, так что выбор был невелик. Я выпрямилась у прилавка с раменом, когда очень знакомое ощущение коснулось пределов моих сенсорных возможностей. До него было ещё довольно далеко, так что у меня ещё было немного времени. Тем не менее, оплатив счёт и быстро извинившись, я прыгнула обратно в свой офис и схватила халат и шляпу. Идя по главному вестибюлю к внешним южным воротам, я отвечала на приветствия всех, кто был готов предложить их. Конечно, все были готовы поздороваться с Хокаге, так что верьте или нет, мне приходилось быть осторожной, когда я ходила в своей одежде, из-за страха потерять свой голос. Население Конохи резко возросло в последние годы, с добавлением почти дюжины новых кланов за последние двадцать пять лет. Понадобилось дважды расширять стены, добавляя все дополнительные потребности, которые повлекла за собой деревня такого размера. Нагрузка на должность Хокаге немного выровнялась, было гораздо больше работы с военным, исследовательским и охранным отделами, но фактическое управление около семи или восьми лет назад было передано новому назначенному губернатору из двора даймё. В то время это было беспрецедентно, и Коноха действительно считалась полноценным городом, но население становилось слишком большим для нашего простого кланового правительства. О, Совет клана всё ещё существовал (Итачи был главой Учих около трёх лет после того, как мама ушла на пенсию, он часто рассказывал мне всё о встречах), хотя они сообщали данные в кабинет губернатора сейчас. Я была достаточно дружелюбна с губернатором, хотя обычно мы занимались своими делами, когда речь шла о нашей работе. В основном потому, что я не могла терпеть высокомерных придворных политиков и скорее готова избить их в кровавую кашу, чем разбираться с их политическими уловками, а губернатор не мог отличить кунай от ножа для масла. Когда я стояла у внешних южных ворот и смотрела, как солнце начинает садиться за деревья. Я начала задаваться вопросом, на что была похожа Коноха моих родителей до того, как она стала такой, как это было сегодня. Конечно, были фотографии, но не так много, как вы думаете. Конечно, некоторые из наиболее интересных были, когда мои родители встречались, и я всегда любила смотреть на памятник Хокаге до и после. Может быть, я немного предвзята в этом отношении, учитывая, что сейчас на нём моё лицо. Я немного выпрямилась, увидев несколько приближающихся вдалеке фигур. Честно говоря, я немного нервничала из-за встречи с Мизукаге, Ягурой, даже если у его здесь не было официального дела... но он был единственным Каге, с которым я ещё не встречалась лично за тот год, что я была Хокаге. Дело не в том, что я не пыталась, но в Кири проходили экзамены на чуунина примерно через два месяца после моей коронации, и я не была реально готова к путешествию. У нас будут экзамены в Иве в следующем месяце, так что я бы всё равно встретила его тогда, если бы не получилось сейчас. Когда они подошли ближе, я смогла различить несколько других фигур, которые, вероятно, были эскортом Мизукаге. Их было трое, и когда они приблизились, было до жалости легко узнать, кем они были: Хошигаки Кисаме, Момочи Забуза и Ходзуки Мангецу. Все из кланов, которые не покинули Кири, чтобы прийти в Коноху, и все трое были довольно известными членами Кири но Шинобигатана Щичинин Шу. Итачи собирался ворчать из-за того, что этим парням нужна охрана. Когда они все подошли, я сначала протянула руку Ягуре, который был относительно невысокого роста, но обладал удивительно крепкой хваткой. Серьёзно, я была примерно среднего роста, но он был на два-три дюйма ниже меня. Бедный парень. Однако с его серовато-белыми волосами, ярко-фиолетовыми глазами и татуировкой, которая шла от его левого глаза вниз по щеке и заканчивалась на линии подбородка, внешность придавала ему вид плохого мальчика. Жаль, что он был примерно на три десятилетия старше меня. Подожди, о чем я думаю? Плохая Хикари! — Приятно познакомиться, Мизукаге-сама. Он ухмыльнулся. Чёрт, не улыбайся так. — Мне тоже, Хокаге-сама. Ваши родители высоко оценили ваши таланты. — А сейчас? Я улыбнулась, в равной степени удивленная и испуганная. Зная своих родителей... ох, я могу только представить, что они на самом деле сказали ему. — Всё хорошо, уверяю вас. Он рассмеялся, затем сделал вид, что огляделся внутри ворот. Я надеялась, что уловила его жест и махнула рукой. Один