(Не)железный

      По дороге в машину Хосок не может перестать целовать Юнги. Он тянется к поддающемуся Мину губами и едва ли не рычит от восторга, когда тот отвечает, забираясь шаловливыми руками под рубашку. Руки беты на своем теле - это было сильно опасно. Хосок в ту же секунду отталкивает Мина, понимая, что эта пытка слишком невыносима. Мин не понимает, почему тяжело дышащий Хосок его от себя подальше держит, поэтому настойчиво продолжает возвращаться к альфе с поцелуями.       Хосок поспешно усаживает Мина в свою красную ламборгини и срывается с места, быстрее бы добраться до квартиры, а там уже довести их войну до конца. Юнги в машине немного успокаивается. Он опустил голову, спрятав челкой свое пунцовое лицо, и продолжал глубоко дышать, чтобы привести себя в порядок. Надо сказать, что получалось это довольно плохо. Эмоции лились через край. Хосоковский зверь не понимал, почему вынужден терпеть отсутствие у себя Мина еще какие-то десятки минут. Он отчаянно рвался к бете и отчаянно звал к себе, отчего в ушах Мина звенело, как будто он находился в колокольне или даже внутри колокола. Юнги снова испытывал это чувство. Однажды альфа с ним уже провернул такое – подчинял своей воле. Осознанно или неосознанно это происходило - Юнги не знал. Но вот и сейчас его рука почему-то самостоятельно тянется, желая коснуться Хосока, словно не Мину принадлежит. Юнги берет альфу за руку, переплетая пальцы и сгорая от стыда от того, что проявил инициативу. Зверь Хосока же заскулил от удовольствия.       -Он очень сильный. – шепчет Юнги.       -Теперь понимаешь, какие мучения я прохожу каждый раз, видя тебя, да еще в таком виде? - отвечает альфа, сильнее давя на газ. Зверь рвал грудную клетку изнутри. Прикосновения беты ему снова было мало.       Юнги понятливо кивает, отворачиваясь от альфы, чтобы «не смущать» его. Чтобы немного отвлечься, Мин начинает вспоминать разные факты. Причем мысли приходили совершенно внезапно и неожиданно. Бета сам не ожидал от себя такого, потому что никогда не пил столько алкоголя. Пьяный Мин Юнги оказывается крайне разговорчивым. Его рот не затыкался, позволяя непременно делиться неожиданными мыслями, что приходили в его голову.       -А ты знал, что многочисленные попытки дрессировать волков звуковыми командами были менее эффективны, чем движение тела или махи руками? – неожиданно заявляет Юнги. – Я к тому, чтобы твой «зверь» поддался дрессировке, надо приложить действие.       -Думаешь, так легко «дрессировать» волка? Почему они тогда в цирке не выступают? – усмехается альфа, забавляясь мыслями беты. Он что уже в голове план рисует, как Хосока себе подчинить?       -Трудно, не значит – невозможно. – посмотрев на альфу, улыбается Юнги. А потом снова отворачивается, чтобы добавить. – Есть еще один факт, в который хочется верить.       -Какой же?       -Волки моногамны. - тихо говорит Мин, но Хосок слышит. Да, волки моногамны. Его зверь тоже моногамен, кому, как не ему, знать это? Ведь если бы это было не так, сидел бы сейчас здесь Юнги?       -Принцесса, что это за «в мире животных»? - решив сменить тему, спрашивает Хосок, отмечая, что уже скоро приедет домой и заключит бету в свои объятия.       -Люблю смотреть документалки про животных. - пожимает плечами Мин, мысленно подмечая реакцию альфы. - Знаешь, например, как кричит суслик?       -И как же?       В ответ на вопрос Хосока, Юнги вдруг громко орет, чем невероятно пугает последнего. Хосок дернулся от испуга, едва ли не свернув не в том направлении, а Юнги тут же залился ярким смехом.       -Юнги, мать твою! Суслики так не кричат! - возмущается альфа, сдерживая губы в улыбке, потому что смотреть на Юнги, который искренне веселился, приводило самого альфу в восторг.       -А, ой, мы же договорились, что волки не поддаются звуковой дрессировке.       Подъехав к дому, где жил альфа, парни спешно вышли из машины, продолжая целоваться в лифте. Точнее, Хосок целовал, а Юнги позволял это делать, вспоминая еще какие-нибудь рандомные факты. Уже в квартире Хосок снимает с говорливого Юнги куртку, откидывая ее где-то в коридоре, тянет в свою комнату на кровать, покрывая лицо и шею короткими поцелуями. А Юнги же продолжает на него смотреть своими наивными глазками, подставлять шею и выяснять вопросы "вселенского масштаба".       -А ты представь, если бы у насекомых были человеческие лица? Представляешь, такие мелкие букашки с человеческими глазами смотрели бы на людей со стороны. - говорит Мин, когда альфа негрубо толкает его на кровать.       -Юнги.. - потерянно говорит Хосок. Он тянется к футболке Мина, а тот послушно руки вверх вскидывает, чтобы помочь от нее избавиться.       -Это же фея Динь-Динь, получается. - продолжает Мин, а Хосок едва ли не плачет от происходящего.       -Точно, ты прав. - обреченно говорит альфа, переставая тянуть футболку Мина. Он уже понял, что горячая ночь ему не светит. Предпосылки к этому были еще в машине, но альфа надеялся, что его поцелуи снова разогреют в Юнги желание. А пьяный Юнги был таким милым и таким серьезным, и вообще не располагал к продолжению их жаркого поцелуя. Хосок расстроенно застонал, падая лицом вниз в подушку.       -А если бы тараканы были размером с собаку? - совершенно глубокомысленно вдруг задается вопросом бета, прищуривая глаза. - Брр.. Это же вот такой огромный таракан! - заявляет Юнги, активно показывая размеры руками. - Если самая маленькая собака вот такая, то самый маленький таракан будет где-то вот таким. Вау. - всерьез удивляясь, тянет бета, и неожиданно выдает. - Это же какой тапок для него надо?!       Хосок тихо ржет в подушку, коря себя за то, что не додумался снять на телефон такого Юнги. Вскинув руку, он уронил парня на кровать, а сам стал разглядывать его, подперев голову рукой, согнутой в локте.       -Надеюсь, что завтра ты не забудешь, как обломал меня. - тянет Хосок, пальцем очерчивая профиль Мина. Тот спокойно лежал, часто хлопая глазами. Ощутив головой горизонтальную мягкую поверхность, он неожиданно понял, насколько хотел спать.       -Хосока, - говорит Мин, закрывая глаза и проваливаясь в сон. – Я люблю тебя.       И, вот честно, лучше бы он этого не говорил. И хоть Мин вряд ли на утро вспомнит о том, как признался, для Хосока это было настоящим ударом в сердце.       Альфа удобнее устраивает бету и укладывается рядом, прижавшись к Юнги со спины. Очень хочется ответить "Я тоже", но альфа пока не может это сделать. Он снова вдыхает "запах" Юнги, ощущая легкий шлейф шампуня. Это глупости, что у бет нет аромата, на самом деле Хосок всегда чувствовал запах Юнги. Он просто был едва заметным, с возрастом менялся, но это был аромат Юнги, самый любимый запах Хосока. И альфа хотел бы дышать только воздухом вкуса Мин Юнги. ***       Чонгук сидит за барной стойкой, закидывая один за одним коктейли. Бармен - альфа, что готовил для него напитки, понятливо усмехался, прослеживая за взглядом клиента, который смотрел только на одного омегу. Омежка был крайне симпатичным, имел шикарное тело и пухлые губы. Не удивительно, что такой альфа запал на него.       -Нравится? - спрашивает бармен у Чонгука, кивая головой на Чимина. Гук смотрит на направление кивка, потом на бармена и сам кивает. - В чем проблема? Просто подойди к нему, включи все свое обаяние. У тебя классные волосы, омеги такое любят, поиграй с ними.       Гук усмехается, опустошая мартинку с изогнутой синей ножкой.       -Хотя знаешь, - вдруг задумчиво тянет бармен. - Таких надо измором брать. Однажды он все равно сдастся.       -Надеюсь на это. - Гук ловко подскакивает со стула и движется прямо к Чимину, что одиноко стоял, подпирая стену спиной. Чонгук вальяжно подошел к нему, уперев руку возле его головы, и навалился на нее. Альфа, как казалось ему, сексуально откинул свои длинные волосы назад, но со стороны скорее казалось, что его дернуло в каком-то припадке. Чимин удивленно посмотрел на него исподлобья, не ожидая от друга таких вольностей, и даже как-то поджался весь. Альфа вдруг шумно вдыхает запах Чимина, испытывая настоящее блаженство и не замечая, как смущается от этого омега, отводя взгляд в сторону.       -Чимин-а, - томно тянет Гук, протягивая руку к его лицу. Чимин завороженно смотрит на альфу, ожидая разряд тока от прикосновения, но внезапно оба отвлекаются на шум позади. Выглянув из-за плеча Гука, Чимин увидел, как его друг – Мин Юнги, покидая хоромы клуба, увлеченно целовался со старшим Чоном, наталкиваясь на людей, недовольно взирающих им вслед. Открыв рты, Гук и Чимин глазами проводили пару по залу, а когда те скрылись за дверью, Чимин неверяще спросил:       -Это же были Юнги и Хосок?       -Да. – не менее удивленно отвечает Гук. – А они время зря не теряли. – хохочет он, поворачиваясь к Чимину. И уже более серьезно и недовольно добавляет. – В отличие от нас.       Омега не знает, что на это ответить. Но когда Гук собирается от него уйти, поспешно спрашивает:       -Потанцуем?       Чимин знает, что альфа отлично танцует, да и сам он любил танцевать. Улыбаясь, Чимин начинает заигрывающе утягивать Гука в незамысловатые движения, ритмично двигаясь в такт музыки. Гук сначала казался отрешенным к действиям Мина, будто обижался на него, но, в конце концов, сдержаться не смог. Он уверенно подключился к танцу омеги, получая удовольствие от их игры. Их танец не носил сексуальный контекст, они больше угорали друг над другом, изредка провоцируя на 18+. Чонгук любил это чувство, которое появлялось только рядом с Чимином. Это было что-то странное. Любовь? Да, наверное, но альфе казалось, что одного этого слова было недостаточно. Все было куда ярче, чувствительнее. В одной известной книге главный герой, признаваясь своему любимому, сравнивал его с "личным сортом героина". Чонгук понимал его на все 100%. Чимин был его личным сортом героина. И Чонгук на него подсел, и слезть с него было уже невозможно.       Весело проведя время, Чонгук и Чимин устало приземлились на диванчик в своей зоне. Достав телефон, Мин присвистнул, увидев, что время было глубоко за полночь.       -Домой пора. - говорит Чимин Гуку. А альфа смотрит на него, чувствуя усталость. Да, ему тоже пора. Но так не хочется расставаться с омегой. Чимин вызывает такси через приложение и зовет официанта, чтобы оплатить счет. Когда официант подходит с терминалом, Гук опережает Чимина, прикладывая телефон и оплачивая чек.       -Какой щедрый. - смеется Чимин, блокируя телефон. - Сам-то домой не собираешься?       -Да. Надо. - тихо отвечает Гуки, прикрывая глаза. Ему было так хорошо недавно, а теперь омега снова его покидает, и как будто всю радость с собой забирает.       Чимин прощается с ним, когда приходит уведомление от таксиста. Он целует альфу в щеку и убегает, но уже на улице возле автомобиля слышит за спиной:       -Чимина. – Тихо говорит Чонгук, задерживая омегу возле такси. – Возьми меня с собой.       