Can you love me before I commit suicide?

***

      Чёрный байк с огромнейшей скоростью мчался по дневным улицам Японии, обгоняя машины и быстро проезжая светофоры. Гликерия крепко обнимала Риндо за талию, изредка вздрагивая. Как только они заехали на территорию Канто, транспорт начал снижать скорость, чтобы не пропустить нужный поворот. Каких-то жалких пять минут и Гершман быстро бежит к подъезду, крикнув короткое: «Спасибо! До встречи!», открыла дверь дома, слыша позади отдаляющийся рёв мощного мотора.       Резко распахнув дверь, русская столкнулась с кем-то в проёме, поднимая взгляд на пострадавшего, молясь, чтобы это не был кто-то из её родителей. Увидев перед собой высокого и довольно-таки привлекательного незнакомца, похожего на неформала, Гликерия шумно выдохнула, быстро извинилась и зашла в подъезд первая, благодаря незнакомцу, который с доброжелательной улыбкой пропустил её вперёд.       Быстро поднявшись на первый этаж и вызвав лифт, Гершман зашла в него, нажимая на кнопку «8», начиная слегка трястись от ужасного представления о том, что произойдёт через несколько минут. Стоило девушке выйти из лифта и вставить ключ в замок, как дверь отворилась, заставляя русскую испуганно сглотнуть комок, образовавшийся в горле от страха.       Женщина, буквально, закинула дочь в квартиру, сразу закрывая за ней дверь. — Ты, тварь, ты хоть понимаешь, что ты творишь?!       Начала кричать женщина, ударяя девчонку по бокам несколько раз, заставляя ту коротко пискнуть из-за боли. — Гуляя со своими хахалями, ты лишаешь себя идеального будущего! Ни нормальной карьеры, ни нормального мужа, ни нормальных детей! Ты лишаешь себя всего, как ты этого не поймёшь?! — это было последнее, что крикнула женщина, прежде, чем отстраниться от, теряющей сознание, дочки.- Господи, дай мне сил справиться с малолетней шалавой…       Заметив, что Гликерия потеряла сознание, а по её лицу размазалась кровь, женщина набрала на телефоне номер скорой помощи, рассказывая о том, что Гликерия пришла домой в таком состоянии после драки со старшеклассниками. После звонка Гершман-старшая пошла в ванную, чтобы сменить окровавленную одежду и смыть отпечатки преступления с кулаков.       Скорая помощь приехала довольно-таки быстро. Врачи увезли девочку и предлагали матери поехать вместе с ними, но та наотрез отказалась, аргументируя это тем, что её дочь уже достаточно взрослая и сможешь прийти в сознание без её поддержки.

