Васильковое вино

Двое сидели на небольшой поляне, усыпанной большим разнообразием невообразимых цветов. Воздух был чист и свеж, и казалось, что дышится так легко, что тело сейчас взлетит высоко и воспарит над землей. —Мантис, я хотел давно извиниться и вот решился только сейчас. Я не мастер речи как Ракета или Грут, помнишь, как я назвал тебя уродиной? Мне тогда совсем не было стыдно, я откровенно говоря потешался над тобой из-за того, что все воспринимал как игру. Во мне сидело столько боли, от потери жены и дочки, что я в своем сердце затаил обиду и боль, позволилив себе издеваться над другими. Я не лучше других. Я убогий и ничтожный, раз мог забыть, что защищая слабых, нельзя полагаться только на силу. В наших путешествиях я столько раз подвергал всех опасности, потому что шел по пути своего эгоизма, к примеру, набросился на Таноса, хотя Квилл говорил выдать момент. Мои глаза застелила пелена ярости и я… я думал лишь об желании отомщении, ведь меня совсем не волновали другие. Я поставил на себя многое и в итоге слепая ненависть меня погубила. Дракс ненадолго замолчал, подняв голову немного вверх, чтобы посмотреть на ясное небо. Мантис просто молчала, ибо понимала, что в этом 'человеке' сидит многое, она как послушный питомец будет сидеть и молчать, чтобы 'хозяин' мог выговориться. К слову, жукоподобная всегда относилась к себе как к третьему сорту, так как раньше Эго, всегда говорил, что пользы от нее ноль. Разве что головную боль лечила. В связи с этим у нее выработался комплекс непринятия своей сущности в целом. Пока она думала, Дракс в это время смотрел на неë, не замечая ничего вокруг.Нарушать тишину совсем не хотелось, хотя было что ответить. Она продолжила смотреть в его бездонные глаза, словно завороженная гипнозом. Первым не выдержал Дракс. —Мантис… Почему молчишь? , — он дотронулся до еë щеки, чем вызвал странную реакцию девушки. —Не надо, Дракс… Ты же говорил. , —Мантис прикусила себе язык, чтобы не наговорить лишнего. —Мантис, в чем дело? Я сделал тебе больно? Прости, я не хотел, —Дракс отсел чуть подальше от девушки, но не отвернулся: —Знаешь, на моей родной планете был напиток, назывался как-то по-дурацки и вот дочка придумала назвать его «Васильковые слезы». Нет, не потому, что цветы могли плакать, вода была такая чистая как слеза, но такая же соленая, как твои, что бегут сейчас по твоему лицу. Дракс хотел было дотронуться до Мантис, но опустил руку, чтобы снова её не испугать.Он потянулся к закупоренной бутылке. Секунда и пробка с громким «ЧПУХ» отлетела куда-то в кусты. Дракс взял что-то отдаленно напоминающие бокалы и налил бледно-синюю жидкость. —Попробуй. Мантис, не откажи в моём любимом напитке. Девушка взяла стоявший рядом бокал, понюхала. Ведь действительно пахло цветами! Она отпила немного и тут же закалялась: —Кх... Фу.. Дракс! Что за шутки? Оно соленое!, — Мантис замахала руками и выплюнула все, что успела вобрать в ротовую полость. Дракс захохотал, так громко и заливисто, что даже Мантис не удержалась и улыбнулась. —Ты наконец-то улыбнулась, тебе идёт. —Дракс взял в руки бокал девушки и вылил все содержимое на землю.—На самом деле я просто хотел тебя рассмешить, ты весь день грустная, и кажется, у меня все получилось. А теперь без шуток,попробуй этот напиток еще раз,гарантирую, что после ты по забудешь все печали. Дракс отдал новый бокал Мантис с "Васильковыми слезами".Она медленно и осторожно сделала глоток, затем еще один, и еще, пока не допила все содержимое. —Чувствуешь эту невесомость в теле? —Да. —Мантис, расскажи мне, какая боль съедает тебя изнутри. —Я.. не могу, Дракс. Ты будешь смеяться снова.—Девушка склонила голову и еë усики-антенны немного засветились от волнения. —После того, как я тебе рассказал, о своей Боли, думаю это все фигня. Давай, делись уже. —Дракс взял за руку девушку и та чуть вздрогнула, но не отпустила. Немного вздохнув она сказала на выдохе два слова: —Люблю.. тебя.—Смотря сразу на озадаченное лицо, как менялись его эмоции, Мантис не смогла прочитать ни одной.Она резко отпустила руки мужчины и от села чуть-чуть подальше. Их настигло неловкое молчание. Минуту погодя Мантис решила все высказать: —Я помню, когда ты сказал, что тебя от меня тошнит.Что воротит, от представления от нашего соития, что я питомец и урод, что никогда... Никогда... Никогда не подумаешь обо мне, не поделишься чем-то важным, но сегодня ты позвал меня на прогулку. Все это, —Она обвала взглядом полянку и бутылку "вина".—Ты рассказал мне о себе самое сокровенное, а я ... Мантис заплакала, впервые в жизни Дракс видел, плачущую девушку. Собрав волю в кулак, он подсел к ней и приобнял. —Ты не урод, Манти, ты моя, —Дракс нежно, настолько сколько умел, вытер слезы девушки тыльной стороной ладони. Поймав взгляд удивленной Мантис он ответил: —Я так говорил, чтобы Квилл не зассмеял, ведь я дико угарал над ним, когда ты выяснила, что он влюблен в Гамору, плюс мы тогда воевали, а мой гнев в бою придает мне сил, там было не до признаний в любви. В общем, вопреки своим злым словам, я все-таки влюбился. —Кто ты и куда дел Дракса!?!! —Мантис, это все из-за вина, если бы ты не выпила со мной, не ты и не я, никогда никто из нас не признался бы в чувствах к друг другу. Я это сделал, потому что чувствовал, что меня разъедает буквально внутри. Больше нет войны, гнева или ярости. Я могу спокойно прожить жизнь с тобой, Мантис. Девушка была поражена таким заявлением, она даже приложила свою ладонь к сердцу Дракса и почувствовала жар и тепло, что струится по её руке. —Ты не врешь.. Вместо ответа Дракс поцеловал Мантис в шею, приобняв её за талию. Цветы на поляне, где устроились двое влюбленных покачивались в такт музыке ветра, а деревья и их листва скрывали от глаз продолжение этой истории...