Сквозь пальцы

Дождь барабанил по карнизу, сносимые ветром крупные капли то и дело мерзко шлепались за шиворот. Сизое небо все чаще прорезали стальные зигзаги молний. Кит держал сигарету двумя пальцами так, что кончик ее был направлен почти в ладонь. Согни пальцы — и ожог обеспечен. Ему нравилось чувствовать на коже жар опасного огонька и смотреть, как дым скользит между пальцами. Это очень напоминало всю его гребаную жизнь. Бессмысленный риск и результат, утекающий в никуда. Кит не то чтобы любил дождь. На самом деле он предпочел бы вернуться в комнату, но там, спасибо погоде, обретались оба соседа. Были, впрочем, в ливне и плюсы — в такую скотскую погоду никто не выходил на задний двор, а значит можно было даже особо не прятаться, закуривая добытые втридорога сигареты. Медленно выпуская через нос чуть царапающий дым, Кит прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Все было хорошо, пока чертов Девис не открыл рот. Кит обещал Широ, что будет контролировать свои вспышки и держал обещание до того самого дня. Теперь же все пошло прахом — и главное из-за чего? Дурацкая шутка, слово за слово — а кончилось как всегда дракой и карцером. Неделя под замком не сильно напрягала, по правде, дни пролетели почти незаметно, разве что курить хотелось. По-настоящему неприятная часть ждала впереди. Вот-вот Широ вернется и ему непременно доложат, что его несносный протеже вновь облажался. — И как это понимать? Шум дождя надежно заглушил звук шагов, так что тяжелая рука, опустившаяся на плечо, заставила Кита вздрогнуть и подавиться дымом. Он интуитивно попытался вывернуться, но тут же был пойман за запястье сжимающей сигарету руки. Зашипел, развернулся — и замер, невольно опуская взгляд. — Широ. Не знал, что ты вернулся. — Не знал, что тебя настолько нельзя оставлять без присмотра. Кит не сопротивлялся, когда сигарету вырвали из его пальцев, и, притушив, скомкали. Урны рядом не было. Поколебавшись, Широ сунул остатки табака в карман. В другой ситуации Кит бы посмеялся над тем, как потом сложно будет вытряхивать из мундира ошметки поруганной сигареты, но сейчас смеяться не тянуло. Он не спорил, когда друг, не разжимая стальной хватки, повел его внутрь. Стоило, наверно, возмутиться. Ему уже не десять, чтобы его за ручку водить! Однако тяжелое молчание лишало любой воли к сопротивлению. Комната Широ, как и всего старшего летного состава, была в западном крыле на верхних этажах. Горячие пальцы друга разжались только когда дверь за ними защелкнулась на замок. Стало даже немного обидно. Широ что, думает, он убежит? Усадив юношу на диван, летчик требовательно вытянул ладонь. — Давай сюда. Поморщившись, Кит с сожалением вынул из кармана мятую пачку. Та тут же отправилась в мусорное ведро. — Широ, я… — Сними мундир и повесь сушиться, — не слушая его, велел старший. Только сейчас Кит понял, что действительно вымок до нитки и уже начинает дрожать. Он повиновался, после чего его плечи ощупали. — И рубашку, она тоже мокрая. Возьми в шкафу одну из моих. Широ был выше на голову и значительно шире в плечах, так что его одежда была мальчику сильно велика и чувствовал он себя донельзя глупо. И напряженно, потому что друг продолжал молчать. — Широ, — пользуясь тем, что можно не смотреть в глаза собеседнику, когда закатываешь слишком длинные рукава, Кит осмелился подать голос. — Слушай, я знаю, что ты сердишься, но… Договорить мальчик не успел — внезапно мир завертелся и он осознал, что его самым бесцеремонным образом схватили за шкирку, и, перегнув через подлокотник, уткнули носом в диван. — Ты вообще понимаешь, что творишь?! — от хваленого спокойствия не осталось и следа, Широ буквально кипел. Впрочем, это шокировало меньше, чем крепкая ладонь, звонким шлепком опустившаяся на обтянутые форменными штанами ягодицы. — Что ты еще придумаешь, чтобы испортить себе жизнь?! — Широ! — Ты хоть понимаешь, что будет, если тебя поймают?! — шлепки стали чаще и сильнее, заставив Кита забрыкаться. Привело это лишь к тому, что Широ перехватил пытающуюся прикрыть ягодицы руку и прижал к пояснице. — Ты и так на грани вылета! Я уж не говорю о том, чего это будет стоить твоему здоровью! Как думаешь, весело будет тебе доучиться, стать лучшим в выпуске, но так и не быть допущенным до полетов из-за больных легких?! — Хватит, — Кит почувствовал, что еще немного — и позорных криков он удержать уже не сможет. — Широ, я понял, прекращай! — Ты каждый раз говоришь, что понял, — гнев поутих быстро, на частоту шлепков это, впрочем, не повлияло. — Понял, что не надо драться с сокурсниками. Понял, что не надо дерзить инструкторам. Только вот улучшений я не вижу, Кит. Да