***
–И долго он так? –Три недели не просыхая.- Ответил Чимин, вздыхая. Тэхен, нахмурившись, сидел на стуле и смотрел как любимый человек убивает себя, вливая очередную дозу отравы в глотку. Достучаться до пьяного в умат Чонгука сейчас невозможно. Куча пустых бутылок по дому, с грязными, заплесневелыми тарелками и коробками с остатками пиццы, всё настолько остро напоминало ему то время, когда оба парня попали в плохую компанию, что становилось тошно. Но тогда они смогли вытащить друг друга из того дерьма. Теперь же Чон загоняет себя туда снова. И виноват в этом Тэ. Его семья. —Хёёён.- Вдруг позвал его Чонгук, протягивая татуированную руку.- Тэтэ… –Гук? - Тэ подскочил к нему, беря за руку и заглядывая в глаза. Чон приподнялся. Глаза расфокусированы, в уголках губ стекает слюна, смешанная с алкоголем. —Ненавижу тебя.- Сплёвывает прямо на Тэхена. Затем падает со стоном обратно, но крепко сжимает руку парня и лопочет словно ребёнок, -Только не бросай меня! Затем невнятное бормотание. –Иди,я останусь.- Бросает Ким Паку. —Он же убьёт тебя, когда очнётся.- Смотрит тот на Тэ как на сумасшедшего. — Не убьёт. Он страдает, ему больно, но он любит до сих пор.- Замолкает.- Как и я. Мы оба любим друг друга. И нам необходимо поговорить. Пак качает головой и уходит. —Безумные.***
Чонгук подрывается на диване. Смотрит на часы: уже за полночь. Вспоминает свой сон. Голова как ни странно, болит не сильно. «Надо бы купить другое пойло», закрывает глаза и вновь вспоминает сон. Там Тэхен. Смеющийся, счастливый. Потом угрюмый и ругает его благим матом, что странно слышать от его Тэ. Нет, одёргивает себя Чон, уже нет, не его. Кто-то покашливает слева. —Отъебись, Чимин, дай поспать. —Ты уже выспался, Чонгук.- Слышит Чон до боли в груди знакомый голос. Вздрагивает, резко открыв глаза. Поворачивает голову, угрюмо глядя. —Я чё, ещё пьян? Опять мерещится. Задолбал. —К твоему сожалению, я не мираж.-Встал Тэхен, подавая ему граненый стакан воды. Чон вглядывается. Вглядывается. И лицо его мрачнеет с каждой секундой. –Какого хера ты здесь делаешь?- Глаза сощурились, сжимая челюсть до скрипа. –Поговорить. Я… –Издеваешься Тэ?! Нам не о чем говорить. –Есть. И ты это знаешь. Выпей воды. Тэхен присел на край дивана, смотря сверху вниз. Чонгук сглотнул. Он думал вовсе не о воде. Тэхен... Его тепло так грело. Его любимая попа так близко. Чогуку так хотелось за руку утянуть его на себя… Чон резко приподнялся, в глазах предательские слёзы. –Уйди. Ты же помнишь, что я обещал тебя убить? Я же могу. Клянусь, что могу. Чонгук смотрит в глаза. Ручейки солёной влаги против его воли сбегают по щекам. Он ненавидит быть слабым. Но только с ним, с Тэхеном мог себе это позволить. Тэхен тоже смотрит ему в глаза. На лице никаких эмоций, только маска спокойствия и решительности. Как и всегда. –Я прошу дать мне шанс рассказать всё. С самого блядского начала. А потом можешь вышвыривать меня как собаку. Либо … оставить. Чонгук мечется. Он любит. Продолжает любить этого подонка. Отводит взгляд. – У тебя 20 минут. Тэ шумно выдыхает. С облегчением? Тик-так. 20 минут пролетели как одно мгновение. Но Киму этого хватило, чтобы сказать правду, чтобы раскаяться. Чтобы вновь признаться и удержать. Чону хватило, чтобы понять. Чтобы принять. Чтобы… не отпускать. –Я идиот, Гук. Прости. Ты не тот человек, которого можно предать. Особенно ради них. Ты для меня стал чем-то бОльшим, чем просто любовник. Пусть они сами разбираются между собой. Ты - моя жизнь. Я хочу, чтобы ты понял это. Я не могу без тебя. —Остановись. -Чонгук приложил ладонь к щеке Тэхена, провёл до губ, поглаживая. Смотря на них, пальцем раздвинул. Сократил расстояние между лицами. – Ты-идиот. -Прошептал он прежде, чем поцеловать самые