Правда или действие?

— Чуя, правда или действие? — Действие. — Отсоси мне. Сказать, что Накахара знатно прихуел – ничего не сказать. Как Дазай вообще может загадывать такое? Он с дуба рухнул? Чуя готов был взорваться от эмоций! Сердце забилось чаще, лицо, кажется, вспыхнуло, Накахара только надеялся, что это было не сильно заметно. Захотелось больно ударить Дазая и сказать, что такого он делать никогда не станет. Но они ведь договорились играть честно, отвечая абсолютно на все вопросы и беспрекословно выполняя каждое действие. Что же делать?! — … — Что молчим? Слабо? — Мне? Думаешь? Чуя подлезает поближе и наклоняется. Слегка трясущимися пальцами, не спеша, расстегивает ширинку, чуть спускает джинсы и оттягивает резинку трусов. Член Дазая, который от такого поворота событий встает почти моментально, оказывается прямо перед его лицом. Чуя на это только хмыкает, обвивает тонкими пальчиками основание, сжимает и скользит вверх-вниз. Член твердеет все сильнее. Потом легко проводит рукой по нему и тихонько касается языком. Сверху слышится судорожный вздох. «Вот скотина, нравится, да?» Чуя поднимает взгляд и видит, как в глазах Осаму играют чертовские огоньки. Похоже, он давно желал увидеть Чую в таком свете. Стоп… Что?! Нет-нет, Накахара это уже сам себе надумал. Чуя аккуратно берет головку в рот и давит язычком. Выводит одному ему понятные узоры вокруг, берет глубже и давится членом. Честно сказать, Дазаю очень трудно удержать стоны, Чуя сейчас такой… слова не подбираются. Мозг плавится от одной мысли, что это с ним делает не кто иной, как Накахара. Его маленькая бестия. Как он согласился? Кажется, Дазай уже знает ответ. Накахара выпускает член изо рта, проводит языком по венкам, старательно обводя каждую, помогает второй рукой, снова берет в рот. Осаму не сдерживается и всё-таки кладет руку на голову Чуи, зарывается в рыжие волосы, давит, чтобы тот взял еще глубже. Член полностью заполняет горло, черт, это возбуждает… Чуя чувствует, что у него у самого встаёт. Отдышаться не дают, воздуха не хватает, но плевать, сейчас Накахара не обращает на это внимание, ему хочется подчиниться, расслабляя горло еще сильнее. А Дазай пользуется податливостью парня, толкаясь глубже. Осаму старается запомнить каждую деталь. Подрагивающие реснички, чужое старательное личико в процессе грешных деяний, пухлые мокрые губки, с которых стекает слюна, на своем члене. На самом деле, он даже и представить не мог, как красиво Чуя выглядит под таким углом. Но теперь Дазай будет надеяться, что увидит такую картину еще не один раз… Так хорошо ему, кажется, еще никогда не было… Дазай на пределе… Он сильнее давит на голову, не давая отстраниться, и сперма бьет прямо в глотку. Осаму убирает руку и Чуя резко отстраняется, прописывая по лицу за то, что кончил в рот без разрешения. Дазай только усмехнулся и извинился. Накахара, начав понимать, что только что произошло, все больше и больше округлял глаза, шестеренки в его голове со скрипом крутились и что-то лихорадочно соображали. На лице эмоции сменялись одна за другой, но тут Дазай добавляет, окончательно добивая: — Чу-уя, я должен кое-что сказать… С отсосом, я ведь это… пошутил…