Come back home (I'm afraid I'll disappear)

Иногда, когда Уайлен просыпался, он не мог нормально дышать. Он всегда думал, что эти слова были простым клише. Ненастоящее чувство, которое не имело никакого отношения к реальности. Ничего плохого, в конце концов, с ним не происходило; легкие работали нормально. С тем же успехом можно заявлять, что на него давят стены; ни один человек не мог этого ощутить. Если только его не сжимал мусорный компрессор. Не так уж часто Уайлену становилось совсем невыносимо. Обычно, он мог прогнать эти чувства прочь, прячась в объятиях уснувшего Джеспера, засыпая под размеренные движения груди своего парня, притворяясь, что ему не так плохо, как было на самом деле. Но были ночи как эта. Ночи, когда ему казалось, что он умрет на месте, если не найдет способа выбраться из комнаты. Словно, если он не уйдет, то меньшим из последствий будет разбуженный его слезами Джеспер. В такие моменты Уайлену казалось, что это хуже смерти. Они оба не упоминали с утра его маленькие еженедельные эскапады. Уайлен сильно надеялся, что Джеспер вообще не знает об их существовании. Сегодняшняя ночь была похожа на большинство других. Он проснулся спокойно, будто ничего плохого не произошло – ему даже не снились кошмары. Уайлен лежал на спине, на какое-то время уставившись в потолок и пытаясь оценить, какой для него окажется эта ночь. Очень быстро он начал ощущать знакомое, подкрадывающееся чувство сдавленности, нехватки воздуха. Подступающие сдерживаемые слезы; стены уменьшались, кровать становилась все больше, потолок снижался… Он сел и сдвинул одеяла - со всей заботой о сне Джеспера, на которую сейчас был способен. К счастью, к счастью, этого хватило, чтобы не разбудить парня. Уайлен старался шагать тихо пока шел к двери, ступать часто и быстро. Он мог бы пошутить, что почти пытается копировать Инеж, со всей её грациозностью (со всей его не грациозностью). Добравшись до двери, он бесшумно открыл ее, кинув быстрый взгляд обратно на Джеспера. Он хотел бы остаться, хотел бы не так сильно бояться оступиться. Но он боялся. Дверь захлопнулась за ним сильнее, чем он рассчитывал. Уайлен вздрогнул, но продолжил идти, задерживая дыхание, сдерживая слезы, пока их комната не осталась как можно дальше. Коридоры казались ему длиннее, чем должны были быть. Слишком много шагов занимал путь от спальни до балконной двери. Он думал, и не один раз, что не справится. Что реальность вокруг исказится, перекосится и утянет его во тьму, а Джеспер проснется от глухого стука его упавшего без сознания тела. Что он придет за ним и перенесет на кровать, а может, просто оставит его лежать, пока Уайлен самостоятельно не придет в чувства. (Конечно, Уайлен знал, что Джеспер придет за ним. Он знал, что Джеспер будет переживать, возможно, сильнее, чем сам Уайлен, поменяйся они местами. Но было и навязчивое ощущение в груди, понимание, что если бы подобное произошло раньше… Что ж, в худшем случае он бы остался один на один с травмированной головой. Черт, он уже оставался один на один со своими травмами. И неоднократно) Не об этом ему стоит беспокоиться. Холод дверной ручки стал последним триггером, сжавшим его внутренности до предела. Он едва успел переступить порог, прежде чем слезы настигли его. Уайлен вырвался на балкон всхлипывая и хватая ртом воздух. Он ощущал себя посмешищем. Его отец, будь он здесь, сказал бы, что всё это нелепо. Только в подобные моменты, когда хуже уже быть не могло, Уайлен переставал бороться с мыслями об отце. Разрешал себе думать, что тот был жив, в островной тюрьме всего в нескольких милях отсюда. В течение дня было проще запрятать эти мысли поглубже. Убедить себя, что отца нет на свете, и все хорошо. Куда сложнее было по ночам. В одиночестве и плача на балконе, прислонившись к перилам, чтобы не упасть. Совсем не там, где он должен был быть: в кровати, рядом с Джеспером. Почему ты