Соскучился

Макс Мне снилось то, чего у меня давно не было. Шурфа. Этот невозможный тип уже дюжину дней сидит в своем грешном ордене и не может даже пообедать нормально со мной. Минут шесть на камру, «извини, не могу говорить» и «удачного дня, Макс» это все, чего я мог дождаться. И это я не говорю уже о близости. Последний раз когда мы целовались? Дюжину дней назад. Последние наши объятия? Дюжину дней назад. Последний наш секс? Угадайте… Конечно же дюжину дней назад. И то мне кажется больше. И только мимолетные, словно украденные, прикосновения к его рукам, плечам и волосам помогают мне не сойти с ума. Хотя с этим тоже проблема. Сейчас близится ночь, не так давно я вернулся после пробуждения еще одного сновидца и решил поспать сам. Так получилось, что спал я в последний раз вроде бы дня два назад. То Малдо снова украдет меня для Дворца Ста Чудес, то Джуффин предложит в крак сыграть, как тут отказаться, еще и всем знакомым резко захотелось угостить меня ужином. Трудные будни в общем, никакому Великому Магистру и не снилось. Так вот спать то я лег, но вскоре проснулся по причине возбуждения. А возбуждение из-за другой причины. Имя которой — Шурф. Ладно если бы это был разделенный сон или же он просто имел реальную основу, но нет! Обычный сон, словно я был озабоченным подростком. Это мне точно не нравилось, но, как бы я не старался, отвлечься у меня не получалось. Даже хуже. Проделывая ту же дыхательную гимнастику, стоило лишь раз вспомнить кто меня научил, как мысли возвращались к прежнему своему содержанию. — Черт, — выдохнул я, запрокинув голову, слегка проводя по члену сквозь ткань: — Я теперь кажется еще больше ненавижу его орден. Перед глазами была пелена, а голова окончательно заполнилась Шурфом и его телом, взглядами, интонациями и тихим рычанием на ухо, игривыми и даже ироничными фразочками, обжигающим тело дыханием, его небольшими клыками, которые не до крови, но ощутимо впивались в кожу, его налитыми членом, что так тесно входил на всю длину, запахом сандала и морской соли, который так приятно слизывать с его кожи, и потом еще долго ощущать на своих одеялах. Стало жарко, и я расстегнул фибулу лоохи, после чего оно с тихим шелестом упало на постель. За ним последовала скаба, которая все это время мешала. Я прикрыл глаза, снова опустив руку на член, проводя по нему медленно, останавливаясь на головке, обводя ее пальцем, как сделал бы Шурф. Перед глазами его сильные, но чувствительные руки, которые приносят удовольствие не только мне, но и ему самому. Он ощущает каждую венку и каждый изгиб под пальцами, что заставляет его дышать глубже, увеличивая счет на вдох. Глаза его становятся темнее и блестят от желания. В голове, среди всего потока мыслей о прекрасном Лонли-Локли, выделилась одна. А следом за ней еще одна, которая вопила о плачевном состоянии моего рассудка, раз она появилась в моей голове. Ничего, сколько раз уже сходил с ума, всегда приходил в него. Потому повинуясь идее, я засунул руку в Щель между Мирами и вытащил розовое дилдо. Я бы может и оценил юмор Щели, но мне было не до того. Заклинание всего лишь второй ступени черной магии, и у меня на руках был небольшой кувшинчик со сладко пахнущим маслом. Налив его на пальцы, я принялся себя растягивать. Вспомнился случай, когда Шурф попросил подготовить себя перед ним. Волна стыда и удовольствия накрыла меня тогда по полной программе. Было так хорошо смотреть на его темные прикрытые глаза, пожирающие каждое мое движение, на руки, двигающиеся по члену в такт моим пальцам, на местами срывающееся дыхание, стоило мне лишь глубже протолкнуть пальцы и выгнуться. Он закусывал губу, когда