Виски, ножницы, записка

В тишине пустого зала барбершопа «Bearded» было безлюдно и спокойно. Только звуки проезжающих мимо машин, приглушенно доносящиеся с улицы, напоминали о том, что жизнь в городе продолжала кипеть, несмотря на то, что заведение, где работал Леви, казалось, вымерло. Спрос на услуги барберов обычно был, хотя и не такой большой, как ему пророчил владелец парикмахерской, а по совместительству его друг и бывший сослуживец Эрвин Смит. Странный бизнес для бывших военных, однако, но однорукому Смиту после травмы дело всей жизни приходилось искать с большой выборочностью. Поэтому лучшей идеей он нашёл открыть свое. Накопленных за время службы денег в общей сумме с выплаченной ему страховкой хватило, чтобы выкупить небольшое помещение на одной из самых оживленных улочек района. А Леви, который по возвращению на гражданку о поиске хлеба себе на жизнь до разговора с Эрвином даже не задумывался, по его же наитию быстро освоил курсы начинающих парикмахеров и устроился к нему. Другого образования у него все равно не было, так что происходящее казалось для него подходящим выходом. Грязь и неаккуратность Леви не любил. Поэтому тут, можно сказать, вёл с ней самую прямую борьбу. Брезгливость в этом ему нисколько не мешала, а наоборот, даже сослужила неплохую службу. Он приводил в порядок бороды и головы мужчин изо дня в день, становясь в этом искусстве все лучше и лучше. А профиль заведения, куда приходили только представители его пола, для Леви был весьма удобен. Не приходилось постоянные знаки внимания к своей персоне, коими он раньше не был обделен, терпеть. Точнее, приходилось и тут, но на порядок реже. Он и так неплох собой, а теперь ещё и бывший военный. Так что женщины интересовались. Иногда даже слишком. В летнее время в их с Эрвином заведении поток людей был в разы меньше. Даже от услуг администратора и второго барбера на это время они решили отказаться, отправляя их как всех нормальных людей, погулять свой законный отпуск. Леви со всем прекрасно справлялся один: за доплату небольшую, разумеется. Постоянные клиенты заходили реже — разъезжались кто куда, либо предпочитали проводить время не в парикмахерской, а на пляже. Случайно заходящих тоже становилось немного. Полдня Леви тратил на не такую уж и необходимую уборку зала, ещё пол — на книги, которые носил с собой в сумке на работу. Когда все это ему приедалось, смотрел фильмы на телефоне, читал там же новости. Иногда вешал на дверь табличку «технический перерыв», выходил на улицу, потягивался, набирая тёплый летний воздух в лёгкие. И брал себе в кафе напротив сэндвич и кружку чая — там был большой выбор авторских напитков самых разных вкусов, и Леви уже попробовал больше половины из них, попутно перезнакомившись с половиной официантов. Затем он возвращался в барбершоп и продолжал свой ленный распорядок. Такими темпами человека-двоих в день все-таки обслуживал. На его доходе, как барбера, это, безусловно, сказывалось — по договорённости, он имел процент с каждого своего клиента. Но, во-первых, доплата за услуги администратора это немного компенсировала. Во-вторых, жил он один, а одному ему не так уж много требовалось на жизнь. И всё-таки летние деньки были скучными. Хоть волком вой от безделья. Благо, в этом году июль выдался не очень жарким. Под кондиционером сидеть Леви не любил: от него воздух становился таким неприятным, сухим что ли, хоть Эрвин и говорил, что Леви все это только кажется. А так ему хватало открытого окна, выходящего на теневую сторону улицы. Даже Смит своё детище редко посещал в это время года. Иногда звонил, но своим присутствием почтить не спешил. Проводил отпуск с женой и дочерью. Какая прелесть! Уколы ревности давно перестали мучать Леви — со своим бывшим, отношения с которым быстро завязались на службе и так же быстро распались на гражданке, они остались неплохими друзьями. Ведь даже работать же пошёл на него: был бы Леви сильно обижен, не поступил бы так. Иногда пили пиво по вечерам — всё реже и реже, но случалось. Но было от осознания того, что Эрвин эту страницу жизни давно перелистнул