здесь, Уайлен? Тебе здесь не место. Глупый мальчишка, ты хоть что-то можешь сделать правильно? Никто и никогда тебя не полюбит, если ты не способен сделать ни одного простейшего дела – Уайлен подскочил, когда услышал открывающуюся дверь за спиной. Ему лишь хватило времени сообразить вытереть слезы и задержать дыхание, чтобы перестать глотать воздух. Он обернулся как можно быстрее. Тихий вздох облегчения вырвался у него при виде Джеспера, c лицом обеспокоенным и нежным, а вовсе не разозленным. Он не знал, почему был готов увидеть в дверях отца, или Джеспера в гневе. Для этого не было ни единой причины. Отцу и вовсе физически невозможно было перенестись сюда. И все же, он ожидал этого. Словно был маленьким мальчиком, нарушившим установленные кем-то правила и пойманным за недозволенным. - Почему не спишь? – спросил Уайлен, пятясь назад, и пытаясь изобразить столкновение с перилами как что-то запланированное. Джеспер закрыл дверь за собой, не отрывая глаз с Уайлена. - Слышал, как ты уходил, - сказал он, и черт возьми. - Все в порядке? – спросил он, убирая ладони в карманы клетчатых пижамных штанов. Он всегда так делал, когда нервничал, но не имел под рукой револьверов. Уайлен кивнул. Пусть в данный момент он не был в порядке, но скоро же будет? Очень близко к правде. Тем более, что он чувствовал себя немного лучше, выйдя на свежий воздух. Возможно, чувствовал бы себя еще лучше, не будь он в Кеттердаме, с его отвратительно туманным воздухом, и на балконе старого отцовского дома. Своего старого дома. Своего. Уайлен почувствовал, что Джеспер не верит ему, еще до того, как тот медленно двинулся вперед, достав руки из карманов, и протянув их к нему. Хотя, его тихий шепот «лжец» был весьма очевидным намеком. Уайлен шагнул навстречу к протянутым рукам. Тревоги отступали, постепенно исчезали с каждым мгновением, когда Джеспер был рядом. - Что случилось? – тихо спросил Джеспер, обняв его сильнее. Почему в его объятиях становилось легче? Возможно, здесь просто безопаснее, подумал он. Было легче помнить, что он не несет груз этого дома, этой работы в одиночестве. Должен ли он рассказывать всё Джесперу, если хочет, чтобы тот остался? Должен ли объяснять, как на него давят стены, и что сон в другой комнате не поможет, потому что они все одинаковые? Нет, не должен. Джеспер останется в любом случае, даже если Уайлен не произнесет ни слова до самого утра. Но быть может, если он начнет объяснять, Джеспер поймет его. Возможно, даже не придется рассказывать про сдвигающиеся стены, падающий потолок или приближающийся пол. Уайлен повернул голову, отрываясь от рубашки Джеспера, в которой он прятал лицо. Первый шаг. Он глубоко вдохнул, не открывая глаз, ощущая запах ткани и мыла для одежды. Приятный одеколон, который Инеж привезла из Равки, сохранился на коже после целого дня. Второй шаг. - Это ужасное место, Джес, - прошептал он, сдерживая дрожь от напряжения в голосе, - ужасное, ужасное место. Третий шаг. Джеспер провел рукой по его спине, другой прижимая Уайлена ближе. - Тогда нам не обязательно возвращаться обратно, - ответил Джеспер самым мягким голосом, который Уайлен когда-либо слышал. - Можем остаться здесь насколько захочешь. Нет, хотелось ему закричать, ты не понимаешь. - Придется вернуться, рано или поздно, - сказал он, глотая слова. Ты смешон, Уайлен. Ты ведешь себя нелепо. Ты в порядке. Прекрати плакать. Разве ты ребенок? Найти тебе няньку? Ты практически взрослый, и это твое поведение? Джеспер кивнул, подбородок ткнулся Уайлену в ухо. - Придется, - подтвердил он. - другого пути с балкона нет. Была ли это шутка, или нет, но Уайлен почти рассмеялся. Допустим, по какой-то причине они бы решили не возвращаться обратно (Уайлен мог предложить много, очень много причин). Тогда не осталось выбора, кроме как карабкаться вниз с балкона. Но, честно говоря, они оба напоминали бы книги, падающие со стола. - Что мы можем