***

      Гершман слабо приоткрыла свои серые глаза, медленно осматриваясь. — *Я в больнице? *— подумала русская, аккуратно принимая сидячее положение, чувствуя ужасную боль не только в голове, но и во всём теле.- *Интересно, сколько ещё пройдёт времени прежде. чем я умру от рук собственной матери? Ещё и в больничку меня сдала. Спасибо, мам, как это мило*. — На твоём месте я бы продолжал лежать.       Из-за, неожиданно раздавшегося со стороны, голоса, Гликерия развернулась в пол-оборота, чтобы посмотреть на обладателя холодного, грубого голоса. Этим «кем-то» оказался незнакомец с андрогинной внешностью. Было не понятно ни по голосу, ни по внешности кто сидит с ней в палате, симпатичный парень или же не менее симпатичная девушка со специфическим вкусом. Незнакомец качался на больничном стуле, одна нога была закинута на другую, а руки находились за деревянной спинкой, слегка покачиваясь вместе с, уж слишком, тощим телом. Короткие волосы длиной до подбородка тоже были довольно-таки странными и не похоже было, чтобы этот человек их красил: левая часть волос была пепельно-белой, а правая, имеющая чёлку-лестницу с пробором направо, была радужного цвета. При чём там присутствовали все цвета радуги только по одной вертикальной полоске. Одет андрогин был в белую мужскую рубашку с вертикальными тонкими полосами, чёрный тонкий галстук, достающий до тонкого ремня чёрных шорт, которые, по всей видимости, даже имея самый маленький размер были большими для тощего телосложения незнакомца. Также, его ноги были скрыты под радужными колготками, где между каждым горизонтальной полоской цвета была белая такая же полоска. Обут андрогин был в чёрные берцы с шипами на высокой платформе носа. — Твоё тело не привыкло к таким испытаниям, как бы ты не старалась того скрыть.- сказал незнакомец, продолжая покачиваться.- Жестокие у тебя родители, особенно мать. Избить только за то, что ты гуляла с кем-то-это жестоко. — Откуда Вы знаете причину? — спросила Гликерия, которая была удивлена услышанному.- И почему Вы ждали моего пробуждения? — Только проснулась, а уже столько вопросов.- выдохнул андрогин, останавливаясь.- Знаешь, насколько сильно раздражает, когда тишина нарушается ненужными и глупыми вопросами?       Только сейчас Гершман заметила необычные глаза андрогина: белые, будто бы мёртвые и, если бы не чёрные тонкие полосы, создающие эффект лабиринта гипноза, то было бы такое чувство, что этот человек лишён радужки вовсе. — Простите…       Почему-то этот человек пугал Гликерию. Он не был похож ни на одного из тех байкеров, с которыми она успела познакомиться и, которые, по сути, представляют тоже опасность. Но, ни Ханма, ни братья Хайтани, ни Хаджиме, ни Сейшу, даже Шиона она так не боялась, как андрогина, который спокойно сидит на стуле. — Мне не нужны твои извинения.- отрезал незнакомец, вставая со стула. — *Какой же у этого человека вес? *- спросила сама у себя русская, внимательно рассматривая фигуру андрогина.- *Он такой худенький… Мне кажется, что он совсем не кушает*. — До меня дошли слухи, что твоя мать забила на тебя огромнейший хуй, я прав? — Удивительно, но Вы правы. — В таком случае, почему ты продолжаешь возвращаться к ним в квартиру? Мне казалось, что у тебя есть два парня, которые довольно-таки богаты и влиятельны. Не верю в то, что они не согласились приютить такую милашку у себя. — Не в этом дело… — А в чём? — спросил андрогин, наблюдая за поникшей девушкой.- Найди причину возвращаться к ним каждый день и переубеди меня в том, что ты не ёбнутая мазохистка. — Да что Вы вообще знаете о моей жизни?! — психанула Гершман, резко вскакивая с кровати, пытаясь сдержать слёзы.- Я Вас вижу в первый раз в своей жизни, а Вы мне уже читаете нотации, будто бы мы всю жизнь знакомы! Мне всего четырнадцать! Где я по Вашей логике найду квартиру и за какие деньги я буду в ней проживать?! Если у меня сейчас есть крыша над головой, почему я должна её покидать?! Это не разумно! — Знаешь, почему я люблю читать? — спросил вдруг андрогин, заставляя девушку удивлённо посмотреть на себя.       Незнакомец встал со стула и подойдя к русской, достал из-за её уха колоду карт, а глаза Гершман расширились до предела в изумлении. — Только литературный вымысел помогает найти в этом мире что-то разумное.- незнакомец вытянул из колоды Даму Черви, но в руке у него была ещё одна карта.- Называя меня «Мёртвая Ложь Садиста».       После того, как андрогин вышел из палаты, Гликерия заметила на полу какую-то карту и подняла её. «Джокер» на одной стороне, что-то непонятное на другой стороне. Посмотрев в записки телефона, который мать так любезно предоставила врачам, а те уже ей, Гершман нашла нужную запись: «25 марта». — *У меня ещё много времени для того, чтобы разгадать эту загадку*.