бензин

— что происходит? — Колетт озадаченно смотрит на своего друга, оглядываясь вокруг. тот пожимает плечами. если бы он ещё что-то знал. Эдгар привык быть незаметным, оставаться в тени и не тревожить обычно жужжащую, словно раздразненный улей, общественность. но сегодня почему-то все по-другому. они пришли в школу недавно, но уже наткнулись на десятки удивленных, колких и подтрунивающих взглядов. казалось, из каждого угла кто-то насмешливо смотрит. — че они вылупились, а? — Эдгар раздраженно скрипит зубами, пряча лицо в складках уютного шарфа. — пойдем лучше в кабинет, у нас матеша сейчас. если от нас что-то надо, то они подойдут и спросят, — Колетт берет друга за руку и ведет к лестнице, спиной чувствуя пронзительные взгляды. внезапно перед ними откуда-то вырастает чужая мощная фигура, преграждающая путь. Эдгар понимает, что это Булл — главный токсик и задира, кошмарящий всю школу. парень никогда не пересекался с ним лично, держа в своем круге общения одну Колетт. неожиданное появление настораживает, хочется куда-нибудь смыться под шумок, забиться в угол и сидеть в приятном одиночестве. — о, Эдди, а чего это ты девчонку за руку держишь? думаешь, что мы все поверим в то, что ты нормальный? — басистый раскат смеха сбивает с толку, громом отдавая внутрь черепной коробки. — о чем ты? — Эдгар хмурится, оглядывается вокруг, натыкаясь на многочисленные рожи жестоких смеющихся подростков. — серьёзно, Булл, отвали. дай пройти, — вмешивается Колетт, грозно смотря на новоиспеченного собеседника. подумать только, какая смелая. а если этот питекантроп ее ударит? — тебя я конечно пропущу, моя принцесса. а вот с твоим другом, или вернее будет сказать подругой, мы серьезно поговорим, — громила опять смеется, больно хватает Эдгара за руку. — ты совсем дурной? отвали, идиот, я тебе сказала! Колетт пинает Булла по лодыжке, тот от неожиданности застывает на месте. ребятам удаётся проскочить мимо него и убежать на цокольный этаж, прячась под лестницей. они пытается отдышаться и несколько минут просто молчат, смотря друг на друга и размышляя о произошедшем. — ебать, — наконец выдает Эдгар, прислонясь к холодной стене. — это что сейчас было? я ничего не понимаю, — девушка бросает свой полупустой рюкзак на пол и садится на него, — давай лучше тут посидим пока что. мальчик соглашается с ней. снаружи происходит какое-то форменное безобразие. лучше уж прогулять парочку уроков, но остаться с целой нервной системой. они залипают в телефонах, играя в игры, делают пару селфи, смотрят смешные видео с котами. время пролетает незаметно. Эдгар уже успевает немного расслабиться, но шаги на лестнице возвращают в состояние прежней тревожности. сюда кто-то спускается. — о, посмотрите на них, сидят, голубки. а мы уже обыскались, — рядом с ними материализуется Булл и его компашка из нескольких человек, лица которых Эдгар частенько видел в школе, но имен не знал. — опять ты! — Колетт вскакивает на ноги. — тише, деточка, тебе лучше отсюда уйти, — громила подходит к ней и подталкивает в сторону лестницы. — никуда я не уйду! что вам надо от моего друга? — девушка чуть ли не орет, принимая воинственную позу. — ты не переживай главное, мы его всего лишь чуть-чуть исправим, — Булл грубо хватает испуганного Эдгара за подбородок и пристально смотрит прямо в глаза, — понимаешь, мальчик должен любить девочек. кто-то из немногочисленной компашки тыкает в лицо Колетт телефоном. она всматривается в подсвеченный экран и тут же меняется в лице. на пару секунд даже замолкает, не зная, что сказать. когда Эдгар видит эту фотографию на экране чужого гаджета, его бросает в холодный пот. дрожь сотрясает все тело, и он мечтает умереть прямо сейчас. собственное лицо перед чужим половым органом, с семенем на лице, вызывает отторжение. мальчик ненавидит эту жизнь, этих чуваков, себя самого. он ненавидит Байрона. Колетт разворачивается и убегает, так и не услышав слова сожаления, брошенные ей прямо в спину. неужели она способна отречься от него из-за такого пустяка? — смотри и запоминай. сосать члены — это мерзость, Эдди. они подходят слишком близко, парень испуганно смотрит на все эти страшные лица, воздуха не хватает. сильный удар по лицу припечатывает к стенке и выбивает жалобный стон. за ним следует еще пара таких же. Эдгару даже кажется, что он слышит хруст собственной носовой перегородки. Булл хватает за хрупкие плечи и давит, насильно опуская на колени. кто-то пинает ногой в живот, кто-то по почкам. мальчик подмечает, что всё выглядит отстранённо, будто происходит не с ним, а в кино, в котором главный герой умрёт в середине фильма. даже собственная кровь, ручьем хлыщущая из носа, кажется нереалистичной, пятная грязный серый пол. — будешь ещё мерзостями заниматься, а? — кто-то кричит диким пронзительным голосом, — Булл, покажи ему! лицо Эдгара оказывается напротив чужого паха. звук расстёгивающейся ширинки контрастирует с дружным ржачем подростков. — ну давай, покажи, как ты это умеешь, шлюшка, — Булл хватает за растрёпанные волосы. — пожалуйста, не надо… — парень не узнает собственный голос, теперь напоминающий жалобное мяуканье. — смотрите, нытик опять расплакался. он в ловушке. может, судьба всё-таки существует и ему заранее предрешено познать ад на земле? это ведь жутко несправедливо. Эдгар сжимает зубы до боли, он ни за что не откроет рот. Булл награждает парня звонкой пощёчиной. — что тут происходит?! мучители разбегаются в разные стороны, точно стая перепуганных кошкой голубей. Эдгара отталкивают назад, он падает на пол, стёртые ладони начинают саднить. — ничего, все хорошо, — Булл резким движением застёгивает ширинку, скрывая чуть не произошедшее преступление. убегает по лестнице мимо разозлённого директора, попытавшегося его остановить. — ты в порядке? господи, у тебя кровь идёт! — Колетт ракетой подлетает к другу и обнимает, крепко прижимая к себе. ее белая кофточка пачкается чужой алой кровью, но она не обращает на это никакого внимания, — я сразу поняла, что мы вдвоем не справимся и побежала за помощью. блин, я опоздала, прости меня. — нет, ты пришла вовремя, — Эдгар слабо улыбается, крепко прижимаясь к плачущей подруге. ночью парень не спит. в голове слишком много мыслей. синяки жутко болят, голова раскалывается, сломанный нос, несмотря на перевязку, затрудняет дыхание. он получил первую медицинскую помощь, но во рту до сих пор металлический привкус, смешанный с унижением и обидой на весь мир. Эдгар широко улыбается, смотря в темноту. послезавтра последний звонок.