сделать? – спросил Джеспер, ослабляя объятия, чтобы Уайлен смог посмотреть на него. – Что-нибудь может помочь? Ты сможешь остановить стены? Не дать им сомкнуться? Создать место для нас, Джес. У тебя ведь есть магия. Уайлен обреченно пожал плечами. Он безумно устал. Паника и истощение брали своё. - Не знаю, - выдохнул он, прижимаясь сильнее. Причиной всего был этот дом. Эпицентр влияния Яна Ван Эка. Но избавиться от дома было не так просто, не привлекая внимания Совета, и не создавая целого ряда проблем. Отвратительный декор и преследующие воспоминания того не стоили. Уайлену просто хотелось, чтобы Джеспер понял его. Возможно, в этот раз они были бессильны. На мгновение он перестал контролировать свои мысли. Словно смотрел на себя со стороны. Он был всего лишь мальчиком, говорящим какие-то слова. Рассказывал про другого человека, а не про самого себя. - Это не мой дом, - прошептал он. – Всего лишь место, где я ночевал. Где он заставлял меня находиться, пока говорил все те вещи, - Уайлен прислонился сильнее к Джесперу. Тело потяжелело, он не мог удерживать себя самостоятельно. Джеспер не двинулся с места, даже не пошатнувшись под навалившейся тяжестью второго тела. Но кивнул, отчего несколько прядей волос упали Уайлену на лицо. Реагировать на такие мелочи у Уайлена не было сил. Понял ли его Джеспер? Мог ли понять? - Мы сделаем его твоим домом, - ответил он, - сменим обстановку. Сделаем все по-своему. Снесём стены, если понадобится. Уайлен покачал головой, возвращаясь к реальности: - Мы не можем начать сносить стены, - сказал он. - Люди начнут распускать сплетни. Джеспер ухмыльнулся, сжимая объятия: - Мы и раньше сталкивались со сплетнями, солнышко. Припоминаешь, как весь город охотился за нами? Думаю, слухов тогда было предостаточно, - сказал он. - Но мы можем заняться внутренней обстановкой, если так будет лучше. Новые обои могут сделать все проще, м? У них могло получиться. Перекрасить стены, избавиться от дорогой и бесполезной отцовской мебели. Освободить побольше места – сделать дом уютнее. Убрать любые напоминание о детстве, о имени Ван Эк. Эта идея нравилась ему, осознал Уайлен. Нравилась все больше. - Думаю, могут, - прошептал Уайлен, слегка кивая и разрешая себе прикрыть глаза. Он невероятно устал. Через пару минут он услышал голос Джеспера и открыл их обратно. О чем говорил Джеспер, он точно не знал. - Уай? Ты засыпаешь стоя, - поддразнил тот. - Не хочешь вернуться в кровать? Уайлен не думал, просто кивнул, чувствуя собственную изнуренность и полное нежелание отпускать Джеспера. - Останься со мной, - пробормотал он. Джеспер мгновенно замер, боясь пошевелиться. - Никогда я не уйду, - сказал он, с особой тяжестью в голосе, - никогда, Уай. Уайлен понимал, что это не до конца было правдой. Невозможно пообещать то, в чем ты никогда не будешь истинно уверен. Кому, как не Джесперу это знать. И все же, пусть даже на одну ночь, но Уайлен разрешил себе поверить. Он разрешил себе верить, пока Джеспер вел его по коридорам обратно в их спальню. Пока он выключал лампу, и ложился рядом, притягивая Уайлена ближе. Все время, пока не провалился в сон, он думал – как проснется утром, и, если повезет, ничего не изменится. Следующим утром Джеспер выложил на обеденный стол книгу размерами больше, чем голова Уайлена. - Тут образцы обоев. И краски для стен. И мебели, само собой, но мне казалось, ты хочешь начать с чего-то более существенного. Джеспер ухмыльнулся, пока Уайлен, попутно врезавшись в стол, кинулся обнять его. В последующие несколько недель старые обои были сорваны со стен, а новые заняли их место. Каждая помпезная и вычурная деталь мебели Яна Ван Эка была заменена и отправилась в огонь. Каким-то образом, осознание, что все старое было уничтожено заставляло Уайлена ценить новое чуточку больше. Дом, в котором он вырос, стал другим, настоящим домом - а в старом он никогда больше не окажется.