Отдых в виде Аликорна!

      — Они сейчас где? — вдруг отстранённым тоном спрашивает розовая кобылица, смотря на меня не очень хорошим взглядом.       — Спят в стазис-капсулах, — "отчитываюсь" перед ней, на всякий случай приготовившись вырубить уж явно недовольную "неженку".       — Хорошо! Пусть поспят, а потом займёмся ими, — старшая из сестёр вновь резко меняет свой настрой, тепло улыбнувшись. — А теперь, я на некоторое время заберу Лу, — сообщила она и, не дожидаясь моего ответа, пошла на выход из моей спальни, в охапку держа луноликую. — Зайди к нам примерно через недельку! — попросила розовая аликорна, напоследок по пути быстро поцеловав меня.       «У меня только что "украли" Луну, причём это сделала её же старшая сестра?» — здравый вопрос пролетел в голове, долго там не задерживаясь. В последнее время вообще ни один вопрос долго не мог там задержаться, быстро сменяясь другим.       Стоя на месте ещё около пары минут, в попытках понять, что это с ней было, осознал ещё один мелкий момент. Когда оранжевая спряталась за мной, то я инстинктивно прикрывал её крылом. Это вызывало у меня двоякое чувство. «Её прятанье за мной выглядело мило, с другой стороны. Это игра на инстинктах! А они в последнее время чего-то начали у меня активно проявляться...»       — Филомина... — окликнул аликорну, которая сейчас лежала в обмороке на полу, но результата это не принесло.       Подобрав оранжевую кобылицу телекинезом, подымаю её на свой уровень. Через пару секунд она всё же начала быстро приходить в себя. Та, открыв веки, посмотрела на меня сонными, зелёными глазами, в которых было немного смущения и чуть больше опаски. Последнее так и побуждало меня закрыть её крылом от несуществующей угрозы. «Да что за порывы?»       — О-она ушла? — как-то по-детски спрашивает бывшая няня про свою бывшую опекаемую, при этом на всякий оглядывая комнату.       — Ага, ушла-ушла, ещё и Луну с собой забрала! — возмутился такому наглому действию одной розовой "неженки", которая сейчас явно была немного не в себе, попутно всё же быстренько поборов "защитнический" инстинкт и отпустив "охраняемую" из магического захвата.       — Фух, — с облегчением вздохнула она, — когда дело заходит о семье, особенно кровных родственниках, она становится... — некогда феникс притихла, молчаливо намекая мне на недавно увиденное.       — Начинает брать всё под жёсткий контроль, — закончил своими словами, направившись к столу, вместе с этим подзывая Филомину своим крылом.       Усаживаюсь на кресло, стоящее впритык к столу, красногривая села на другое, сразу попытавшись удобнее разместится, дабы продолжить свой недавно прерванный сон. Но я на такое лишь слегка ткнул ей по носу, когда та уложила свою голову на край стола.       — Эй! — возмутилась таким зевнувшая кобылица, недовольно глядя на меня. — Меня не "берёшь", спать не даёшь! Что за издевательство? — протяжно взвыла оранжевая, однако, вдруг она озаряется, будто вспомнив что-то интересное, и на её мордочке появляется хитрая улыбка. — Пододвинься ко мне, на ушко кое-что скажу, — тихо попросила няня в отставке, подманивая меня копытцем.       Учуяв в этом что-то крайне подозрительное, всё равно с интересом протягиваю к ней голову. С любопытством уставившись на неё, от чего она неуверенно оглянула меня, будто не веря в свой успех. Несколько секунд оранжевая словно стеснялась, но всё же робко потянулась ко мне. И только я приготовился слушать, как она быстро приподымается к моему рогу, вдруг начав облизывать его, проводя своим языком от основания в сторону конца...       — Ум-х... — ощутив в рогу нечто близкое к оргазму, с моих уст крайне неожиданно сорвался негромкий стон, а крылья чуть дёрнулись в попытке развернуться. — Ч-чего?.. — только и смог вопросить я, не в силах отпрянуть назад, а даже наоборот, начал послушно опускать голову.       