Проблемы взрослых

      Микки очень любила котов. Когда она первый раз зашла в их дом и увидела Короля, её глаза тут же загорелись, а уже меньше чем через три дня она тискала кота в объятиях.       На самом деле Нил и Эндрю этому были весьма удивлены, так как Король не был любителем людей. А ещё их кот был весьма ленивым и, может быть, отчасти надменным. Но они его безусловно любили. И Микки сразу полюбила Короля.       И именно Микки предложила завести ещё одного кота. Кажется, это предложение поступило спустя полтора месяца с её приезда, но это в общем-то было не так важно. Конечно, отцы поддались на уговоры и очаровательную улыбку дочки и поехали забирать из приюта ещё одного кота. – Как ты его назовёшь? – спросил Нил, когда она забрала кота из рук работницы. – Мм.. Сэр Толстый Кот МакКаттерсон. – улыбнувшись, наименовала тогда Мик.       И, не смотря на то, что Сэра Микки выбирала сама, любила она обоих котов. Настолько, что они были её первым рисунком в новом доме. Не смотря на то, что на тот момент отношение с новыми опекунами у неё были неплохие и она уже начала им достаточно доверять, рассказать о своём любимом деле она всё боялась.       Микки любила рисовать. Рисунки были её жизнью. Они же помогали ей в "плохие дни". Однако, когда ты приёмный ребёнок, никому нет дела до того, что тебе нравится. Скорее даже наоборот: в детском доме высмеивают дети и воспитатели говорят о том, что это плохая профессия; в приёмных семьях знание таких вещей в лучшем случае проигнорируют, а в худшем - обернут против тебя; делу не помогали и многочисленные учителя, которые кривились от твоего хобби. Так что Микки очень волновалась, показывая рисунок Нилу и Эндрю.       Это были Король, растянувшийся на диване, и Сэр, устроивший свою голову на животике другого кота. Они смотрели прямо на человека и казались настоящими. Рисунок был нарисован простым карандашом на тетрадном листе, вырванном из тетрадки по биологии. Поэтому, когда лист бумаги был в руках у её опекунов, её глаза тут же опустились в пол, а на языке завертелось извинение. Она смиренно ждала гнева за испорченную тетрадь или оскорблений в сторону рисунка, когда запоздало вспомнила, что это Эндрю и Нил, они не станут этого делать. Когда она подняла голову, Нил буквально сидел с открытым ртом.       Им обоим действительно понравилось. Более того, именно этот рисунок был повешен на холодильник. Мик тогда была вся жутко красная из-за большого количества лестных слов в сторону этого рисунка.       Их первый поход в художественный магазин был очень неловкий. Микки не хотелось покупать много всего, особенно, если учитывать цены в профессиональном магазине. Однако это не помешало купить им мольберт, несколько холстов, краски, палитру, кисти, небольшой скетчбук и набор карандашей.       А на годовщину свадьбы Эндрю и Нила Микки нарисовала большую картину. Это было чертовски сложно на самом деле. Ей пришлось попросить Аарона и Кевина помочь с этим. Во-первых, она сходила в магазин и нашла максимально большой холст, нужные ей цвета красок и новую палитру, так как к тому времени её старая палитра покрылась огромным засохшим слоем краски. Унести это самой она не могла, да и работать в комнате было бы не удобно. Нил и Эндрю иногда заходили к ней в комнату, естественно с её согласия. Так что в этих случаях её выручили её дяди, которые позволили занять ей гостевую спальню в качестве студии и довезли её вещи на своей машине. Для дальнейшей работы она покрыла пол пакетами, чтобы не заляпать ничего и попросила отодвинуть мебель куда-нибудь ближе к стене. Конечно же Нил и Эндрю замечали её исчезновения, но закрывали на это глаза. На самом деле они думали, что Микки просто тусуется с друзьями из школы после уроков. Да и пока она носила с собой телефон, они позволяли ей проводить время вне дома до комендантского часа. Хотя на деле она приходила к ужину и весело рассказывала истории из школы. Для этой картины ей действительно пришлось постараться. В конце концов ей было всего одиннадцать. И для такого возраста у неё получилось просто великолепно. И с минимальными потерями в виде нескольких тюбиков с красками, парочки кистей, которые она благополучно ломала, когда что-то долго не получалось, и двух месяцев упорной работы.       