Давайте знакомиться заново...

Утро у Марии не задалось. Проснувшись за час до будильника, Хромова, не теряя времени, решила принять душ, но тут её ждала неудача — горячей воды как назло не было. Поэтому, водные процедуры у нее были бодрящими, даже чересчур. Затем Мария кое-как навела порядок на голове и, желая выпить кофе, отправила на кухню. Но и там женщину подстерегал неприятный сюрприз — электрический чайник, который служил им верой и правдой — хотя, она вообще не знала, сколько этот чайник тут стоит, — предательски перестал работать. Чертыхнувшись, она оставила чайник в покое и достала из полки старую добрую турку, у которой уж точно не перегорят провода. Проведя все необходимые манипуляции, она уже собралась переливать свой кофе в кружку, но тут Мария неловко повернулась и чашка, что стояла на тумбе, полетела на пол и с треском разлетелась по кухне. Женщина поставила турку обратно и посмотрела на результат своих трудов. Любимая кружка её соседа, на которой были нарисованы крылья поверх якоря, сейчас была похожа на…уже ни на что не была похожа. — Замечательно. Ни горячей воды, ни чайника… Еще и кружку Хромова разбила, — Мария страдальчески вздохнула. Ругаясь на саму себя, она собрала осколки, выбросила их в мусорное ведро и все же налила себе в другую, еще целую кружку, крепкий заварной кофе. Решив, что на сегодня ей хватит погромов и неудач, Мария удалилась из кухни. Перед первым рабочим днем после больничного она решила еще раз просмотреть рабочие материалы. Хромова поставила кружку на стол и подняла крышку ноутбука. Мария собиралась открыть почту, но тут ей в глаза случайно бросилась папка под названием «Петербург». Заинтересовавшись содержимым папки, идею поработать Мария временно забросила. Вместо этого она два раза кликнула по левой кнопке мышки, открывая папку. Её взору сразу предстали множество фотографий, где была она сама, её незнакомый муж и его величество Питер. — О, мы и в Питере были, — одобрительно хмыкнула женщина, открыла первую фотографию и стала листать. Вот она на фоне Зимнего дворца, улыбается и позирует фотографу. Вот она возле Екатерининского дворца, вот она на Невском проспекте. Тут Мария даже не смотрела в камеру — она стояла, глядя куда-то в сторону, и держала в руках небольшой букет розовых тюльпанов. Фотограф же вовремя успел поймать момент. А вот уже она стоит возле Исаакиевского собора в обнимку со своим спутником. Вероятно, тогда на улице был ветер, поскольку волосы её разлетались в разные стороны. Но, судя по их искренним и счастливым улыбкам на лицах, погода никак не портила им настроение. На следующей фотографии они тоже были вдвоем и тоже улыбались. Смотря на ворох снимков, и сейчас на лице у Марии появилась невольная улыбка. Видимо, она все же была счастлива рядом с этим человеком, пусть даже она этого не помнила, но тогда, судя по этим снимкам, им было хорошо вместе… Засмотревшись на фотографии, женщина даже не заметила, как ситуация резко изменилась: теперь времени у неё было не в избытке, а его катастрофически не хватало и на работу Мария уже опаздывала. Она выключила ноутбук и, оставив на столе кружку с остывшим кофе, побежала собираться на работу, по дороге подумав, что вечером нужно будет обязательно расспросить Ивана об этой поездке. — Стоп, снято! — Мария, услышав громкий голос режиссера, скинула с себя белый халат и вышла из поля зрения объективов. Сейчас их съемочную группу ждал перерыв, и Хромова решила этим воспользоваться. Она вышла из павильона и неспешным шагом направилась в сторону лестницы. Когда Мария уже подошла к кафе на первом этаже, её окликнула Лариса — её коллега и по совместительству подруга. Лариса приветливо улыбнулась и обняла её. — Маш, привет. Я думала, ты еще на больничном. — Привет. Да я только первый день, как вышла. Снимаем очередной выпуск, — с усмешкой отвечала ей Хромова. — Я вот кофе собираюсь выпить. Составишь компанию? Лариса глянула на свой телефон и, подумав, утвердительно кивнула. — С радостью. Пока Мегера проверяет отчеты, полчаса у меня точно есть. — Я