и двинулся дальше, а Леви нет, немного… не одиноко, нет. Просто пить чай по вечерам одному было слегка уныло. Сериалы по телевизору смотрел один: не с кем даже обсудить. До отношений Леви спокойно относился к одиночеству, но три года бок о бок с другим человеком его полностью изменили. Кошка скрашивала это чувство, но при всех своих пушистых плюсах, у нее был один минус — разговаривать она не умела. Зато дома ждала. На коленях так тепло и приятно валялась, подставляя чесать своё пушистое пузико. «Нужно будет зайти по пути домой в зоомагазин», подумал Леви, отвлекаясь на возню у входа. Кто-то, наконец-то, пришёл. Колокольчик — старомодно, но Эрвин настоял, чтобы он там был — над дверью звякнул, оповестив о новом клиенте. — День добрый, — бодро поздоровался вошедший мужчина, выискивая взглядом администратора у ресепшена. Не найдя за стойкой никого, обвел все помещение взглядом и, увидев Леви, сидящего в кресле у окна и лениво кивнувшего ему в знак приветствия, елейно улыбнулся и продолжил: — Работаете же? — Да. — А так и не скажешь, — весело усмехнулся мужчина. Леви шутки не оценил, но тот, как ни в чем не бывало, продолжил. — А, вообще, отлично. Постричься можно или у вас только по записи? Записи не было. Как и других потенциальных клиентов. Почти не раздумывая и отгоняя от себя остатки сонного-задумчивого настроения, Леви встал с кресла у окна, где охлаждался под открытой форточкой, и жестом пригласил мужчину пройти за собой. — И что, даже кофе не предложите? Я слышал, в хороших барбершопах клиентам предлагают виски, — заметил клиент. Смысла в этом Леви не видел, так как ждать своей очереди новоприбывшему не нужно было. Но, вздохнув и выдавил из себя «окей, будет вам виски», двинулся к стойке ресепшена. Пошарил в мини-холодильнике под ней и достал бутылку «Джеймесона» и стакан, поставив их перед парнем. Медленно налил и пододвинул к нему. — Пожалуйста. Теперь протоколы вежливости более-менее соблюдены, значит очкастому останется меньше причин жаловаться на плохой сервис. Они были знакомы только пару минут, но Леви он уже действовал на нервы. Особенно своей неаккуратной бородой. Последний раз, судя по его внешнему виду, в парикмахерскую мужчина захаживал уже очень давно. А ведь если носишь такой «аксессуар», как борода, то ухаживать за ним надо особо тщательно — так Леви считал. Это же твоё второе лицо практически! Впрочем, именно за этим они здесь сегодня и собрались. Пока Леви мысленно прикидывал фронт предстоящих работ, мужчина, спокойно принял налитый ему стакан с виски, осушил залпом — Леви налил немного. Размял, зачем-то шею. — Хух, хорошо, — сказал он на выдохе. Выглядел так расслабленно, словно пришёл в своё собственное заведение. — Я Зик, кстати, — назвавшийся Зиком протянул руку в приветственном жесте. Недолго смерив её взглядом, Леви протянул свою и не крепко пожал в ответ. — Леви, — он подумал о том, что ладонь у молодого человека мягкая и приятная, выбивающаяся из ряда шершавых, неухоженных, которые чаще встречались Аккерману. С торчащей во все стороны бородой и неаккуратной челкой это даже немного не вязалось. Во всем стиле прослеживалось, что мужчина за собой старался следить. Просто иногда, видимо, что-то у него в этом деле шло не так. Удивившись абсурдности собственной мысли, Леви в сердцах тряхнул головой, чтобы ее отогнать. — Проходите? — Ну, да, — словно заметив замешательство Леви, протянул Зик. — Я же стричься пришел, в конце концов. Пока Леви надевал фартук, летящей походкой Зик сел в предложенное кресло, под нос напевая себе какую-то незамысловатую мелодию. Настроение у молодого человека было хорошее. Но отчего-то излишняя энергичность нового клиента действовала на Леви странно. Как будто из колеи выбивала. То ли от того, что сам он чувствовал себя сонно, то ли ещё от чего. — Я очки сюда положу? — спросил Зик, снимая их с лица и уже занося руку с ними над полочкой перед зеркалом. — Естественно. Стричься в очках неудобно, вроде как. Хоть я и могу, но за результат не отвечаю. Мужчина хохотнул, оценив шутку Леви, хоть и произнесенную с не изменившимся