желанные, самые вкусные, самые долгожданные губы на свете. Боль в груди утихла. Нет, не исчезла, лишь утихла. Слова Тэхена, его признания словно бальзамом растеклись внутри. Возрождая ещё не забытые чувства. Сложно обратно принять того, кто тебя предал, пусть даже по чужой воле. Но Чон ещё хочет сохранить то маленькое, то тёплое чувство любви, что осталось. Потому что он видит, он чувствует, что Тэхен действительно любит, а не играет. Он видит то самое, что громче всяких слов. Одежда летит к чертям. Каждое касание словно электрический разряд. Они ждали этого. Они жаждали друг друга. Сладкие поцелуи. Такие манящие, вкусные губы. Чонгук с отчаянным желанием мнёт любимое тело. До синяков. Он больше не хочет его отпускать. Тэхен не сопротивляется. Любит его собственничество. Сам такой: не захотел отпускать Чона, пошёл против семьи и добился принятия. И Чона. –Стой,подожди.-Тэхен пытается остановить безумный напор парня, ласкающего его текущий член. –Нет уж моя Детка, сегодня я побуду активом.- Бормочет между поцелуями Гук. –Я не о том. Смазка,где… Чонгук откуда-то вынул клубничный пузырёк. Тэхен засмеялся, вжимаясь в Чона. Так искренне и громко, что Гук понял, он скучал по этому смеху. Очень. Скучал по своему Детке. Гук приподнял его бедро, гладя по попке, касаясь пальчиками любимой дырочки, вводя туда влажные пальцы. Стон Тэхена как музыка для ушей. Чон е выдерживает, целует. Его медовый мальчик. Только его. Больше не отпустит, не позволит сделать больно. В груди Чонгука снова поднимается волна страха. Нет. Нет. Не позволит. Пальцы Чонгука покидают парня и он резко поднимает взвизгнувшего Тэхена, опрокидывается на диван, увлекая его за собой. –Гуки!-Парень улыбается, игриво шлёпая того по накаченной груди. –Если ты пришёл извиняться, то сейчас самое время.-Шлёпает его по аппетитной попе.-Приподнимайся. В глазах у Тэхена пляшут чёртики. Он приподнимается и мучительно медленно насаживается на член Чонгука. Тот в нетерпении подаётся вперёд, но Тэхен отстраняется, затем повторяет. Насаживается до основания и сам стонет от наполненности большим достоинством любимого парня. Начинает медленно двигаться, подстраиваясь под сладкие ощущения. Чонгук не двигается, смотрит, как красиво прогибается его парень и руки сами тянутся к его набухшему, текущему члену. Хочет, чтобы Тэ двигался быстрее, но он не позволяет. Чон уже жалеет. Кого он наказывает? Скорее себя. Перехватывает инициативу, подхватив парня под бёдра, заставляя того податься вперёд и опереться о его плечи. Чонгук не жалеет ни себя, ни любимого: резко двигаясь, входя до упора, он наслаждается желанным телом, этой узостью и теплом. Его стонами. А Тэхен действительно вкусно стонет. Как жидкая карамель. Вспотевшие тела, пошлые шлепки друг о друга и Тэхена, крича, пробирает дрожь, выстреливая белёсыми потоками на пресс Чонгука, тот смотрит и тоже застывает, насаживаясь до основания, густо наполняя парня собой. Тэхен обессилено падает на грудь любимого человека. Оба тяжело дышат, пытаясь выровнять дыхание. Чонгук расслабленно гладит спину своего мальчика. –Больше никаких секретов? Тэхен поднимает голову, опираясь на грудь парня. – Никаких. И никаких «Уйди, иначе убью». Лучше уж говори «Иначе затрахаю». Чон смеётся, убирая со лба любимого мокрую прядь волос. –Не думаю, что слово затрахаю тебя напугает. Тэхен долго смотрит в этот омут тёмных оленьих глаз. –Я люблю тебя, Чон Чонгук. Как бы ты ни старался спрятать свои чувства, я всё равно буду любить тебя. Чон видит этот взгляд. Видит ту любовь. И не может не ответить. –А я и не собирался больше прятаться. Я люблю тебя, Тэхен.- Говорит он прежде, чем поцеловать любимого. Эти двое. Между ними всегда особая химия. И вы не переубедите меня в обратном.