Русал

— Я… Хорошо, конечно, — ответил он, в душе зная, что больше не сможет никому её отдать, кроме русала.  — Сичень, ты… — начал Цижень, но впервые племянник его прервал.  — Эта ситуация останется только между нами, — голосно сказал он для всех адептов, если те захотят рассказать другим.  — Да, первый молодой господин, — ответили те хором.       Все вернулись на свои места, но уже сидя немного дальше, давая личное пространство. До самого прибытия никто никого больше не трогал.       Пришвартуя лодки, они сошли на сушу и пошли в гостиницу. Все люди завидя их, кланялись и оборачивались. Прийдя, Цзян Чэн взял один на двоих номер. Ему нужно следить за этим балбесом. Так как уже был вечер, все пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по комнатам.

Тем временем в номере Цзян Ваньиня и Вэй Усяня

 — Господи, это не день, а стыд, — бурчал Цзян, сидя на кровати. На противоположной сидел Усянь и хохотал.  — Даа, весело получилось, — в него кинули подушкой, но он сразу словил её и прицелился в голову Чэна, бросая. — В яблочко!  — Вот будем мы дома, я тебя так там, — он не договорил, зная, что брат поймёт.       Успокоившись, они легли.  — Они всё равно классные, — сказал Усянь. — Лань Чжань милашка, — вздохнул он.  — И как ты понял это по его каменному изваянию? — спросил Ваньинь.  — Эх, тебе не понять. Он такой один.  — И вправду уж. Ещё не видел таких безчувственных, — усмехнулся Глава. — То дело его брат.  — О, так лента была не случайной? — заржал Ин.  — Заткнись, — беззлобно ответил на подкол брата Цзян. — Случайной, что не говори о тебе.  — Даа, он такой красивенький без неё.  — Только не говори, что он тебе нравится.  — А может и нравится, что с того? — закинул он ногу на ногу, подпирая голову рукой.  — Ладно, спи, — Цзян повернулся на бок и закрыл глаза, падая в темноту.

***

      В 7 часов утра в двери постучались. Прозвучал голос адепта:  — Г-глава ордена Цзян, нам нужно выплывать на озеро, — боязливо сказал он.  — Хорошо, можешь быть свободным, — ответили ему за дверьми. Он ушёл. — Эй, Вэй Усянь, подъём! — голосно крикнул Цзян на ухо брата, что тот аж подпрыгнул.  — Чё ж так орать, оглохнуть можно, — он потер заклавшое ухо.  — Вставай давай, нам идти нужно, — сказал Чэн, расправляя складки на одежде.       Нехотя, но тот всё же встал. Он не привык к такому раннему подъему. Там, в подводном царстве, он вставал и ложился, когда хотел. Размяв плечи и шею, Вэй Ин подошёл к брату и они вышли. Спустившись со ступеней, они увидели всю делегацию Ланей. Те сразу поклонились и получили ответное действие.       По пути Ин разглядывал все безделушки, что продавались. Около одной из лавки с фигурками, он остановился. Его взгляд приковала фигурка кролика. Тот стоял на задних лапках, навострив ушки. Он взял её в руки и крутил, разглядывая.       Боковым зрением Лань Ванцзи заметил, что русал, забравший его ленту, остановился возле прилавка. Он хотел пройти мимо, но заметил кролика в его руках и то, как Вэй указательным пальцем проходится по всему деревянному тельцу. Эти животные его любимые, но жаль, что их нельзя держать в ордене. Благодаря брату он имел двух кроликов, что жили на поляне, неподалёку Гусу. Он любит проводить там свободное время с гуцинем и молчаливыми слушателями.  — Вы отстали, — сказал Лань за спиной Ина.  — О, Лань Чжань. Я не настолько старый, чтобы ко мне обращались на вы. Смотри, какой милый, — он показал фигурку, и не спрашивая разрешения, положил её в руки Чжаня.  — Мгм, — согласился он, рассмотрев её. На лице появилась еле заметная улыбка.  — Ооо, Лань Чжань улыбается, я уже говорил, что ты очень милый? — улыбаясь, спросил он.  — Вздор, — ответил он как всегда, но глубоко в душе ему это нравилось, и его явно красным ушам тоже. Поставив игрушку на место, он молча двинулся за другими, пока те не заметили отсутствия.  — Эй, ты хоть что-то знаешь кроме этого слова? — причитал Усянь, бежа вслед за ним.       Как бы не хотелось извиняться, но Ин должен это сделать.  — Эй, Лань Чжань, ты… прости за вчерашнее, — сказал он, надеясь, что звучит искренне, потому что хотел увидеть его ещё раз без ленты. — Ты можешь хоть что-то сказать, а? Или у тебя лимит?  — Я должен теперь на тебе жениться, — тяжело сказал он.  — Эээй, ненене, — быстро затараторил он, — я же отдал тебе ленту.  — Её могут трогать лишь супруга, дети и родители.  — Ооооо нееет, — проныл он, убегая к брату, чтобы получить подзатыльников.       Прибыв к пирсу, они забрали свои лодки. Цзяни стали на одной, два Лани также, а другие распределились по двое-трое человек.       Пока они плыли, вода была прозрачной и чистой. Это было не так далеко от причала. На берегу старый мужчина кричал быть осторожными.