Добившись моей неспособности сопротивляться, аликорнша продолжила медленно, как бы дразнясь, вести своим языком к заострённому концу. Вопрос, "Почему я не могу отбросить её?!" ненадолго обосновался в моём сознании. Впрочем, когда Филомина всё же добралась до конца, что из-за моего податливого поведения было не сложно, то она начала...       — Ах-м, — мой стон повторился от того, что хитрая кобылка начала слегка посасывать конец рога, а вновь дёрнувшимся крыльям всё же удалось раскрыться. — К-как это? — повторил свой вопрос, искренне не понимая, почему начал смирно себя вести, так ещё и постанывать (!) от её действий.       Тем не менее, оранжевая игнорировала мой вопрос, усерднее увлёкшись моим рогом. И как бы не пытался сдержать свои стоны, они как назло становились всё активнее. От её действий ощущения были близкие к тем, которые проходили по всему телу после скрещивание рогов с Луной и Фирви после секса. А когда я уже подбородком лежал на столе, то она вдруг сама прекратила, также улёгшись на стол, подперев голову копытами. При этом на её энергичной мордочке было довольство, словно она наелась чего-то вкусного.       — Хи-хи, так просто заставила стонать Артола! Кому скажи — не поверят... — съязвила кобылица, но вдруг осознала, что не смогла и маленького движения сделать.       — А т-теперь, кх... — с трудом складываю свои крылья, чувствуя при этом очень сильное сопротивление по всему телу, словно оно просило продолжения. — А теперь-ка скажи мне, Филомина, что это было, и почему я не мог сопротивляться? — задаю ей вопрос, фиксируя красногривую телекинезом на месте, дабы больше не повторяла своих очень приятных фокусов. Пока что.       — Ох, так ты ещё и сопротивляться не мог~? — томно задаёт она саркастический вопрос, игриво облизнувшись. — Значит, тот способ рабочий! — радостно упомянула она о каком-то способе, по-видимому, сама поверив в него только сейчас.       — Больше подробностей, — пока только попросил её, до конца не отойдя от произошедшего.       Аккуратно, слегка прикасаюсь копытом к кончику рога, ощутив новый приятный импульс идущий от кончика. Но и близко не такой, как от прикосновения её языка. «Ну и чувствительность сейчас, раньше такого не было!»       — Особый способ, о котором рассказывалось в древних писаниях. Но, к сожалению, они были утеряны... — с грустью ответила оранжевая, будто там была очень важная для неё информация. — Он работал только на первосозданных аликорнах. Причём, только на жеребцах. Что-то вроде "экстренного" способа, которым должна была воспользоваться кобылка, если жеребец ни в какую не хотел сходиться с ней. У самих аликорниц, впрочем, таких мест было куда больше, — бывшая феникс закончила краткий пересказ, затихая.       «Умно придумано, но нагло и... Да, я же сам это и придумал, ага...» — мысленное возмущение прервалось пониманием, и только я хотел попросить её об повторении, как...       — Вообще, ты сам вынудил меня так поступить, да! — обвинительный тычок копытом в мою сторону, на что я лишь вопросительно приподнял бровь. — Я не хотела совратить тебя, — начала она отнекиваться, но от моего скептического взгляда быстро передумала, — в смысле, хотела, но цель у меня была другая! — оправдывается запутавшаяся аликорница, неопределённо постреливая взглядом в сторону кровати.       — Спокойно, Филомина. Я не буду поступать с тобой, как тогда поступила Луна, узнав про твои пошлые сны с моим участием, — моё нежелание её напрягать вылилось в своеобразное словесное успокоение.       На фактор недавней неосознанной "защиты" оранжевой от Фирви, судя по всему, наложилась ещё и её выходка с облизыванием, что начинало вызывать во мне больший интерес в сторону бывшей птички. «Интересно, что она ещё такого знает из тех утраченных "писаний"?»       — Просто ещё одна особенность этого способа, что таким образом я как бы "высасываю" из тебя какой-то мизер энергии. И теперь я хоть не хочу спать, — закончила она, смущённо спрятавшись за гривой.       Хитрая аликорница явно просекла, что "беззащитность", "беспомощность" и смущённость, с редкими добавками наглости, явно завлекают меня. «Что-то мне захотелось...»       — Ладно, если это так, то в следующий раз не буду мешать спать. А то такие неожиданные и резкие методы получения энергии... — замолк, не особо понимая, как лично я, а не моё тело относится к этому. — Лучше поговорим о...       — Луне? — усталым, безнадёжным тоном закончила она, перебив при этом меня.       — Не совсем. Скорее о тебе, — поправляю её, от чего та входит в ступор, а я же всё больше начинаю хотеть...       — Я же... — под моим пристальным взглядом, она аккуратно, не торопясь встала с кресла, — не переборщила с тем способом?..       — Нет, что ты. Просто хочу, скажем так, "нанять" тебя няней для будущего жеребёнка, — объявил я суть разговора, который хотел начать перед её выходкой, но в моих же мыслях эта тема будто ушла на второй, а то и третий план.       Однако, аликорница вместо ответа, словно предчувствуя негласную смену только что объявленной мною темы, начала потихоньку продвигаться в сторону выхода. Что она увидела в моём взгляде, мне неизвестно, но от этого ей стало как-то не по себе. А я сильнее почувствовал, нет. Мне ещё больше захотелось, да. Мне захотелось немного...       — А-Артол? Чего это ты так с-смотришь? — настороженно спрашивает нервничающая аликорна, почти приблизившись к "спасительной" двери.       — М-м, — задумчиво выдаю я, пытаясь отчётливее понять странное желание, из-за которого сейчас напряглись мои ноги, — не знаю. Но мне чего-то перехотелось болтать... — отстранённо заканчиваю полушёпотом, зацепившись взглядом за бок кобылки.       Рисунок летящего красного круга, оставляющего за собой желтоватый след, привлёк мой внимание. А то, что он был на крупе, начало давать мне частичное понимание своего нового желания. «Всё же, похоже, её выходка с облизыванием... Дала куда больший эффект?»       — Я пойду, хорошо? — красногривая успешно открывает двери, выходя в коридор. — У меня ещё дело есть... — а дальше она то ли специально, то ли нет, быстро начала убегать, что окончательно спровоцировало меня.       Моё тело, не дожидаясь команды от зависшего сознания, само устремляется в погоню. Оказавшись в коридоре, мигом догоняю оранжевую кобылицу, но вовремя притормаживаю, давая ей больше форы. Мне хотелось слегка поиграть с ней в догонялки. Филомина, судя по всему, не заметив моего быстрого рывка, обнаруживает меня уже где-то недалеко позади. Это дало ей уверенности в своих возможностях. Зря.       Впереди тем временем приближались двери, за которыми находился выход на улицу. Тем не менее, сколько бы она не хотела выбраться наружу, я одной мысленной командой заблокировал выход. Оранжевая встала в паре метрах от дверей, и когда я уже подпрыгнул с целью прижать её к полу, то красногривая сама внезапно присела, пропуская мою тушу дальше.       — Хи-хи, я была няней у двух принцесс, не забывай об этом! — доносился до меня игривый, но всё равно встревоженный голос издалека.       Наконец-то вытащив свой рог из двери, обернулся, направившись за хитрой аликорной. Далеко она не ушла. Да и не могла, сколько бы не пыталась. Сейчас оранжевая с надеждой ломилась в спальню Фирви. «Даже если и откроет, далеко не лучший вариант».       — Открой же, быстрее! — просила или, скорее всего, молила кобылка, однако ответа от розовой не было, это сыграло мне на копыто.       — Видимо, хорошей ты была няней, — насмешливо фыркнув, иронично произнёс я, стоя уже у неё за спиной.       — Хе-хе, — сглотнув, Филомина так и замерла, упёршись передними копытами в дверь, — им постоянно во мне что-то не нравилось. Взаимно, — бывшая птичка вспорхнула, быстро улетая от меня по коридору.       Я хотел повторить этот трюк, но мне помешали малые размеры коридора, не дающие полностью расправить немалые синие крылья. Досадливо цокнув, направился за ней по старинке. Только вот, мне помешала резкая белая вспышка, которая кратковременно ослепила меня.       — Ну-ну, пользуешься магией, пока я тебе позволяю, — негромко, но не менее грозно сказал я, попутно пытаясь проморгаться.       Вскоре чёткость зрения вернулась, коридор был уже пуст. Прятки — один из этапов догонялок. Поскольку за мной находилась одна комната, а слева от меня была спальня Фирви, то мест для поиска оставалось меньше. А чем меньше мест для поиска, тем страшнее тому, кто прячется. И в первой комнате, куда я заглянул, была...       — Всё ещё спит, — понимающим тоном вынес я вердикт, быстренько прикрыв дверь в комнату Каденс, не желая ту беспокоить.       Комната самой Филомины была пуста. Ни одного свежего следа оранжевой беглянки не было. Спальни Селестии с Твайлайт как были заблокированы, так и остаются. В спальне Луны также никого. «И в чём смысл прятаться в моей комнате?»       Вернувшись в свою сине-зелёную спальню, закрыл за собой двери, на этот раз без возможности их открытия для одной хитрой бегуньи. За шторами никого, в шкафу и на шкафу тоже, на кровати всё тот же беспорядок из подушек после прыжков Фирви. «Для розовой будет отдельная "игра"...»       — Ку-ку, — резко поприветствовал-напугал спрятавшуюся под кроватью аликорницу, хищно улыбнувшись при этом.       — Я в домике, — всё, что выдала она, ещё сильнее прижимаясь к полу, попутно потирая голову после рефлекторной попытки подскочить.       — В моём домике, — возразил я на эту отговорку, немного грубо схватив её копытами и вытаскивая наружу.       Оранжевая кобылка на полном серьёзе попыталась сопротивляться. Естественно бесполезно. И вот, теперь она не прижимается к полу под кроватью. Но прижимается мною на кровати. Мои зелёные, передние копыта надёжно держат её оранжевые, в то время как она ёрзает внизу. Её красная от смущения мордочка повёрнута куда-то в сторону, при этом отчасти стеснительно прячась под гривой, а крылья слегка дрожат, словно не в терпении.       — Всё же переборщила... — шёпотом произнесла аликорночка, констатируя очевидное. Начало 18+       — Ещё и как, — горячо вырвалось с моих уст, а следом я вцепился в её губы, не давая красногривой ещё что-либо сказать.       Примечательно, что не сразу, но она начала сопротивляться, пытаясь вырваться из моего крепкого захвата. Будто только сейчас поняла всю серьёзность моего настроя. Однако через минуту она всё же сдалась, начиная даже понемногу отвечать, хоть и пассивно.       — Артол... — тяжко начала кобылица, попутно хватая ртом воздух. — Я не готова, отпусти... — стеснительно попросила она, не в силах физически убежать.       — Если провоцировала меня, то прекрасно понимала последствия. Я никого просто так не отпускаю... — мои намерения были серьёзны, а уже готовый член лишь доказывал это.       Тем не менее, слова аликорны подтверждало то, что её киска по прежнему была сокрыта магией. Впрочем, это лишь ещё сильнее раззадорило меня. Слабая энергетика оранжевой кобылицы была прорвана мною играючи. «А у неё на редкость сильная воля, раз смогла мне до сих пор противостоять. Та же Селестия сразу "оголилась"!»       