Подарю букет лаванды

      Выскользнув из тёплой постели, он спешно натягивает на себя длинную, тёплую кофту бежевого цвета. Рука шарит в ещё мягком полумраке комнаты, явно ища потерянные джинсы для выхода в город. Сквозь зашторенное красной тканью окно вяло светит солнце, только-только выходя из-за горизонта гор и окрашивая небо в розовые пастельные цвета. На кровати посапывает серебристоволосое чудо, укутанное в большое тёплое одеяло; лицо умиротворенное и спокойное, пушистые ресницы лишь изредка подрагивают во сне. Наконец, находит джинсы и натягивает их на себя. Фиалковые волосы растрепаны во все стороны, поэтому он приглаживает их неряшливым движением руки. Янтарные глаза далеко не видят, поэтому берёт с прикроватной тумбочки очки, а также ножницы и суёт их в карман джинс, и тихонько открывает дверь, ведущую в широкий коридор.       Шаги тихие и мягкие, чтобы не дай Бог не разбудить мужчину, который просто не перенёс смену часового пояса и лёг вчерашним вечером слишком рано. Даже не вечером, а днём, что очень удивило пикового, когда он обнаружил пепельную макушку на подушке в их комнате. Остановившись у двери, янтароглазый ещё раз оглянулся назад, чтобы убедиться в том, что дверь в комнату плотно закрыта. Подтвердив свои догадки, фиол отыскал ключи от номера на пуфике и спешно натянул на ноги берцы. Тихие щелчки показались громкими в столь непривычной тишине, но их никто не услышал кроме самого адвоката. Облегчённо выдохнув, он наконец выскользнул в широкий коридор гостиницы, аккуратно закрыв за собой дверь.       Парочку этажей вниз по лест­ни­це и вот Пик уже стоит на пороге, ведущий на задний двор гостиницы. Флоренция встречает мужчину красивым рассветом тускло-розового цвета, ароматом цветов с клумб и журчанием воды в бассейне, которая колышется от редких порывов ветра. Нацепив очки на переносицу, он упорно ищет ту самую клумбу с лавандой, которая приглянулась Маку вчера. Находя её, замечает невысокий забор, ограждающий цветы от посторонних. Улыбка сама лезет на лицо, ибо перемахнуть через такой забор не составит труда. Выйдя из фойе гостиницы, примерно примиряется для прыжка.       Разбег, прыжок и приземления в колючие кусты роз, шипы которых сразу стали цепляться за бежевый свитер. Прорвавшись сквозь неожиданно препятствие, мужчина всё-таки добрался до заветной цели. Перед глазами предстала стена из кустиков лаванды, тянущейся куда-то вверх и пахнущей на столь сильно, что невольно напоминало аромапалочки, которые Маку однажды притащил в общагу. Улыбнувшись уголками губ, адвокат сел на корточки и достал ножницы из кармана джинс. Срезая веточки лаванды, Пик думал о том, как бы преподнести такую красоту своего супругу, да ещё и в лучшем виде. Конечно, можно было бы провернуть как тот трюк в университетские года, но проводов тут нет, так что, придётся придумать что-то другое.       — Эй, ты! — вдруг окликнул густой басистый голос, от которого мужчина невольно вздрогнул. Чёрт, а ведь он не учёл то, что утром начинается обход. Перевязав веточки лентой, которую он наспех отыскал в кармане джинс, пиковый наконец-то встал на ноги. Охранник был очень зол, судя по виду, хотел залезть прямо на клумбу. — Ах ты ж, бастардо! Цветы воруешь?!       — Извините, простите, но мне пора! — разговор происходил на итальянском, который Пик знал лишь наполовину, но чтобы не понять угрозу, нужно быть конченным идиотом. Ломанувшись в другую сторону от охранника, адвокат ловко перескочил через заборчик и понесся туда, куда глаза глядят. За ним тут же пустился охранник, почти наступал на пятки и хватая за ворот бежевого свитера. «Что-то срочно надо выдумать такое!» — пронеслась мысль в голове фиола, пока он не увидел лесенку из стогов сена. Он в аккурат стояла плотно к стене, что давало возможность забраться на крыше гостиницы. Вложив в свой побег последние силы, Пик в несколько широких шагов буквально взлетел на них. Оказавшись на спасительной крыше, адвокат позволил себе показать язык охраннику, который клацнул зубами и, махнув на придурошного туриста рукой, быстро ушёл дальше проверять территорию.       Взгляд янтарных глаз метнулся вверх на окно, находящееся на пятом этаже. Что-то в голове щёлкнуло и появилась гениальная идея. По всей стене до самого пятого этажа были воткнуты балки, по которым можно было забраться. На концах балок висели горшки с цветами, что уж точно не нужно было Пику. Если разобьёт один из них, Маку потом ему такую взбучку даст, не отвяжешься. Взяв букет в зубы, который чудом не потрепался во время беготни, мужчина ухватился за первую балку. Осталось только наверх забраться и дело сделано.       Спустя парочку минут борьбы с трясущимися руками и адреналином в крови, фиолу всё же удалось добраться до окна их номера. Над самим окном как раз находилась ещё одна балка, на которой мужчина повис вверх ногами. Рука свободно дотягивалась до стекла окна, так что Пик постучался как можно громче и несколько раз. Потянулись минуты ожидания, во время которых пиковый задумался насчёт того, что могло бы быть с ним в тот момент, если его поймали.       Наконец-то, штора за окном зашевелилась, крайне медленно отодвинулась в сторону и Пик смог лицезреть своего супруга. Тот стоял в длинных штанах и без футболки, что давало возможность разглядеть немного веснушек не только на лице, но и на плечах и чуток на ключицах; пепельные волосы были забраны в неряшливый хвост. Серые глаза глядели сначала сонно, а потом, со скрипом ржавых шестерёнок, к мужчине пришло осознание. Он вытаращился на супруга так, будто видел такой трюк впервые. Открыв окно нараспашку, Маку довольно громко и зло произнёс:       — Пик, ты еблан или идиот?! Пять, блять, утра, какого черта?!       — Уфро оброе, Мафу! — проговорил фиол с букетом в зубах. Серый устало вздохнул, высунувшись в окно по грудь и хватая букетик лаванды. Обратно оказавшись внутри комнаты, кардинал повернулся спиной к мужу, глазами ища какую-нибудь ёмкость, чтобы поставить цветы в воду. Злость заполняла все клеточки тела, норовя разорвать нервы в клочья. Пик же тем временем залез в комнату и закрыл окно, опираясь копчиком о подоконник. Сложив руки на груди, он рассматривал пояс из крапчатых веснушек, проходящих от плеча до плеча и заканчивающихся посередине спины «наконечником». Чувствуя на себе изучающий взгляд, Маку обернулся к довольно улыбающемуся мужу.       — Ну и? Чего смотришь? — как-то смущённо спросил серый, держа в руках букетик лаванды. В розоватых лучах солнца он выглядел довольно привлекательно, особенно это смущение на лице, придающее некого шарма и сексуальности кардиналу. Фиол по-доброму усмехнулся, расправляя руки в стороны.       — Может, ты всё-таки поблагодаришь меня за такой подарок? Я для тебя поднялся с утра пораньше, цветы кое как нашёл. — Куро несколько замялся, не решаясь подойти к супругу ближе. Всё таки, утро раннее и организм требует сна после долго перелёта, но… Поклав на всю свою обиду, пепельноволосый всё же подошёл к Пику и нежно прильнул к тому, смыкая руки с букетом на спине старшего. Щекой психиатр немного потерся о грудь адвоката, чувствуя тепло тела и стойкий аромат лаванды на кофте пикового.       — Как же я тебя люблю… — тихонько произнёс Маку, уже не так злясь на мужа. Подарив букет лаванды, Пик ещё раз доказал то, насколько он сильно любит эту сероглазую милоту…