Part 1. Introduction: Eighth grader.
10 февраля 2022 г., 16:07
Весна-прекрасное время года! Всё вокруг оживает после долгой зимы: животные, уходившие в зимнюю спячку, просыпаются, птички, прилетевшие из дальних краёв, поют весёлые песенки, радуя людей, а солнышко начинает постепенно обогревать землю. Быстрые ручейки и речки несут на своей глади остатки льда, превратившегося в отдельные льдинки, а на ветках высоких деревьев начинают появляться почки, которые вскоре станут зелёной листвой. Как же это прекрасно!
В самолёт, рейсом Санкт-Петербург-Япония, сели трое людей, а всего в самолёте насчитывалось около двадцати пассажиров. Красивая девушка с пепельными волосами в причёске лайт боб каре, сидевшая около одного из иллюминаторов, смотрела через стекло, мысленно прощаясь с родной страной, ведь, буквально, с завтрашнего дня она будет жить в Японии.
Как только самолёт взлетел, русская посмотрела на своих родителей, которые сидели рядом, осматривая их умиротворённые сонные лица. Устроившись поудобнее, подросток решила тоже немного вздремнуть, не замечая, как начинает засыпать.
***
Как только они вышли из Токийского аэропорта и, словив такси, доехали до своего нового места жительства, расположенного в Канто, русские зашли в один из многоэтажных домов и глава семейства нажал в лифте на кнопку «8». — Только подумай, Гликерия, ты будешь учиться в Японии! — радостно вскрикнула женщина средних лет, поправляя выпавшие локоны волос себе за ушко. — Мам, я по обмену.- сказала спокойно подросток, незаинтересованно смотря на дверь лифта.- Значит, что я буду тут учиться всего лишь три триместра, не более. А это значит, что я начну учёбу через неделю-первого апреля и закончу в начале следующей весны-двадцать пятого марта. Потом снова в Россию. — Угу-угу, хорошо.- покивала согласно женщина, но Гликерия догадалась, что мать её не услышала.- Слушай, дорогая, до меня дошли слухи, ещё в России, что японцы много зарабатывают и, если брать курс рубля, то зарплаты японских мужчин получаются примерно двести сорок тысяч! Попытайся найти себе сладенького мальчика, чтобы в будущем у тебя была не только своя успешная карьера, но и у него она была тоже. — Мам, давай закончим? После данного вопроса Гликерия вышла из лифта, везя за собой свой чемодан, который, в отличие от чемодана матери, был маленьким. Зайдя в квартиру после родителей, девочка разулась, сразу же проходя в комнату, на дверь которой указал ей отец. Комната была довольно-таки просторной и имела вход на балкон, чему Гликерия была безмерно рада. Что может быть лучше, чем утром выйти на балкон, укутанной в тёплый плед, сесть на стульчик, поджать к себе ноги и пить горячей кофе, разбавленный молоком? Приставив чемодан к стене с белыми обоями, Гликерия открыла дверь на закрытый балкон, тем самым проветривая душную комнату. Посмотрев на кровать, укрытую нежно-кофейным пледом, русская присела, продолжая осматривать новое «убежище». Довольно-таки большой письменный стол из светлого дерева, стоявший возле ещё одного окна комнаты, небольшой шкаф стоящий напротив кровати и пальма, разделяющая шкаф и письменный стол, которую она до этого не замечала. Подойдя к растению, Гликерия провела подушечками тонких пальцев по листьям, подмечая, что пальма настоящая, ведь её листья иссохлись. — Гликерия, мама хочет, чтобы ты сходила в магазин.- сказал невысокий мужчина тощего телосложения, показываясь в дверном проёме лишь на половину. — Хорошо, отец.- согласилась подросток, открывая свой чемодан, при этом забирая из рук отца деньги. Переодевшись в чёрный топ-кофту, чёрные облегающие джинсы с дырками и чёрные кроссовки, девушка накинула на спину мешковатый ранец разных тёмных оттенков, и вышла из квартиры, заходя в лифт.***
