traitor

Он предал его. Он стал предателем. Он бросил его. Нет, он его не бросил. Он изначально его не брал. Доставил ему много моральной боли. Очень много моральной боли. Феликс плакал, вымещал злость и обиду на посторонних предметах, пытался находить утешение в музыке, а временами прибегал к более ужасающим методам избавления от этой пронизывающей боли. Минджун должен поплатиться за его моральную боль. Не только за его боль. За разбитые сердца всех его блядских дружков и подружек. flashback Часы показывают 04:36. Входящие сообщения от Феликс. Ф: привет я скучаю: ( мы можем поговорить? пожалуйста… Игнор. «Зачем отвечать? С какой стати я должен отвечать на сообщения, уделять какое-либо внимание? Я буду делать это тогда, когда мне выгодно. А эта ебаная шлюха прибежит по моему щелчку пальцев. Похуй на него, как же заебал. На что он вообще рассчитывает? То время ничего для меня не значило, я все забыл, а этот щенок выдумал себе что-то.» end flashback * * * Это был обычный будний день. Минджун поднимался по лестнице, которая вела в библиотеку. Перепрыгивая две последние ступеньки, он неторопливым шагом направляется к громадной двери. Открыв дверь, он не видит библиотекаря в своем кресле. Абсолютная тишина. Только едва уловимые звуки перелистывания страниц доходят до слухового прохода. Вальяжно проходя вглубь, он небрежно кидает свой портфель на одно из кресел. Вспомня, зачем он сюда пришел, направляется в дальний конец помещения, выискивая нужный стеллаж. Но, не достигая успеха, он останавливается, глядя по сторонам, скрестив руки на груди. — Бля, где находится эта хуета сраная… — произносит он вслух, поскольку уверен, что здесь один. Был уверен. — Наконец-то, я то думал, что уже не дождусь тебя, — неожиданно взявшийся позади голос выбивает парня из колеи. Дальше все, как в лучшем американском фильме: За ворот рубашки его тянет сильная рука, опрокидывая тело так, что оно оказывается на полу. В глазах потемнело, а затылок печет от сильного удара об шкаф. -Вы фто, оо бфделаетйф, аааа!!! — Минджун пытается спротивляться, но рот ему закрывает рукой высокий мускулистый парень, чьи черные волосы собраны в хвост, а родинка под глазом сверкает под искусственным освещением. — Заткнись, шавка, — агрессивно начал Хёнджин, прикрывая рот визжащему, пока второй парень начал обыскивать черный портфель. -Ох, не знал, что ты у нас любитель наркоты. Вот директор обрадуется! — Чанбин достал телефон и запечатлел на камеру пакетик с белым порошком. — Отпуффииите! — все не затыкался тот, — я вфе раффкаву уфителю! — слезы начали обжигать щёки. — Сладкий, учитель тебя здесь не услышит, так что закрой пасть, иначе мы тебе поможем, — процедил помощник черноволосого и подошел ближе, — хмм, а что же мне мешает это сделать прямо сейчас? Как смотришь на то, чтобы отсосать мой член, зайчик? — все не унимался тот. Хван убрал руку со рта бедняги, подпуская товарища ближе. — Приготовь свой грязный ротик, пупсик, — сказал он и расстегнул ширинку, затем освобождаясь и от ремня. — Блять, аагрх! — пытался сопротивляться парень, но во рту его оказался член внушительных размеров, а на макушку головы легла большая рука, помогая принять нужное направление и темп. Черноволосый встал сбоку, направляя камеру смартфона в наилучшем ракурсе. — Поработай ротиком, малыш. — Ох, какой отличный ракурс я нашел. Слезы продолжали обжигать щеки Минджуна, сердце пропускало миллиард, по ощущениям, ударов, а все внутренности сжались до размера камешка. Хлюпающие и до ужаса пошлые звуки вперемешку со