из моих АНБУ опустился позади меня на колено. — Хокаге-сама. Кивнув на оперативника АНБУ, я снова перевела взгляд на Ягуру. — Вам и вашим сопровождающим нужно место для ночлега, Мизукаге-сама, или у вас уже есть планы? Ягура покачал головой. — Пожалуйста, мы здесь не официально, так что не стесняйтесь звать меня Ягура. Я был бы признателен за место для ночлега, так как я сомневаюсь, что пробуду здесь больше трёх или четырёх дней. — Очень хорошо. Я улыбнулась. — Тогда я настаиваю, чтобы ты звал меня Хикари. Он кивнул, прежде чем я повернулась, чтобы посмотреть на АНБУ, который всё ещё стоял на коленях. — Птица, не могли бы вы провести Ягуру и его эскорт в представительские дипломатические апартаменты? Сообщите персоналу, что им нужно будет подготовить отчёт за пять дней. Когда АНБУ подтвердил приказ и поднялся на ноги, он жестом приказал группе следовать за ним. Я заметила, что Ягура смотрит на меня, приподняв бровь, но просто пожал плечами. — Зная моего папу и мою тётю, вы можете быть здесь дольше, чем вы ожидаете. Считайте, что вас предупредили. Он выдавил улыбку и кивнул, начиная двигаться и следовать за АНБУ. — Микото упомянула что-то на этот счет. Махнув рукой, он заставил своих сопровождающих следовать за ним, хотя они были заняты осмотром всего, что можно увидеть в деревне, и бормотанием между собой. Когда они начали удаляться, я почувствовала, как рука легла мне на плечи. Стянув с головы шапку Хокаге, я наклонилась к плечу, позволяя тёплому присутствию и знакомой чакре обнять меня. — Как дела у моей девочки? Когда я снова услышала голос отца, впервые за месяц, я почувствовала приятное ощущение, пробежавшее по моему позвоночнику. Это был глубокий и утешительный голос, и я могла его слушать часами. Я знаю, временами он был поражен тем, как мне удавалось обращать внимание на его уроки, когда я была моложе. — Я в порядке, папа. А ты? Он звонко рассмеялся, и вибрация от этого пошла по моему плечу. — Я замечательно. Это была долгая поездка, но Ягура, как всегда, довольно весёлый парень. — Рада это слышать. Приятно наконец-то с ним встретиться. Мой отец промычал своё согласие, прежде чем отпустить меня, и тогда я повернулась, чтобы посмотреть на мою мать. Я серьёзно думала, что она была одной из, если не самой красивой женщиной во всём мире в целом и в деревне в частности, но я могу признать, что это могло быть ещё одним моим предубеждением, вступившим в игру. Если серьёзно, женщине было около сорока, но она едва выглядела днём больше тридцати, и у неё не было генов Узумаки, на которые можно было бы опереться. Это не значит, что во внешности моёго отца разница не была более невероятной, так как он был на год старше моей мамы, но он не выглядел так, будто постарел на день после двадцати пяти. Это было просто, как у моей тёти Кушины, и что-то связанное с долголетием Узумаки. Дядя Нагато был всё ещё довольно подвижен для пятидесяти с лишним лет, хотя выглядел на вид за тридцать. Если бы он не был всегда такой худой, то мог бы выглядеть ещё моложе. Я всерьёз надеялась, что и это долголетие досталось мне по наследству, и дело здесь не только во внутреннем тщеславии. Так или иначе, у моей матери всё ещё было это заманчивое выражение «я горячая, но я могу убить тебя, прежде чем ты моргнешь». Произошла какая-то битва, в которой она потеряла глаза до того, как я родилась, и я знаю, что они не любят много говорить об этом, но с тех пор она всегда носит повязку на глазу. Я знаю, что в её другом глазу она заменила свой первоначальный глаз на один от моего дедушки, потому что она теряла зрение. Это означало, что у неё был Вечный Мангекё, но я никогда не видела, чтобы она что-то делала с ним или даже активировала его по какому-то поводу. Однако в результате обмена её Шаринган всегда был активен на своём базовом уровне, но я думала, что это просто улучшило её внешний вид. В конце концов, я могла чувствовать, что её додзюцу всегда было активным. Мой Риннеган был таким же. Я до сих пор помню тот день, когда он активировался, как будто это было вчера, в основном потому, что он спас мне жизнь вкупе с благоговейными и испуганными взглядами моих товарищей по команде и сенсея. Это произвело сильное впечатление на меня, тогда шестнадцатилетнюю. К счастью, мои родители и дядя Нагато помогли мне справиться. Глаза были сильными – в этом не было сомнений, но с ними