выражением лица. Похоже решил, что такая у его сегодняшнего барбера изюминка. Леви накинул на него пеньюар, завязывая на шее. — Туговато, — заметил Зик, потянувшись к ней и случайно задевая своей рукой руку Леви. Леви сдержанно вздохнул — пока что парень действительно словно старался быть словно в каждой бочке затычкой — но резинку на завязках ослабил. — Вот, теперь хорошо, — Зик заметно расслабился в кресле, через зеркало с интересом прищуриваясь осматривая Леви. Под его взглядом ему стало чуть неуютно — обычно так смотрели на него те самые дамы, от которых он сбежал из обычных парикмахерских. Выразительно кашлянув, Леви сказал: — Стричься как будете? — А, точно, — будто вспомнив об этом только сейчас, сказал Зик, аж выпрямившись в кресле. — А вам какие стрижки больше нравится? — Э…? — Ну, вы же профессионал. Расскажите, что мне лучше подойдёт. Зик продолжал вызывать у Леви смешанные чувства своими действиями: в конце концов, он парикмахер, а не стилист. Он привык к тому, что обычно клиенты приносят ему фотку какого-нибудь актера или модели в смартфоне, говорят «меня вот так же подстричь» и остаток сеанса молчат в тряпочку. Поэтому к вопросам подобного рода был несколько не готов. Но собрав в кулак остатки своего профессионализма, он продолжил. — Стригу так, как нравится моим клиентам. По-моему личному вкусу борода это вообще мерзко. Рассадник крошек и микробов. Так что, теперь сбриваем под ноль? — О, нет, тогда просто покороче, — наигранно испуганно ответил Зик, аж погладив свою бороду в жесте «не, я тебя, моя дорогая, в обиду не дам». — Придать форму, на щеках контур почетче. И бакенбарды оставить. — Вот, уже хорошо, — кивнув Леви, расчесывая ему волосы и челку. В какой-то момент ему показалось, что тот от этого кайфует, но это Леви проигнорировал. Многим нравится, когда с их волосами кто-то какие-то манипуляции проводит. — А волосы? С ними что делаем? — То же самое, только короче. Пробор прямой ношу, если что. И да, можно на «ты». — Понял. Приступив к работе, Леви немного абстрагировался от энергичности этого Зика. Выполнял Леви всё с присущей ему как всегда скрупулезностью, хоть и клиент так внимательно следил за его действиями, будто сканируя каждое, что Леви чувствовал себя букашкой под увилечительным стеклом учёного. Начал Леви с бороды, оставил Зика посидеть с горячим полотенцем на лице — хоть в этот момент он перестал странно пялиться, аж снимать эту тряпку с его лица не хотелось. Когда тот глухо забубнел под ней в духе «эй, ты про меня не забыл?» продолжил бритье. Закончив с бородой, на приведение в порядок которой ушло немало времени, аккуратно перешел к прическе. Помыл Зику голову, поборолся с кучей вихров на его затылке — волосы у него оказались на редкость густые. — Солома волосы твои, — сдержанно прокомментировал Леви, подстригая затылок. — И что посоветуешь? — спросил Зик. — Масло для волос, — спокойно задекларировал Леви. Расчесал пряди еще раз, проверил, везде ли вышла одинаковая длина. — Шампунь купи нормальный, а то не дай бог моешь голову гелем для душа. И бальзам какой-нибудь. Твоя девушка оценит. — Понял, — серьезно кивнул Зик. — Угадал, кстати, голову я гелем для душа и мою. Так экономичней. Кстати, девушки у меня нет. — Ой, дурак… Зик весело усмехнулся, так что Леви не понял, пошутил он про гель для душа или сказал правду, но уточнять не стал. Чик-чик. Прядь падает на пол. Чик-чик. Подровнять. Расчесать. Не думать о последней реплике Зика, не придавать ей значения и не искать скрытых посланий. — А у тебя, между прочим, лицо какое-то знакомое, — заметил Зик, продолжая следить за Леви в отражении зеркала. — Хоть и в этот барбершоп я прихожу первый раз. — Ну, в других я и не работал, — заметил Леви, не отвлекаясь от стрижки. — До этого я был военным, так что… — О! — лицо Зика озарило осознание. Он немного дернулся в кресле, за что словил на себе самый строгий взгляд Леви, и послушно обмяк, выпрямившись. — А с тобой не служил, случайно, какой-нибудь Йегер? — охоты поговорить ему это, к сожалению, не отбило. — Эрен что-ли? — скептически осведомился