Причина научиться говорить № 34

Кэйя Альберих из тех людей, первое впечатление о которых разительно отличается от их настоящей сути. Когда видишь его впервые, невольно думаешь, что он похож на принца. Причём не на сдержанный, величавый тип принцев, — такие завтракают в сюртуках, говорят «то бишь» и принципиально не используют соцсети — а на тип «я ношу береты, прикрываю рот, когда смеюсь, и имею собственный фан-клуб». Того и гляди, достанет розу и защебечет на каком-то очень сексуальном языке. Ирония в том, что настоящий Кэйя совсем не похож на этот образ. Он как-то рассказывал, что пару лет назад проходил период отрицания, и носил в то время кожанки и армейские сапоги на шнуровке, а ещё кучу разных аксессуаров, от шипастых браслетов до пирсинга. Кэйя говорил о тех временах со смехом, даже показывал фотки Аяксу, не забывая вставлять остроумные комментарии. Тогда Аякс, конечно, смеялся вместе с ним, но для себя всё же отметил две вещи. Первая, довольно предсказуемая: и в образе байкера-панка его парень всё ещё чертовски горяч. Вторая: Кэйя, что бы он ни надел, излучает вот эту «белоконно-принцевскую» ауру, и даже сам ничего с этим поделать не может. К слову, после историй о прошлом Кэйи Аякс начал присматриваться к его гардеробу и с удивлением обнаружил, что крестражи панковской души всё ещё живут в виде цепей, браслетов, серёжек и даже футболок, пусть последние и были понижены до звания пижам. Кэйя Альберих хоть и не байкер, но он же и не принц. И даже если Кэйя изящно прячет в ладони смешки, смеётся-то он над шутками про многочлены и трактористов. И фан-клуб собственный его не колышет, он даже не догадывался о том, что таковой существует, пока не получил на днях посылку с шоколадом и розовой открыткой с кучей подписей, на которой красивым витиеватым почерком было выведено: «Счастливых новых отношений!». Спасибо, хоть не «очередных». Шоколад он отдал Аяксу, чтоб тот сильно не переживал. А то, что Кэйе береты нравятся — так это для души же. И вообще, он актёр, ему по статусу положено. Всё вышеперечисленное объясняет, почему у Аякса сложилось ощущение, что признался в симпатии он одному человеку, а встречаться неделю спустя предложил совсем другому. Но, на самом деле, оно и к лучшему. С Кэйей-принцем и заговорить-то было боязно. Аякс очень рад, что ему всё-таки хватило смелости сделать первый шаг, ведь иначе он не познакомился бы с самой противоречивой, и поэтому же самой притягательной личностью на его памяти. Они всё ещё на той стадии, когда люди, несмотря на очевидную химию между ними и уже обозначенные отношения, продолжают присматриваться друг к другу, изучать. Из знакомых становиться друзьями. И тут бы неплохо было добавить фразу «вместе с этим являясь любовниками», но это не их случай, и это та самая причина, по которой Аякс в смятении. Несмотря на то, с какой бешеной скоростью у них завязался роман, месяц уже прошёл, а они всё ещё не переспали. Сначала Аякс думал, что нужно просто дождаться подходящего момента, чтобы была романтическая атмосфера. Поэтому он, желая продвинуть их отношения на новый уровень, стать ещё ближе, чем раньше, всеми силами пытался эту самую атмосферу создать. Но Кэйя как будто был его противником в этой борьбе, а не союзником, как предполагалось. Ужин в ресторане? Зачем, у меня таких денег нет, а за твой счёт ужинать мне неловко, чем только тебя китайская еда не устраивает... Кино? Сейчас ничего интересного не показывают, давай лучше в театр, в первые ряды желательно, где мы будем у всех на виду. Ты снял квартиру в центре города с панорамными окнами и джакузи? Круто, а приставка там есть? Аякс в отчаянии, и дело даже не в сексе, а в том, что если подумать, они ведут себя как обычные друзья. Разве что целуются иногда, но затуманенный страхом мозг воспринимает это как подачку от Кэйи. А боится Аякс того, что парню своему он давно разонравился, и тот просто не находит сил или времени порвать с ним. Есть люди, которых страх сковывает. Так вот, Аякс не из них. Отчаянные времена требуют отчаянных мер — таким лозунгом он любит руководствоваться, когда что-то идёт не по плану. Аякс в последнее время стал заметно резче в высказываниях, взбалмошнее. Даже агрессивнее в некоторых случаях. Настойчивее. Вот и сейчас, пока Кэйя увлечённо рассказывает о книге, которую прочитал недавно, мысли Аякса вертятся вокруг джакузи на втором этаже квартиры; он думает о том, что утром оставил там колонку, а за день до этого составил чувственный плейлист и перенюхал, кажется, всю продукцию Lush, чтобы выбрать идеальные бомбочки