я тихо охал и постанывал. Ах, я действительно схожу с ума, раз делаю это без него. В руке уже оказался нужный предмет и масло. Я сел на колени, натыкаясь на облитый маслом конец. Судорожно вобрав воздух, я медленно начал выдыхать, опускаясь на дилдо. Стон сорвался с губ и я выдохнул быстрее. Немного подождал, слегка ерзая, и начал неспешно двигаться. Это не сравнимо с Шурфом, с его точными резкими движениями, но ощутить временное удовлетворение можно было. Вспомнились его руки, сжимающие мою задницу и поцелуи на шее и груди. Я ощутимо закусил губу. Как он шептал неприличные, но возбуждающие вещи мне в губы, а после языком проходился по зубам и страстно целовал. Ох, его поцелуи такие своенравные, сильные и властные, но так же могут быть нежными до боли в сердце и почти невесомыми. Движения становились все резче, я чаще выгибался, подстраивая руку на члене под толчки. Все воспоминания смешались, образовывая один смысл. Одно огромное «хочу». — Добрый вечер, Макс, рад, что нашел тебя дома, представь себе, я смог освободить… Чем ты занимаешься? В комнату Темный Путем явился Шурф, и я натурально чуть не кончил, лишь от его появления. Он удивленно смотрел на меня, явно не до конца понимая происходящее, но в глазах его мелькнули озорные огоньки. — Шурф, трахни меня скорее, сколько можно тебя ждать! — выпалил я срываясь на стон, не останавливаясь впрочем. Благо Лонли-Локли понимает все с первого раза. Скинув одежду, он пристроился сзади, покрывая мою спину поцелуями, метками и мелкими укусами. Его руки были прохладными, отчего по всему телу у меня прошли мурашки. Казалось, что его руки и губы были повсюду. Так много ощущений! Время спустя я перестал понимать происходящее, и как раз в этот момент Шурф вынул из меня дилдо, на что я разочарованно простонал, но он быстро заменил его своим членом. Для начала Шурф лишь терся, не входя, дразня меня, но затягивать с этим не стал, потому вошел сразу на всю длину, тут же начиная двигаться. Через несколько движений я кончил. Развернувшись к моему магистру, я глубоко поцеловал его и присел на его головку, двигая задом. — Макс, ты уверен? — тихо пробасил он, сильнее сжимая мои ягодицы, оставляя метки от ногтей. Я же закатил глаза от удовольствия, которое мне приносил этот голос, насаживаясь снова на его член и одновременно со стоном, протянул свое «да», являющееся и ответом и моими мыслями в тот момент. *** Шурф Наконец спешить было некуда, и я мог со спокойной душой разобрать стопки самопишущих табличек и документов, занимающие место на моем рабочем столе весь сегодняшний день. Конечно я мог бы посвятить свое чудом появившееся свободное время на гораздо более приятные вещи, но к сожалению Макс сегодня занят. Довольно необычно осознавать сей факт, но что поделать, если факт является фактом. Насколько мне известно, сейчас он у сэра Халли дома. Видно дело, которое Тайный Сыск завершил накануне, было столь занимательным, что требует личной беседы Ночного Лица с Почтеннейшим Начальником. Скажу прямо, я не рад данному событию. Мне хотелось бы прямо сейчас обнять моего Макса и запустил руку в его мягкие волосы. Растрепанные и торчащие в разные стороны, но не смотря на мою нетерпимость к беспорядку, мягкая улыбка мелькает на моих губах, при их появлении в моем поле зрения. Его теплая ухмылка и искрящиеся глаза, когда он появляется в моем кабинете, стоя передо мной. Ну когда же он придет? Я скучаю. И где-то на краю сознания волнуюсь. Что если он опять пропал из Мира или вляпался в очередную дурную историю? Выдыхаю на шестнадцать, ощущая успокоительное присутствие Макса в нашем Мире. Все таки связь, образовавшаяся между