Только мне открылся вид на её взмокшую пещерку, как красногривая запаниковала с новой силой, пытаясь применить телекинез. Ближайшая подушка окутывается оранжевой плёнкой, начиная подыматься в воздух. Однако под взглядом аликорницы, уже потерявшей всякую надежду на спасение, сразу падает обратно после того, как я всё же "отключаю" ей магию. «Какому полезному фокусу меня Луна научила. Без него пришлось бы брать её энергетику под полный контроль, лишая Филомину магии полностью. А потом возвращать. Лишняя возня...»       — Н-нет, я же всего-то поиграла... — пытается она в последний раз оправдать свою выходку с облизыванием, пока мне насильно пришлось раздвинуть её задние ноги, которые всё это время, несмотря на волю их владелицы, активно ёрзали в ожидании.       «Почему же она сопротивляется, если хочет меня?» — вопрос проскочил быстро, а моё сознание даже не обратило на него внимание.       Стоило прикоснуться членом к её половым губам, то она, дёрнувшись словно от электрического импульса, выдохнула и попыталась увести бёдра хоть на миллиметр в сторону. Мой телекинез как всегда помог мне, надёжно фиксируя её круп на одном месте. Я, утвердительно фыркнув, одним быстрым движением вхожу в неё по полной, растягивая её влагалище под свою длину.       — Аукх-ха! — болезненно вскрикнула бывшая няня, зажмурив глаза и пытаясь схватиться за простынь. — Ох-кха, н-не так же, кх-хо, резко! — по щекам красногривой потекла парочка слезинок, а сквозь её жалобные постанывания, больше похожие на скулёж, до меня донеслось сильное возмущение.       Но мне было на это откровенно плевать. Запах её девственной крови, считай, окончательно сорвал мне крышу. Если та у меня вообще была. Я будто взбешённый, сразу набрал высокий темп, от чего Филомина завопила ещё громче, на этот раз без попытки что-либо сказать. Она попросту не могла сейчас и буквы вымолвить сквозь свои крик.       Впрочем, её болезненные вскрики довольно быстро сменились на более сладкие, довольные и приятные стоны. Даже пяти минут не прошло. А через ещё минут десять-пятнадцать она не выдержала и обильно кончила.       — Что-то ты быстро, — недовольно цокнул я, скорее в шутку критикуя оранжевокрупую, пока сам получил некое "охлаждение" от её оргазма, которое дало мне кратковременный "приход в себя".       Бока подрагивающей от оргазма аликорны активно вздымались, и запыхавшаяся Филомина не спешила что-либо мне отвечать, а лишь лежала с закатившимися от удовольствия глазами, при этом блаженно улыбаясь. Пока я ещё здраво мыслил, то телепортировал для неё спасительный кувшинчик с водой, к которому она сразу присосалась, не выпустив тот, пока полностью не утолила жажду.       — Ха-а, — ещё раз выдохнула аликорночка, переведя более-менее сфокусированный взгляд на меня, — не думала, что такую фразу мне будет говорить жеребец. В "романах" обычно такое говорят кобылки... — растерянно выдала некогда феникс, тем самым неосознанно провоцируя меня.       Своей фразочкой она опять снесла мне шаткое здравомыслие, из-за чего вновь накинулся на неё. Перевёрнутая на живот Филомина и понять не успела, как я заученным движением резко оттянул ей гриву, попутно грубо и бесцеремонно войдя внутрь всё ещё не отошедшей от прошлого раза оранжевокрупой.       — Ах-ум-м, что же ты так, ау-кх-а, жесток? — озорно вопросила она, пока ещё могла говорить, не срываясь в постоянные, беспрерывные стоны.       Ответом с моей стороны был лишь своеобразный возбуждённый рык, а дальше комната вновь наполнилась в чём-то мелодичными стонами доконавшей меня "птички". Так длилось на протяжении около трёх часов, во время которых примерно каждые тридцать минут красногривая кончала. И вот, в очередной такой раз, я любезно предоставил ей пару минут отдыха.       — Пощади уже меня!.. — взмолилась уставшая, но удовлетворенная аликорночка, принявшись уползать от меня в сторону балкона.       — Филомина, мы же только начали! Какое "пощадить"? — искренне удивился я её малой выносливости, с злорадной улыбкой наблюдая за еле ползущей на передних ногах, няней в отставке.       — Как только другие выдерживают твой напор?! — поражалась уставшая кобылица, осторожно скатившись на пол.       — У меня более точный вопрос. Почему той же Твайлайт хватает на дольше, чем тебя? — слегка издевательским тоном спрашиваю её, встав и медленно направившись за ней, как за своей жертвой.       Оранжевая, увидев подходящего к ней меня с явными намерениями продолжать изнурительную, но приятную тренировку, ускорилась насколько могла. И когда она добралась до двери, выходящей на балкон, то потянулась к "ручке". Но на полпути я перехватил её, прижав к стеклянной стене-окну.       — Артол! А если кто увидит? — возмутилась красная от смущения аликорнша, пытаясь найти хоть какую-то причину меня остановить, попутно смотря на вид состоящий в основном из гор.       — Это мне говорит извращенка? — сарказм так и летал в воздухе, при этом не имея чёткого источника, а я тем временем коснулся её рога своим.       Здраво решив, что измождённая, кончающая каждые полчаса Филомина будет мне скучна, а останавливаться ближайшие десять часов я не намерен, попросту "заправил" оранжевокрупую, восстанавливая и значительно улучшая её выносливость. Скорее даже не улучшил, а "подключил" к своему магическому резерву.       — Оу-у, что это~? — напряженная до этого кобылка сразу расслабилась, а её голос стал каким-то "шаловливо-опьяневшим". — Сделал бы так рань-ше-е... — она растянула последнее слово в блаженной улыбке, начиная "стекать" по окну вниз, не в силах даже копытце приподнять.       — А эффект сильнее, чем я думал, — легко подхватив Филомину, отправился обратно к кровати. «Она голову-то сейчас с трудом держит! Надо бы свою энергетику дозировать научиться...»       Аликорночка, несмотря на свою слабость, которая со временем начала быстро переходить в энергичность, стала куда более игривой, податливой и в целом открытой. Дошло даже до того, что через пять часов она попыталась взять вверх. «Что за глупость?»       — Ум-ха, чего же ты... — очередная попытка со стороны красногривой оседлать меня заведомо провалилась, и она вновь оказалась подо мной, — кх-ох, такой, ох-х, непокорный? — сквозь частые стоны доносилось до меня шутливое обвинение от оранжевой. — Може-ет, а-ах, мне опять твой, укх-ха, рог облиза-ать~? — аликорночка всё ещё протяжно выговаривала некоторые слова, при этом делая между ними немалый перерыв.       Всё же ей, да и другим не так уж легко удерживать хоть какую-то концентрацию во время секса. Зачастую они вообще молчат, не считая стонов.       — Идея хорошая, — стоило мне это произнести и слегка сбавить темп, как собравшаяся с силами кобылка попыталась дотянуться до моего рога, который я специально поднёс к её мордочке. — Но потом! — с этими словами насмешливо увожу рог обратно, не дав ей его лизнуть.       — Ха-ох, ведёшь себя, умм-м, прямо как Тия, — сказано это было в хвалебной интонации, совмещённой с игривым возмущением. — Акх-х, любишь только, мгф, д-доминировать...       — А ещё смею спросить. Няней станешь? — спросив это, многократно ускоряюсь, дабы устроить ей новый оргазм.       — Умгх-ха, ДА! Ох-ха-а! — радостно соглашается она, попутно вновь кончая.       С моей подпиткой её хватило в общей сумме почти на сутки. Завершение же было привычным для меня, совместным скрещиванием рогов. Уж очень хорошо это усиливало оргазм и полноценно вошло в мои привычки. Филомину же это откинуло в такую нирвану, что она даже вырубилась. Конец 18+       Несмотря на то, что я слегка сорвался на Филомине, добавил её в свой табун-гарем. Уж до сих пор не могу определиться, как мне в точности называть своё многожёнство. То я всё равно во время секса "нанял" её в качестве няни для нашего с Луной будущего ребёнка. «Буду "платить" ей сутками "развлечений". Отлично устроился! Вот бы так раньше...»       — Около шести дней до появления жеребёнка, а моя единственная доступная на данный момент "жена" уже во всю дрыхнет, — в моём голосе слышалось "лёгкое" негодование этой ситуацией, которое подтверждалось неудовлетворенном телом.       Тех, кто сейчас находился в стазис-капсулах, будить как-то не хотелось. Ведь морочиться с беременными сестрицами сейчас как-то не время. Что касаемо Селестии, то у меня стойкое чувство, что она начнёт задавать кучу вопросов. С Искоркой тоже самое. «Разнёс Кантерлот, зацепил Понивиль, а потом начал восстанавливать и воскрешать, словно так и нужно. Да ещё и с Луной на свидание отправился, забыв про всех остальных! Конечно! Тут, несмотря на мой рассказ про высокие технологии и забывчивость, которая куда выше по уровню, чем те же технологии, будут вопросы! А отвечать я не привык. А ещё лень...»       — Только чудным образом я до сих пор живу, не умерев от такой лени, — тихо произнёс, попутно ласково проведя копытом по голове оранжевой сони.       — Ммм, Артол... — тихо прошептала во сне аликорна, закапываясь носом в мою шерсть на шее, — непокорный наглец... — дополнила она через пару секунд, следом полностью замолкая.       Филомина, кстати, когда я её разбудил после ухода в сон от оргазма, потребовав не отлынивать и продолжить "веселиться", в наглую укрылась моим крылом, словно оно покрывало какое-то (!), следом молча ложась спать. Но её милая, просящая мордочка полностью компенсировала мне всё возмущение. А ещё переключило меня с "охотника", который видел в ней лишь "жертву", снова в "защитника". И теперь я наоборот с любовью прижимал её к себе, будто пытаясь защитить от невидимого "врага". «Инстинкты уж слишком разыгрались!»       Неторопливые мысли возвращаются к теме доступных сейчас "жён". У Каденс я оставил записку, "Позвони через Сета, когда додумаешь! И да, я бы хотел ещё тех печенек!". Всё верно. Я по-настоящему хотел тех необычных угощений, приготовленных лично принцессой любви. Даже сам не понял, почему так. «Ох уж эти странности. Надо бы сканироваться, да разобраться.»       Луна и Фирви были чем-то заняты. Точнее, старшая сестра луноликой угнала мою любимицу, засев с той у себя в спальне. Впрочем, я мало что знаю во всей этой теме с "созданием", поэтому доверился "неженке". «Красногривая говорила, что Фирви очень серьёзно относится к родственникам. Вот и нянькается наверное с Луной. Чем же ещё ей с ней заниматься, пока она занята "созданием"?»       — Может и я займусь чем-то полезным?.. — бредовая мысль явилась в моё сознание нежданно, сразу заменяясь нормальной, более толковой идеей. — Лучше сделаю "пьянящих" леденцов из своей энергии, — воодушевлённо озвучил я куда как более интересное дело с высоковероятным, очень любопытным итогом.       Поскольку мы, "Энергетические", от алкоголя не пьянеем. Это кстати я недавно узнал. То мне, а точнее тем, кого я непременно захочу "напоить", требуется что-то, дающее похожий эффект. И это не я такой "плохой", что желаю споить своих и не только аликорнш, а мне просто понравилось, как они себя ведут в "пьяных" состояниях.       Те же две ныне беременные сестрицы, оказывается, впитали в себя маленькую часть моей магии при поцелуе. Вот и стали очень игривыми и податливыми, вместе с этим это сильно притупило им разум. Филомина же с моей энергией получила очень похожий, замечательный эффект. «Как же хорошо иметь странную, но мощнейшую ауру и магию, от которой аликорночки такие покладистые и весёлые! И это я ещё толком не применяю свою энергетику даже на половину! Только вот, жаль сам не могу опьянеть от своей же магии...»