какой же всё-таки ты ребенок...

тойя валялся в кровати, по обыкновению не в своей, мистер компресс уже даже не возмущался, что парень отнимал его мягкую постель для своих мелких увлечений. беловолосый беспокойно ворочался, иногда поглядывая на что-то читающего мужчину. ацухиро игнорировал взгляд небесных глаз, пока в кровати не началась имитация стриптиза.  — ты не можешь этого делать, — ацухиро, устало выдохнув, отложил в сторону прикрытую книгу и схватил парня за руки, мешая стягивать расстёгнутую рубашку. — я тебя только недавно зашивал, не хочу делать это снова. тойя опускает свой взор на пол, говорить ему было ещё нельзя. после того, как он подцепил какую-то заразу из-за медицинских скоб, их пришлось в скором порядке снять, чтобы болячки не расползлись по всему телу. швы сако делал с осторожностью, не хотел причинять лишней боли ему, но возле рта при любом раскладе было, пиздец как, больно.  — будь умничкой и отдыхай, — он нежно целует горячий лоб и укладывает его обратно в кровать, накрывая одеялом. голубые глаза долго смотрят в ответ и тойя не выдерживает нежного взгляда на себя.  — я не хочу просто лежать, — говорит очень тихо, но твердо, чтобы мужчина его услышал. — мне скучно… ацухиро закатывает глаза к потолку от подобного заявления и ложится рядом поверх одеяла, гладя непослушную лохматую голову парня.  — давай, я тебе сказку на ночь расскажу? — тойя фыркает от этого и переворачивается на мужчину, закутывая его в одеяло и садясь сверху.  — только если это что-то с рейтингом… он усаживается на пах мужчины и двигает бёдрами взад-вперёд, чуть постанывая. мистер компресс и забыть успел, что это не просто мальчишка, а ходячий-горячий секс-аппарат, что ему вечно чего-то хочется и это что-то довольно сомнительное.  — угомонись, тойя, — сако убрал мешающее одеяло с помощью причуды, скомпрессовав его в маленький шарик. парень сверху почувствовал напряжение под ним и довольно улыбнулся. — у тебя швы разойдутся, будет больно. если ты забыл, напомню, обезболивающие таблетки тоже кончились.  — ты не сделаешь мне приятно? — тодороки пользуется своим козырем и томно шепчет ему в ухо, что мужчина не может «не сделать» это. — хотя бы немножко… он облизывает шершавые губы и целует мужчину, чувствует, что его это даже заводит, раз начал лапать его тощую задницу.  — нельзя, — ацухиро отрывается от него первым и переворачивает парня под себя. от хитрых голубых глаз не скрывается стояк в штанах у мужчины. он цепляется за застёжки на них, пытаясь расстегнуть штаны. — мне не хочется причинять тебе боли…  — да блять… неужели меня нельзя просто трахнуть? — парень спрыгивает с кровати, ступая на холодный деревянный пол босыми ногами. рубашка на его теле сгорает почти моментально из-за его неуравновешенности. — я пошёл тогда к боссу, пусть он меня, ебать, свяжет и изобъёт, но хотя бы отымеет так, что стоять потом не смогу… будешь потом ко мне относиться с лаской и заботой?  — ангелочек, — ацухиро сбивает горячее пламя с хрупкого тела, накрыв плотной тканью, и обнимает парня. — тебе это не нужно, малыш…  — если знаешь, чего хочу я, то сделай это, — парень выдыхает горячий пар изо рта и поворачивается в объятьях к мужчине. для поцелуя ему приходится встать на носочки, чтобы дотянуться до сухих губ мистера и, потеряв равновесие, спуститься влажной дорожкой к шее мужчины. — выкинь меня как ненужную вещь, если я тебе не нужен… тойя почти плачет в руках у сако, тело пробирает дрожь и он снова начинает бесконтрольно самовозгораться. мистер подбирает его на ручки и уносит под освежающие струи душа, осторожно целуя в уголок губ.  — ты мне нужен, но я не просто так с тобой…  — трахни меня…  — господи, тойя! когда ты поймёшь, что в отношениях секс — не главное?  — окей… — тойя смотрит в карие глаза мужчины и незаметно для него расстёгивает штаны, спуская их с его бёдер. член подхватывается небольшой рукой и крепко сжимается, надрачиваемый мокрой ладошкой. — у тебя стояк, ты говоришь мне, что не хочешь меня выебать, а я что должен делать?  — какой же ты ребёнок! я не могу тебе объяснить элементарных вещей, ты их просто не воспринимаешь, — ацухиро направляет душ на белую голову парня, пытаясь его остудить. тойя садится на коленки и облизывает багровую головку члена, вызывая у мужчины дрожь в коленках. — кончай делать так, как тебе вздумается поступать… тойя его не слушает и лижет твердый ствол мистера, довольно мурча. пытается взять головку в рот, но чувствует, что швы натягиваются и по щекам течёт алая тёплая струйка. он поднимает небесные глаза вверх и встречается с болезненным взглядом карих глаз.  — прекращай… — ацухиро гладит мокрую голову парня, спускается к его щеке, аккуратно поглаживая порвавшийся шов. тойя облизывает его пальцы, взяв их в рот вместо члена и слюнявя их. мистер не может не смотреть на действия парня и понимает, что стояк никуда не денется после такого. — ты не дорос до того, чтоб заниматься сексом с взрослым мужчиной…  — мне уже восемнадцать, ты у меня не первый и я хочу этого… тебе, блять, что не достаточно? — тойя надрывает швы и с другой стороны, неприятно морщась от противной боли, и берёт возбуждённую головку в рот, слегка прикусывая острыми клыками. член со вкусом собственной крови парню не нравится, но отпускать сако он тоже не хочет. он слышит, как глухо стонет брюнет и играется языком возле уретры, после берёт член до основания, сжимая головку горлом и сглатывая горячую струю спермы, что накопилась в мужчине. беловолосый довольный собой облизывается и выпускает ствол изо рта. — если ты не хочешь секса со мной, то пошли меня куда подальше, на хуй, я найду быстро того, кому похую сколько лет какой-то там шлюхе, готова она принять в себя что-то или нет, был у неё кто-то или же в первый раз… или что там тебе не нравится?  — тойя, малыш, — ацухиро не знает, что сказать на недоуменный взгляд голубых глаз, и просто поднимает его на ноги, прижимая к себе. мокрая одежда неприятно липнет к худому телу, заставляет тойю отодвинуться от мужчины. — я люблю тебя и не хочу над тобой издеваться, но ты этого не понимаешь, видимо… тодороки отшатывается от него, к горлу подкатывает ебучая волна тошноты. он встаёт под ледяные струи воды и немного успокаивается, но не в том смысле, который был нужен.  — в этом ебаном цирке ты не единственный, кто так говорит, но это не мешает им пихать хуи, куда не следует… тойя стягивает с себя подранные джинсы, ацухиро неотрывно смотрит на это и болезненно выдыхает, когда видит глубокие полосы от хлыста на бледных бёдрах, они были не первой свежести и успели зарубцеваться. мистер надевает свои штаны обратно, явно ощущая, что продолжать в этом ключе не хочет.  — кто это сделал — сако хватает парня за плечи и немного встряхивает, выдавливая информацию. — кто это чудовище?  — да не похуй ли? всё было по согласию, — тодороки отбивается от сильных рук мужчины и со спокойной физиономией покидает душ, весь мокрый с головы до ног. — я думал, у тебя есть яйца, а ты, блять, боишься хуй пойми чего… хочешь встречаться из-за каких-то дурацких чувств? отлично… только найди себе такого сладенького, что согласен на это… я не принимаю твою ебучую ласку, потому что, меня выворачивает от этого. меня тошнит от этой доброты, как и от тебя… тойя не оборачивается на мужские попытки что-то сказать ему, не останавливается, даже когда зовет его по имени. беловолосый закрывается в кабинете босса под испуганным взглядом брюнета. «глупый мальчик, что он творит?» — проносится в кудрявой голове, но к двери подходит и с ужасом понимает, что слышит всё происходящее за массивным деревом. ацухиро не выдерживает и уходит подальше от этой грязи. сам не замечает, как заходит в комнату парня, что добровольно пошёл отдаваться жестокому владельцу этого цирка. время проходит незаметно для мужчины и, когда избитый мальчишка забирается в постель, почти рассветает. тойя не замечает мрачной фигуры на кресле, просто плюхается в кучу подушек, тихо поскуливая от боли. мистер не может слышать тихие всхлипы со стороны и приближается к кровати, разглядывая, что там с ним. слабые лучи солнца немного освещают искалеченное тельце и сако осторожно приподнимает его, чтобы перевернуть на спину. подушка под головой быстро пропиталась кровью, что вытекала из разбитых носа и губ. тойя замечает обеспокоенный взгляд на себе и бережные руки, что гладят по взъерошенным волосам, и не может сдержать едкой ухмылки.  — всё пошло не по плану, — тодороки вытирает струйку крови у рта и улыбается достаточно радостно для неподходящей ситуации. — он меня только под конец трахнул, когда я вот таким стал, побитым и почти никакущим…  — дурак, — сако вытирает кровавые сопли влажными салфетками и пытается осторожно подтереть кровоподтёки у рта. — ты не заслуживаешь такого обращения к себе…  — потому что меня можно и погрубее, я знаю, — беловолосый немного переворачивается в постели и обнимает подушку. — хочешь, можешь тоже сделать свои грязные делишки… сопротивляться не буду…  — я не могу с тобой так поступать, — ацухиро осторожно промакивает серьезные порезы влажными тампонами. — не делай так больше…  — если выебешь меня, то не буду, — тойя усмехается в окровавленную подушку и снова переворачивается, шипя от мерзкой боли. — у босса маленький член, он почти импотент, он ебаный садист, которому нравится избивать молоденьких мальчиков. плюс к этому, я только побит и почти не трахнут, что меня сильно беспокоит.  — ты совсем больной? — мистер трогает прохладный лоб парня и удивляется этому. — что с тобой?  — я его сжёг… кажется… не знаю, — тодороки смотрит на свои слегка обожженные руки и по лицу пробегает счастливая улыбка. — я от него избавился, чёрт подери! ацухиро неверяще смотрит на нездорового подростка и не может понять, страшит его это или нет, когда улыбка голубоглазого такая яркая и пугающая одновременно. тойя почти маниакально смотрит на мужчину, но после становится тем же обычным парнем, что не может ни в чём определиться. и мужчина понимает, что, кажется, он попал в эти голубые омуты безумия навсегда…