Что же... Дальше?

— Я дома! — громко огласила Мангл, переступив через порог дома. Встретила её тёмная холодная квартира. Поглощающая тишина, которая бьёт по ушам и вызывает не самые счастливые мысли. Ни единого шороха, шагов, кипящего чайника или работающего телевизора. Ни-че-го... Всё растворилась в этой бесконечной пустоте. Мысли, чувства, дом, который стал всего за два года по-настоящему родным и любимым местом, в один миг превратился в их могилу.       Закрыв входную дверь на все четыре замка́, девушка медленно пошагала по коридору, сбрасывая с себя одежду. Куртка, шапка и шарф вылялись у входной двери вместе с обувью, а пиджак, штаны и галстук были заброшены в приоткрытую комнату. Как будто теперь есть дело до того, чтобы убирать это. В чём смысл? В чём смысл, чтобы убирать свою комнату, если потом ты всё равно всё раскидаешь? В чём смысл застилать постель, если ты всё равно будешь спать в ней? В чём с-м-ы-с-л...? — Бу!       Мангл обняли сзади. Это так странно, она будто снова ощущает холодные пальцы на своём животе и горячее дыхание на шее.       Нет, больше она такого не почувствует.       На кухне она стояла лишь в рубашке и трусах, но кому какое дело? — Почему ты не поставил чайник? — она ничего не ждала в ответ и так и произошло. За это небольшое время, она привыкла быть одна, но по старой привычке, что вызывает счастливые мысли о прошлом, делает это. Или чтобы снова почувствовать надежду, а после, разрывающее отчаяние?       Отчаяние – единственное чувство, что она испытывала в последнее время. Остальное – это промыслы её воспалённого сознания, что заставляют дальше жить обычной жизнью ничем не примечательного мусора. Теперь точно. Надо больше...       Она услышала стук, а после... — ...Прости, я просто не смог встать...       Она медленно пошагала в гостиную. Всё там как и всегда: диван, кресло, телевизор, коробки, что она так и не удосужилась распаковать и...       В тёмном углу сидел парень. Достаточно длинная чёлка спадала ему на глаза, из-за чего не было видно и половины лица. Только рот, что был слегка приоткрыт. Чувство, что он куда-то собирался. На нём была потрёпанная, немного грязная рубашка, которую он не до конца застегнул, серый незавязаный галстук, домашние серые штаны и носки. Собирался, да вот только что-то его остановило. Или кто-то? Или что-то? Или... — Ничего страшного, и ты не подумай, что я злюсь! Просто... Ладно, прости, просто привыкла уже... — она села рядом с парнем, положив свою голову ему на плечо. — Я прихожу домой, а ты встречаешь меня, целуешь и спрашиваешь как прошёл день. И я отвечаю. А потом идём ужинать. После уже идём заниматься своими делами или же чем-то вместе. — ...       Она подняла его голову за подбородок и заглянула в его глаза. Пустые и серые, мёртвые. Смотрят на неё, но при этом насквозь. Может он смотрит на причудливые узоры на досках? Да, они куда интереснее, чем какой-то мешок с мясом и дырками. Мешок, что гниёт с каждым днём всё больше.       Она осторожно прикоснулась губами к его холодной щеке. — Ты теплее обычного. Или может мне кажется? — она лихорадочно потрогала его лоб, щёки, губы, шею. Он стал теплее? Она не могла понять этого. — Кажется, наверное.       Поцеловав его в щёку, она наконец стянула галстук с его шеи. Зачем? Надеялась услышать как бешено бьётся его сердце от такой близости, увидеть как он краснеет и услышать нервное постукивание пальцами об пол. Смех, голос, тепло его тела... Она так скучает по этому. Эти воспоминания счастливые. — ...Аха-ха... Мань... Прекрати...       Вдруг её взгляд зацепил окровавленный рукав. Кровь. Всё остановилось.       