смотрю, за столько лет ты к ней симпатией так и не прониклась. Лариса возвела глаза к потолку и недовольно фыркнула. — Маш, нельзя проникнуться симпатией к человеку, который штрафует за одну минуту опоздания. — Тоже верно, — смеясь, согласилась с ней Мария. Они вошли в небольшое уютное кафе, которое служило убежищем для некоторых сотрудников центра, и заказали по чашке капучино. Когда заказ был готов, женщины заняли столик в углу, где не было народа и можно было спокойно поговорить. — Ну что, Маш, рассказывай, как ты себя чувствуешь хоть? — За исключением того, что я не помню последние несколько лет своей жизни, чувствую я себя вполне сносно. Голова только болит и кружится иногда. — А ты спроси у своего мужа, он тебе расскажет, — весело хмыкнула Лариса. — У Хромова? — А у тебя что, много мужей? — Я и его не помню, — делая глоток кофе, сказала женщина и заметила, как буквально подскочил уровень любопытства у её подруги. — Совсем? — в ответ на вопрос Мария лишь молча кивнула головой. — И как вы живете? — Как соседи, — пожала плечами Хромова. Брови Ларисы непроизвольно поползли вверх, а лицо приобрело удивленное выражение. — Он меня понимает, или делает вид, что понимает. И я стараюсь себя понять… — Да уж… А я думала, у тебя не настолько все…интересно, — попыталась подобрать слова подруга, чтобы описать ситуацию. — И что вы делать с этим думаете? — Не знаю, Ларис, — честно призналась ей Хромова. — Я надеюсь, что память вернется. А пока у нас вот такие отношения. Интересные… — Задумчиво протянула Мария, про себя подумав, что интересными их отношения, конечно, были, но в больше степени они были сложными и запутанными. И разобраться в них пока не могли ни она сама, ни Хромов. — А мы с Сергеем хотели вас на дачу пригласить. Посидеть, отдохнуть. Теперь как… — Я даже не знаю. — В любом случае, мы вас будем рады видеть. Или тебя. Там уже, как решишь, — улыбнулась ей Лариса, открывая попутно только что пришедшее сообщение. — Мегера зовет. — Страдальчески вздохнула она. — Ларис, тебе пятьдесят лет, а ты начальницу Мегерой называешь. — Маш, ты же её сама прекрасно знаешь. Мегера и есть, — женщина развела руками, вновь одарила вышедшую на работу подругу широкой улыбкой и выбежала из кафе. Мария проводила подругу взгляд, тихо посмеялась и сделала очередной глоток вкусного кофе. — О, Иван Николаевич, — Константин застал своего отчима в ординаторской. Мужчина, что сидел на диване и читал какую-то книгу, закрыл её и поднял глаза. — Как операция? — Да нормально, жить будет, — Хромов встал с дивана и подошел к кухне. Он набрал в чайник воды и клацнул кнопку, включая его. Лазарев присел на барный стул и окинул стоящего возле тумбы Хромова внимательным взглядом. Когда чайник закипел, Хромов на автомате сделал чай на двоих. Поставив обе кружки на стол, он сел напротив Лазарева. — Ну что, Иван Николаевич, рассказывайте, как у вас дела? Ну, с мамой как? — осторожно поинтересовался Лазарев. — Мама уже лучше. На работу вот сегодня вышла. Меня пару раз даже на «ты» называла, — коротко улыбнулся Иван Николаевич. — Да уж… — покачал головой Костя. — Не хотел бы я, чтобы мы с Сашей оказались на вашем с мамой месте. –Поймав на себе заинтересованный взгляд Хромова, он объяснил. — Я просто не представляю, что делал бы, если бы Саша меня забыла. — Сказав это, Константин нахмурился, представляя, какого было бы им обоим, окажись они в подобной ситуации. Наверное, он сам поступал бы точно так же, как и Иван Николаевич. Старался утешить и поддержать. А еще непонятно зачем Лазарев представил, что делали бы мама с Иваном Николаевичем, окажись они на их с Сашей месте. Почему-то он был уверен, что Хромов поступил бы так же, как и он сам — без раздумий бросился защищать маму, а потом бы уже спрашивал, кто прав, а кто виноват. — Кость? — Да? — Что задумался? — Да я так, просто, — улыбнувшись, махнул рукой Лазарев. — Знаешь, я думаю, маме в этой ситуации тяжелее всего. Представляешь, потерять четыре года своей жизни, узнать, что ты замужем и жить с мужчиной, которого ты совсем не