Немного о близости

— …Что бы ты еще сделал? — …Обнял бы? — Минги раздраженно закатывает глаза на слишком мягкую натуру Юнхо. — Ммм, а где бы хотел коснуться? — спрашивает Минги, поворачиваясь с живота на спину. — Хах, что это за вопрос такой? — Юнхо расслаблено смеется, после чего, несколько секунд думая, всё-таки отвечает. — Мне нравится касаться твоей груди. Особенно, когда ты без футболки. — Правда? — Минги и правда удивлен, и смотря на эту часть тела у себя, продолжает: — Сказал бы мне раньше, я бы никогда спортзал бы не пропускал. — Серьезно? — Юнхо смеется. — …А где бы ты хотел меня коснуться? — спрашивает Юнхо, звуча донельзя смущенно, и Минги это кажется безумно милым. — Хм… Даже не знаю, — Минги не то, чтобы не знал, скорее, таких мест было слишком много. — Мне кажется милым, как ты реагируешь, когда я целую твою шею… Особенно там, где у тебя пахучие железы. Минги закрывает глаза, пытаясь вспомнить запах Юнхо. Ему всегда он нравился, еще с того момента, когда у Юнхо он проявился. Голубика… Так идеально ему подходила, что даже не верится, что это взаправду. — Я никогда… — Юнхо запнулся, резко выдыхая, и Минги на это открывает глаза. — …Не замечал. — …Ты касаешься своей шеи? — спросил Минги, и Юнхо на это коротко мычит. Ладно, это и правда немного возбуждает. — Она у тебя такая чувствительная. — Я не могу с этим ничего поделать, — жалуется Юнхо, и Минги мягко смеется. — Не то, чтобы это плохо. Просто говорю… Как факт, — Минги сам не замечает, как он начинает гладить себе низ живота, приподняв свою оверсайз футболку. — Еще… Еще я бы хотел целовать твой живот сейчас. Мне нравится, как он подрагивает во время этого. — Минги… — Юнхо совсем притих, и слыша очередной шорох, Минги, кажется, понимает, что происходит. — В наш первый раз, я каждый раз удивлялся, каким чувствительным ты был, — Минги сам касается себя внизу, тяжело дыша. — Ты от каждого касания вздрагивал… Я никогда в жизни не был так возбужден. — Ммм, — Юнхо тяжело дышал в трубку, пока Минги стягивал с себя брюки и боксеры до колен. Он уже был полностью тверд, и взяв себя в руку, Минги сам рвано выдохнул. — Где бы ты хотел, чтобы я тебя коснулся? — Минги медленно двигал рукой, слыша тихие стоны Юнхо по ту сторону трубки. — Я… Я не знаю, — голос Юнхо дрожал. Было такое чувство, будто он сейчас расплачется. Он всегда так звучит во время этого. — Наверное… Чтобы ты к-коснулся меня внизу. Юнхо никогда не мог сказать это слово напрямую. Еще в первый раз, даже во время его течки, когда Юнхо, казалось бы, вообще себя не контролировал, даже тогда Юнхо не говорил об этом прямо. Минги закрывает глаза, и некоторое время молчит, после чего, отвечает. — Ты сейчас касаешься себя? — спрашивает Минги. — Ага, — отвечает Юнхо, и Минги на это опять рвано выдыхает. — Можешь коснуться себя ниже? — просит Минги, пытаясь говорить мягко, и Юнхо тихо стонет на это. — Я-я не знаю, — отвечает Юнхо, на что Минги успокаивающе мычит. — Всё в порядке, если ты не хочешь, — у Минги перед закрытыми глазами предстает картина Юнхо сидящего у себя в комнате, такого возбужденного и красного. Минги сам не замечает, как ускоряет движения руки. — …М-минуту, — Минги слышит, как телефон кладут на постель вниз динамиком. Некоторое время он слышит тихое шуршание простыней, после чего, звук опять становится лучше. — Мне нужна минута. — Конечно, Юнхо-я, — Юнхо стонет на прозвище, после чего, они молчат. Минги терпеливо ждет, пытаясь замедлиться, но когда он слышит очередной стон, он опять ускоряется, ругаясь под нос. — М-минги, — Юнхо звучал возбужденно, и картина которая предстала у альфы перед глазами была уж слишком отличной. — С-сколько пальцев ты используешь? — сам голос Минги уже начал подрагивать. Он уже был на удивление близко. — Д-два, — Юнхо звучал не лучше. Он звучал сломано, особенно когда он, кажется, уткнулся лицом в подушку, и всё, что Минги слышал, это тихие стоны. Они ничего не говорили, продолжая доводить себя до конца. Юнхо заглушал свои стоны подушкой, пока Минги тяжело дышал, двигая быстро своей рукой. — Черт, как бы мне хотелось, что бы ты был здесь, — говорит Минги, зажмурив глаза. — Хотел бы сделать так, чтобы ты чувствовал себя хорошо. Чтобы стонал подо мной, чтобы… — Минги, — очередной стон, и Минги еще ускоряется. — Ты близко? — Д-да, — Юнхо мычит и тяжело дышит. — М-минги, — с дрожащим стоном на губах, Юнхо, кажется, заканчивает. Минги еще несколько раз двигает рукой, после чего, тоже кончает. Они несколько минут просто тяжело дышат, не говоря ни слова. Минги слышит очередное шуршание простыней, после чего, слышит как Юнхо раздраженно выдыхает. — Черт, я испачкал постель, — Юнхо цокает языком, а Минги смеется. — Если бы я был там, я бы всё слизал, — говорит Минги, не совсем осознавая смысла своих слов. — Фу, Минги! — несмотря на возмущение, Юнхо смеется. — Иногда такой бред скажешь. — Этот бред является чистой правдой, — говорит Минги, тоже поднимаясь с постели. Футболка была испачкана. Кажется, Минги всё-таки придется разобрать чемодан. — Спасибо, — слышит Минги, и он не совсем понимает, к чему это. — Думаю, мне нужно было это сейчас. — Не благодари меня. А то возникает такое ощущение, будто это только ты наслаждался процессом, — Минги улыбается, и по тому, как Юнхо фыркнул по ту сторону трубки, ему показалось, что он тоже. Они еще общались наверное час или полтора. Юнхо успел переодеться, пока висел на звонке, а Минги начал понемногу разбирать чемодан. Звонок они закончили лишь в час ночи, когда Юнхо заснул так и не сбросив звонок. Минги несколько минут слушал сопение своего парня, после чего, сбросил.