Случайная

***

Ирина быстрым и уверенным шагом зашла в больницу, поправляя сумку, которая висела на плече. Но на входе она столкнулась с Геной, который шёл следом за ней, прожигая взглядом её спину, отчего Ира немного напряглась. — Привет… Ир, — как не в чем не бывало проговорил Гена, открывая перед ней дверь. Та закатила глаза, особого настроения разговаривать — не было, а тем более с ним. — Доброе, Геннадий Ильич, — холодно ответила она, ускоряя шаг. Она подошла к Нине, которая вовремя протянула ей журнал. — Доброе утро, Ирина Алексеевна… И Геннадий Ильич, — добродушно сказала Нина, особо не вникая в их разговор. Она продолжила складывать карточки в алфавитном порядке. — Здравствуйте, Нина, — натянула улыбку женщина, ставя в журнале свою подпись, а затем подошла к шкафчику, чтобы достать ключи от кабинета. — Все в порядке у нас в отделении? — Да, Ирина Алексеевна, — быстро опомнилась Дубровская. — Пока что тишина в отделении. — Хорошо, если что я у себя, поработаю с документами, — не глядя на мужчину проговорила Павлова. — Ой, Ирина Алексеевна, подождите, — Ирина остановилась и медленно повернулась к Нине. Та достала шикарный букет, состоящий из розовых пионов. Ее любимые цветы… Гена стоял и расписывался в журнале, лишь краем глаза заметил букет. — Вам просили передать вот это, — она протянула Павловой цветы. — А от кого? — расплылась в улыбке Ирина, вдыхая аромат свежих цветов. — Честно, без понятия, — пожала плечами Нина. — Пришёл курьер, сказал вам передать. И все. — Что у тебя появился новый поклонник? — неожиданно раздался голос Геннадия. В голосе читалась нотка ревности. — Мне кажется, Геннадий Ильич, Вас это вообще не касается, — она развернулась к нему лицом. — Вы меня попросили оставить в покое, я вас оставила. Теперь можно и я попрошу — оставить меня. Нина с интересом наблюдала за перепалкой Павловой и Кривицкого. — Ир… Ты что до сих пор обижаешься? — поинтересовался тот. — Ну это же глупо. — Извини, но сейчас я не намерена, выяснять отношения с тобой, — жестко отчеканила Ирина, быстро направившись в кабинет. Геннадий отправился следом за женщиной, желая до конца выяснить отношения со своей начальницей. — Ир… ну подожди, — остановил ее Гена возле кабинета. — Ну ты обижаешься что ли? — Кривицкий, я твои слова вчера услышала, а теперь и ты услышь, — в её глазах читалась ярость вперемешку с болью. — Оставь меня в покое, и не влезай в мою личную жизнь больше, хорошо? Как же было невыносимо больно, но надо держаться. Сильная, независимая стерва. — Я считаю, что ты обижаешься на какую-то глупость, — он понимал, что его же слова задели. И её обида была слишком сильна. —  А то, что я тебе вчера названивала весь вечер, уже ничего не значит? — Ира… — Заткнись, — проговорила Ирина. — Для вас, Геннадий Ильич, Ирина Алексеевна, и больше без стука в мой кабинет, больше не входите, надеюсь, вы меня поняли. Блондинка не дала шанса ответить, быстро зашла в кабинет, чтобы он не увидел её слез.

***

Анатолий снял очки, аккуратно положив на бумаги, а сам потер рукой глаза. Уже битый час он сидел над важными отчетами, но все мысли возвращались к Ирине. Она была необычайна красива. В её глазах цвета изумруда отражалась вся боль, которую она пыталась скрыть за маской равнодушной стервы, но внутри неё — она была нежной и ранимой. Хотя он прекрасно понимал её — он тоже потерял любимую жену, которая покончила жизнь самоубийством. И теперь у него остался — один единственный сын, с которым отношения были не такими гладкие, как хотелось бы. Постепенно боль немного улеглась, и они решили сменить обстановку, переехав в Швейцарию. Но там все было чужое, люди, работа — все было не то. Но возвращаться в Москву — было невыносимым, уж очень болезненным. Каждая мелочь напоминала о ней. Но теперь это в прошлом, нужно продолжать жить дальше… Анатолий достал телефон, набирая номер телефона.