Леви. Силы воли не скривится при упоминании этого имени ему все же хватило. — Да, он самый! — оживленно воскликнул Зик. — Это мой брат. Младший. Похоже, я видел тебя на его армейских фотографиях. — О как, — без особого энтузиазма протянул Леви. — Выходит, мы косвенно знакомы? — широко улыбнулся Зик, чуть поднимая голову. Леви раздражённо взял его ладонями за виски, заставляя держаться прямо. Какой непоседа! Хоть привязывай к месту. — Может, мне тогда, скидка полагается? Хе-хе. — Зная Йегера, я бы задрал тебе цену вдвое, — заметил Леви. Зик немного нахмурился, уже набрал в легкие воздуха, чтобы задать вопрос, но Леви его прервал. — Сейчас, кстати, перехожу к челке, так что посиди тихо, не болтай. — Но что тебе сделал мой брат? — не отступал тот. — Я тебе сейчас челку криво сделаю. — Окей, но к этой теме мы ещё вернёмся. Леви долго поправлял чёлку, которую предыдущий парикмахер сделал настолько странно, что было сложно определить, что там вообще изначально задумывалось. Сушил голову он Зику в тишине. Перекрикивать жужжание фена никому из них не хотелось — это было бы, как минимум, неудобно. Собственно, молчание и было к лучшему. Не дай бог с ним разговаривать о его брате умалишенном. Сказать, что они с Эреном друг друга во время службы не переваривали, это ничего не сказать. «Теперь ясно, почему и этот меня раздражает. Семейное, похоже». Закончив все процедуры, Леви сдул феном с пеньюара оставшиеся волосы. Ёще раз тщательно их Зику расчесал. Капнул на ладони немного масла, растер, аккуратно нанес на причёску, пропуская пряди между пальцев. Вот, уже приятней было трогать этот пересушенный кошмар. Критично окинул свою работу взглядом последний раз. Остался крайне доволен собой, позволив скупую оценивающую улыбку: из полубомжа Леви сделал вполне симпатичного человека. Он дал Зику рассмотреть себя со всех сторон, сунув в руки маленькое зеркальце. Тот удовлетворенно кивнул. — Работа мастера! — сказал он, откладывая его туда, где недавно лежали его собственные очки. — Ох и руки у тебя умелые… — С тебя тысяча восемьсот, — заключил Леви, игнорируя последнюю реплику. Зик стал покорно вставать с места, понимая, что его комплимент не оценили. — Хорошо, — спокойно сказал он, доставая из кармана вельветовых брюк бумажник. — Наличкой пойдёт? — Да пофиг. Зик протянул ему две сложенных пополам купюры. Леви, не распрямляя их, пересчитал за кончики. — Тут две тысячи, — заключил он. — Подожди, сдача. — Леви уже полез в кассу за деньгами, как Зик остановил его. — Не надо. Считай, что там чаевые, — лучезарно улыбнулся он, оперевшись одной рукой о администраторскую стойку. — Чаевые барберу? — удивился Леви, подняв одну бровь. — Почему нет, если барбер хороший? — почти игриво подмигнул Зик. — Ладно. Спасибо, — сдержано. Почти сквозь зубы. Зик Леви немного смущал. Редко у кого-то получалось заставить Леви чувствовать себя подобным образом, но у Йегера-старшего это прекрасно получалось. — До встречи, Леви, — хитро протянул Зик, задержав взгляд на нём чуть дольше, чем нужно было для банального прощания. И все же пошел к выходу. — До свидания. Приходите еще, — дежурно, как положено. В мыслях держа «а лучше, все-таки, не надо». Звякнул колокольчик на двери. До конца дня к Леви зашло всего два клиента. Молчаливые мужчины, которым требовалось «покороче, чтобы не жарко было», полностью поглощенные своими мыслями. Такие же, как и всегда. В общем, ничем, кроме визита этого странного Зика, день от других подобных, и не отличался. Те же просмотры сериалов в телефоне, та же уборка после клиентов. Готовясь к закрытию и пересчитывая деньги вечером в кассе для отчёта, Леви заметил между двумя тысячными купюрами бумажку с одиннадцатью написанным на ней цифрами и запиской. «Окей, я зашел совсем не случайно. Позвони мне. Или напиши. В общем, сходим в ту чайную напротив, где ты вечно ошиваешься? Я угощаю :))) «. Долго думать, от кого была эта записка, явно не надо было. Сразу стало понятно. Леви фыркнул, закатил глаза. Закрыл кассу, убрав туда все деньги. А записку, почему-то не в мусорное ведро. А в карман джинсов.