нами после обмена Ульвиара, очень полезна. На счет связи… Мне давно было интересно, что ощущает второе лицо, если первый использует ее. Кхм, в голове нет ни одной приличной мысли, еще и отсутствие Макса подогревает мой интерес именно в этом направлении. Научный интерес совместно с личным, не дает повода для стеснения и смущения. Я начал дышать на одиннадцать, сконцентрировался на нашей связи и прикрыл глаза. Он дома у сэра Халли, отсюда до него нечетное число миль. Я уверен, Макс сидит на бордовом кресле, стоящем рядом с хозяйским. С точностью могу сказать, что сейчас он смеется и ловко подцепляет с серебряного блюда пирожок. Ощущаю связь, и могу сказать даже, с чем был этот пирожок, и как его вкус развивается во рту, предоставляя сначала начинку, а следом приправы. Вижу как он воодушевленно смотрит на Джуффина, его голос полон веселья и иронии. Мое сердце ударилось о грудь. Хочу чтобы он сейчас здесь, мне, показывал это все, а не ему. Макс тем временем ощутил нашу связь, но кажется не понял, что это. Ну конечно же… Он такой рассеянный. Мило. Я выдохнул и понял, насколько скучал по нему. Мы не в делись около семи дней, кажется Макс называет этот промежуток времени «неделя», и это никому из нас не нравится, но ничего поделать мы не можем с этим. Хорошо, что Безмолвная Речь позволяет общаться практически в любом месте в нашем мире. Тем временем Максу стало неловко. Он заерзал на месте, отводя взгляд от сэра Халли. Покраснел. Что случилось? Я увеличил счет до пятнадцати и понял, что он возбужден. Вот что оказывается ощущает второе лицо в связи. Я усмехнулся про себя, продолжая эксперимент. Когда он поймет, что ему лучше уйти? При этом, я сам не остался равнодушным к этому зрелищу. А если я направлю свои мысли и желания? Дам импульс. Взвесив все, я принял решение начать легко. Вспомнил как доставлял ему удовольствие языком. Макс дернулся и замер. Сейчас он видел перед глазами, как мои губы обхватывают его головку, обводя ее, как ласкает его мое горячее дыхание, а после мой язык проходится по своей длине органа. А волосы легко щекочут живот. Можно дать еще одно воспоминание. Мне так нравится его вид, когда он выгибается и опирается на стену. Глаза его затуманены, мысли вразброс, а горло издает звуки, которые соревнуются только с влажными звуками сзади. Я не выдержал и решил послать ему Зов: «Макс, как скоро ты придешь, у меня есть для тебя подарок. » «Какой еще подарок? » — после небольшой паузы, видимо у него возникла проблема с концентрацией, он ответит мне. «Небольшой, но тебе понравится. Обещаю. » — сказал я, стараясь уловить через связь его сердцебиение и учащенное дыхание. «М, Шурф, что-то странное со мной сейчас происходит… » — робко сказал Макс, и я ощутил, как он тщательно прикрывает свое причинное место. «Да? Я и не заметил. Ну что же, тогда тебе стоит явиться ко мне в кабинете немедля » — ответил я, приложив все усилия, чтобы донести все интонации и желания через них. Макса начало мелко трясти. Кажется Джуффин заметил это. Что же ты сделаешь, Макс? Я пока не трогал себя, хотя все внизу требовало внимания. Резко связь Безмолвной Речи оборвалась. Это еще что? Тут же я ощущаю тяжесть и тепло человеческого тела. Хотел бы поправить себя, не просто человеческого тела, а тела Макса. И не тепло, а скорее жар. — И тебе Добрый вечер, Макс. — Шурф, ты сейчас серьезно? Знал ведь, что я у шефа. Ах, что ты сделал? Как ты вообще это придумал? — он бесстыдно терся об меня, сидя верхом и тихо постанывая. — Это был эксперимент. Но тебе же он понравился, я прав? — я приобнял его, притягивая для поцелуя. — Ты всегда прав… — ответил он с выдохом мне в губы.