пришла и большая ответственность. Учитывая, что я могла бы вернуть недавно умершего, если бы согласилась расстаться с частью своей жизненной силы взамен... Да, постарайся, чтобы подобные мысли не ударили тебе в голову. Так или иначе, поприветствовав обоих родителей, я сняла с себя мантию Хокаге, и мы пошли с ними обратно к нашему старому семейному дому. Они смотрели сначала удивлённо, что я иду с ними, но они не стали спрашивать, так что я ничего не сказала. — Так что, твои брат и сестра ещё прыгают по стенам после выпуска? — спросила моя мать. Я не могла не хихикнуть. — Конечно, они были очень энергичны. Я видела ваших клонов в толпе, когда поздравляла их, и я думаю, что они очень взволнованы, попав в команду Обито-одзисана. Мне пришлось спрятать конфету, иначе у нас не осталось бы ни одной дома. Оба моих родителя искренне засмеялись. Моя мать казалась немного грустной из-за того, что мы все взрослеем, но пару лет назад она призналась мне, что хочет ещё детей. К сожалению, при рождении близнецов возникли некоторые осложнения, и Цунаде-сама почувствовала, что рожать ещё небезопасно для её здоровья. Я не могла поверить, что моя мама хотела девятерых детей... в большинстве клановых семей не больше двух, так называемые «наследник и запасной». Предположительно, когда мои родители начали встречаться, мой папа в шутку попросил девятерых, и я сразу уловила отсылку к Кьюби. Моя мама была готова согласиться с этим сначала из-за фактора уникальности, и она была влюблена, и подтвердила его намерение, но со временем решила, что на самом деле хочет девятерых детей. Она преодолела полпути, прежде чем ей не сказали больше не ждать. Конечно, мой папа был в восторге от одного Итачи, и каждый дополнительный ребёнок удваивал его счастье. Но это мой папа, как не крути... Когда мы добрались до дома, мне пришлось скрыть улыбку, когда мы вошли в фойе. Я вошла и обернулась, ожидая родителей. Моя мама вошла и включила свет, а все дружно и громкого выкрикнули «Сюрприз!». Моя мама была искренне поражена, но тут же начала улыбаться. Я не думаю, что мой отец участвовал в планировании вечеринки по случаю дня рождения моей мамы, но он всегда был хорош в этом ощущая сигнатуры чакры, независимо от того, насколько сильно они были подавлены — вероятно, это как-то связано с тем, что он был Мудрецом. На самом деле я узнала об этом только час назад, когда Итачи снова зашёл, чтобы убедиться, что сегодня я действительно буду дома. Я подумала, что это отличная идея. Даже если её день рождения был неделю назад, её не было здесь, чтобы отпраздновать, поэтому все думали устроить ей вечеринку, когда она вернётся. Мы нечасто устраивали такие вечеринки, но когда ещё повернётся случай, чтоб все смогли получить выходной, и я имею в виду действительно всех... Орихиме-сан была здесь со своим мужем и сыном, как и все ученики и их семьи... Обито, Анко, Югао, Рин, Какаши, Такуя, плюс все Узумаки, Нагато со своей двенадцатилетней племянницей. Появилась даже Наоми, что удивительно, хотя она выглядела так, будто устроила вечеринку жалости в углу. Ну что ж... Когда мама подошла, чтобы поприветствовать всех и поблагодарить за сюрприз, я посмотрела на папу. На самом деле, мне пришлось быстро оглядеться, так как я была почти уверена, что видела слёзы в уголках его глаз. — Папа? — Хм? Он ответил, но явно был сосредоточен на вечеринке и на всех, собравшихся в комнате. — Добро пожаловать домой. По какой-то причине слова слетели с моих губ прежде, чем я успела сообразить, почему я хотела их произнести. Что-то в них просто казалось... правильным. Улыбка, которой он одарил меня, была совершенно ослепляющей, и невозможно было не заметить единственную слезинку, которая выкатилась из уголка его глаза и скатилась по его бороде и покрытой усами щеке. — Хорошо быть здесь. КОНЕЦ ##### 21 год спустя... (около 25,5 лет с момента прибытия) Учиха Наруто - 45 (на пенсии, консультант) Микото - 44 года (на пенсии) Итачи (м) - 23 (командир АНБУ) + (жена) = Саске (м) 14 мес. Хикари (ф) - 21 (Годайме Хокаге) Джиро (м) - 20 (Особый Джонин) Амайя (ж) - 16 (Чунин) Исаму (м) - 12 (близнец) (Генин) Эцуко (ф) - 12 (близнец) (Генин) Узумаки Минато - 42 (на пенсии Йондаймэ Хокаге, консультант) Кушина - 41 (пенсионер) Наоми (ж) - 20 (Особый Джонин) Масахиро (м) - 18 (Особый Джонин) (оригинальное поколение Наруто) Чика(ж) - 10 (Академия)