по болезни

Горло больно саднит. Даби заходится в очередном сильном приступе кашля. Он сгибается почти что напополам, придерживается рукой за стену и зажмуривает глаза. Он думает, что пока все не так плохо, но эта мысль держится в его голове ровно до момента, как он вновь открывает глаза. Плохим знаком был уже тот факт, что комната неожиданно начала терять привычные очертания, мир куда-то плыл, а ноги подкашивались. «Неожиданно» на самом деле, слово в данной ситуации громкое и бесполезное. Даби с самого начала понимал, что игнорировать все признаки болезни не стоит, но… от температуры и боли в горле еще ни один человек не умер, так что все симптомы чего бы то ни было он игнорировал. Вот сейчас пришло стойкое осознание, что зря. Возможно, стоило утром выпить жаропонижающее и закинуться какой-то хренью из аптечки, оставленной Гираном… Стоило. Ноги явно решили, что с них на сегодня хватит и злодей медленно сползает на пол. Восхитительный прохладный пол. Если честно, Даби реально задумывается над тем, что было бы неплохо пролежать на нем всю оставшуюся жизнь. Без слова «надо», всякой там мести, Лиги и прочих дел. В кармане плаща противно вибрирует телефон. Даби подумал, что ответит на звонок через секунд пять, может быть тридцать или через минуту. Когда поднимется с пола и выпьет жаропонижающее. Пока он просто хочет немного полежать, закрыв глаза. * Ему снится до одури странный сон. Во сне фигурируют чьи-то тонкие лодыжки и смешные ботинки не по размеру. А еще что-то щекочуще-красное. Как перышко. Или перья? Во сне обеспокоенный голос спрашивает, жив ли он. Даби даже хочет посмеяться над этим. Это как удачная шутка… Он и жив, и мертв. Просто не рассказывайте папке раньше времени. Испортите сюрприз. — Даби? Голос звучит знакомо, имя вот прямо на языке вертится, но вспомнить кто это злодей так и не может. Да и какая разница, потому что это сон быстро обрывается и на смену ему приходит все такая же неясная череда ярких картинок. Его то куда-то ведут, то он вообще воздухе, где-то очень-очень высоко над землей и своими проблемами. В какой-то части этого сумбурного сна его, кажется, раздевают. — А как же свидания? — со смешком возмущается Даби, когда пара горячих рук спешно стягивают с него майку и затем штаны. — Я так не привык… — Будет тебе конфетно-букетный период. Даже два, если поправишься, — и снова этот голос. — Боже, ты буквально горишь! Даби хочет тупо рассмеяться в ответ и сказать «да я, вообще, огонь!», но сон снова обрывается и на этот раз Даби окончательно падает в спасительную темноту. Темнота мягкая, как облако, и пахнет каким-то порошком, что-то из серии Альпийской свежести. Мама стирала вещи подобным порошком. Когда-то очень давно… * То что он не у себя дома Даби понимает поразительно четко. Ни в одном из его убежищ и даже (скорее, даже особенно) в Лиге нет столько света, свежести такого мягкого матраса. Здесь уютно. Здесь хочется остаться. Здесь… чем-то напоминает дом. «Здесь» где-то работает телевизор или идет чей-то подкаст на ютубе, пахнет… едой, слегка подгоревшей яичницей. Минус два балла повару за такой косяк. Даби проводит рукой по лицу, убирает влажные прилипшие пряди. Ему все еще неимоверно жарко, но мир уже не плывет перед глазами и, в целом, состояние не такое скотское, какое было накануне. Даби лениво скользит взглядом по «таинственной» комнате, в жалкой попытке хотя бы прикинуть куда его занесло. Огромная четырех, а то и пятиместная койка, окна в пол, открывающие вид на Токио; прикроватная тумба со стандартной небольшой лампой из Икеи, полочки с каким-то незначительным барахлом… Злодей приподнимается на локтях и откидывает покрывало. О том, как и где он умудрился переодеться вопрос хороший, но шмотки точно были не его. Майка слишком широкая, штаны короткие… шерстяные носки и вовсе вызывали уйму вопросов. — Выглядишь лучше, чем вчера, — собственно… а вот загадка с тем, где он неожиданно решилась. * Бестолочь он. И забавный. Без привычного геройского костюмчика и без огромных крыльев, как будто бы даже меньше, чем есть на самом деле. — Ну и куда ты пойдешь в таком состоянии? — Ястреб выглядит… раздраженным. Отчасти, Даби разделяет его чувства. Только по другому поводу. — Ты и двух кварталов не протянешь, свалишься куда-нибудь! — О, какое благородство, — язвительно тянет Даби. Стоять твердо и не шататься это задача со звездочкой, уйти отсюда — задача с тремя звездочками. Все что угодно, но торчать в квартире героя он не намерен. — Не подскажешь, Птица, где мои вещи? Это было бы слишком легко. Птица недовольно складывает руки на груди и пытается преградить выход из