скулежом доносились эхом по всей библиотеке. У парня, стоявшего на коленях, казалось, проносилась вся жизнь перед глазами. — Старайся, щенок, — процедил Чанбин. Хёнджин установил камеру на импровизированную подставку на круглом столе, стоящем посредине помещения. Подошел к одному из высоких черных стелажей, проводя тонкими длинными пальцами по корешкам книг. И, выберя самую толстую и массивную, взял ее в руку. Подойдя к Минджуну, он с особой жестокостью ударил его по голове предметом, отчего тот резко толкнулся и взял в рот по самую глотку, испытывая жгучую боль в области затылка. — Мне кажется, что тебе немного жарко. Не хочешь избавиться от рубашки? — Джинни швырнул книгу куда-то в сторону. Начав рыться в рюкзаке Минджуна, он наткнулся на толстый черный канцелярский нож, — отлично. Чанбин продолжал держать за волосы парня, который пытался сосать и параллельно с этим осыпать его многочисленными бранными словами. Хёнджин начал безжалостно разрывать и разрезать, вероятно, дорогущую рубашку парня. Избавивши Минджуна от нее, он попросил Чанбина немного остановиться и побыть оператором. Бинни взял смартфон в руки, снимая дальнейшие действия Хёнджина: он начал вести лезвием по телу парня, ведя линию от соска до низа живота. Проделав еще пару раз такие действия, он развернул его спиной к себе. Через несколько минут на ней жгуче красовалась надпись "traitor" — Красиво, блять. Мммм, что еще нам с тобой сделать…- он задумчиво отвел взгляд, — скажи, что хочешь полный рот спермы Чанбина-хёна. На камеру, разумеется. — Я н-не б-буду! — он пытался утихомирить дрожащий голос, но выходило плохо. — Еще, блять, раз, я узнаю, что ты шантажируешь моего Феликса его фотографиями, которые он скидывал тебе, потому что доверял, я на тебе места живого не оставлю. Я прикончу тебя, слышишь?! — угрожающе выпалил Хван. — Д-д да, я понял, от-тпустите! Но его скулёж не помог. Чанбин вновь подошел и заставил парня взять в рот по самые гланды. На этот раз жестче, чем в прошлый, он чуть ли не рвал пряди волос предателя. Через несколько минут сперма была и на лице, и во рту, и на оголенном торсе. Он был предателем. * * * На выходе из библиотеки Хёнджина встретила самая любимая, самая родная, самая солнечная улыбка в мире. Улыбка Ли Феликса. Хван двинулся навстречу, раскрывая руки в стороны, приглашая Феликса упасть в теплые объятия парня. -Я в библиотеку, за той книгой. А ты что тут делаешь, м? — Ли поднял свои глаза, похожие на бусинки, и невинно захлопал ресничками. Одним словом, не выглядел и не вел себя так, будто этой ночью стонал и выгибался под Хваном, крича одно лишь «папочка». — Я уже взял ее для тебя, — Хёнджин достал из своего портфеля заранее найденную в библиотеке книгу, которую Феликс давно планировал оттуда взять. Хван нежно поцеловал Феликса в губы, зарывшись свободной рукой в блондинистые волосы, что пахли клубникой. Начал спускаться к шее, а затем его губы уже оставляли влажные следы на ключицах, а рука уверенно лежала на талии. — Хён, давай продолжим потом, это правда не лучшее место, — виновато отстранился Ликс. — Тогда я знаю место получше, — простонал, впившись в белоснежную шею, Хван, после чего вернулся к любимому лицу, целуя каждую из усыпанных созвездием веснушек щеку. Феликс прижался телом к теплому телу Хёнджина, понимая, что тот не уймется, пока не получит свое. — Опять в туалет? — вздохнул Ликс. — Не опять, а снова, — с улыбкой на лице Джинни взял Ли за руку, после чего они направились в давно излюбленное ими место. Хёнджин отомстил бывшему Феликса.