И в тот день она попросила Кевина привезти картину, которая была заранее упакована. Так что с самого утра ей не терпелось увидеть реакцию родителей. – Ты сегодня какая-то гиперактивная. – как бы между делом сказал Нил, ставя перед Микки её чай и сендвич. Единственное, что она могла тогда сделать, так это пожать плечами, иначе тот час выдала бы им их сюрприз. – Мы заберём тебя сегодня со школы. Хорошо? – перевёл тему Эндрю, отпивая свой приторно-сладкий кофе, когда она кивнула головой. – Что ты думаешь на счёт того, чтобы пообедать в "Five Guys"? – Это который напротив "Starbucks"? – Тот, что рядом. – напомнил Нил, когда девочка кивнула.       День в школе пошёл для Микки достаточно быстро. Особенно, если учитывать, что уж очень она ждёт вечер. Обед в этом ресторане ей весьма понравился. В основном, потому что это не был супер дорогой и крутой ресторан, где подавали малюсенькие и изысканные блюда за баснословные деньги. В остальном всё было как всегда. Она рассказывала о школьном дне и они беседовали на отвлечённые темы, типа зомби апокалипсиса и прочего.       Когда они вернулись домой, она сделала вид, что не заметила две вазы, наполненные букетами цветов. Вместо этого она уселась на ковёр и принялась разбирать почту. Это было комично, так как некоторые фанаты узнали их почтовый адрес, и наприсылали всяких открыточек. После того, как Эндрю и Нил помогли ей с домашним заданием, они развалились на диване. Голова Микки оказалась на бёдрах Эндрю, а ноги - на бёдрах Нила. Король растянулся на её боку, а Сэр нежился в её объятиях. Одна из рук Эндрю перебирала её светлые кучерявые волосы, а вторая сжимала руку Нила, в то время, как вторая рука нападающего аккуратно придерживала её ноги. В этот момент Микки чувствовала себя донельзя счастливой и любимой. Какой-то фильм играл на фоне, пока она терялась в этой любви и заботе от её новых родителей, под конец которого она почти засыпала. Кевин выбрал именно этот момент, чтобы объявиться, позвонив в дверь. За дверью определённо был Кевин, хмурый и ворчливый. – Кевин? – спросил Нил, требуя объяснений, когда второй нападающий занёс в их дом подарок Микки. – Спрашивайте у своей дочери. – пожал плечами он. Махнул обоим рукой, потрепал Микки по голове и, развернувшись, направился на выход. – Пока, семейство. Тишину разрушила Микки: –Ну, может быть, посмотрите? – неуверенно сказала девочка, заметно нервничая.       Когда упаковочная бумага была снята, открылся вид на большую картину с изображением их семьи. Нил и Эндрю обнимали её, переплетая собственные руки, в то время, как она держала на руках Короля, а на её макушке сидел Сэр. И это действительно выглядело круто. Особенно глаза всех пятерых. Она очень долго пыталась показать глубину льдисто-голубых глаз Нила, или все эмоции в медово-карих глазах Эндрю, или всю любовь в её собственных салатовых глазах. Ей так же понадобилось достаточно времени, чтобы бледно-жёлтые глаза Сэра и светло-серые глаза Короля были так похожи с тем взглядом, которым оглядывали её кошки, когда она приходила после школы.       Всем им потребовалось время, чтобы переварить этот подарок, но после этого Микки была окружена тёплыми объятиями и словами восхищённых родителей.       А тем же вечером в беседу бывших Лисов Нил отправил фотографию, висевшей на стене, картины.