***

Ира зашла в кабинет, поставила букет в вазу. И пыталась найти хоть какую-то информацию, но ничего не выдавало незнакомца. Вдруг раздался звонок телефона. — Алло, — проговорила Ира, с другой стороны послышались шорохи, что немного напрягло женщину. — Ирина Алексеевна? — наконец-то раздался голос с другой стороны трубки. — Это Алеников, узнали? — Анатолий Борисович, — она провела пальцем по лепесткам цветов. — Узнала, конечно. Что-то случилось? Что-то с бумагами? Тот улыбнулся. — Все в порядке, — проговорил Алеников. — Хотел узнать дошли ли до вас цветы. И да, с бумагами, все в порядке, сегодня завезу обратно. И тут дошло до Иры, что именно Анатолий прислал их. — Так это вы? — удивилась Павлова. — Спасибо, а цветы прекрасны. — Как и вы, — ответил мужчина, подойдя к окну. — Но я не оставляю попытки пригласить вас на ужин. Что думаете? — Вы такой самоуверенный, думаете, что я так быстро соглашусь? — засмеялась Ирина. — Нет. И знаете, мне это даже нравится, что вы такая недоступная. Но все же всего лишь 1 ужин. — Ну я подумаю, — она задумалась, а может реально согласиться, хоть чуть — чуть развлечься, тем более в такой приятной компании. — Вы позвоните через пару часиков, а то у меня сейчас операция. — То есть шанс есть? — Знаете, Анатолий Борисович, шанс есть всегда. — Я учту, Ирина Алексеевна, удачной операции, — быстро ответил он и отключился.

***

Операция длилась около 5 часов. Ира вышла из операционной на ватных ногах, хотелось поскорее лечь и уснуть. — Спасибо, Ирина Алексеевна, — она услышала голос Хромова. — Что помогли. — Иван Николаевич, это моя работа, — устало улыбнулась женщина, снимая с себя шапочку и маску. — Можете идти отдыхать. — Да какой, — махнул рукой хирург. — У меня ночная смена сегодня. — Тогда хорошей смены, — быстро удалилась в свой кабинет Павлова, не желая больше ни с кем разговаривать. У кабинета ее поджидал Анатолий Борисович. — Какая неожиданность, Анатолий Борисович, — проговорила Ира, поправляя волосы. — А что вы тут забыли? — Да вот… — он остановился и посмотрел на неё. — Решил вас пригласить на ужин лично. Да и документы ваши завез, — указал рукой на папку мужчина. — Решили использовать шанс? — на лице появилась улыбка, она опустила взгляд вниз. — Тогда прошу в кабинет. — Разве это плохо? — приподнял брови Толик. — Сами говорили, что шанс есть всегда. — Да, говорила, — проговорила Ирина, обернувшись к Анатолию. Тот протянул ей папку с документами. — Держите, Ирина Алексеевна, — улыбнулся Анатолий. — Все в полном порядке, можете быть спокойной. — Спасибо, Анатолий Борисович, — взяла из рук папку Ирина, а затем подошла к шкафу и убрала документы обратно. — Ну так что скажете? — прервал затянувшеесь молчание Алеников. — Знаете, смена сегодня была тяжелая, не получится, — ответила Павлова, снимая халат и достала из шкафа свое пальто. — Очень хочется домой. — Может тогда я вас подвезу до дома? — не оставлял попытки добиться внимания от женщины чиновник. — А знаете, давайте, подвезите меня до дома, — согласилась Ирина. Уже у входа стоял Кривицкий, поджидая свое такси. Из больницы вышел Анатолий, а рядом с ним была Павлова. Кривицкий посмотрел им вслед, хотя сам понимал, что виноват. Не сказав тех обидных слов — не потерял бы её, ту которую любит до сих пор. Он смотрел, как Алеников помогал Ире залезть в машину, как сам туда залез и спустя несколько секунд машина покинула территорию больницы. Уже сидя в машине, Анатолий ненароком коснулся руки Ирины, та сидела задумчиво и глядела в окно, даже не заметив маленький жест от мужчины. А затем перевела взгляд на чиновника, который улыбался, как чеширский кот. И только сейчас она заметила его руку на своей руке. Но не убрала ее. Мужчина слегка погладил своими пальцами ее, от этих прикосновений пробежали мурашки по коже. Она прикрыла глаза на минуту, но голос водителя прервал их. — Приехали, — монотонно сказал тот, даже не поворачиваясь. Анатолий убрал руку с руки Ирины. — Ну вот и все, — тяжело вздохнул Анатолий и посмотрел на Ирину. — Спасибо, что подвезли, Анатолий Борисович… Спокойной ночи, — проговорила она и вылезла из машины. — Вам тоже, спокойной ночи, Ирина Алексеевна, — мужчина проследил за фигурой женщины, пока та не скрылась в подъезде.