Время в Японии пять часов вечера, а в России одиннадцать часов утра. Гликерия стоит около витрины с молочными продуктами, пытаясь найти йогурт, который обожает её мать. Наконец найдя то, что искала на протяжении пяти минут, русская потянулась за продуктом, но из-за своего роста, составляющего всего сто пятьдесят пять сантиметров, подросток оступилась, делая неуклюжий шаг в сторону, мысленно приготавливаясь к падению. Почувствовав, что её падение остановило что-то, русская открыла глаза, хлопая, широко раскрытыми, глазами. Перед девочкой стоял высокий юноша, блондинисто-чёрные волосы которого были заплетены в две косички, а холодные сиреневые глаза были направлены в её сторону. — П…Простите! — сказала девушка, делая лёгкий поклон. — М? Какие-то проблемы? Голос парня был приятным, отчего на щеках Гликерии выступил лёгкий румянец, который не скрылся на бледной коже. — По отношению к Вам-никаких проблем.- сказала подросток, взяв себя в руки.- А вот по отношению к продукту есть. — Помочь? — Было бы неплохо. Юноша без труда подал пепельноволосой йогурт, слушая в ответ слова благодарности. Возможно, что парень бы не обратил никакого внимания на девушку, если бы не её безэмоциональность, несмотря на лёгкую улыбку на бледном лице. Чем-то она его заинтересовала. — Ран Хайтани.- представился, неожиданно для русской, юноша, не отпуская молочный продукт. — Гликерия Гершман.- сказала белокурая, всё-таки забирая йогурт.- Спасибо ещё раз. Приятно было познакомиться, Ран, но мне пора. Гликерия пошла в сторону кассы, а к Хайтани подошёл парень чуть ниже ростом, провожая русскую непонимающим взглядом. Одним движением поправив свои блондинистые волосы с голубыми прядями, парень выдохнул, снимая дорогие очки. — Братюнь, кто это? — Иностранка.- ответил Ран, направляясь в противоположную от русской сторону.***
Шагая по улицам Канто, Гликерия услышала какие-то странные звуки, доносящихся из переулка. Решив посмотреть, девушка незаметно прошла в переулок, присаживаясь за мусорный бак, слегка выглядывая. Двое парней: блондин лет шестнадцати и брюнет лет пятнадцати-избивали какого-то паренька, который находился уже между небом и землёй. Наблюдая за резкими и быстрыми движениями блондинистого японца, русская не заметила, как второй юноша оказался у неё за спиной. Присев на корточки, брюнет прошептал: «А тебе говорили, что подсматривать нехорошо?», слегка дунув в мочку уха. Гликерия сделала широкий выпад вперёд, падая, привлекая, создавшимся, шорохом блондина. Перед девочкой стоял юноша среднего роста с чёрными, как смола, волосами и с чёрными, змеиными глазами. Его самодовольная ухмылка заставляла невольно сжиматься от непонятного чувства страха и неловкости от ситуации. — Кто это? — спросил спокойно блондин, наблюдая за тем, как русская встаёт на ноги. — Мышка, которая видела то, чего ей не стоило видеть.- ухмыльнулся шире брюнет, делая несколько шагов в сторону иностранки.- Никогда раньше не замечал иностранцев в Канто. А ты, Инупи? — Нет.- ответил блондин, направляясь к выходу из переулка.- И меня не интересует её личность. Мы сделали то, что должны были, пойдём, Коко. — На твоём месте, я бы так больше не делал.- сказал парень по прозвищу Коко, чуть наклонившись к девичьему личику.- Канто-территория «Чёрных Драконов», так что до новой встречи, мышка! Парни скрылись из виду, а девушка подбежала к, примерно, своему ровеснику, скидывая по пути ранец и доставая из заднего кармана джинс мобильный телефон. Сев рядом с юношей, Гликерия проверила его пульс, после набирая номер скорой помощи. Как только врачи забрали пострадавшего, девушка, увидев время, бегом побежала домой.***
Лёжа в кровати, Гликерия слушала, как в соседней комнате мать кричит на отца, только причина была неизвестна никому. Поставив телефон в беззвучный режим и отложив его на подоконник, Гершман закрыла глаза, проваливаясь в царство Морфея.