Погоди... Нет! Нет! НЕт! НЕТ!!!       Тошнит. Тошнит. Тошнит. Она прикрыла рот руками, подавляя рвотный позыв, после чего бросилась к дивану.       Что она делает? Это труп! Он мёртв! Мёртв уже как два дня! Или три? Может он тут неделю? Она не помнит. Да ну, он точно тут не так долго... В таком состоянии! — Спринг? — тихо позвала она его, но, понятное дело, парень даже не пошевельнулся. — Спрингтрап? — повторила она громче, надеясь, что он просто не услышал. — ...Что-то не так...? — Что? — она закрыла глаза и помотала головой. — ...Ты плачешь...? — Нет! Не м-может... — было страшно открыть глаза. Она обхватила коленки руками и начала покачиваться вперёд, назад, вперёд, назад... — ...Ты в порядке...!?       Мангл открыла один глаз и... Он смотрит на неё? — Ты... — нет, не смотрит. Ей показалось. — Почему...? Т-ты... Сделал это? — спросила девушка, смотря на руку парня.       Голову атаковали воспоминания о том дне. Когда она уходила на учёбу, её провожал Спринг. Рубашка не до конца застёгнута, волосы растрёпаны, на лице улыбка. Ненастоящая, слишком наигранная. Руки тряслись, а взгляд был прикован к полу. — Во сколько ты придёшь?       Тогда он посмеялся, так и не дав ответа. Мангл опаздывала, поэтому не обратила на это внимание. Спринг всегда странный. Всегда тихий. Всегда нервный, от этого даже таблетки не спасают.       Был тихий, спокойный вечер. Сегодня был тяжёлый день, поэтому девушка спешила домой. По скорее бы налить себе горячий чай и сесть за чтение книги, которую она похоже никогда не дочитает, так как вместо чтения, она будет слушать обрывистые рассказы Спринга о сегодняшнем дне. Это вызывало счастливые мысли о их совместном будущем. Всё ведь налаживается?       Она распахнула дверь в квартиру и громко объявила о своём присутствии.       Но ничего. Было темно и свет горел только в ванной комнате. Наверное, когда уходил забыл выключить.       Она дернула за ручку и... — Ах! — крик застрял в горле. Единственное, что она сделала, так это упала на колени. Голова кружится, руки трясутся, взгляд прикован лишь к его руке. Рука в крови, пол в крови, кровь...       Сколько прошло времени? Час? Или всего несколько минут? А может и мгновение, прежде чем она бросилась к нему. — Спринг? Спринг! Очнись! Что произошло? Тебе плохо? Почему ты молчишь!? ОТВЕТЬ, ПОЖАЛУЙСТА!!! — кричала Мангл, тряся парня за плечи. Он молчит. Не двигается. Он холодный. Сердце не бьётся. — Нет... Нет, ты не... П-почему...?       Горячие слёзы уже давно текли по лицу. Между приступами плача, она просила прекратить эту шутку, просила остановиться, просила, чтобы это был всего лишь сон. Но...       Она так и не проснулась. Как и он. — ХВАТИТ!!! — закричала Мангл. Она вскочила со своего места и рванула в ванную. Там она, закрывшись, упала на пол и начала безудержно рыдать. Она пыталась ухватить хоть за что-то, чтобы успокоиться, но только ещё больше тонула в своей беспомощности. Как она ещё не захлебнулась? Почему? ПОЧЕМУ ОНА НЕ МОЖЕТ ПРОСТО СДОХНУТЬ!!? — ...Кха...!       В один миг, она прекратила. Взгляд был прикован к стене, под которой лежал расплывчатый силуэт.       Она тогда стояла над ним. После этого случая Мангл пришлось снова закупаться таблетками и сверху ещё купить замок для шкафчика.       Когда наконец более менее пришёл в себя, он приподнялся с пола, вытирая рот длинным рукавом.       Девушка помогла встать ему и довела до дивана, куда он сразу свалился. Настоящая Мангл следовала за ними. — Я не должна была так говорить.       