***
Гликерия в очередной раз сбросила настойчивый звонок, ставя телефон в беззвучный режим. «Старший брат», — коротко ответила Гершман, встречаясь взглядом с Раном. Они продолжили путь, направляясь в парк. — В Роппонги лучше.- вывел вердикт Риндо, присаживаясь на кованые качели. — Что «Поднебесью» нужно было в Канто? — спросила Гликерия, присаживаясь по центру качелей. — Человек из «Чёрных Драконов» сильно задолжал Изане, вот мы его и искали.- спокойно ответил Ран, плюхаясь на качели с другого краю.- Ну, раз мы его нашли, значит тут нам делать больше нечего. Почему ты не ответила брату? — У нас с ним холодные отношения.- ответила Гликерия, опуская голову, играясь пальчиками с тонкой тканью длиной рубашки.- Не думаю, что он звонил, чтобы узнать, как мои дела. Возможно, что он что-то хотел от меня такого, на чтобы я не согласилась. — Он в России? — спросил Риндо, наблюдая за действиями подруги. — И на этом спасибо.- этими словами девушка подтвердила местоположение своего старшего брата, переводя взгляд на детей, которые весело играли друг с другом. Почему-то на душе ей стало очень грустно, а одинокая слеза всё же скатилась по израненной щеке, привлекая внимание Хайтани. Непонимающе-удивлённо посмотрев на девушку, парни хлопали широко раскрытыми глазами, не понимая что им делать дальше. Гликерия протянула по ладошке к каждому из братьев, закусывая нижнюю губу и снова опуская голову. Парни одновременно взяли её за руки, чувствуя её дрожь и холод. Гершман было, на удивление, холодно от лёгкого ветерка. Ран, отпустив ладонь подруги, снял свой плащ, накидывая на тощие женские плечи. Теперь настала очередь русской удивлённо смотреть на Хайтани-старшего. — Тебе холодно от лёгкого ветра.- выдохнул Риндо, снимая очки, надевая их на удивлённую девушку.- Это удивительно. Гликерия мило улыбнулась, укутываясь в одежду Рана и поправляя дорогие очки Риндо. Почему-то в груди стало тепло от их заботы и так… Приятно? Несмотря на то, что они знают друг друга всего несколько дней, эти парни проявляют нежности к ней больше, чем родные родители. А Гершман сейчас выглядела слишком мило и красиво для того, что Хайтани не рассматривали её: пепельные волосы, в лайт боб каре, немного растрепались от ветра, щёки, покрытые ссадинами и синяками украшали, а не уродовали, серые глаза, точно из расколотого льда, сейчас были наполнены спокойствием и доверием, чёрный плащ Хайтани-старшего, скрывающий её худое тело, подходил ей также, как и очки Риндо. — Хватит этой грусти.- сказал Риндо, обнимая русскую за плечи.- Мы вытащили тебя на прогулку не для того, чтобы наблюдать за твоими слезами. Добро пожаловать в ахуеватую реальность, Гликерия. Пора зить на всё и расслабиться, потеряться, забыться на время. — Если я сейчас забудусь, то что со мной будет потом? — спросила девушка, заставляя уже и Рана устало выдохнуть. — Слушай, ты слишком много думаешь о будущем, иностраночка.- сказал Ран, вытянув русскую из рук барата.- Если не потеряешься сейчас, то когда? У нас вся жизнь впереди, чтобы найтись. — А этим вечером у тебя лишь один выход.- сказал Риндо, прижимая Гликерию со спины к брату.- Забыться и быть счастливой. Гершман судорожно выдохнула, чувствуя руки обоих братьев на своём теле. Встретившись взглядом сначала с Раном, а потом с Риндо, русская почувствовала будоражущее чувство.***
Два байка с бешеной скоростью мчались по ночным дорогам Японии, практически каждые десять секунд объезжая легковые машины. Сейчас русская чувствовала свободу, которую не могла почувствовать за всю свою сознательную жизнь. Заметив, что на спидометре транспорта скорость становится выше, Гликерия посмеялась, выкрикивая: «Да вы сумасшедшие!», на что получила смех уже от Хайтани, которые лишь согласились. Проехав табличку, гласившую о том, что они доехали до Роппонги, Гершман, мягко говоря, впала в приятный ступор от увиденного: высокие сакуры, освещённые яркими фонарями и высокие неоновые здания, что так подчёркивали престиж данного района. Проезжая мимо огромного паука, девушка легонько стукнула Рана между лопатками, заставляя и его временно перевести взгляд на огромного паука. Показав Риндо жестом, что нужно свернуть в сторону скульптуры, Хайтани-старший включил поворотник, начиная снижать скорость. То же самое сделал и Риндо. Подойдя к скульптуре, русская восхищённо обошла вокруг неё, в конечном итоге заходя под паука, а точнее паучиху. Ран подошёл к подруге сзади, наблюдя за иностраночкой, а Хайтани-младший облокотился об одну из лап паучихи, удивляясь такой реакции на, казалось бы, обычную скульптуру. — Я, если бы одна такое ночью увидела, перетруханилась бы.- пошутила Гершман, посмеявшись над глупой шуткой.- А ещё если бы и света не было, ха-ха. — Я бы с удовольствием посмотрел на то, как ты орёшь при виде обычной статуи.- сказал с лёгкой улыбкой Риндо, оценивая чувство юмора подруги. — Этот район отличатся от Канто.- вывела вердикт Гершман.- Роппонги выглядит престижней. — Так и есть.- ответил Ран.- Роппонги-центр разгульной жизни Японии. Но мы же не за этим сюда приехали, верно, иностраночка~? — Точно.- согласилась девушка, следуя за братьями в сторону их байков. Этой ночью она точно забудет обо всех проблемах. Уж Хайтани об этом позаботятся.