Чимин удивленно смотрит на альфу, что снова из «мачомэна» превратился в милого тигренка. «Возьми меня с собой». Такая простая фраза, но дарящая столько тепла. Степень доверия Чонгука наивысшая. Должно быть, Чимин для него значит намного больше, чем просто «друг». Мысли в голове проскакивают за секунду, Чимин ободряюще сжимает ладонь Чонгука и, ничего не говоря, увлекает с собой в автомобиль. Расположившись на заднем сидении, альфа тут же упал Мину на плечо, крепко уснув, а омега всю дорогу поглядывал на его милое сопение.       Заботиться друг о друге уже вошло в привычку. Чимин не понимал, что они делают, но точно знал, что ни за что не оставит Гука, если тот будет в нем нуждаться. Как бы Чимин не ворчал на альфу, как бы не ругал его, он дорожил Гуком, а тот в свою очередь дорожил им. Гуки был младше Чимина на пару лет, но не смотря на это, иногда был "взрослее" омеги. Чонгук был сильным, Чимин тоже. Но рядом с альфой хотелось быть слабым. И на самом деле Чимин этим пользовался. Но Чимин был из тех людей, которых можно было назвать "благодарными". Получая к себе хорошее отношение, омега непременно возвращал его обратно в двойном размере.       По пути домой, Чимин разглядывал город в окно и вспоминал один случай. Только в тот раз он разложился на младшем, хотя все так же слушал, как тот дышал.       Это было несколько месяцев назад. Тогда Гук потащил его в поход со своими друзьями. Чимин был не готов к таким нагрузкам, но согласился из-за альфы. Все было хорошо, пока они не отправились по походному маршруту. Они тогда отстали от группы, заблудившись. У них не было связи, была только бумажная карта и примерные ориентиры. В тот день Чимин надел свои новые ботинки. Сначала они показались ему удобными, но вот пройдя несколько часов, Чимин так не считал. Новая кожа сильно намозолила пятку до крови. Идти было просто невозможно.       -Чонгук. - хнычет Чимин, отставая от альфы, что упорно пытался выяснить их точку на карте. - Не могу больше идти.       Омега останавливается , чтобы согнуться и отдышаться. Зря он надел эти ботинки. Каждое движение отдавалось нарастающей пульсирующей болью. Чимин стягивает ботинок, чувствуя облегчение. Обратив на него внимание, Гук подходит, разглядывая травму Чимина, и, спрятав карту в карман худи, просто поднимает его на руки.       -Я тебя понесу. - решительно заявляет альфа и начинает двигаться с омегой на руках, словно тот пушинка и вообще ничего не весит.       -Гуки! - вскрикивает Чимин. - Поставь меня на землю! Я сам пойду.       -Так скорее доберёмся. - не унимался альфа, уверенно продвигаясь с Чимином на руках.       -Давай тогда хотя бы на спине. - через некоторое время предлагает омега, понимая, что с альфой смысла спорить нет. - У тебя так руки быстро устанут.       Чон остановился, положительно расценив предложение, перебросил Чимина на спину, и тот крепко обхватил его за шею.       Шли они так недолго. Через некоторое время им удалось выйти на остановку железнодорожных путей. По указателям было понятно, что электричка движется в сторону города. Здесь связь уже появлялась. Можно было расплатиться за проезд картой и отзвониться друзьям, чтобы не теряли. Чонгук усадил омегу на скамью, и сам приземлился рядом. Он расшнуровал свои ботинки, снял и протянул Чимину, оставаясь в носках с железным человеком.       -Надевай.       -Что ты делаешь? - Чимин ошеломленно уставился на протянутую обувь, а после перевел взгляд на друга. Чонгук смотрел упрямо и отвечал, как будто это являлось само собой разумеющееся.       -Ноги замерзнут, заболеешь ещё.       -А у тебя не замерзнут. - бурчит омега, отодвигая ботинки обратно альфе.       Чонгук, не глядя, обхватывает окоченевшие стопы и смотрит ещё более настойчиво. Чимин отводит взгляд, но решает послушаться, надевая обувь парня.       -Отдохни, пока электрички нет. - говорит Гук, укладывая омегу на свои колени. Чимин не сопротивляется. Он падает затылком на бедра Гука, а потом поворачивается на бок, обхватывая того за талию и утыкаясь в живот. Чимин делал вид, что засыпает, но на самом деле слушал размеренное дыхание альфы.       Вспомнив этот случай, Чимин заулыбался.       Когда они приехали, пришлось разбудить сонного Гука и также за ручку вести в квартиру. Чонгук и Чимин едва ли сняли с себя верхнюю одежду, обессиленно упав на диван. Диван у Чимина был большой, в форме буквы «Г». Располагался в большой комнате его квартиры, которую родители отдали на личное пользование. Омега иногда оставался ночевать в ней, хотя чаще возвращался в родительский дом. Сил раздвигать диван не было совершенно, поэтому парни так и уснули - Чимин на одной половине, а Гук на другой.       Проснувшись от жажды через несколько часов, Гук поднялся, чтобы выпить воду на кухне, а когда вернулся в гостиную, увидел, как омега во сне поджался от холода. Подняв стянутый плед с пола, альфа укрыл им Чимина и плотнее его укутал. Омега не проснулся, но завозился и, довольно причмокнув, перевернулся на другой бок, прихватывая одеяло. Чонгук сел на свою половину, некоторое время разглядывая Чимина в темноте, а потом лег головой к голове. Чонгук снова забылся в спокойном сне, ощущая присутствие омеги.       Проснувшись утром, альфа обнаружил на себе тот плед, которым укрывал Чимина ночью. Оно пропахло запахом омеги, и Гук блаженно втянул воздух, уткнувшись в него носом. Чимин же давно проснулся и уже брякал посудой на кухне. Альфа сонно встал с дивана, протёр лицо ладонями и прошлёпал на кухню, рукой ероша запутавшиеся волосы. Несколько прядей забавно поднялись, имитируя антенны на голове.       Когда Гук зашел на кухню, Чимин готовил завтрак. Ну как готовил.. На самом деле у Чимы это получалось не очень хорошо, поэтому он решил не рисковать и просто сварил рамен. У него было в запасах несколько пачек, но зная аппетиты Гука, Чимин решил сварить сразу 4 пачки. Альфа зашел на кухню, как раз когда Чимин снимал кастрюлю с огня.       -Проснулся? Я приготовил рамен. – говорит Чимин, ставя кастрюлю на стол, где уже стояли тарелочки с различными закусками-салатами, и опуская руку на голову альфы, чтобы пригладить волосы. Все еще сонный Гук сел за стол, царапая рукой грудь. Чимин поставил перед ним тарелку и палочки, и отвернулся, чтобы сварить кофе. Но стоит повернуться обратно, как Чимин обнаружил, что Чонгук уже все слопал. Открыв рот от изумления, Чимин потянулся за пустой кастрюлей и спросил:       -Сварить тебе еще лапши?       Причмокнув, Чонгук тут же ответил: "Да!".       -Ладно. - усмехнулся омега, споласкивая кастрюлю и набирая в нее воду по новой.       Чимин полез в шкафчик за новыми пачками лапши. Чон только что слопал 4 пачки, и это не утолило его голод, ну и сколько ему еще сварить? Чимин хмыкнул, решил не мелочиться и сварил все, что оставалось, чтобы и ему тоже досталось.       Когда все было готово, Чимин только и успевал следить за тем, как еда исчезала в этом крупногабаритном шкафе по имени Чон Чонгук.       -Нда, товарищ Чон. Вас не прокормишь. – говорит Чимин, когда Гук снова доедает всю порцию, шумно выпивая бульон.       -Я буду много зарабатывать, не беспокойся. – всасывая остаток лапши, улыбается альфа, вызывая улыбку в ответ.       -Тогда трудись усерднее. - хихикает Чимин, подхватывая острое кимчи палочками. - Откройте рот, пожалуйста.       Чонгук послушно выполняет просьбу и получает на язык острую капусту. ***       Хосок просыпается глубокой ночью, обнаруживая на второй половине кровати крепко спящего Юнги. Во сне он был похож на комочек милоты. Однако альфа знал, что за этой "милотой" скрывается тот еще "зубоскалик". Когда они ругались, бета как и Хосок не скупился на выражения. Альфа даже в заметках записывал некоторые особенно интересные фразы. Улыбнувшись от нахлынувшего счастья, альфа, наклонившись, поцеловал оголенное плечо беты, а после прикрыл его одеялом. Сам же старший Чон поднялся с кровати, стараясь не издавать никаких шумных звуков, и вышел из комнаты. В коридоре он наступил на сброшенную куртку Юнги, поднял ее и пошарил в карманах, чтобы найти пачку сигарет. Хосок вообще-то не курил, но иногда, когда особенно тяжело на душе было, мог позволить себе выкурить одну сигарету. А сейчас было именно тяжело, потому что он понимал, какие последствия будут от сегодняшнего перфоманса. Альфа забрал пачку и зажигалку, и вышел на балкон, открыв окно. Юнги курил очень горькие сигареты. Сделав одну затяжку, Хосок закашлялся и сморщено посмотрел на сигарету.       Эйфория от близости беты немного спала, и Хосок начал понимать, что натворил. Он подпустил Юнги слишком близко к себе, или правильнее сказать, он позволил себе быть слишком близко к Юнги, и теперь задуманное будет совершить намного тяжелее. Не в плане действия, а в плане того, что Мину придется сделать больно. Хосок прикрывает глаза, упираясь рукой на холодное стекло. Он склоняет голову и шумно выдыхает.       "Хосока, я тебя люблю" - как на повторе играет в ушах альфы, и Хосок хочет плакать. Да, вот прямо реветь как маленький мальчишка. Он бы все отдал, чтобы услышать это еще раз и одновременно не слышать никогда. Как не вовремя. Как глупо. Зверь скулит, когтями царапает грудь Хосока изнутри и делает ему очень больно.       Юнги будет больнее.       Но так будет нужно.       Телефон беззвучно зажужжал в кармане, отвлекая альфу. Звонил Ким, которому не ответить было нельзя.       -Я провожу расследование. Скоро выяснится, что брата убил именно Гиён. Мы уже допрашиваем того иностранца. Как только будут доказательства, я объявлю военное положение. – говорит в трубку Джун.       -Сколько у меня времени? - совсем не радостно спрашивает Хосок, туша сигарету и выдыхая густой дым.       -2 недели. Через 2 недели я потребую у него одного из сыновей, чтобы «проверить» их на честность. Если он ничего не совершал, то и беспокоиться за семью не будет нужно. Как только бета покинет страну, я обнародую доказательства, и войне быть.       -Ты должен настоять, чтобы это был именно Юнги.       -В этом нет необходимости. Ты же сам говорил, что он нелюбимый сын. Нам не нужны лишние вопросы. Все получится, Хосок.       -Да.       -Что-то ты не сильно счастлив. Если у нас все получится, заберешь свою принцессу назад. А если не получится.. Так он хотя бы не будет в опасности. У тебя есть 2 недели. Проведи их хорошо. До скорого. Отключаюсь.       Ким сбрасывает звонок, и Хосок отпускает руку. 2 недели. Всего лишь 2 недели. Недели счастья, за которыми последует "двойное убийство". Альфа крепко сжимает телефон и возвращается к Мину, юркая к тому под одеяло. Что ж, если у них есть так мало времени, то это будут лучшие дни в их жизни.