и черт с ней с дисциплиной, это полбеды. Но травиться этой дрянью я тебе не позволю, будь уверен. Порка прекратилась, прижимающая рука исчезла и Кит проворно соскочил с дивана. Сырые от дождя и встрепанные от сопротивления волосы частично закрывали лицо, алое, как маковый цвет. — Да я же нечасто, — он понимал, насколько по-идиотски выглядит такое оправдание. Другого, увы, не было. — А надо чтобы никогда, — буркнул Широ, крепко беря его за плечо и подталкивая в сторону ванной. — Это еще не все, не надейся. Ты знаешь, в твоих бесконечных войнах с инструкторами я всегда на твоей стороне, но вот такого отношения к собственному здоровью не потерплю. Кит не понимал, что друг задумал, пока тот не подвел его к раковине и не взял в руки брусок мыла. — Широ… — Рот открой, — сурово сведенные брови не оставляли сомнений в серьезности намерений, свободная рука легла на затылок, пресекая саму мысль о том, чтобы попытаться отпрянуть или вырваться. — Уж прости, но от таких замашек я тебя буду отучать сразу и навсегда. — Я и так тебя понял, — юноша почувствовал, что на глазах готовы выступить слезы. От одной только обиды. Он ведь правда понял! С другой стороны, стоило признать. Где-то на задворках сознания все еще теплилась мысль о том, что Широ ведь не узнает, если он когда-то снова, хоть изредка… Смог бы он сейчас поклясться, что больше не притронется к сигаретам? Нет, определенно нет. — Я верю, что ты понял, — хмуро сказал Широ и пальцы едва уловимо погладили затылок, будто подбадривая и уговаривая смириться с незавидной участью. — Более того, я не сомневаюсь, что ты в курсе и как это вредно, и что тебе будет от начальства, если они узнают. Но сейчас ты откроешь рот и во всех смыслах попробуешь, что тебе за это будет лично от меня. Не тяни. Брезгливо поморщившись, Кит подчинился. Слегка размоченный под струей воды брусок мыла скользнул между зубов и коснулся языка. Мальчик дернулся, но рука на затылке не позволила отстраниться. Это продлилось всего несколько секунд. Затем Широ убрал мыло, но наклониться и выплюнуть пену не позволил. — Как давно курить начал? — Два месяца, — голос прозвучал слегка невнятно. — Надеюсь, не успел еще по-настоящему сильную зависимость словить, — будто сам с собой заключил Широ. — Еще раз хотя бы в руках у тебя сигареты увижу — пожалеешь, обещаю. Поверь, мыть рот с мылом можно куда дольше и неприятнее. Услышал меня? Молодец. Рот полощи и выходи. На то, чтобы смыть с языка мерзкий вкус, ушло довольно много времени. Еще дольше пришлось успокаиваться и приводить себя в относительный порядок. Когда Кит наконец выбрался, Широ уже заварил чай. Молча вручив другу чашку и тарелочку с печеньем, он уселся рядом. Кит еду принял — раздобыть подобное угощение в гарнизоне было не проще, чем сигареты. Тем более рассыпчатой сладости удалось моментально отбить остатки мерзкого вкуса во рту. — Обижаешься? — после недолгого молчания спросил Широ. Кит буркнул что-то нечленораздельное, залпом допивая чай. И тут же ойкнул, когда Широ, дождавшись опустошения кружки, дернул его на себя, почти укладывая головой на колени. — Я чуть печенье не рассыпал, — возмутился Кит. И понял вдруг, что в гамме роящихся в голове эмоций совершенно нет обиды на друга. Скорее уж он чувствовал себя смущенным и виноватым. Тихо фыркнув, Широ подтянул младшего повыше, полулежа устроив у себя на плече и поставив ближе действительно чуть не упавшую миску. Тот в отместку дотянулся до еще не опустошенной кружки Широ и отобрал. — Так что тебе Девис сделал, что ты его в лазарет отправил? Кит поморщился, будто от боли. — А как обычно. Решил, что раз я и так на грани исключения, он не получит по морде за открытый не по делу рот. Будешь ругать? — Не буду, — Широ притянул его плотнее, теперь уже совсем обнимая и утыкаясь подбородком в сырую макушку. — Просто еще раз попрошу быть осторожнее. Хорошо? Получится очень глупо, если такой прекрасный шанс утечет сквозь пальцы. — Угу, — смущенно буркнул Кит, прикрывая глаза. Широ не было всего два месяца, и только сейчас мальчик по-настоящему понял, насколько соскучился. — Прости за сигареты. Просто было хреново и это казалось выходом. — Помогало? — Не особо. Но отвлекало. — Постарайся придумывать менее разрушительные способы отвлекаться, — Широ вытащил из-под спины свернутый плед и ловко укутал Кита, а тот в очередной раз поймал себя на мысли, что друг соображает о его нуждах быстрее его самого. Несмотря на выпитый горячий чай, после дождя все еще познабливало. — Постарайся не пропадать так надолго, — прикончив чужой чай, мальчик поудобнее устроился на плече старшего. — Постарайся вообще не пропадать.