спальни. Спойлер, выходит, плохо. Даби серьезно считает, что не получил по лицу только из-за моральных принципов Птенчика, который считает, что бить болеющих людей как-то не по-геройски. Ястреб что-то зло говорит себе под нос и идет следом. Не то чтобы предпринимая активные попытки вернуть Даби обратно в кровать, но все же. Твою мать, где выход из этого пернатого царства? Блуждать по квартире совсем не весело, ситуацию усложняют ноги, которые не рады тому, что он поднялся с кровати и голова, которая при смене положения, решила, что разболеться со страшной силой это хорошая идея. — Не надо набивать себе очки в Лигу. — Я не пытаюсь! — на кухне (Даби подозревает, что это кухня, судя по запаху подгоревшей яичницы и наличию плиты) обнаруживается выход на открытую террасу, и там же неподалеку пожарный выход. — Это чисто человеческое взаимодействие. Просто хочу помочь… Как же эта херня бесит! Даби на пробу дергает ручку пожарного выхода и та — о чудо — не заперта. — Не все нуждаются в спасении, Птичьи мозги, — зло шипит злодей, даже не оборачиваясь. Здесь навскидку тридцать лестничных пролетов. Если повезет, он не свалится с лестницы и спокойно спустится вниз не отключившись по дороге. — Даби, — горячая ладонь несильно сжимает его плечо. — Нельзя забиться в угол и ждать смерти, как дикое зверье. Сравнение вышло довольно четким. Только в угол он не забивался. Отключился на полу одного из своих убежищ. Позволил птице себя найти и притащить в свое гнездышко. Дерьмо. Даби потирает переносицу и прижимается лбом к двери. Рациональнее сейчас будет, запихнуть гордость куда подальше. Рациональнее сейчас будет, дать бестолковой Птахе о себе позаботиться. Отваляться в шикарной койке, возможно, облазить потаенные углы в квартире номера Два и поискать что-то интересное. Сейчас он не боец, объективно. Удивительно, что его все еще не вырубили и не отнесли обратно в кровать. Под ногами ветер гоняет жухлые осенние листья. Закрыть дверь пожарного выхода оказывается гораздо сложнее, чем открыть ее. * Конечно же, этот беззащитный домашний образ был направлен на то, чтобы Даби расслабился. Птаха активно метил в друзья-товарищи или в рыцари на белом коне. Хрен поймешь. Все это было до смешного обманчиво и он — Даби — не был королем ситуации не под каким ракурсом, но… если Птичке приспичило побыть героем, кто он такой чтобы припятствовать? Особенно если можно будет с этого что-то поиметь. Отсутствие выбора напрягало, в какой-то степени, но Даби дал себе клятвенное обещание, что как только он почувствует себя достаточно лучше, чтобы свалить из этой золотой клетки, он это сделает без труда. *** Конечно, это был осознанный риск. Выйти на контакт с Лигой это риск, завязать хоть какие-то отношения с правой рукой Лидера Лиги это тоже риск. Ястреб врет себе о том, что изначально просто не хотел терять такого хорошего информатора, как Даби. Он соврал себе об этом, когда нашел его на полу одной из конспиративных квартир, соврал себе, когда привел к себе домой, соврал… Бесчисленное количество раз и даже отчасти поверил. Это же все ради дела, а не просто беспокойство. Он просто набивает себе очки и они оба это знают. Это не паника. Нет. Это было запланировано. И в отчетах комиссии он так и напишет. Ястреб думает о том насколько паскудно и трусливо будет спрятаться в коконе из собственных крыльев от всех этих проблем и лжи самому себе, и поможет ли такой побег реально? * Это сложнее, чем казалось изначально, хотя бы по той причине, что Даби и был тем самым диким зверьем, который действительно если б мог, забился бы в угол и умер в одиночестве, не принимая ни от кого помощь. — Еще раз поднесешь ко мне этот суп и я вылью тебе его на голову, я не шучу, Пернатый! — угроза сказанная настолько севшим голосом, угрозой считать трудно. Даби смотрит зло, а потом вновь откидывается на подушки и прикрывает глаза. Ястреб отчасти понимает его. Собственное бессилие бесит, герою он до конца так и не доверяет, плюс, с его-то паранойей и упертостью удивительно, что он не свалил еще тогда. Даби не привык чтобы его видели слабым. И Ястреб слишком хорошо знает это чувство. * Ночью хуже. Шуточка, про то, что еще немного и он будет, как водка, далеко не шутка. Простыни прожжены в нескольких местах, температура к ночи постоянно поднимается. Простыни и покрывало то и дело цепляются за скобы, Даби беспокойно мечется во сне, то ли пытаясь найти более удобную позицию, то ли… еще что-то. Он скулит и иногда, что-то произносит во сне. Иногда зовет кого-то по имени. Слабо и на грани слышимости. Ястреб различает только «Ю» в начале. Или это «цуо» на конце? По итогу, заглядывая в спальню в