Обречено произнесла она, смотря пустым взглядом в одну точку. — Не должна... — Прости меня... Я не права была. — Конечно. И ты меня... — Ничего! Не делай так больше! Я не уйду с учёбы!       Он горько усмехнулся. Она что-то не так поняла? Опять? — Почему... Почему я не спросила тогда... Почему ты сделал... Э-это? Я думала, что знала причину, но оказывается нет? — когда Мангл пришла в себя, все образы размылись. Вот она и снова одна... С трупом.       Девушка начала ходить по квартире и осматривать её.       Несколько дней, а такой беспорядок. Хотя кто знает, время в этом месте останавливается. Интересно, сколько ещё она будет это терпеть? Раньше она каждый день носилась туда сюда, чтобы дома было чисто. Она ненавидела грязь, а теперь как-то плевать на неё. Руки не поднимаются.       Она прошла в их свою комнату и подошла к столу. Может, хоть что-то осталось? Записка или может просто какой-нибудь рисунок, хоть что-то!?       Искать долго не пришлось. В книжку была вложена записка, которая гласила: "Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. Прости меня. ПРОСТИ МЕНЯ!!! Но так будет лучше. Для тебя, для меня, для Фокси. Прости."       Мангл почувствовала холод вокруг шеи. Он обнял её. Нет, это невозможно, хватит! Слёзы потекли из глаз. — Ты ведь простишь меня?       Голос. Он был... Реальным? Он так близко и такой четкий. Нет, невозможно! — Я... — Так будет лучше. Ты только посмотри, сколько всего ты сделала для меня! И целой жизни не хватит, чтобы отблагодарить! Но я не смогу сделать этого. Я забираю у тебя твою жизнь и только ради того, чтобы на какие-то несчастные секунды продлить свою? Мне конец, это очевидно. — Нет... — Я мёртв. Тебе придётся принять это. Мангл, пожалуйста... — Нет! — закричала девушка, смяв листок и кинув на стол. Она побежала в гостиную и встала перед парнем. — Хватит! ХВАТИТ!!!       Упав на пол, она свернулась в калачик и начала рыдать, всё ещё прося, чтобы это был лишь затянувшийся сон.       Она долгое время слышала его голос, будто он был совсем рядом. Чувствовала, как он её успокаивал, поглаживал по голове.       Она разрывалась на части. Она хотела принять это. Её любимый жив и здоров, как она и хотела. Но вот его холодное тело и тошнотворный запах стали единственным препятствием к принятию ненастоящего мира. И вот, всё рухнуло.       Теперь ничего не помешает ей быть счастливой.

***

— Мангл, можно тебя на минутку? — сердце остановилось. Вздохнув побольше воздуха, она выдавила из себя улыбку и повернулась. — Эм... Привет! — Привет, Фокси. Тебе что-то нужно? — Ну... Да... Но ты похоже не в настроении говорить. — С чего ты взял? — рыжик задумчиво оглядел девушку. — По тебе видно. Что произошло? Со Спрингом поссорились? — Нет. У нас с ним всё замечательно. — Рад слышать. Но... Я его уже неделю не видел. Когда мы в последний раз созванивались, он сказал, что его не будет пару дней, но прошло-то уже больше. Вот я и хотел спросить, что с ним. — Аха... Просто неважно себя чувствует. — А почему мне не позвонил? — Говорю же, нехорошо ему! Который день встать с постели не может! — Ладно-ладно, я верю! — он не верит. Ну и пусть! — Тогда уж говори, что плохо ему. Может помочь? Лекарства там... — Мы справляемся со всем сами! — она сказала это с такой гордостью. Хотя чего таить, ведь это правда! Он с ней и этого достаточно. — Это хорошо. Погоди, а зачем тебе бензин? — А? А, ты об этом. Спринг попросил купить. — З-зачем? — Не знаю. — Мангл? — Прости, но мне пора! Еще увидимся! — она толкнула его на землю, после чего побежала в сторону их дома так быстро, насколько могла.       Вечером был репортаж о самоубийстве, трупе и попытке поджога.