для их первой совместной ванны. Расставил свечи и благовония в спальне. Закупился презервативами. Он, блять, даже камасутру купил, хоть это скорее для антуража, там даже гомосексуальных пар не было. Если не сейчас, то когда?! Хоть Аякс и не любит сравнивать партнёров, в случае с Кэйей память не раз нашептывала, что «Василиса ещё в школе в туалетных кабинках зажимала», или «тот сын отцовского приятеля даже имени не спросил, но на колени же в итоге опустился». Сегодня он заглушит эти гадкие шепотки разума. Сегодня он покажет Кэйе, что между ними больше, чем дружба. Он снова целует его, быстро завоёвывая роль ведущего. Пока всё в норме, Кэйя, хоть и не ожидал повторного захода, выглядит расслабленным и даже проявляет инициативу. Отлично. Руки Аякса, секунду назад лежавшие у парня на щеках, переместились на его плечи и аккуратно надавили — Кэйя мальчик понятливый, он меняет позу, ложась на диван спиной. Притягивает Аякса к себе, обнимая и заигрывающе зарываясь одной рукой в волосах. Аякс выпутывается из медвежьих объятий, нависает над Кэйей, взяв того за запястья. Не сегодня, милый. Уложив руки любовника по бокам, сам садится на его бёдра. Кэйя перестаёт дышать. Наблюдает. Его зрачки сужены. Аякс, не разрывая зрительного контакта, трогает его шею. Аккуратно, неторопливо, как будто входит в холодное озеро. Проводит пальцем по кадыку, и тот скользит под кожей, когда Кэйя сглатывает. Аякс опускает взгляд на нижний край футболки с черепом. Сокращает расстояние, проводит языком по шее Кэйи. Его рука, тем временем, задирает старую футболку, проходится по рёбрам, животу, тянется к груди. Зубы Аякса на шее Кэйи, рука на груди, где бьётся сердце. Бьётся так часто, будто Кэйя пробежал марафон, не меньше. Возражений Аякс, вроде бы, не услышал, поэтому решил продолжать, волнуясь так, будто он не с любовником милуется, а ходит по тонкому льду весной. Все ждёт, что лёд треснет, что его остановят. Или наконец-то ответят на ласки. «Да отрыгни ты уже хоть что-нибудь!» — Аяксу хочется закричать, но вместо этого он задирает футболку Кэйи до самой шеи и припадает к его груди. Зубы смыкаются вокруг соска, Кэйя шипит, но никаких замечаний не делает. Даже на сантиметр не сдвинулся, лежит, как деревянный солдатик, руки по швам. Аякс злится, но пересиливает себя, успокаивается, смещает внимание на торс, принимается его целовать. Реакции не следует, и Аякс решается на опасный манёвр — вдруг все его попытки в прелюдию для Кэйи лишь детские шалости? Может, он привык переходить сразу к делу, но стесняется сказать? Рука решительно устремляется к паху Кэйи, сжимая бугорок на пижамных штанах. Кэйя, будто разморозившись, мёртвой хваткой вцепляется в руку Аякса, широко распахивает глаза, и кажется, порывается сказать что-то, но не успевает. Телефон Кэйи разрывается, Аякса из своеобразного транса выводит какая-то весело звучащая попсовая песня с депрессивным текстом. Аякс встаёт, чтобы подать телефон владельцу, краем глаза отмечая имя звонящего. Садится рядом с Кэйей на диван и делает вид, что разглядывает ногти, пока Кэйя, вмиг подобравшийся, болтает с некой «Джинни». Смеётся. — Да, всё в силе. Сегодня в «Доле Ангелов». Э... В восемь? Прости-прости, я запишу, чтобы не забыть. Целую. Бай. Кэйя смотрит куда-то в сторону телевизора, когда обращается к Аяксу. — Мне надо идти. Хочешь со мной? Аякс поймал взгляд Кэйи в тёмном экране. — Да. Да, пошли. — прочищает горло. Как будто и не случилось ничего. — Это бар неподалёку, там будут мои друзья. Я хотел... — он замялся. — я надеялся, ты согласишься сходить сегодня туда со мной, после того, как мы поиграем. Они всё продолжали расспрашивать, думали, я тебя от них прячу. — Аяксу тоже так казалось иногда. Кэйя улыбнулся как-то вяло. Пошёл переодеваться. В туалет. Он никогда не ходил переодеваться в туалет. Аякс прошёлся по второму этажу, погасил благовония, спустил цветную воду в ванной. Окинул взглядом отражение в зеркале. Поздравляю, дружище, ты всё похерил. Взял лопату, вырыл яму и кинул туда ваши отношения, присыпав землёй и станцевав на ней лезгинку до кучи. Когда он спустился на первый этаж, Кэйя выглядел как-то иначе, не таким, каким приходил. «Волосы распустил», — запоздало дошло до Аякса. Логично, надо же скрыть засосы. Казалось бы, в этом нет ничего предосудительного, а всё равно на душе кошки скребут. Он как будто стыдится того, что они вместе. — Ну, пойдём? — Кэйя продолжал старательно отводить взгляд. Они вышли на улицу, где их встретили огни вечернего города. На протяжении всего пути ни один из них не обронил ни слова.