районе двух ночи, Ястреб обнаруживает Даби свернувшегося в позе эмбриона на смятых простынях на краю кровати. Его плечи мелко вздрагивают, дышит он тяжело и что-то говорит. На этот раз удается различить тихое «извини». Герой аккуратно опускается на угол кровати, поправляет покрывало и убирает прилипшие пряди со лба. Даби во сне кажется не таким взрослым. Не таким серьезным. Ястреб несмело опускает руку на чужое плечо и успокаивающе поглаживает. Они же, наверное, одного возраста? Может Даби чуть старше, но по виду особо не скажешь… Виноваты ли в этом ожоги или то, что он черте сколько скитается везде где можно или… Так много всяких «или» и теорий. Чужие плечи прекращают мелко дрожать. — Это крипово, — глаза у Даби действительно светятся в темноте. Даже пугающе, словно подсвеченные причудой. — Часто торчишь у койки своих гостей? — Только если они громко болтают во сне, — стоит ли убирать руку с плеча сейчас или слишком поздно? — Любопытная Пташка, — Даби вновь прикрывает глаза и переворачивается на живот, комкая большую часть одеяла под собой. Кто, вообще, так спит? Руку Ястреб нехотя убирает. — Любопытство птицу сгубило, не слышал? — Кажется, там было про кошку, — стоит оставить перья здесь. Мелкие для прослушки. Возможно, тогда получится узнать что-то… Даби проваливается в сон так же быстро, как просыпается. Ястреб поднимается с края кровати. Надо будет потом занести ему жаропонижающее и стакан воды. * Даби оттаивает под натиском теплого одеяла и уютной койки. Ну или Ястребу позволяют видеть эту маску. Трудно сказать. Но под конец недели нет огрызающегося типа, грозящего вылить принесенный суп за шиворот. Да и попыток побега как таковых не наблюдается. Все идет по плану… Все идет, как надо… Ястреб не уверен, что не врет себе в этом. * Даби игнорирует перья-прослушки, Ястреб делает вид, что не заметил, что в его квартире шарились. Аккуратно, действительно, почти незаметно. Что бы не искал Даби, вряд ли здесь найдет. Признаться честно, до этой недели Ястреб дома то бывал сутки через трое и ночевал в агентстве по большей части… Дома нет ничего компрометирующего, кроме ноута с играми, плазмы с подключенным кабельным. Порнушкой на ноутбуке Даби явно не удивить, а что до подписки на Нетфликс… там только немного просмотренных стареньких сериалов. Ладно, возможно самая компрометирующая вещь, которую можно понять живя с ним в одном доме, это то, что Ястреб бытовой инвалид по части готовки (Даби, верно, чувствовал, что тот суп есть не стоит). — Я это выливаю, Птица, — кастрюля с недо-варевом отправляется в раковину. — Иди сюда, научу тебя готовить нормальный суп. * — Ты ко всем парням в койку лезешь или я такой особенный, мне стоит быть польщенным? — Ты спишь в моей спальне уже вторую неделю, — это не намек на уход или что-то еще. Нет! Ястреб просто скучает по своему любимому матрасу. — Я просто поваляюсь тут пару минут, мне просто надо вытянуться… Пара минут, не больше. Он устал. От этой дрянной недели, от Комиссии, отчетов и от себя в целом. Надо бы реально вернуться в гостевую спальню. — То есть я особенный? — О да, — Ястреб чувствует, как горячая рука зарывается в его волосы и мягко массирует кожу головы. * Он пропадает. В конце второй недели квартира встречает непривычной тишиной. На плите обнаруживается кастрюля с холодной собой и мясной гарнир. Это не то чтобы грустно… Скорее ожидаемо. Может немного обидно. И глупо. Потому что за какие-то жалкие двенадцать дней их взаимоотношения значительно улучшились и… Это был приятный и хороший прогресс. В деле с Лигой, естественно. Надо будет подумать, как потом строить отношения. Может проверить еще ноутбук, телефон и всю квартиру на что бы то ни было. Прослушку? Вряд ли. Может что-то пропало. Или наоборот. Мысли слишком быстро крутятся в голове. Дверь, ведущая с летней террасы негромко хлопает. — Там еще подлива в холодильнике, — буднично кидает Даби. — Чего клюв повесил, Пернатый? — Да вот, ноутбука не досчитался после твоего ухода, — ложь слетает с языка привычно легко. — Мелочно, Птица, — беззлобно скалится Даби. — Посмотри в гостевой спальне, прежде чем обвинять гостей. Ястреб прячет смешок за кашлем и накручивает лапшу на палочки. — Думал, что ты уйдешь на совсем. Даби смотрит на него, как на клинического идиота. — Ты привел меня в теплое место где есть еда, кабельное и полы с подогревом и надеешься, что избавишься от меня? Птица, ты не с тем человеком имеешь дело. Тем более, — задумчиво тянет злодей опираясь ладонями на кухонный стол. — Скоро будет довольно удобно проводить тебя от квартиры до Лиги. И Ястреб рад. Почти по-детски. В интересах дела, конечно же.