знаешь, — с легкой усмешкой подытожил Иван. Костя, слушая его, посмеялся и пожал плечами. — Ну, мама у нас авантюристка. — Это точно… — согласился с ним Хромов. — Иван Николаевич, — в ординаторскую заглянула Нина и просто указала рукой в сторону приемного. — Там Сталина привезли… Костя прыснул от смеха, а Хромов лишь в удивлении вскинул брови. В ответ на реакцию хирургов Дубровская развела руками. — Сами гляньте, — только и сказала регистратор. — Ну, пойдем, — заинтересованный Хромов накинул на себя халат и подошел к Нине. — Сталина я ещё не лечил… Вечером, после работы, когда Мария пошла в квартиру, она сразу почувствовала необычный для этого жилища запах. В воздухе вместо привычного запаха лаванды, который обеспечивал освежитель воздуха, сейчас витал запах…хвои? Заинтересовавшись, Мария скинула с себя легкий плащ и успевшие надоесть за день туфли на каблуках, и вошла на кухню, поскольку именно отсюда и доносился такой непривычный запах. В кухне за столом сидел Хромов. В руке у мужчины был паяльник, с помощью которого он, судя по всему, пытался реанимировать их чайник. Рядом на столе стояла небольшая баночка канифоли, вероятно, и обеспечивающая такой хвойный запах. Хромов поднял голову и приветливо улыбнулся вошедшей женщине. — Здравствуйте, Маш. — Привет, — она ответила ему тем же и села напротив. Женщина с любопытством взглянула на Хромова. — Как прошел день? — не отвлекаясь от работы, поинтересовался у неё Иван. — Вы знаете, хорошо. Материал отсняли, с коллегами я увиделась. Кстати, — вдруг вспомнила она. — Нас моя подруга звала на дачу, на этих выходных. Лариса. Вы её знаете, как я понимаю. — Да, знаю. В том году на Вашем дне рождения она разбила вазу, — ухмыльнулся Хромов. — А Вы хотите поехать? — Хромов поставил паяльник на подставку и взглянул на жену, ожидая её ответа. — А почему бы и нет? — пожала плечами Мария, смотря на мужчину. Она понимала, почему Иван так осторожно интересовался её планами. Понимала, что он не хотел навязываться и мешать ей. За это Мария была ему благодарна. Но сама она была не против поехать на дачу вместе с ним. Вернее, она хотела поехать с ним. Хотела узнать этого человека поближе. — Поедем с Вами вдвоем, отдохнем. Воздухом подышим. — Хорошо, — едва заметно улыбнулся Иван, соглашаясь с ней, и встал со стула. Он набрал в чайник воды, поставил его на подставку и нажал на кнопку. Через пару секунд чайник зашипел, оповещая их о том, что у Хромова все же получилось его починить. Мужчина довольно улыбнулся и достал из полки две кружки. — Чай будете?  — Раз уж Вы его реанимировали, то буду, — хихикнула Мария и тут же спохватилась. — Ой, Вань…я Вашу кружку разбила случайно. Простите. — Я заметил, — спокойно сказал он. — Этой кружке лет пятнадцать, старя уже. Ну, сам виноват, не убрал. — Вам её подарил кто-то? Там крылья какие-то… — Это эмблема военно-морской авиации. Да, мне подарил её…подарили, — коротко ответил Хромов, не вдаваясь в подробности. Он поставил на стол две кружки с горячим черным чаем. — Простите, — еще раз извинилась Мария, но мужчина только ободряющей ей улыбнулся. — Маш, не переживайте. Ну, нет ничего вечного, — заметив, что говорить на эту тему её собеседник не говорит желанием, она просто кивнула, соглашаясь с ним. Мария решила перевести разговор в другое русло. — А, Иван, я у Вас спросить хотела… — Да? — Я сегодня наткнулась на фотографии, где мы в Питере с Вами. Мы туда отдыхать ездили? — Нет, — покачал головой мужчина и улыбнулся про себя. Как бы то ни было, его радовал тот факт, что Маша интересовалась их жизнью и постоянно что-то у него расспрашивала. — Мы там жили около полугода. Меня с работы сократили, а Брагин тогда поговорил со своим преподавателем, и меня позвали туда. Вот…а Вы, как декабристка, поехали со мной. — Усмехнулся Иван. — А потом мы вернулись, я так понимаю… — Да, по ряду причин. — Расскажете? — Про что именно? Про Питер или почему вернулись? — Ну… — задумалась Мария. — Сначала про Питер. — Ну, хорошо, — улыбнулся мужчина. — Сначала мы с Вами чуть не опоздали на поезд…